У кого короче тот дома сидит

***

Усыновлять детей в наше время нормально, даже благородно, ведь не каждый сможет взять себе малютку, который остался совсем один на белом свете. Но Шото малюткой не был… В свои шестнадцать он был уже довольно высоким, под сто семьдесят точно, с широкими плечами и крепким телосложением. «Программа формирования героев»*, худшего и не ожидалось. Он стал членом семьи Тодороки 11 января, что потом Фуюми отметила в календаре как «день рождение Шото!», и Тойа запомнил этот день на всю свою жизнь. Это был их день встречи. Из себя Тойа представлял двадцатишестилетнего парня, самый старший ребенок в семье, не очень высокого роста и с ужасной кожей. Ужасной она была не от акне или каких-то заболеваний, а из-за его собственной причуды, ибо с каждым годом синее пламя разъедало кожный покров всё сильнее, словно моль пожирающая ткань. Эта же кожа и являлась одной из причин, по которой парень в свой немалый возраст всё ещё живёт с отцом, ибо ни психологическое, ни физическое состояния не позволяли начать самостоятельную жизнь. Лицо у Тойи тоже не вызывало особого восторга. В теории оно могло быть очень красивым: ровные, и вполне аккуратные черты, глубокие голубые глаза, пушистые белые волосы, но… Несколько минусов всё же присутствовало. Вышеупомянутая кожа и выражение этого самого лица. Парень смотрел на людей так, словно ненавидел всех и каждого из них, что скорее всего было правдой, и постоянно щурился, из-за чего большие красивые глаза становились двумя маленькими щёлочками, с бегающими голубыми огоньками. День когда отец привёл в дом подростка, казался старшему и сладким сном и ужасным кошмаром. — С этого момента Шото так же как и мы будет носить славную фамилию семьи Тодороки. — Энджи указал рукой на стоящего рядом с собой парня. Это и был Шото. Он смотрел на новых братьев и сестру очень спокойно, казалось даже безразлично, своими разными глазами. Левый — серый, казался абсолютно безжизненным и не проявляющем интереса к происходящему, правый — голубой, очаровательно сверкал, словно маленький стеклянный шарик, какие обычно фокусники используют в своих представлениях. Волосы у парня тоже были необычными: они были разделены по пробору, ровно по середине, и слева — были абсолютно белыми, а справа — красными. Хотя назвать этот цвет «красный» — настоящее варварство, это «алый», «бархатный алый», но никак не вульгарный «красный». Но больше всего, конечно, в глаза бросался шрам, занимавший аккурат половину лица с «алой» стороны, затекая на глаз и останавливаясь на щеке. По какой-то причине это огромное пятно выжженной кожи ни коим образом не портило внешний вид мальчика, а словно наоборот, подчёркивая изящные черты. Шото был просто бесподобен и Тойа понял это с первого момента. — Он словно и так родился в нашей семье, откуда столько совпадений? — из витания в облаках, где голубоглазый смаковал каждую деталь «нового члена семьи», его вырвал настоящий младший брат, Нацуо. Конечно, тот не говорил это прямо стоя перед отцом и самим мальчиком, но то как он наклонился к старшему брату было очень заметно. — Пока сам ещё ничего не знаю… Тойа потёр подбородок и подошёл ближе, рассматривая парня словно коллекционер, что искал новую безделушку на свой склад. Всё это сборище в общем напоминало какой-то аукцион, а не принятие мальчика в семью. Двухцветные глаза медленно проследили за его лицом. — Надеюсь мы подружимся. — голос у Шото был мягкий, но низкий. Казалось им можно было убаюкать. — Ну посмотрим… — Тойа совсем забыл что разглядывает не статую в музее, а живого человека, который умеет разговаривать. — Тойа! — голос отца звучал угрожающе, явно намекая на «вы подружитесь, даже если ты этого не хочешь.». — Конечно подружимся, ты же теперь наш брат! — Фуюми обогнула старшего и протянула Шото руку, в знак приветствия. — Чужих детей ведь не бывает, верно? Парень как-то растерянно посмотрел на её руку, но всё-таки с улыбкой пожал.

