Ренессанс

      Лука продолжал держать на руках Маринетт. Ему не хотелось отпускать её больше никогда. Он поглаживал её по голове и прижимал к себе девушку. Она же ослабленно улыбалась и склоняла голову ему на грудь. Для него она всегда была маленькой и беззащитной в такие секунды. Он всегда будет бороться и защищать свою Маринетт.       Девушка вновь улыбнулась и поднесла ладонь к щеке Луки. Он сразу же прильнул к ней. Её рука была холодной, с остатками крови, но такой нежной на ощупь. Маринетт провела большим пальцем по его щеке и сказала:       — У тебя красивые глаза.       Лука положил свою руку на её ладонь и поцеловал её кисть. Девушка продолжала смотреть на него, но затем её глаза начали закрываться, и она окончательно склонила голову ему на грудь. Усталость взяла верх, и Маринетт действительно заснула, тихо засопев.       Юноша поудобнее устроился у стенки и вытянул ноги Маринетт, чтобы ей было удобнее спать. Он аккуратно убрал у неё с лица выпавшую прядь волос, после чего сам облокотил голову на стену.       После таких событий и ему нужна была передышка. Боже мой, как у него болят кости и мышцы. Главное, чтобы не было вывиха. У Кота Нуара и Голода хорошие удары...       Лука вздрогнул, вновь вспомнив о Голоде. Его взгляд упал на горсть пепла, оставшуюся на месте всадника. Он испытывал противоречивые чувства по отношению к случившемуся. Он всё ещё ненавидел его за содеянное. За боль, причинённую Маринетт, Адриану и всем друзьям. Он был кукловодом, которому нравилось играться с ними в своём безумном и холодном театре, но... Луке всё же хотелось узнать, понять его чуточку больше. Разузнать секреты и тайны синего всадника. Он выдохнул с облегчением и ноткой тоски, понимая, что больше никогда его не увидит. Голод мёртв.       — Ну так... что теперь? — спросила Кагами.       — Всё закончилось, — слабо улыбнулся Лука. — Я отведу Маринетт домой.       — Помощь не нужна? — предложила Алья.       — Спасибо, но думаю, у меня хватит сил. Ты как, Сасс?       Зелёный квами лежал на плече Луки, поднимая своё пузико вверх и вниз, пытаясь отдышаться.       — Да... да... я самый крутой, я всё сделаю. Дайте только пять минуточек и чего-нибудь поесть... — захрипел Сасс. — А то я сейчас обезьяну сожру. Без обид, Шуппу.       — Я всех доставлю домой, — сказал Макс. — Думаю, если открою портал до школы, это будет гораздо быстрее. Что думаете?       Никаких возражений не было. Только Адриан ничего не говорил и смотрел себе куда-то под ноги, крепко обхватив локти.       — Вы идите, я должен остаться, — затем он сразу пояснил. — Мой отец умер... Я должен вызвать полицию и скорую. Пока Леди Баг в отключке, кто-то должен сообщить миру о поражении всадников и смерти Габриэля.       Лука вскинул бровями. Он не знал о смерти друга. Ему сразу же захотелось помочь Адриану, но никаких слов не хватит, чтобы его поддержать или как-то утешить. Тем более от него. К сожалению, Вайперион и вправду не всесилен, а отматывать время было уже слишком поздно.       

***

      Вайперион аккуратно вошёл через крышу домой к Маринетт. Он старался действовать как можно тише, чтобы не привлечь сюда Тома Дюпена с метлой наперевес, но, кажется, дома сейчас никого не было.       Маринетт всё ещё мирно посапывала у него на руках. Даже несмотря на полёты по крышам, это её ни капельки не разбудило. Лука вспоминал, как сам долго приходил в себя после тяжелейших травм. Человек регенерируется во время сна, как-никак.       Он поднёс её к розовой кровати, но когда попытался уложить под одеяло, она, по-видимому, инстинктивно вцепилась в его торс и не хотела отпускать. Нет, Лука абсолютно не был против поспать с ней в обнимку, это метла Тома была против. Вместо этого Лука потянулся к мягкой игрушке в виде божьей коровки и аккуратно всунул её в руки Маринетт. План сработал, и девушка обхватила игрушку, а напряжение с её лица сразу спало. Вайперион выдохнул.       Затем он вдруг обратил внимание, как комната Маринетт изменилась. Теперь здесь не было многочисленных фотографий Адриана, а лишь аккуратная фотография в рамке с Рождества, где они стояли вместе друг с другом. Ему также под руку попался альбом Маринетт с её рисунками. Лука перелистывал страницы. Как же он приятно удивился, что Маринетт теперь рисовала в качестве модели для мужской одежды именно Луку. Это было мило.       Лука не стал дальше копаться в личных вещах девушки, а подошёл к французскому балкончику и открыл окно, дабы подышать свежим воздухом и полюбоваться красивой архитектурой своего города. Всё-таки Париж оставался Парижем, несмотря на все его недостатки.       Затем Лука включил телевизор, предварительно отключив звук. Как он и предполагал, почти на каждом телевизионном канале показывались громкие заголовки о победе Леди Баг и Кота Нуара над последним из всадников, а также шокирующая новость о гибели Габриэля Агреста.       Лука выключил телевизор и положил пульт на место. После чего взял с тумбочки пачку влажных салфеток и начал аккуратно вытирать лицо Маринетт от запёкшейся крови. Юноша старался делать это как можно нежнее и незаметнее, дабы не будить её, но Маринетт спала без задних ног. Лука с печалью прикоснулся к месту, где он оставил ей рассечение, и вздрогнул, наморщившись.       — Это не твоя вина, — послышался голос Сасса в его голове.       — Моя, — буркнул себе под нос Лука. — Я всё помню, Сасс, всё...       — Голод контролировал тебя акумой.       — Но акума реагировала и усиливала мои реальные чувства и злобу... даже во мне есть зло...       — Ты балбес, Лука. Если продолжишь себя винить, я расскажу Маринетт, как ты трогал её нижнее бельё, пока она спала.       — Ч-что? — изумился Лука и покраснел. — Но это же неправда! Ах ты, мелкий змеёныш! Не получишь от меня больше шоколадного коктейля!       — Да больно надо! Я уже знаю его рецепт, — расхохотался квами, а потом уже серьёзным голосом добавил: — Слушай, Лука, не ты ли постоянно твердил: «Оступиться может каждый»?       — Это другое... — вздохнул он.       — Опачки, пошли двойные стандарты!       Этот квами никогда не поменяется, но Лука в глубине души понимал, что Сасс прав.       Лука закончил протирать лицо Маринетт. На том самом месте, к счастью, уже не было рассечения. По-видимому, все её раны затянулись, и осталась лишь кровь в некоторых местах.       Луке хотелось остаться с Маринетт подольше. Самолично проследить, как она наконец-то проснётся, но Маринетт явно будет спать до вечера, если не до следующего утра. Он оставил ей записку с просьбой позвонить, когда проснётся, а сам вскарабкался на крышу и отправился в отель «Гранд Париж».       

