Ренессанс

      Маринетт с криком прикрыла глаза руками, ожидая увидеть одного из всадников, но перед глазами она увидела яркую вспышку света, ослепившую её на мгновение. К ней тут же подскочила маленькая знакомая юркая фигура, которая облетела её и села девушке на плечо.       — Сасс! — обрадовалась Маринетт.       — Ну, привет, соскучилась? — слабо улыбнулся Сасс.       — Ох, как я рада тебя видеть, — погладила она его по капюшону.       — Эй-эй, личное пространство, слышала о таком? — заворчал по-доброму квами.       — Погоди, то есть Лука тоже тут? — Маринетт задала этот вопрос вначале с облегчением, а потом с опаской. — О нет…       Сасс словно не посмел взглянуть ей в глаза, а лишь уставился себе под ноги.       — Его схватил Голод, — раздался голос, который отразился эхом по всему пространству.       Перед девушкой начала образовываться фигура. Это был… бездомный? Человек с каштановыми волосами и бородой. На его плече умиротворённо сидел белый голубь.       — Давно не виделись, Маринетт, — улыбнулся он.       Девушка обомлела. Откуда он знает её имя? Кто он… Она внимательнее к нему присмотрелась. Да это же тот бездомный, которого она встретила перед Рождеством!       — Понимаю твоё изумление, и у тебя много вопросов, но времени слишком мало. У Маринетт забилось сердце гораздо быстрее. Пульс заметно участился. Она непроизвольно поднесла руку к груди и поджала губу.       — Я создал талисманы много тысяч лет назад, — пространство начало меняться вокруг них. Мимо Маринетт проносились разные эпохи и образы героев прошлых лет. Это были воплощения Леди Баг и Кота Нуара из разных культур и эпох.       Ей в нос ударили экзотические масла, чем-то напоминающие ладан. Она обнаружила себя высоко над землёй, и свежие листья ударили ей в лицо. Леди Баг из древнего Китая с узорами дракона, бежавшая по Великой Китайской стене.       Затем воздух вокруг словно высушился, и в глаза ударили песчинки. Леди Баг из Египта с оливковой кожей, прыгающая по пирамидам. Их были десятки… если не сотни.       И, наконец, Леди Баг, прыгающая по узким улочкам и перепрыгивающая водяные каналы. Она услышала музыку, звон колоколов, хохот людей и девушку, танцующую на крыше, позади которой запускались фейерверки.       На последней Маринетт особенно приковала взгляд и чуть приоткрыла рот. У неё были чёрные волосы и яркие голубые глаза, как у Маринетт. Яркая карнавальная маска в горошек с пером прикрывала её глаза. Какая красивая…       — Понравилась Леди Баг из Италии? — Бездомный заметил это и улыбнулся. — Мне тоже она нравилась. Леонардо да Винчи был в неё влюблён. Она была девушкой той эпохи. Эпохи Возрождения. Эпохи прекрасного. Эпохи ренессанса.       Затем эти фигуры исчезли, кроме итальянской Леди Баг, а в округе появились словно копии талисманов, расположенные вокруг, а по центру — серёжки и кольцо.       — Я создал талисманы, чтобы люди приумножали добро и любовь в мире. Каждый талисман создан для этого. Даже талисманы бабочки и павлина. Они лишь речки с чистой водой, которые решили отравить…       Бездомный грустно вздохнул. Маринетт всматривалась в талисманы, а затем посмотрела на бездомного.       — Так значит… вы нам поможете? Поможете одолеть Голода раз и навсегда?       — Маринетт, я люблю людей, но я не вмешиваюсь в их дела. Я не могу вмешиваться в свободу воли человека, какой бы ужасной она ни была.       Девушка разочарованно опустила голову, но затем мужчина положил руку ей на плечо.       — Но и смотреть, как Голод хочет уничтожить этот прекрасный мир, я тоже не буду.       Бездомный погладил голубя. Тот встал, расправился и взлетел, начав сильно размахивать крыльями, отчего в белой стене начал появляться портал, из которого было видно сражение Кота Нуара и Луки…       Маринетт вздрогнула. Она присмотрелась повнимательнее и обнаружила, что это не был добрый и милый музыкант, которого она любила. В глазах Луки сияли гнев и ненависть. Это чувствовалось в каждом ударе, в каждом движении. Все его атаки были направлены на жизненно важные области. Лука бился с Адрианом насмерть. Неужели Луку акуматизировали? И Адриан выглядит как-то странно… откуда у него мечи? Что-то слишком многое произошло за время её отсутствия.       