***

Голубоглазому абсолютно не нравилось то, что Шото смотрел на него с высока, хотя, возможно, если бы Тойа держал спину прямо, то ему бы так не казалось. Просто лицо младшего всегда было словно водная гладь, спокойным и непоколебимым, как бы старший не пытался смотреть в ответ. — Бесит. — это вывод который Тойа сделал всего спустя несколько дней совместного проживания. Шото не делал ничего, чтобы его разозлить, и вообще чего-то около бесящего. Это злило ещё сильнее. — Он не может быть таким идеальным, белым и пушистым ангелом! — он повернул и пошёл уже на восьмой, Нацуо сбился со счёта, круг по комнате. — Должна быть здесь какая-то подлянка… — Ты себя накручиваешь. — Нацуо следил за ним глазами, стараясь не сильно пялиться на начавшийся приступ паранойи. — Он нормальный парень, да, может немного молчаливый, но зла от него ждать не стоит. — Он хочет чтобы ты так думал! — Тойа внезапно остановился и развернулся к брату. — Ты просто бесишься из-за того, что он не показывает что у него в голове. — Вот именно! А вдруг он каждую ночь представляет себе как убивает нас всех?! — Не неси херню… — лицо Нацуо преобрело выражение страдальца, ибо подобную ересь старший брат нёс не в первый раз, и с каждым разом становилось всё хуже. — Я хочу предупредить вас всех, а вы… — тот махнул рукой, с разочарованием отводя взгляд. На самом деле единственным кто представлял себе на ночь одну и ту же картину был тут только он. Даже не картину, а образ. Шото прочно засел в его голове, оставив глубокий ожог на самой подкорке мозга, что заставляло Тойю просто сходить с ума каждый вечер. Всё начиналось с очередного обдумывания личности мальчика, переходило в типичное обсуждение и смакование его внешности, а заканчивалось актом онанизма. Когда добавился последний пункт парень и сам понять не успел, Тойа просто в один момент осознал, что просто дрочит смотря в потолок туалета, хотя ещё секунду назад думал о том, что Шото странный и вообще псих. — Поэтому у тебя нет друзей. — Нацуо не хотел оскорбить его, но это было фактом, и игнорировать подобные высказывания с каждым годом было всё сложнее. — И плевать! Всё равно людей ненавижу. — Тойа рывком открыл дверь, чтобы выйти в коридор. — Если ты не хочешь быть предупреждённым, то пеняй на себя. Он не дождался ответа, а просто ушёл дальше по коридору. Разные комнаты у них с братом появились только по достижению Тойи двадцати лет, до этого момента ютились в одной, пусть и просторной, но без какого либо личного пространства. Тогда шизойдные идеи голубоглазого достигали своего пика, делая жизнь Нацуо всё более невыносимой. К сожалению разделение особо не спасло последнего от консперологических теорий и заговоров, ведь теперь Тойа просто наведывался к нему по поводу и без, но в свою комнату запрещал заходить категорически, что казалось обладателю льда очень нечестным ещё в детстве. Старший зашёл на кухню с целью взять чего-то, что можно будет съесть в комнате, но увидел нечто другое. Шото сидел за столом и что-то писал в тетради, судя по всему домашнюю работу. — Ты чё здесь делаешь? — Тойа опёрся плечом о дверной проем, выказывая своё нежелание проходить дальше. — Делаю уроки. — разноглазый смотрел спокойной, без агрессии или раздражения. Просто ответ на вопрос. — Почему ты не делаешь их у себя? — тон голубоглазого становился всё более надменным, словно он чувствовал что в этой ситуации может доминировать. — Мне всё ещё неуютно в своей комнате, поэтому я пока решил делать уроки на кухне. Я могу уйти если тебе нужно что-то делать на столе. — Шото развёл руками, мол: «разойдётся с миром». — Пф… Ладно, сиди. Проходя мимо парень невольно заглянул в лежащие на столе тетради. Очень много подробных записей, уравнений, примеров и всякого подобного, и всё это аккуратным почерком. Естественно, ведь его будущее уже было спланированно и изменениям не подлежало, оно должно было быть идеальным. У самого Тойи и работы то постоянной не было. От этого становилось ещё обиднее. — Что ты сейчас делаешь? — Физику. — Дай посмотреть, может чего помогу. — для старшего это был предлог приблизиться к Шото, вдохнуть его запах, провести рукой по коже, для Шото же, это был неумелый жест братской любви. — Нет, спасибо. — как только Тойа уже собирался наклониться над столом разноглазый тут же отодвинул тетради. — На вряд ли ты сможешь чем то помочь, я уже наслышал от Фуюми о твоих школьных временах. — О… — голубые глаза неодобрительно сверкнули. — Ясно, ладно. Он хлопнул по спинке стула, на котором сидел Шото. Не громко и без злобы, просто жест разочарования. Забрав из холодильника какую-то газировку Тойа быстро удалился с кухни.