***

      Лука вошёл и долго стоял напротив двери, не решаясь постучаться. Сасс вылетел из переднего кармана и уселся ему на плечо.       — Ты сейчас серьёзно? — заворчал Сасс. — Ты отмудохал последнего из всадников, спас мир, получил в качестве девушки Леди Баг и боишься поговорить с собственным отцом?       — Сасс, это не так уж легко, — выдохнул юноша.       Его окрашенные в чёрный ногти легли на дерево, после чего он зажмурил глаза и постучался. Ответа не последовало. Он постучался ещё раз, увереннее, на что ему ответил уставший приглушённый голос:       — Никого нет дома.       Лука набрал побольше воздуха в грудь.       — Это я... отец.       Позади двери явно что-то упало. Послышались звуки стекла и грохот чего-то тяжёлого, а в конце — шаги. Дверь щёлкнула, и перед Лукой оказался Джаггед Стоун с окровавленной ваткой в носу. Его волосы были взъерошены, сам он был в пурпурном халате и тапочках под стать цвету своих волос.       Джаггед был очень удивлён и не сразу поверил, что это и вправду Лука. От него исходил лёгкий запах перегара. То ли виски, то ли коньяка, то ли рома — Лука не был экспертом в дорогом алкоголе. Джаггед явно откашлялся в кулак и попытался избавиться от расхлябанной позы.       — Слушайте, месье Стоун, — начал Лука, потирая шею, а потом нахмурился, помотав головой. — Ах, к чёрту формальности... папа, прости меня. Я поступил как дурак. В общем, это всё проделки Бражника, а потом нас не пустили из-за отсутствия Айвана, ну и Джулека не успела...       Лука не успел договорить, как Джаггед подхватил его и крепко обнял. Лука потерял дар речи. Он лишь понимающе склонил голову, и у юноши заслезились глаза. Лука обнял широкую спину отца в ответ.       — Лука, сынок, это был самый нечумовой день в моей жизни. Это ты прости старого гитариста...       — Да нет же, — настаивал Лука, — я же говорю, это Бражник всё... Но за то, что разбил нос, извини... это я виноват...       Джаггед отпустил Луку, вынул ватку и выкинул её.       — Кровь — это брутально, и она красит любого мужика, — посмеялся Джаггед. — У тебя удар, как у твоей матери.       — Э-э-э, спасибо, наверное?.. — Лука не знал, принимать ли это за комплимент.       — Ладно, давай, рассказывай, что там стряслось.       Лука прошёл внутрь номера, где явно царили бардак и хаос, но Джаггед довольно быстро расчистил для них диван и подозвал к себе своего крокодила, дабы гладить его и слушать рассказ Луки. В целом Лука рассказал всё как есть, опуская моменты с Вайперионом и Голодом.       — Так значит, за всем этим стоял Бражник и его ручные псы? — всплеснул руками Джаггед. — Мда, не повезло тебе словить акуму от него.       — Всё обошлось. Леди Баг победила Бражника и спасла меня.       Джаггед поднял футляр с бордовым алкоголем и подлил себе ещё в стакан.       — Ну, то, что ты назвал мадам Дюфон в лицо vieille chienne, — это, конечно, жёстко. Она валила всех ещё во времена, когда я был твоего возраста, — Джаггед взболтал жидкость в стакане и сделал глоток, причмокнув. — Ладно уж, подключу свои связи, чтобы вам дали возможность пройти прослушивание. Каждый заслуживает шанс проявить себя. О, и сестре своей передай, что я запишу её на другое прослушивание.       — П-правда? — глаза Луки широко раскрылись.       — Ну, конечно! — вскинул руками Джаггед. — Не у каждого школьника батя — сам Джаггед Стоун. Я, конечно, против кумовства и всего такого, но вы заслужили этого. Пройдёте вы или нет — это уже не мне решать, но выбить для вас шанс на новое прослушивание — это моя прямая обязанность.       Луку вновь затрясло. Он опустил взгляд на свои руки. Они были покрыты многочисленными маленькими шрамами от операций и травм. Этими руками он тренировался и прокладывал для себя и остальных путь вперёд. Сколько бы они ни ломались, он сделает всё, чтобы подарить музыку и счастье людям. Шанс... ему всего лишь был нужен шанс...       Лука вновь сжал кулаки и с игривой, уверенной улыбкой и вызовом посмотрел на отца.       — Так чего же мы ждём? Пришло время рок-н-ролла!       