Маринетт сделала глубокий вдох и неуверенно шагнула в портал, словно ногой вступая в ледяную воду. Она обернулась. Бездомный спокойно стоял и улыбался. Она посмотрела на итальянскую Леди Баг. Ей бы её уверенность.       — Леди Баг была создана как символ надежды и любви, — вновь повторил бездомный. Маринетт посмотрела на свои руки и на своё йо-йо, после чего завязала свои хвостики покрепче и надела на руку медальон змеи.       — Сасс, тебе придётся поработать дуэтом с Тикки.       — Ну нет! — простонал Сасс. — Ну почему именно с ней? Эх, ладно, только ради Луки.       Маринетт улыбнулась, сказала заветные слова превращения, и часть её костюма покрылась чешуйками.       Она вновь посмотрела на бездомного и отважилась спросить:       — Вы Бог?       На этот вопрос бездомный многозначительно улыбнулся, после чего вновь погладил белого голубя на своём плече, и силуэт растворился в воздухе.       Маринетт обернулась к порталу и уверенным шагом зашла в него.

***

      Напряжение между Лукой и Адрианом было ожесточённым. Никто не собирался уступать друг другу. У Белиала в руке материализовался огненный клинок, и они вступили в фехтовальную дуэль. Адриан, за счёт своего хобби, явно доминировал в технике, но Луке словно было всё равно на это. Его пугающая тёмная аура давила на Адриана, из-за чего он отпрыгнул назад, совершив сальто.       — Мы так можем танцевать весь день, — провёл мечом в разные стороны Кот Инфинити. Лука на это ничего не ответил, они готовы были вновь сойтись по центру в клинче, но тут возле Кота появилась Маринетт.       — Леди Баг? — воскликнул Адриан. — Ты как раз вовремя.       Девушка изумлённо посмотрела на новый чёрно-белый стиль Кота и хотела спросить, но времени для вопросов не было. Она повернулась на Белиала и вскинула бровями вверх.       — Лука!..       — Маринет?.. — подал вдруг хриплый голос огненный юноша.       Они смотрели друг на друга и более ничего не говорили. Лицо Маринетт было испуганным и обеспокоенным. Её печальные глаза расширились, и она вытянула руку, пытаясь прикоснуться к Белиалу, несмотря на метры, разделяющие их.       Белиал же застыл и не двигался. Его глаза на мгновение изменились с оранжевого на голубые. Гнев и ненависть словно отступили. Будто старый, всеми знакомый Лука проявился, но затем оранжевый свет вернулся, и он направил клинок на Леди Баг.       — Слишком поздно, Маринетт, — вновь прохрипел новый всадник.       Что это за ощущения исходят от Луки? Она никогда такого не чувствовала. Холод, ненависть, гнев… всем этим витал воздух, и всё это исходило от Луки.       — Он питается негативными эмоциями, букашечка, — пояснил Кот. — Он как все 4 всадника вместе взятых.       — Это необычная акума… — вздрогнула Маринетт.       — Верно, — послышался голос Голода, который вышел со вторым зелёным мечом Адриана. Всадник явно был заинтересован больше остротой клинка, нежели появлением Маринетт, но затем он подкинул меч в потолок, дабы оставить Адриана без второго оружия.       — Лука принял акуму добровольно.       — Ч-что? — не поверила своим ушам Леди Баг.       Голод подошёл к Белиалу с необычной отцовской нежностью и положил тому руку на плечо.       — Понимаешь, у нас с Лукой оказывается много общего. Я понимаю его боль к несправедливости этого мира. Предательство отца, слёзы сестры, неудача на концерте… у всех есть свой предел. Я всего лишь чуть-чуть его подтолкнул…       — Я не верю тебе! — крикнула девушка.       — Это правда, Маринетт, — сказал Лука. — Я устал быть неудачником… устал, что жизнь меня ломает, — Лука вновь бряцнул клинком, обхватив обеими руками рукоятку покрепче. — Я не хочу убивать тебя, но если будешь мешать…       Он не договорил.       — Букашечка, ты уж меня извини, но мы должны побить твоего суженого, чтобы он пришёл в себя, — заявил Кот Инфинити.       Маринетт с горечью приняла эту информацию и затем повернула головку змеиного браслета, активировав петлю во времени.       Голод моментально сорвался с места, заметив это. Он попытался прикончить Маринетт одним ударом, но Адриан среагировал и отбил выпад Голода. Кот явно стал гораздо сильнее и быстрее. Это давало ей пространство для раздумий. Однако если Адриан взял на себя Голода, волей-неволей на неё выпадал Белиал.       Леди Баг пыталась поговорить с Лукой, но он явно не был настроен на разговоры. Самое ужасное, что Лука, явно опьянённый гневом, усиливающимся Голодом, и вправду готов убить Маринетт. Она несколько раз пропускала удары, чувствовав, как кровь обагряет её кожу сквозь костюм, из-за чего приходилось отматывать время назад. В придачу, Маринетт было психологически сложно драться с Лукой, и тем более понимать, что он и вправду может её убить.       Она вновь и вновь отматывала время вспять, дабы постараться найти ту самую вещь, заражённую акумой. С каждым разом вещей становилось всё меньше. Она ломала меч, пирсинг, пыталась сорвать и разорвать маску, но ничего не выходило. Наконец, она сломала последний из аксессуаров Луки, но и из него ничего не вышло. Акумы нигде не было.       Что-то не так… это и вправду необычная акума. Если её нет в вещах, то где же она? Маринетт приступила к тактике собирания талисманов с её друзей, но даже дополнительные силы не помогали. Оставался Супер Шанс. Тикки говорила, что Супер Шанс никогда не ошибается, и любой его результат, даже самый необычный, всегда оказывается нужным.       В этот раз Супер Шанс дал ей… печенье с предсказанием. Она разочарованно разломала его и прочитала текст «речка с чистой водой может изменить даже окрас кота», а внизу её имя «Маринетт». Она вздрогнула и глянула на Адриана. Она несколько раз возвращалась и активировала Супер Шанс вновь и вновь, но слова никак не менялись. Предсказание явно требовало от неё конкретного действия. У неё не выходила из головы пугающая мысль. Если эта мысль неправильна и её предположение ошибочно, то это закончится её смертью и смертью всего мира.       У неё вспотели ладони и пересохло в горле от стресса и напряжения. Ей было очень страшно. Она должна была положиться на Луку. В конце концов, это была единственная надежда. Маринетт выдохнула. Чешуйки и броня начали испаряться. Маска, за которой ей так хотелось укрыться, исчезала. Она ощутила себя будто голой, но это был единственный шанс. Адриан вскрикнул, Голод нахмурился, Лука же никак не отреагировал.       — Маринетт, ты чего? — удивился Сасс.       — Не надо, Маринетт! — останавливала её Тикки.       Девушка тяжело вздохнула и направилась к Луке, шепча слова «речка с чистой водой может изменить даже окрас кота». Тяжёлая аура Луки становилась всё осязаемее. Она будто погружалась в ледяное болото. Каждый шаг давался с трудом. Её пробивал озноб, глаза и пальцы дрожали. Она чувствовала себя мышкой, идущей ко льву, чтобы спасти его.       Её сердце выпрыгивало из груди, ноги налились свинцом, но она передвигала ноги вперёд. Белиал пугающе молчал и не двигался, внимательно наблюдая за её движениями.       — Я… не буду с тобой драться, Лука, чтобы с тобой не сделал Голод, я знаю, что ты хороший человек.       Маринетт вглядывалась в его оранжевые глаза. Сколько ненависти, сколько боли в них было. Его глаза были как два раскалённых угля. Она старалась рассмотреть в них настоящие глаза Луки, но… они оставались огненными. Он прошёл мимо неё, и её кожа покрылась мурашками. Она тяжело задышала от страха. Голоду это явно не понравилось.       — Белиал! Прикончи её! Кто все эти годы приносил тебе боль? Кто был её источником?! Ты и вправду веришь её лживым словам? Маринетт никогда не любила тебя. Ты всегда был подушкой для плача, когда было выгодно ей! Всё это фальш!       Белиал резко остановился. Он сжал меч до хруста костей. Воздух окончательно заледенел. Её губы дрогнули, и с них сорвалась струйка пара. Её зрачки округлились. Сердце пропустило удар, и тут...       — Лука… — она протянула тонкую руку к его спине.       Он обернулся и... Всё затряслось. Она почувствовала звон в ушах и горячую красную жидкость, обжигавшую ей лицо. Девушка заморгала, попытавшись прийти в себя от тяжёлого удара. Кровь стекала по её белым щекам и медленно капала ей на руки. Э-это был удар Луки?..       — Маринетт! — закричал Адриан, попытавшись прийти на помощь, но Голод сразу же перекрыл тому путь.       Тикки бросилась к Маринетт, а Сасс направился к Луке и обвинительно начал кричать. — Ты чего творишь?! Я не этому тебя учил! Это же Мари… — Лука схватил квами, после чего откинул его в сторону, оглушив о коробку.       Маринетт чувствовала, как ноги перестают её держать, и свалилась на колено. Дыхание стало обрывистым, воздуха не хватало, словно она задыхалась. Её губы задрожали, но она сжала свой кулак, подняв окровавленное лицо.       — Маринетт, не надо... — заплакала возле неё Тикки.       — Лука… — слабо произнесла она.       У неё кружилась голова, она еле нащупала возле себя стену и, шатаясь, поднялась. Белиал начал приближаться к ней. Каждый его шаг отражался эхом в её груди. Она тяжело задышала и вновь посмотрела ему в глаза, стараясь отыскать Луку.       — Я знаю… я знаю, что ты там. Ты не Белиал. Ты не всадник. Ты Лука… Лука Куфен… самый лучший музыкант, которого я знаю…       Маринетт пыталась достучаться, но ничего не выходило. Ещё мгновенье, и она почувствовала тупую боль в груди, отчего потеряла возможность дышать и скрючилась. Она прикрыла рот, и её чуть не стошнило. По её лицу потекли слёзы. С каждым ударом у неё разрывалось сердце. Она пыталась вновь найти стену, но нащупала лишь ноги Белиала. Его рука схватила её за волосы, она издала болезненный стон, и он приставил к её горлу меч. Она смотрела заплаканными глазами на него и дрожала.       — Если… если ты и вправду этого хочешь… то сделай это. Прости за то, что приносила тебе боль все эти годы. Я люблю тебя, Лука…       Она зажмурилась, приготовившись к финальному удару. Но секунды тянулись слишком долго. Ничего не произошло, и Лука тяжело задышал.       — Маринетт… — сказал он сдавленным голосом.       Она открыла глаза и увидела, как его глаза изменились на его родной нежный голубой оттенок. Лука отпустил Маринетт, и та, уставшая, свалилась на землю, после чего он схватился за грудь и упал на колени. Из его грудной клетки вылезла акума. Его броня и облик Белиала исчезли, покрывшись фиолетовыми пузырями. Девушка, ослабленная и уставшая, потянулась к Луке.       Она дотронулась до него, улыбнулась и заплакала.       Оранжевая бабочка покружилась в разные стороны и вновь направилась на Луку. Маринетт от страха тут же прикрыла юношу, но тут вдруг появился Кот Инфинити и успел разрезать насекомое на две части.       — С-спасибо, Адриан… — слабо улыбнулась Маринетт и вновь закашлялась, а затем закричала. — Адриан, сзади!       Адриан не успел вовремя среагировать, и ему по лицу прилетел кулак Голода. И ещё один. И ещё! Он схватил Кота Инфинити и последовательно начал вбивать его кулаками по лицу в стену, пока тот не потерял сознание и не свалился возле Маринетт. Голод, который всегда сохранял спокойствие, его резко потерял и озлобленно глянул на девушку.       — Чёртова Леди Баг, — закричал он и схватил её за горло. — Сколько тебя не ломай, а ты всё возвращаешься, мерзкая божья коровка! Надо было убить тебя ещё давно. Я ошибся, думая, что это Лука — центр этой команды. Как же я тебя ненавижу!       