***

Стычки у этих двоих случались не очень часто, но каждый раз заканчивались одним и тем же: Шото просто уходил, оставляя Тойю с чувством недосказанности. В этот раз что-то пошло не по плану. — Тебе то чего не спится? — голубоглазый прошагал на задний двор, заметив там фигуру с красно-белыми волосами. — А… — Шото встал с небольшого камня. — Я решил немного потренироваться перед сном, но слегка увлёкся. Время на часах было давно за полночь, так что все остальные жильцы дома уже давно спали. Они были абсолютно наедине. «Старший брат» вышел на веранду и прижался спиной к стене, неотрывно смотря на подростка, но в выражением лица аля: «мне плевать, можешь просто представить что меня здесь нет». Разноглазый обернулся на него, в непонимании смотря прямо в глаза. — Ты чего-то хотел? — Просто смотрю. — улыбку Тойи и так тяжело было назвать приятной, но сейчас это больше походили на кривую ухмылочку. — Я же тебе не мешаю. Не мешает, это неоспоримый факт, но работать с пристальным взглядом меж лопаток было чертовски тяжело. Шото то и дело оглядывался на «наблюдателя», но с каждым разом ничего, на его удивление, не менялось. Парень всё так же, просто стоял у стены и смотрел. Уже даже не улыбался, просто наблюдал. Через некоторое время, пол часа, не больше, разноглазый всё-таки почувствовал усталость и потянувшись направился к входу в дом. — Мда… — Шото остановился и обернулся на Тойю, который всё ещё смотрел во двор со скептическим выражением лица. — Тренеруешься ты конечно не ахти. — Что ты имеешь ввиду? — Ничего, ничего. — тот сделал движение рукой, словно пытался отогнать муху. — Просто… От программы формирования героев я ожидал большего, понимаешь? Ухмылочка опять рассекла его лицо, а лицо со шрамом напротив стало более мрачным. — Это конечно было неплохо, но для твоего уровня как-то совсем слабо. — Тойа развёл руками и покачал головой. Его главной задачей стояло не оценить способсти Шото, а вывести его на эмоции. — В школе говорят, что всё в порядке и меня не волнует твоё мнение. — парень обернулся на самоназванного критика. — Конечно, это хорошо, но… Не думал ли ты что это только потому что твой «отец» Старатель? Половинчатый сделал шаг вперёд, на встречу брату, который водил взглядом по заднему двору. — Его влияние просто на них распространяется, вот тебе никто замечаний и не- — Тойа оборвался на полуслове, ибо рука Шото врезалась в стену прямо в нескольких сантиметрах от его лица. Подросток стоял очень близко и своей рукой отрезал путь к отходу. — Я с самого детства усердно тренируюсь, чтобы меня уважали и с моими силами считались, так что новый «отец» не играет тут никакой роли. Сейчас Шото выглядел потрясающе как никогда. Гетерохромные глаза в лунном свете, казалось, подсвечивались, особенно голубой, лицо было абсолютно серьёзным, а поза уверенной и доминирующей. Великолепно. Тойа и рад был оторвать взгляд, но чужие глаза выглядели слишком заманчиво чтобы в них не смотреть. «Я бы поцеловал его прямо сейчас, но боюсь он убьёт меня.» Ещё несколько секунд они смотрели друг другу в глаза и Шото просто ушёл, оставив белобрысого стоять на месте и учиться дышать нормально. На следующее утро, когда они в очередной раз пересеклись на кухне, половинчатый ни сказал ничего, даже не посмотрел в его сторону. Он был занят чем то своим, скорее всего снова уроками, как предполагал Тойа. Голубоглазый обошёл по кругу, встав