***

      Маринетт вытянула руки, зевнула и потянулась. Ох, давно она так хорошо не спала. Девушка ещё раз потянулась и протёрла заспанный глаз. Ей такой сон приснился... Вначале её похитила злая Баникс, потом она встретила создателя квами, потом Лука и... девушка застыла, обнаружив, что она спала не в своей пижаме. Она резко потрогала свою грудь, ожидая обнаружить там кровавую рану или шрам, но там ничего не было. Вернее, кровь была, но засохшая, а под ней — ничего. Это... это очень странно...       — Тикки! — резко вскрикнула Маринетт.       Квами, которая, по-видимому, тихо посапывала рядом с хозяйкой, вздрогнула и тут же подлетела.       — Что такое?!       Маринетт продолжала трогать места ранений, но ничего не находила.       — Баникс, чёрно-белый Нуар и Лука Белиал... это сон или...       — Это было в реальности... — осторожно сказала Тикки.       — А Голод? Вы его победили?..       — Да... Лука и Адриан совместно его одолели... он умер... как бы... отдав тебе свою жизнь.       — Голод сделал что?.. — не поверила Маринетт.       Девушка вздрогнула и уронила голову на подушку. Ну вот почему, когда она уходит на пять минут, происходит что-то, что полностью ломает ей голову?       — А Лука? Лука цел?       — Цел-цел, — закивала квами. — Он тебя сюда и донёс.       Маринетт встала с кровати и подошла к окну, обнаружив рассвет.       — Боже мой, сколько я спала?       — Ты спала часов восемнадцать...       Маринетт, включив телефон, тут же получила гору сообщений из чата с вопросами о том, как она. Больше всего сообщений было от Альи и Зои. Маринетт расплылась в улыбке от такой заботы и прижала телефон к груди. Она тут же побежала в душ, чтобы привести себя в порядок и смыть оставшуюся кровь, затем прислала довольное селфи в группу, что у неё всё в порядке. Затем она заметила кусочек бумажки и сразу же узнала почерк Луки. Девушка аккуратно прижала эту бумажку к сердцу и тут же открыла свой альбом, чтобы вклеить её туда.       Когда она наконец закончила все дела, солнце уже встало. Она перевоплотилась в Леди Баг и решила, что лучше навестит Луку, нежели просто позвонит. К её приятному удивлению, её тело абсолютно не болело и было лёгким, как пёрышко. Девушка поднялась на крышу, раскрутила йо-йо и взлетела по крышам. Люди, замечавшие её, тут же радостно кричали ей. Она пролетала и давала «пять» многим желающим, совершая в воздухе сложные акробатические движения.       «Леди Баг, мы тебя любим!», «Спасительница Парижа», «Чудесная Леди Баг» — кричали ей прохожие. Девушка чувствовала себя так хорошо, как никогда раньше. Она вновь спрыгнула с крыши здания и ловко приземлилась возле дома-лодки, на котором жил Лука и его семья. Маринетт аккуратно прыгнула на крышу и, как настоящая божья коровка, незаметно вскарабкалась к окну, где находилась комната Луки.       В этот самый момент из комнаты доносились звуки электрогитары. Девушка аккуратно посмотрела внутрь и увидела в окне иллюминатора уже знакомого синеволосого юношу. Он с одновременной нежностью и уверенностью перебирал струны, играя незнакомую ей песню. Музыка окрыляла его и дарила ему улыбку. Он был счастлив в эти секунды.       Девушка терпеливо дождалась, пока он закончит играть последние аккорды, и лишь после постучалась в окно. Лука удивился, обнаружив счастливое лицо Маринетт за окном иллюминатора. Музыкант сразу же открыл окно, ухмыльнувшись.       — Привет, русалка.       — Привет, — засмеялась Маринетт, — ты как себя чувствуешь?       — Да вот, — повернул он голову к своей гитаре позади, — словил вдохновение. Через два дня нам дадут шанс на прослушивание. Зал будет в три раза больше, как и зрителей. Кажется, я понял, как завершить песню, которую не мог написать.       — Это же чудесно! — обрадовалась девушка. — Наконец-то я увижу вновь Банду Котят в деле.       — Это точно... — кивнул он. — Не хочешь провести со мной часик? Сестра с мамой ушли, и...       — Я только за, — растаяла Маринетт, но тут из её йо-йо донёсся звонок от Кота Нуара. Поначалу она слегка фыркнула из-за того, что Коту не имётся в такой момент, но затем она вспомнила гигантские заголовки на билбордах, и её сердце болезненно сжалось. «Габриэль Агрест был убит Бражником».       — Адриан... — шепнула она.       — Ответь ему, — спокойным голосом сказал Лука.       Да, он был прав. Адриан, а если быть точнее, Кот Нуар, был её напарником все эти годы. Несмотря на её ненависть к Бражнику, он всё ещё был отцом Адриана, и только Леди Баг могла понять ту боль и разочарование, которые переживал Адриан.       Маринетт закрепила йо-йо на поясе, а затем довольно уверенно поцеловала Луку, отчего тот от неожиданности вздрогнул, но ответил на её поцелуй.       — А ты точно Маринетт? — улыбнулся юноша.       — Я обязательно вернусь, а ты напиши к моему приходу шедевр, — сказала она, раскручивая йо-йо. — О, и передавай от меня привет Джулеке и месье Стоуну.       — Обязательно, — вновь кивнул он.       Маринетт зацепилась за одну из труб зданий и быстро поднялась по леске.       

***

      Найти Кота Нуара не составило никакого труда. У них всегда на такой случай были припасены точки сбора. Маринетт спрыгнула на широкую крышу, на горизонтальной трубе которой сидел Кот Нуар. Вернее, теперь он носил новое имя — Кот Инфинити. Внешний вид Кота удивил Леди Баг. Чёрно-белый стиль, словно комбинация инь-ян, вперемешку с блондинистыми волосами на одной стороне и белыми, поседевшими — на другой.       — Адриан, — позвала она его.       Кот Инфинити обернулся, и на неё глянули два разноцветных глаза, полные скорби и усталости от произошедшего. Девушка присела возле него.       — Ты как?.. — аккуратно спросила она.       Он выдохнул.       — Я очень устал... букашечка, очень...       — Теперь ты можешь отдохнуть, всадников больше нет, как и Бражни... — Маринетт осеклась. — Прости...       Адриан никак на это не отреагировал. По крайней мере, внешне.       — Я чувствую, что правда о том, что Бражник — мой отец, меня сильно надломила. Белый Кот тоже оставил свой след, — Адриан невольно прикоснулся к руке, где была оставлена рана им самим. — Я помирился с ним, но шрам останется...       Маринетт не знала, что и ответить. Она положила свою руку ему на плечо и почувствовала напряжение в его мышцах.       — Может, тебе к психологу записаться?       — Ну да, — ухмыльнулся Кот, — я представляю наши разговоры. «Здравствуйте, я Адриан Агрест, по совместительству Кот Инфинити. Мой отец, Габриэль Агрест, оказался психопатом с комплексом бога, оставив в моём сердце осколки акумы, из-за чего у меня появилась альтернативная садистская личность в виде Кота Блана, из-за которой я чуть не выпилился. За сколько сеансов мы сможем решить мою проблему?! О, а ещё у меня мать в коме».       — И тем не менее, ты победил Кота Блана, — Леди Баг дотронулась до его белых волос и растрепала их. — И стал чёрно-белым котиком.       Адриан вновь тяжело выдохнул, но затем слабо улыбнулся.       — Умеешь ты находить хорошие вещи.       — Ну, я же леди любви как-никак, — пожала она плечами.       Недолго думая, она обняла Кота Нуара. Ему это было сейчас нужно. Напряжение в его мышцах заметно спало, и было видно, что ему немного полегчало. Лука всегда её обнимал, когда ей было плохо. Обнимания всегда помогают.       Адриан отпрянул, а затем встал с трубы и чуть прошёлся в разные стороны.       — Букашечка, я позвал тебя по трём причинам, — и показал он также три пальца. — Сегодня будут похороны Габриэля. Я... не хочу на них присутствовать ни в образе Адриана, ни в образе Кота Инфинити. Вернее, я хочу посмотреть на это один, но нужно, чтобы кто-то сказал речь. Ты можешь в образе Леди Баг выступить? Всё же... мой отец умер не Бражником, а Габриэлем Агрестом.       — Хорошо, — довольно быстро согласилась она.       Несмотря на все прошлые битвы и злодеяния, а также на то, что именно Бражник оказался катализатором проблем в её семье, она сделает это ради Адриана.       — А вторая и третья просьба... причина?       — Третью причину я озвучу после похорон. Ну, а вторая — это не совсем моя просьба, — Кот Инфинити помялся, но затем нахмурился и посмотрел на Леди Баг серьёзным взглядом. — Это посмертное желание Голода за твоё воскрешение.       

***

      Маринетт была удивлена тому, что от них попросил Голод. Поначалу ей не хотелось и слышать о подобном, но, когда она услышала, в чём именно состояла просьба, она невольно прикоснулась своей красной перчаткой к лицу.       — Это правда?..       — Ну, я тоже поначалу не поверил, но это то, что он попросил.       Девушка выдохнула. Они должны были отправиться на другой край Парижа. Конечно, по крышам быстрее, чем на машине или метро, но всё же.       — Надеюсь, это не ловушка, — раскрутила Леди Баг йо-йо.       — Вряд ли, — пожал плечами Кот.       Они взмыли на крыши Парижа и уверенным темпом направились по указанному адресу. Наверное, это был один из немногих случаев, когда Леди Баг и Кот Нуар направлялись не на битву и не на патруль. Перед её глазами вспыхивали моменты, связанные с Голодом. Стройка, руки Луки, бесконечный котоклизм — за всеми событиями стоял синий всадник. По Маринетт пробежали мурашки, и она ускорилась.       Спустя час активного бега, перелётов и паркура они оказались на месте. Это была небольшая многоэтажная больница на краю города.       — Это оно, — подтвердил Кот Инфинити. — Она должна быть где-то на последнем этаже. Спорим, я быстрее её найду?       — Проиграешь же мне, котик, — ухмыльнулась Леди Баг.       Больница не была очень большой, поэтому они отыскали нужное окно довольно быстро. К счастью, к окну прилегало высокое дерево, по которому герои быстро и легко вскарабкались. Леди Баг поглядела в окно. В палате находилась молодая девушка с каштановыми волосами, в белых очках и вязаной шапочке, читающая книгу. У Маринетт участился пульс, она сжала кулак и постучалась в окно.       Девушка в очках вздрогнула от неожиданности. Видимо, она не поверила в то, что увидела, и тут же протёрла очки и глаза. Она подбежала, открыла окно и прикрыла рот руками.       — Здравствуй, Вики, — поздоровалась Маринетт.       — Чао, — улыбнулся и выглянул Адриан.       — Леди Баг? Кот Нуар? — Вики отступила на шаг. — Вы что тут делаете?       — Мы пришли к тебе в гости, нас попросил один знакомый, — пояснила Леди Баг.       — В гости? Ко мне? От знакомого? — с каждым словом она понимала всё меньше, а потом у неё в голове, видимо, что-то щёлкнуло. — Подождите, так вы от Луки?       — От Луки? — не поняла Маринетт.       — Ну, от Луки, да. Он ещё был с такой густой бородкой и постоянно носил синий капюшон.       Голод решился назваться ей Лукой?! Маринетт вопросительно посмотрела на Адриана, будто тот мог ответить на её вопрос, но он также непонимающе посмотрел на неё. Скорее всего, если бы Голод представился ей настоящим именем и одним из всадников апокалипсиса, это было бы ещё страннее.       — Да, мы от Луки, — сориентировалась Маринетт.       — Какое счастье, значит, он не был врунишкой, — хихикнула она. — Как он там?       Маринетт осеклась и даже не знала, что тут ответить, но ей пришёл на помощь Адриан.       — Он уехал и... попросил нас, чтобы мы к тебе заглянули. Хочешь с нами прогуляться?       — Прогуляться? Н-но мне нельзя покидать больницу...       — Пф, — махнул Кот Инфинити и протянул ей руку, — правила созданы, чтобы их нарушать. Тем более, мы где-то на часик всего.       Вики поначалу мялась, но, увидев улыбки героев, кивнула и положила руку на перчатку Адриану. Он тут же подхватил её к себе на спину, и они выскочили из больницы.       