чуть с боку от Шото. - Откуда у тебя этот шрам? - с вопросом старший не церемонился, он мучал его уже несколько дней, так что задать его тот был обязан. Парень, наконец-то, обернулся и безразлично посмотрел на Тойю. У него либо часто это спрашивали, либо он ненавидел этот вопрос всегда. Старший Тодороки опёрся руками о спинку стула, со спины нависая прямо над Шото. Хоть когда то он мог смотреть на него сверху в низ. - Можешь не отвечать, мне просто интересно. - Тойа посмотрел в окно, создавая вид что его этот вопрос тоже абсолютно не интересует. - Но не та ли это причина, по которой ты оказался в программе? Половинчатый вздохнул и на секунду сжал кулаки. - Нет. Кратко и ясно, ничего лишнего. Но белобрысому это не давало ровным счётом ничего, ибо причину появления такой "изюминки" он хотел узнать ещё с первой встречи. - А что тогда? Несчастный случай? Авария? Нападение? - он слегка раскачивался опираясь на руки. - Несчастный случай. - И что за случай? - Тойа наклонился вперёд, касаясь грудью макушки Шото. - Ничего. - старший прямо чувствовал как кровь Шото вскипает от такого количества нежеланных вопросов. - Если ничего не произошло, - он наклонился к уху со стороны ожога. - то откуда шрам? Парень резко встал со стула, так что Тойа отшатнулся назад. - Чего ты от меня хочешь? - Шото стоял держась одной рукой за стол. - Говорю же, живой интерес. - белобрысый отступил назад, давая "брату" больше личного пространства. Тот выглядел раздражённым, но не готовым влезать в драку. Тойе нужно было обратное. - Утоли свой интерес сам, не приставай ко мне. - Шото уже уверенно встал напротив. - Я бы с радостью, но то что мне нужно, дать мне можешь только ты. - широкая улыбка не внушала ничего хорошего, но половинчатый и не знал подтекста, из-за чего это было не так мерзко, как могло бы. - Что я должен тебе дать чтобы ты перестал меня доставать? - Шото сделал шаг вперёд. - Ничего, что тебе бы хотелось мне дать. Подросток глубоко вздохнул и подошёл ещё ближе. - Просто отстань. - Иначе что? - улыбка Тойи становилась всё шире, а взгляд не отрывался от Шото. - Пойдёшь жаловаться "папочке"? - Если ты продолжишь делать то, что делаешь, я сам с тобой разберусь. - Звучит не очень по геройски, не думаешь? Вот так напасть на "брата"... - голубоглазый пальцами показал скобочки. - было бы просто жестоко. Шото сел обратно на стул, лицом к старшему, закидывая локоть одной руки на спинку сиденья, а вторую на край стола. Он явно предполагал что разговор будет долгим, ведь Тойа определёно собирался его таковым сделать. - Ты относишься так ко мне потому что я не родной? - разноглазый посмотрел в пол, естественно зная ответ. Невозможно с родственной любовью относиться к тому, кого ты знаешь чуть больше месяца. Кажется Тойа и к родным брату с сестрой особой любви не питал, скорее просто привык к их нахождению рядом, а про Шото и говорить то нечего. - А ты сам то хочешь между нами каких-то отношений? Я же тебе ничего плохого не делаю. - вот теперь голубые глаза смотрели в окно действительно от скуки, потому что парень терпеть не мог подобные разговоры о чувствах. - Я хочу чтобы ты любил меня. - Я могу, но мы понимаем это в абсолютно разных смыслах. Подросток в недоумении поднял глаза на собеседника, намереваясь поинтересоваться что тот имел в виду, но Тойа уже повернулся спиной, готовясь уйти. "Растерянный он выглядит ещё лучше, просто прекрасно."