***

      Леди Баг и Кот Инфинити взлетели на одну из крыш зданий. На удивление, Вики вела себя довольно тихо и лишний раз не взвизгивала от полётов. Они постарались найти хорошее уютное место. Их выбор упал на крышу здания, которое находилось недалеко от парка, где играли и веселились дети.       — Ну, думаю, тут можно остановиться, — снял со спины девушку Кот Инфинити. — Страшно было?       — Совсем капельку, — улыбнулась она.       Маринетт посмотрела на Вики. Несмотря на всю радость, её физическое состояние было плачевным. Она была худой, бледной, а кожа местами чересчур сильно обтягивала скелет. Её вязаная шапочка намекала на проблемы с волосами, но, несмотря на это, от девушки исходили тепло и позитив.       — Почему ты грустишь, Леди Баг?       Маринетт быстро подняла взгляд на Вики.       — Мне грустно от того, что я не могу тебе помочь.       — А, так ты про это, — она невольно прикоснулась к шапочке, но затем вновь улыбнулась. — Всё в порядке, Леди Баг. Это... такое случается.       — Ты говоришь это таким спокойным голосом, — не понимала Маринетт.       — А почему я должна грустить, когда со мной чудесная Леди Баг рядом?       Маринетт поджала губы и покраснела.       — Букашечка, я согласен с Вики, мы пришли сюда не для того, чтобы грустить, — подал голос Адриан.       — Кстати, Кот Нуар, а почему ты стал разноцветным? — поинтересовалась Вики.       — А, ну так, у котов иногда выходит системное обновление, ну вот и у меня вышло. Зато погляди, какие классные теперь у меня мечи, — он взял свой посох и разъединил его на синий и зелёный клинки.       Он начал ими играться и выпендрёжничать, после чего случайно выронил один из клинков, и тот полетел в стену, где стояла Леди Баг. Героиня скрестила руки и недовольно посмотрела на кота.       — Ой, — хихикнул он, — ну, мне надо к ним попривыкать.       — Классно, — улыбалась Вики. — А можно посмотреть твоё йо-йо?       — Конечно, — согласилась Маринетт.       Девушка взяла главный артефакт Леди Баг и попыталась с ним поиграть как с обычным йо-йо, и, в принципе, у неё это получилось.       — А насколько оно может растягиваться?       — Вроде бы бесконечно, — пожала плечами Маринетт. — Эйфелеву башню в обхват точно может охватить. Мне длины всегда хватало, — она взяла его из рук и раскрыла. — Это не только йо-йо, это ещё и телефон, оружие и косметичка. В общем, набор всего, что нужно девушке в наше время.       Вики вновь взяла йо-йо и попыталась растянуть его настолько, насколько могла и позволяли ей силы. Затем она случайно его раскрутила, и оно вылетело у неё из рук, влетев по лбу Коту Инфинити. Леди Баг захихикала.       — Ай. Тебе так нравится видеть, как мне больно? — заворчал Кот, начав потирать красное место.       — Ну, — улыбнулась Маринетт как лиса, — иногда да.       — Прости меня, Кот Нуар! — подбежала Вики к Адриану и помогла ему встать.       — Да бывает, — отряхнулся он. — В меня и побольше вещи прилетали.       Вики ещё какое-то время изучала оружие, после чего они пошли гулять в парк. Они купили мороженое и мило беседовали, подкармливая уточек. Маринетт и Адриан рассказывали о своих самых сумасшедших битвах с Бражником и о том, как иногда тяжело совмещать обычную жизнь и жизнь супергероя. Кот Инфинити не упускал момента, чтобы лишний раз себя похвалить и выделить, отчего Вики мило улыбалась.       Затем они начали делать друг другу венки из цветов. У Маринетт и у Вики получалось хорошо, а вот Адриан, может, из-за когтей, а может, из-за неопытности, портил цветы. Вики и Маринетт указывали ему на его ошибки, и спустя какое-то количество попыток у них получилось научить Кота делать венок.       По итогу Маринетт и Адриан провели с ней вместе не час, а целых три. Им не хотелось её покидать, но солнце начало багроветь, и Кот Инфинити показал на воображаемые часы на руке.       Затем Адриан вновь подхватил Вики к себе на спину, и они вернулись в её палату. К счастью, её никто не хватился.       — Это было чудесно. Спасибо большое, Леди Баг и Кот Нуар.       — Мы бы ещё с тобой провели время, — начал Адриан. — Но нам нужно успеть на похороны.       Вики вскинула бровями.       — Ой, я не хотела вас задерживать. Вы же на похороны Габриэля Агреста? Хороший был человек. Он ведь помог победить Бражника, насколько я слышала?       — Да, — сглотнул и сказал с горечью Адриан, — если бы не он, мы бы не победили Бражника...       — Спасибо вам ещё раз. Вы осуществили мою мечту.       — Ты уж поправляйся, — сказал Кот Инфинити и обнял Вики. — Если уйдёт моя главная фанатка, я буду плакать.       — Я постараюсь, — сказала Вики, крепко обняв Адриана.       — Жду тебя внизу, миледи, — сказал он и выпрыгнул в окно.       Маринетт осталась вместе с Вики наедине. Сейчас, как и в самом начале, она и не знала, что сказать. Наверное, и вправду нет таких слов, которыми можно было бы поддержать человека в её ситуации.       — Я могу ещё что-то для тебя сделать напоследок? — предложила Маринетт.       Вики вновь мило улыбнулась, а затем призадумалась.       — Ну, есть одна просьба.       — Я тебя слушаю, — улыбнулась ей в ответ Маринетт.       Вики как-то замялась и начала перебирать большими пальцами, но затем набрала побольше воздуха.       — Можно увидеть тебя вне маски?       У Маринетт расширились глаза. Это... была очень смелая просьба. Она очень внимательно относилась к кругу людей, знающих её личность. Однако интуиция ей подсказывала, что Вики можно довериться.       — Перевоплощаюсь.       Весь защитный костюм Леди Баг слетел, и на её месте появилась обыкновенная школьница Маринетт. Карие глаза Вики заметно расширились, и она приоткрыла рот, а Маринетт заметно засмущалась от такой реакции.       — Знаю, — выдохнула Маринетт, — ты, наверное, ожидала увидеть кого-то другого, а тут я, неуверенная в себе школьница французско-китайского происхождения...       — Да нет же, — улыбнулась Вики. — Это, наоборот, так чудесно. Спасибо тебе.       Вики обняла Маринетт, от чего у той слегка заслезились глаза, но она быстро смахнула влагу.       — Тикки, давай, — Маринетт вновь обрела облик героя и подошла к окну, бросая на Вики последний взгляд.       — Удачи, Леди Баг, приноси её другим. О, и если вновь увидишь Луку, передавай ему от меня привет.       — Обязательно, — сказала она с грустной улыбкой.       Маринетт выпрыгнула из окна и нашла Кота Инфинити, который лишь утвердительно кивнул ей.       Так вот какой была последняя воля Голода. Воля синего, четвёртого и самого противоречивого из всадников Бражника. Маринетт никогда не узнает, что было у него в голове. Голод был жестоким и циничным по отношению к людям, но, видимо, как и Маринетт, он повстречал человека, на которого смотришь и понимаешь, что в мире не всё потеряно. Возможно, именно таким человеком и была Вики для Голода. Человеком, который смог пробудить в каменном и холодном всаднике маленькое чувство милосердия и любви к людям.       Погрузившись в мысли, Маринетт не заметила, как мимо неё пронеслась белая бабочка, которая пробралась в окно больницы и села на руку вновь улыбнувшейся Вики.       

***

      Маринетт, как и обещала Адриану, направилась вместе с ним к Триумфальной арке, на которой и должно было произойти прощание с Габриэлем. Собралось очень много народу. Всё же Габриэль был одним из богатейших и влиятельнейших людей Франции.       Народу собралось больше тысячи человек уж точно. Полицейские оградили арку, чтобы было достаточно места для гроба, усеянного цветами.       Адриан, как и говорил ранее, не захотел подходить ближе, а уселся на одном из дальних домов, дабы наблюдать за всем с удобной для него позиции.       Маринетт же сделала глубокий вдох и начала думать о том, что ей сказать. Речь должна быть короткой и уверенной. Если её затянуть, посыплются вопросы, а она не была готова сейчас на них отвечать.       Маринетт раскрутила йо-йо и одним ловким движением оказалась прямо посреди арки. Полицейские тут же встрепенулись, но, увидев, что это Леди Баг, сразу расслабились. Когда мэр города закончил речь, место на трибуне освободилось, и девушка подошла к стойке с микрофоном.       Люди тут же закричали и завалили её вопросами о всадниках, случившемся и о судьбе Бражника, на что она с тяжёлым сердцем и ответила в микрофон:       — Габриэль Агрест был... суровым, но добрым человеком. Он был тем, кто помог нам одолеть Бражника и отдал для этого свою жизнь, — она посмотрела на гроб с Габриэлем, украшенный цветами, и его фотографию. — Он был отцом, мужем и кумиром. Он бы хотел, чтобы мы, как и вся Франция, и весь Париж, жили дальше. Пример Габриэля показывает, что даже обычный человек может бороться с несправедливостью. Ведь даже маленький шаг может перерасти в нечто большое. Спасибо.       После речи толпа на мгновение затихла, но затем тут же снова завалила её вопросами о произошедшем. Однако она не дала дополнительных комментариев и сразу же улетела на одну из крыш, на которой грустно сидел Кот Инфинити. Она приземлилась и положила йо-йо себе на пояс.       — Не хочешь тоже что-то сказать? — указала она на происходящее. — Они спрашивали о Коте Нуаре.       — Котик плачет и грустит, — выдохнул он. — У меня нет желания. Кот Инфинити, как и Адриан Агрест, переживают сейчас траур.       Маринетт села возле него и положила руку на его плечо, попытавшись вновь утешить. Кот вытер выступившие слёзы и выдохнул.       — И это конец? — подытожил он.       — Ну... — задумалась Маринетт. — Всадников нет. С обычной преступностью полиция и так справляется. Мы можем наконец-то отдохнуть.       — Отдохнуть... — повторил он и поглядел на закат Парижа. — А что насчёт нас?..       Маринетт удивилась этому вопросу и отвела взгляд.       — Адриан, я любила тебя многие годы, но, думаю, ты и сам понимаешь, что у нас ничего не выйдет. Мы... давно упустили этот шанс.       Кот с грустью посмотрел на неё.       — Но... мы можем остаться друзьями? — предложила Маринетт.       Коту эти слова не пришлись по душе, и его выражение лица стало ещё более разочарованным. Он посмотрел на свой перстень и сказал:       — Это моя последняя причина и просьба, Маринетт. Дуэту Леди Баг и Коту Нуару конец. Вернее, я всегда помогу тебе, если Парижу будет грозить беда, но лишь как один из героев, а не как напарник. С созданием СПГ мы теперь не обязаны всё тянуть на себе. Я останусь Котом Инфинити, но в команде мы не сможем работать. Я не смогу.       — Адриан, — она не знала, что и ответить, — ну, не обрубай же мосты, мы так много пережили вместе...       — Именно поэтому я и не могу работать с тобой, Маринетт. Мне больно находиться рядом с тобой. Я надеюсь, что ты в один день поймёшь меня.       Маринетт вновь отвела глаза и выдохнула. Нельзя быть с двумя. Если выбирать одного, другому всегда будет больно в ответ. Видимо, такова обратная сторона любви.       Кот Нуар встал, отряхнулся и подал руку миледи. Маринетт приняла её и вновь с печалью посмотрела на Адриана, понимая, что она ничем ему не поможет. Кот долгое время глядел ей в глаза, после чего подошёл и поцеловал её.       Это было дерзко и неожиданно, в духе самого Кота Нуара. Этот поцелуй обжёг ей губы. Она хотела его оттолкнуть, но Кота Инфинити уже не было возле неё. Он ловко совершил сальто назад и встал на краю крыши. Адриан грустно улыбнулся ей и отдал честь двумя пальцами.       — Прощай, букашечка, — сказал он и упал спиной с крыши, потерявшись среди переулков.       Девушка всё ещё держалась за губы, стараясь прийти в себя. Она проводила Адриана взглядом и задумалась, почему же он решил это сделать. Скорее всего, Кот Нуар захотел уйти в её глазах мужчиной, а не другом.       

***

      Адриан продолжал бежать по крышам Парижа. Вечерний воздух освежал его, а в голове крутилось много мыслей. Его отец умер, мать оказалась жива, а миледи зафрендзонила его окончательно. Теперь вся империя Агрестов ляжет на его плечи, и ему надо как-то с этим справиться. К счастью, у него всё ещё была Натали.       Юноша влетел в своё окно и перевоплотился, после чего, уставший, свалился на диван. Он провёл руками по лицу и волосам, после чего прикрыл глаза. Из холодильника, к которому потянулась его рука, он вытащил баночку холодной колы, открыл с шипением крышку и отпил несколько глотков. Для Плагга он уже вытащил новый кусочек камамбера, который тот с радостью начал жевать.       — Всё наладится, Адриан, вот увидишь, — махнул чёрной лапкой квами.       Вид Плагга, как и его самого, также изменился на чёрно-белый окрас, хотя это никак не изменило его тягу к вонючему сыру.       Адриан вновь уселся на диван и глядел в большое ночное окно, попивая сладкую жидкость. Может быть, Плагг и прав, и всё и вправду окажется лучше. В любом случае, ему также был необходим отдых. Адриан уже хотел включить себе джаз и заснуть, как вдруг услышал открывающуюся дверь, и в неё вошла Натали.       — Тебя не было на похоронах, — сказала она.       — Я был там... — буркнул Адриан, — ...просто в другом обличии.       — Ты теперь глава, и тебе нужно чаще появляться на публике.       — Натали, — раздражённо взвёл руками Адриан, — я знаю. Я не хочу с ними сейчас встречаться. У Адриана Агреста траур по отцу.       — Ты не сможешь вечно прятаться от мира.       «А я и не прячусь», — хотелось ему ответить, но этот разговор явно заводил куда-то в тупик.       — В любом случае, к тебе пришёл гость. Мне его пустить, или сказать, что у тебя «траур»?       Адриан закатил глаза от холодной колкости Натали.       — Это девушка, светловолосая, говорит, что зовут Зои.       Адриан поперхнулся колой и немного на себя облил. Он выдохнул и ответил:       — Хорошо, я спущусь к ней.       Натали кивнула и закрыла дверь. Адриан принялся вытирать салфетками свою футболку и ругался, но после бросил это занятие, сжал переносицу и пошёл в холл, спустившись по лестнице. Его встретило семейное фото Габриэля, Эмили и маленького Адриана, отчего он потупил глаза и вздохнул.       Пройдя ещё несколько шагов, он открыл дверь и вправду увидел перед собой Зои.       — Привет, — помахала она, — я не видела тебя на похоронах... думала, всё ли с тобой в порядке.       — П-привет, да, ну, просто хотелось побыть одному... — он пригласил её пройти.       Девушка прошла внутрь и удивилась гигантским потолкам, да и в принципе размерам жилья Адриана.       — Как дела? — не знал он, что и сейчас спросить.       — Нормально, — сказала она, выдохнув.       Всё же плохо он с ней поступил. Всё опять так резко навалилось. Надо бы извиниться, ещё раз.       — Адриан.       — Зои.       Резко они назвали имена друг друга одновременно.       — Давай ты, — уступила она ему.       — Слушай, я был не прав. Все эти всадники, правда о Бражнике, Белый Кот — всё это скрутило мне голову, и... я поступал как кретин. Серьёзно, прости, что расстроил тебя на Эйфелевой башне.       Зои наклонила голову, задумалась, а затем прописала Адриану хорошую звонкую пощёчину.       — Больно же! — запротестовал Адриан.       — Вот теперь я тебя простила, — сказала девушка, разминая руку, а потом обняла юношу, прижав голову к его плечу. — Я рада, что ты цел. Так что не мучай себя больше этим. Всё позади.       Адриан кивнул. У него горела щека от удара. Всё-таки ему и вправду нравилась Зои. Наверное, его очень привлекало сочетание женственности и дерзости, которыми временами обладала Леди Баг и которые были в Зои. От неё исходил приятный аромат ягод. Она отпустила его, и он даже разочаровался этому.       — Ну, а ты что хотела спросить?       — Я? — удивилась девушка, явно на мгновение застыв, засмотревшись на Адриана. — Я хотела узнать, останешься ли ты Котом Нуаром, вернее, Котом Инфинити?       Адриан потрогал свой перстень на пальце.       — Ну... — потянул он. — Я люблю Кота Нуара. Кот Нуар — это я, только в десять раз раскрепощённее и увереннее. Как же вы справитесь без самого горячего героя Парижа?       Зои мило посмеялась и убрала часть волос с лица.       — Мне предстоит много работы. Если моя мать жива, то я должен продолжить дело отца и вернуть её, но уже другими методами.       — Ты обязательно с этим справишься, — сказала девушка.       — Я... — почесал затылок Адриан, — мы с Леди Баг, в общем, официально разошлись как команда. Хочешь стать новой напарницей Кота Инфинити?..       Зои, явно удивлённая таким предложением, застыла и прикусила губу.       — Ну... если обещаешь меня больше не целовать, дабы что-то украсть, то... я подумаю...       Они смотрели друг на друга и улыбались, но их милую идиллию прервал звонок телефона Адриана. Он аккуратно достал смартфон и увидел, что ему звонит Лука. Немного удивившись этому, он ответил на звонок.       — Алло? Да, привет... Хорошо... Нет, я свободен в этот день... Т-ты уверен?... Ну, я согласен.       Закончив короткий разговор, девушка захлопала ресницами и спросила, для чего звонил Лука. В этот раз уже Адриан хитро улыбнулся Зои.       