***

Чем больше Тойа дрочил на своего сводного брата, тем больше убеждался что в его действиях нет ничего такого, в конце концов, он же не совершает какое-то преступление против природы. Они даже близко не родные, а Шото просто красивый парень, который по какой то причине оказался буквально на расстоянии вытянутой руки. Не пропадать же добру, как говорится, а когда есть возможность рассматривать его каждый день с разных ракурсов - "добра" даже слишком много. В плане "рассматривания" старшего Тодороки можно было даже назвать сталкером, если бы он сам не оправдывал себя тем, что: нет ничего странного в том, что он присматривается к незнакомцу в своём доме. Тойа всё ещё не хотел признавать Шото членом семьи, но и не мог отметить что этот статус в собственных фантазиях придаёт приятных ощущений. - Может быть установить в доме скрытых камер? Это не должно быть очень сложно... Мысль о том что скоро можно будет иметь на руках записи Шото, и перестать насиловать свой мозг обдрачиванием всех деталей, заводила ещё сильнее. Звук шагов в коридоре заставил оставить руку и прислушаться. Никто из его семьи не заходил в комнату, максимум стучались, но эти шаги остановились у двери и бездействовали. Слишком мелкие для Нацуо, слишком тяжёлые для Фуюми, слишком лёгкие для отца, остаётся только один... - Да ну тебя... - Тойа быстро накинулся одеялом и перевернулся на бок, спиной к двери. Очевидно у двери был Шото, никто другой, и по какой-то причине он решил зайти именно сейчас. Стоило голубоглазому об этом подумать, как в дверь коротко постучались. Тойа конечно надеялся что парень отступиться если не получит реакции, но через несколько секунд дверь открылась. "- Какого?!.." В комнату аккуратно вступили, а через несколько секунд полноценно прошли. Это был Шото, без сомнений. Он прикрыл за собой дверь и двинулся к столу, ступая совсем тихо, по кошачьи. Тойа слышал как зашуршали на столе вещи, бумага, кружки, канцелярские принадлежности. Ящики, надо признаться, двигались очень тихо, если бы блондин правда спал, то действительно этого бы не услышал. Зачем он это делал, только бог знает, единственное что радовало, это то что после этого Шото должен был уйти. Сердце Тойи чуть не остановилось когда шаги оказались прямо у него за спиной. Аккуратно, но слишком быстро. Нужно контролировать каждый свой вздох, движение и мышцу лица. Но сложно дышать, когда твоя рука на собственном члене, а прямо за спиной стоит тот, из-за кого она там оказалась. Парень просто стоял возле кровати, но судя по звуку, дыхание его участилось. Волнуется? Ему то за что переживать? Сам пришёл, сам и выйдет. Голубоглазый чуть не сделал резкий вдох, когда на его голое плечо легла чужая рука. Холодная. Она подвигалась туда сюда по коже, совсем легко, еле касаясь, нет, Шото не пытался разбудить старшего "брата", он просто... Гладил его. Рука оглаживала кожу, охлаждала разгорячённое от причуды тело, дотрагивалась до ожогов, чуть касалась ногтями. По телу разливается приятная дрожь, мягкая, почти невидимая, возбуждающая... Внизу живота раздалась приятная лёгкая щекотка. "Нетнетнетнетнетнетнетнет" Шото, словно этого и добивался, тут же ушёл, быстро, но тихо. После того как дверь осторожно закрылась, Тойа выждал ещё несколько секунд и выдохнул полной грудью. - Чёрт... Всё постельное бельё теперь отправится в стирку, без сомнений. Ни разу он не кончал... в такой обстановке. - Мелкий ублюдок... Я выйду и так ему всыплю! Тойа встал на ноги и тут же сел обратно на кровать. Коленки чуть дрожали после оргазма. - Всыплю... Через несколько минут... Планы по изгнанию младшего с лица земли были отложены до вечера, потому что подумав чуть дольше минуты, блондин пришёл в выводу, что будет чрезмерно странно, если буквально через несколько минут как его видели крепко спящим, он влетит в чужую комнату и начнёт предъявлять доказательства, которых у него нет. Вечером того же дня, Тойа лёгкой и непринуждённой походкой направился в комнату Шото. На улице уже было темно, из под щелей дверей вылезали полосы света, говоря о том