***

      Холодная, но очень бодрящая вода из раковины коснулась лица Луки. Сердце продолжало стучать непрерывным молотком по груди. Он посмотрел на своё намокшее лицо в отражении и рукой зачесал назад свои голубые волосы, которые через мгновение опять упали на лицо.       Лука почувствовал странное чувство дежавю.       — Полгода назад ты так же трясся, как мелкая девчонка, — посмеялся в его кармане Сасс.       — Теперь всё будет по-другому, — ответил Лука, вытерев лицо салфеткой.       Настал день прослушивания. Как и обещал Джаггед, он поставил выступление Луки на другой день с другими школами. Организаторы были не очень рады этому, но Джаггед явно дал понять, что если они не дадут его сыну выступить, он порвёт с ними все возможные контракты.       Их выступление проходило в одном из театров Парижа. Сцена и вправду в этот раз была гораздо больше и масштабнее. Это, конечно, не стадион, но место, безусловно, достойное. На их выступление пришли посмотреть все ребята из СПГ, директор и некоторые учителя. Все махали Луке и желали удачи.       Лука прошёл за сцену, где его ожидала банда Котят. Ребята уже вовсю репетировали, и в их глазах были уверенность и огонь ожидания. Лука подошёл к своему чехлу для гитары и хотел его открыть, но к нему вдруг подбежала Джулека.       — Братик, постой! — она что-то держала за спиной. — Отец попросил передать это тебе.       Лука очень сильно удивился. Джулека с улыбкой поправила часть волос, щёлкнула кейсом, и перед юношей вдруг оказалась новая гитара. Вернее, это не совсем обычная гитара. Это фиолетовая, местами потёртая, но легендарная электрогитара Джаггеда Стоуна, с которой он выступал не на одном концерте. Снизу была записка.       «Она твоя не потому, что ты сын Джаггеда Стоуна. Она твоя потому, что ты уровня Джаггеда Стоуна».       Внизу приписка: «рок-н-ролльный папочка».       И ещё ниже: «Я случайно запачкал чуть-чуть край абрикосовым вареньем, протри, пожалуйста, перед выступлением. Извини. Кормил в этот момент аллигатора».       Лука сжал эту записку и улыбнулся, помотав головой. Тёплое нежное чувство разлилось по груди.       Его сестра также взяла в руки гитару, которую подарил ей Джаггед перед выступлением. Вишнёвую гитару их матери. Лука особенно был рад за сестру, в частности за то, что она прошла модельный кастинг, который также устроил им Джаггед. От неё сияло позитивом, и это передавалось остальным.       Лука также был рад возвращению Айвана. Всё же родители разрешили их гиганту вернуться за ударные в этот день.       И всё же Луке не терпелось проверить гитару отца в деле. Он быстро её подключил и надел наушники. Его длинные пальцы похрустели, после чего он прошёлся по струнам, и уверенная яркая мелодия зазвучала в его ушах.       Он вновь хотел ударить по струнам, но почувствовал, как к нему прикоснулась женская рука. Лука подумал, что это была сестра, но это оказалась...       — Маринетт, — улыбнулся он и снял наушники.       — Тсс, мне нельзя тут быть, — шепнула она.       Девушка присела на корточки возле него и раскрыла ладонь, которой он играл. Маринетт аккуратно начала проводить ноготком по линиям на ней, отчего по нему прошлись волны тока. Затем она опустила его ладонь и приступила к другой, всё так же проводя и очерчивая нужные линии.       — У меня не дрожат пальцы в этот раз, — улыбнулся он.       — На удачу, — сказала она, подмигнув и поцеловав юношу в щёку.       Лука окончательно отложил гитару и наушники, после чего встал и обнял девушку. Она была такой же маленькой, как и всегда, но в этот раз её объятия были крепче и увереннее, чем обычно. Ему опять было сложно разжать её объятия, но в этот раз она отстранилась сама.       Она юркнула, подобно мышке, через полотно и уселась на одном из передних рядов рядом с Зои и Джаггедом Стоуном. Это ещё больше придало ему уверенности в себе.       — Э-э, Лука, — отвлекла его Роуз. — А он придёт?..       — Конечно, — сказал Лука, не сомневаясь.       В этот самый момент послышались чьи-то шаги. В проходе появилась светлая макушка последнего члена банды Котят.       — Привет, — улыбнулся Адриан и протянул кулак Луке, который тот ударил в ответ.       — Н-но мы так мало тренировались вместе, — паниковала Роуз.       — Эй, — положил ей руку на плечо Лука. — В этот раз всё будет хорошо. Послушайте меня, ребята, — начал он обращаться ко всем. Айван и Джулека тут обратили на него внимание. — Мы все проделали большой и долгий путь. Каждый из нас. У кого-то в больнице бабушка, а кто-то пережил потерю и неудачу. Забудьте обо всём, что сейчас вас беспокоит. Мы играем, потому что любим музыку. Мы играем, потому что музыка может достучаться до человека сильнее, чем слова. Поэтому отбросьте сомнения и давайте порвём эту сцену. Один за всех.       — И все за одного! — закончили они.       «А теперь встречайте на сцене банду Котят!» — из зала послышались аплодисменты.       — Всё, ребята, пошли, я в вас верю.       Лука покрепче обхватил гитару и первым вышел на сцену. Прожектор на мгновение его ослепил, и перед глазами появилась толпа. На передних рядах сидела комиссия, а сразу позади них — Анарка, Джаггед, Маринетт и остальные из СПГ.       — Всем привет, — поздоровался Лука с аудиторией. — Сегодня мы будем исполнять песню, которую я хочу посвятить всем своим близким, которые поддерживали меня на этом сложном пути. Ну, а в особенности... — Лука надел лямку от гитары и нашёл глазами в зале Маринетт. — Я хочу посвятить эту песню героине Парижа, Леди Баг, которая спасла меня. Песня так и называется — «Miraculous Ladybug».       Айван взмахнул палочками и сразу задал темп, после чего подключилась рычащая гитара Луки, от которой зал тут же завёлся. Словив волну, подала голос и Роуз, чей вокал звонко объял весь зал.

Another day, I'm back at school

I think about him, he's so cool He looks at me, I look away But does he see me anyway?

      В этот же момент где-то сверху, на прожекторах, сидели квами и радовались музыке. Их маленькие фигурки невпопад танцевали, как дети. Один Сасс сидел и с улыбкой глядел на Луку.       — Сасс, — подошла к нему Тикки, — пойдём танцевать.       — Не хочу, — резко сделал серьёзное лицо квами, скрестив руки.       — Даже Плагг танцует! — пыталась уговорить его Тикки.       — Он танцует с сыром! — всё упорствовал Сасс.       Однако у Тикки было слишком хорошее настроение, и она знала Сасса тысячи лет. Она схватила змеёныша под руку и закружилась с ним в танце. Он кричал и протестовал, но музыка и голос заглушали его и он всё же сдался и затанцевал с остальными.       

Oh, oh, oh, he's got me spinning 'round

Oh, oh, oh, my feet are off the ground Oh, oh, oh, and when the sun goes down That's when I become

      Подключилась и вторая гитара Джулеке вместе с клавишами Адриана.       Джаггед Стоун довольно улыбался хорошей композиции и мотал головой в ритм.       — Это ты ему с этой песней помог? — обратилась к нему Анарка.       — А? Я только помог с одним аккордом. Он сам её написал. Наш мальчик — гений.       — Ты отвратительный муж, Джаггед, — сказала Анарка.       — Не буду спорить, — согласился музыкант, пожав плечами.       — Но ты всё же хороший отец, — под конец добавила она.       — А ты хорошая мать, — улыбнулся ей Джаггед.       Судьи спереди начали перешёптываться и что-то записывать в блокноты, на что Джаггед нахмурил свои густые подкрашенные брови.       — Музыка не оценивается блокнотами и карандашами. Она оценивается сердцами.       Джаггед перевёл взгляд и улыбнулся, посмотрев на Маринетт.       

Miraculous, simply the best Up to the test when things go wrong!

Miraculous, the luckiest The power of love, always so strong

      По щекам Маринетт текли слёзы ручьём, и она раскраснелась. Её трясло. Руки заледенели и вспотели. Ноги словно парализовались. Она улыбалась Луке, а он улыбался ей в ответ. Единицы знали, кому на самом деле посвящена песня. Её вновь охватила дрожь от эмоций, и Зои, сидевшая рядом, приобняла Маринетт.       Под конец послышалось громкое и звонкое "Miraculous!", отчего зал окончательно взорвался под громкие аплодисменты.       

***

      Выступление закончилось. Лука сошёл со сцены, похвалил каждого, прошел в комнату отдыха и без сил свалился на диван. Пот валился с него градом и приклиял футболку к телу, а волосы взмокли будто он помыл голову. Пальцы болели. Во рту была пустыня. И всё же он был доволен результатом.       Лука не успел открыть бутылку с водой, как в него тут же на большой скорости влетела Маринетт, чуть не перевернув и воду, и диван, и самого Луку. За ней вошли Анарка и Джаггед с остальными ребятами. Все хвалили и поздравляли банду Котят с успешным выступлением.       Так и пролетело время за похвалами, пока не пришёл этап выбора победителя. Все, как и большинство из зала, ожидали банду Котят, но... они заняли лишь второе место. Судьи аргументировали это тем, что песня и музыка были слишком «попсовыми» по сравнению с первым местом. Конечно, Котят это расстроило, но Лука лишь пожал плечами и улыбнулся.       — Не расстраивайтесь, мы сделали всё, что могли. Главное, что мы завоевали сердца и нас запомнили.       — Вот это я понимаю подход, — стукнул его по плечу Джаггед. — Так, молодёжь, кто хочет пиццы? Папочка Джаггед сегодня платит за всех.       Ребята тут же радостно подняли руки вверх и начали собирать вещи. Одна Маринетт, которая как прилипла к Луке, так и не отпускала его из объятий.       — Маринетт, мы уходим... — погладил её Лука по плечу.       — Ещё минуточку, — пробурчала она.       — Ну, минуточку можно, — улыбнулся он.       Лука продолжал гладить Маринетт по плечу и по макушке, а потом поднял голову вверх, глядя в потолок. Да, конечно, обидно за результат, но он всё равно был счастлив и горд. Он довёл котят до финала, помирился с отцом, получил любовь Маринетт и остановил Голода. Что ещё нужно для счастья? От усталости Лука чуть не заснул вместе с Маринетт, но тут его разбудил мамин голос. Маринетт также резко встала, вытянувшись как струна.       — Да, идём! А? — спросил Лука, обнаружив, что перед ним стоит не только мать, но и высокий пожилой мужчина с густой белой бородой в строгом костюме.       — Мама? — удивился Лука. — Кто это?       — Здравствуй, Лука, — сказал пожилой мужчина с сильным английским акцентом. — Я говорил с твоей мамой насчёт тебя. Лука, я хочу пригласить тебя играть музыку в Америке.