что их хозяева внутри и заняты своими делами, но Тойю это не волновало, сейчас было важно совсем другое. Ветерок из открытой двери во двор пощекотал его голое туловище, кроме штанов на парне не было ничего, что могло бы согреть его, но это решение было принято осознанно и даже обдуманно. Несколько раз. Шото должен видеть что "старшему брату" абсолютно плевать на то видит он его тело или нет, и по своему дому он будет ходить так, как сам того захочет, ни разу ещё его голый торс никого не отправил в могилу, так что и причин для возмущений быть не должно. Хотя бабушка каждый раз так тяжело вздыхает смотря на только затянувшуюся от новых ожогов тонкую кожу. Тойа даже постучал, скрывая негодование и волнующийся от ожидания желудок. - Да? - по другую сторону двери отозвался совершенно спокойный парень, ничуть не потревоженный посторонним шумом. - Братец, к тебе вопрос... - голубоглазый, смешивая хмурость и безразличие, словно его это абсолютно не волновало, но разобраться очень надо было, прошёл в комнату, даже не спрашивая разрешения. - Добрый вечер, Тойа. - Шото сидел за столом с тетрадями и открытым учебником по алгебре, от которых он отвернулся, чтобы посмотреть на вошедшего парня. - Что за вопрос раз ты пришёл ко мне сам? - Тц, тц, тц... - блондин покачал головой, прикрывая глаза, словно поражаясь тупости собеседника и тот просто не понимал чего-то очевидного. - На твоём месте я бы извинился сразу. Вторгаться в чужое личное пространство - последнее дело, особенно когда тебе на это никто разрешения не давал. - А, прости, искал у тебя кое-что, но не нашёл. Я ушёл быстро, никаких личных вещей не трогал. - тот абсолютно спокойно покачал головой. Холоден как лёд, он знает о чём говорит. - Что ты искал? И почему бы сначала не спросить об этом у меня? Может только я знаю где это лежит. - Тойа облокотился плечом о стену, скрещивания руки на груди, тем самым показывая что уходить до выяснения обстоятельств он не намерен. - Не важно, ты точно не тот, кому я хочу об этом рассказывать. - А что такое? - теперь старший заулыбался. Значит Шото искал не что-то обычно бытовое, вроде карандаша или футболки, а что-то о чём в слух или не говорят, или говорят не громко. - Шото тоже есть что скрывать? - У всех есть. - он нахмурился а ответ. Очень красивый. - И что же ты хотел найти? Алкоголь? Наркотики? Куре- - Сигареты. - половинчатый вздохнул, отводя взгляд от "брата". - Мне нужна была всего одна, а я слышал от Фуюми что ты куришь... - Извини? Я тебя правильно услышал? - весь напускной пафос исчез, уступая место удивлению. Тойа был правда поражен, просто не в способности скрыть это. Шото - главный отцовский трофей, призовая гордость семьи Тодороки, никаких сигарет там и в помине быть не должно. Если подумать, то парень целыми днями либо тренировался, либо занимался учёбой, где бы в этом плотном графике взяться место перекуру? Старшему действительно показалось что уши его обманывают и сейчас парень всё разъяснит и ситуация мгновенно изменится. - Мне нужна была сигарета. - более четко, но тише изложил Шото, смотря вечернему гостю в глаза. - Зачем это? - глупость вопроса поражала, но была до невозможности понятна. Они оба поняли что тот имел ввиду. - Какое теле дело? - разноглазый отвернулся обратно к тетрадям. - Это просто глупое недоразумение, извини что вошёл к тебе без спроса, я больше так не буду. - Тяжело тебе, да? - собеседник не отступал. - Все эти тренировки и учеба, столько ответственности... Как давно ты это делаешь? - Я тренируюсь сколько себя помню, всю жизнь. - А куришь сколько? - Я... - несколько секунд тишины чуть было не были разорваны смешком Тойи. Ситуация была отнюдь не смешная, но эта пауза для подсчёта дней, недель и месяцев, казалась ему очень забавной. - Я делаю это совсем редко, мне нельзя портить лёгкие- - ... но другого способа отдохнуть, почувствовать спокойствие на несколько секунд ты просто не нашёл. - старший вздохнул тоже. Старая песня, которую он слышал от каждого второго, кто просил у него прикрутить. - Может быть. - А если... - блондин покачал головой из стороны в сторону, воля глазами по потолку и буквально иллюстрируя фразу "ну чисто гипотетически". - ... я дам тебе сижку, ты выполнишь мою небольшую просьбу? Шото обернулся на него, изгибая бровь. Парень и сам знал как звучит, словно заставит Шото делать что-то ужасное или противозаконное, но нет. План Тойи был прост как две копейки, но известен лишь ему одному. - Предположим. Но что тебе от меня нужно? Наверняка что-то, за что тебе самому непоздоровится. - Не делай из меня злодея, тебе даже не придётся вставать с места. - голубоглазый вышел из комнаты максимально безразличным шагом, совсем тихо ускоряясь в коридоре, чтобы половинчатый этого не слышал. Пару минут спустя, он вернулся и извлёк из кармана штанов тонкую белую бумажную трубочку. Шото сначала даже обрадовался, вот она, заветная сигарета, но тут же перевёл взгляд на довольное лицо второго участника сделки. - Хочешь? - тот ловко прокрутил табачное изделие в пальцах. - Да, но просьба от тебя... Хорошего не жду. - Не волнуйся, тебе нужно всего лишь... - он поставил сигарету перед гетерохромным лицом, словно протягивая, но Шото знал что как-то он попробует взять, желанная награда за страдания будет уничтожена. - Всего лишь... - Тойа наклонился в след за сигаретой. Шото уже приготовился ко всем самым страшным извращениям, даже чуть сощурил глаза, словно готовясь зажмуриться. - Поцелуй меня. Разные глаза тут же приобрели абсолютно противоположную форму, выражая яркое удивление. - Что? - теперь на проблемы со слухом сетовал половинчатый, надеясь что сейчас голубоглазый засмеётся и скажет что-то другое. - Мне нужен от тебя поцелуй. В губы. Чтобы я отдал тебе это. - он снова покрутил заветную палочку в руках. - Поцелуй... Это... - младший замялся, он понятия не имел что делать и что ответить. Что вообще можно ответить на это? Отказаться и сохранить лицо в собственных глазах и глазах сводного брата или..? - Ты когда-нибудь целовался раньше? - Тойа чувствовал как ходит по очень тонкому льду, находясь буквально в миллиметре от того, чтобы его силой выкинули из комнаты. Но Шото помотал головой. Он действительно никогда раньше не целовался, тем более с другими парнями. Тем более со своими сводными братьями. Блондин был готов снова усмехнуться, но его пугала хрупкость льда. Момент нельзя было спугнуть, второго такого не будет. - Тогда..? Кивок. Половинчатый уже положил пальцы на руку держащую "призовой предмет", кажется он был очень смущён, но очень хотел своего. Тойа никогда не был мостаком в поцелуях, не так много людей он и целовал, но то насколько неопытен был его партнёр и то как он старался растянуть момент - заслуживают премии и какой-нибудь медали. Шото прикоснулся в его губам аккуратно, даже не целуя, а просто касаясь, но голубоглазый, надеющийся извлечь из этой возможности все доступные ресурсы, сам наклонился ещё ближе, наконец-то ощущая как чужой рот чуть приоткрылся, неосознанно для его владельца углубляя такой интимный акт. Младший уже давно держал сигарету в пальцах, но Тойю это теперь волновало меньше всего из того что могло произойти, самым важным в нынешнем "морально и законо-правильном списке Тодороки Тойи" теперь было придерживать лицо Шото, положив ладони ему на щёки, кончиками пальцев касаясь ушей. Не пошло и нескольких минут, как половинчатый сам отстранился, стоило блондину самым кончиком языка коснуться внутренней стороны чужой губы. - Этого достаточно? Тойе совсем не хотелось по привычке вытереть рот, на котором остались следы чужой слюны. Это хотелось сохранить до высыхания. Наслаждаться как можно дольше. - Да, да, более чем... - голубоглазый снова прошёл к двери, разминая по пути спину, он слишком долго горбился. - Обращайся если захочешь ещё. - его силуэт уже скрылся за дверью, но голова тут же показалась в проёме, широко улыбаясь. - Покурить, конечно. Тойе очень хотелось чтобы захотелось Шото. Шото крутил у себя в пальцах заветное сокровище. Если подумать... в последнее время так сложно справляться с нагрузкой, курить хочется всё чаще. Они поладят.