Он поднял её небольшую фигуру. Каменные руки обхватили её. Белые пустые глаза впились в неё. Голод болезненно начал пережимать ей шею. Она кряхтела и задыхалась. Её лицо жмурилось от боли и безвыходности.       — Ты… проиграл… Голод… Леди Баг нельзя убить… Леди Баг… это символ любви… удачи… и надежды… убьёшь меня, и придёт другая… тебе не убить… любовь… в людях…       Эти слова ещё больше вывели его из себя. Как же его трясло, как же она его бесила! Его голова резко повернулась в сторону, и рука обхватила рукоятку. Меч со звоном вышел из земли, и металл лязгнул в воздухе.       — Я прослежу, чтобы ты была последней Леди Баг!       Маринетт почувствовала резкую острую боль в груди. Её начало сжигать. Изо рта брызнула струйка крови. Больно и холодно…       — Н-Е-Е-Е-Е-Т! — вдруг послышалось позади, и на Голода обрушилась совместная атака пришедших в себя героев.       Голод в последний момент уклонился. У Маринетт начало темнеть в глазах. Кровь была горячей, но ей было очень холодно…       — Маринет, Маринет! — ей отдалённо слышался голос Альи. — Маринетт! Держись.       Алья? Она тут. Как хорошо, что она тут. Она всё же не оставила её. Не оставила. Голоса всё отдалялись, картинка мутнела. Последнее, что она увидела — это испуганное лицо Луки. Лука… она вернула его… Его глаза больше не оранжевые. Какие же они у него всё же красивые. Напоминали ей речку с чистой водой. Да… речку. Речку…

***

      Лука тяжело дышал. Его сердце выпрыгивало из груди. Он только пришёл в себя от случившегося… всё так запутано, всё так в тумане. Лука несколько секунд приходил в себя. К нему вернулось зрение и...       Он увидел пронзённую клинком Маринетт.       Голод сделал это так быстро. Что?.. Как?.. Нет. Он ничего не сумел сделать.       Маринетт свалилась на землю, и он в последний момент бросился вперёд. Она была у него, но... Меч Кота Нуара торчал из её груди. Лука почувствовал горячую кровь на ладонях.       — Маринетт! — тут же вскричала Алья и подбежала к ним.       Маринетт хрипло дышала и ослабленно смотрела на них. У Рины Руж подступили слёзы, и она зажмурилась от отчаяния. Нет, нет, нет, только не это. Нет! Кровь всё выходила из Маринетт.       Она повернула голову к Луке и слабо улыбнулась. Слабой нежной искренней улыбкой. Спустя секунду она издала последний выдох и застыла. Застыла с улыбкой.       — Маринетт! — потряс её Лука. — Маринетт…       Он сжал губы, и к нему подступили слёзы.       — Не оставляй меня, Маринетт, пожалуйста…       Лука прикрыл лицо рукой, не выдержал и зарыдал, обняв её. Её кровь была на нём. Его трясло от боли и потери. Его муза умерла на его же руках. Ему не хотелось отпускать её. Она лежала так спокойно, так мирно, будто бы заснула… Он замер, прижимая её к себе. Она что-то сжимала в руке.       Что это?       Он раскрыл ладонь и с её пальцев покатился браслет, звонко ударившийся о пол. Его вновь пробила дрожь и он сжал изо всех сил этот браслет змеи. Вытерев последние слёзы, он выпрямился во весь рост и нацепил на кисть браслет. Ради Маринетт. Ради всего мира ему нужно покончить с Голодом раз и навсегда.       — Сасс! — громко закричал Лука.       Маленький зелёный квами тут же появился на его плече.       — Я здесь, дружище, — сказал он, также вытирая своё лицо от слёз. — Я в деле.       — Чешуя скользит, — промолвил он и тут же покрылся бронёй, воплотившись в Вайпериона. — Или сейчас, или никогда! Алья, побудь с Маринетт.       Из его глаз повалили искры Потока, и он направился к последнему всаднику. К тому моменту Голод расправился со всеми оставшимися героями, которые, несмотря на такой же гнев, не могли нормально противостоять.       — Отойдите, — сказал Лука голосом, не требующим пререкательств.       Он метнул свою лиру наверх, сбив ранее прибитый меч Кота Инфинити. Он отложил лиру к себе на пояс и обхватил меч покрепче. Голод, ухмыльнувшись, повернулся к Луке и хрустнул шеей.       — Как жаль, ничего личного, Лука, она должна была уме… — Голод не успел договорить, как Вайперион тут же сократил с ним расстояние.       Всадник уклонился в последний момент, и клинок пришёлся только по щеке. Он явно такого не ожидал. Этот Лука не собирался показывать милосердие или пощаду. Голод сделал шаг вперёд и будто телепортировался позади Луки. Всадник активировал свою способность замедления времени, поэтому и появился такой эффект, словно он телепортировался, однако, несмотря на это, Лука тут же ударил его в то же место. Сейчас органы чувств напряжены до предела, его реакция была на высоте. Пусть замедляет время сколько хочет, Вайперион настигнет его.       Начался бой с тенью. Голод кружил вокруг Луки. Всаднику удавалось несколько раз ударить Луку, но ничего, кроме ещё большей злобы, это не приносило. В очередной момент, когда Голод оказался позади, в него вдруг с ноги влетел Кот Инфинити с не менее озлобленным взглядом.       — Ты… ты убил мою миледи! — зашипел он, и из его глаз также повалили зелёные и синие струйки Потока.       Лука и Адриан собирались разорвать на части Голода, но тот лишь продолжал ухмыляться.       — Хорошо, очень хорошо, — похлопал он в ладоши. — Я смотрю, ты тоже разгадал секрет Потока, Адриан, но…       Кот Инфинити и Вайперион сократили дистанцию. Лука занёс меч, а Кот направил удар ногой, но Голод перехватил эти два удара.       — Поток исходит от чистого сильного чувства и высокой концентрации, любовь и скорбь пробудили в вас эту силу, но… — Голод поднял глаза, и из его глаз повалили фиолетовые искры Потока. — Вы мне всё равно не ровня.       Голод тут же ускорился и отбил их атаки. Он успевал уклоняться от обоих и контратаковать. Он телепортировался к одному, а затем к другому. Остальные герои не поспевали и видели лишь яркие цветные вспышки.       Всадник откинул Луку, перекинув того возле себя, и отобрал у него меч, после чего тут же сбил Адриана с ног и собирался проткнуть мечом и его. Адриан, оскалившись, обхватил клинок руками, и из его рук начала капать кровь, изо всех сил сдерживая лезвие возле груди.       Вайперион встал, и ему крикнула Рина Руж.       — Лука! — девушка кинула второй клинок, которым всадник убил Маринетт.       Юноша моментально схватил его и прыгнул на всадника, но Голод резко повернулся и схватил Луку за шею. В этот самый момент Адриан вырвал брошь мотылька с его груди, отбросив в сторону.       Голод потерял часть силы и замедлился, чем сразу и воспользовались Адриан с Лукой. Они тут же начали наносить удар за ударом, перекидывая друг другу мечи. В одно мгновенье Лука нанёс ещё один удар, лишив всадника талисмана павлина, после чего тот пришёл в свою естественную форму. Они одновременно лишили его каменных рук, и всадник свалился на колени. Не имея никакой жалости, они подрезали ему и ноги, не давая шанса на побег.       Они превратили всадника в инвалида без рук и ног и остриё подносили к его голове, желая уничтожить побледневшее чудовище.       — Ну, давайте! — закричал Голод. — Покончите с этим!       У Луки горела душа. Он занёс клинок над головой. Сколько боли, сколько страданий принёс этот всадник им всем. Ему нужно только снести ему голову, и всё закончится. И он это сделает! Но в последний момент его за запястье схватил Адриан, отчего Лука раздражённо посмотрел на него.       — Я хочу его смерти не меньше тебя, — начал Кот Инфинити, — но не иди по тому же пути, каким шёл я... Ни к чему хорошему не приведёт.       — Он убил Маринетт! — протестовал Лука. — Он должен поплатиться за это!       — И он поплатится, — уверял Адриан, внимательно смотря на него разноцветными глазами. — Но не так…       Лука до хруста пальцев обхватил меч и посмотрел на обездвиженного Голода, после чего у него в голове пронеслись воспоминания с Маринетт. Их первая встреча, первая битва, её поддержка на концерте, её слёзы, их первый поцелуй. Его лишили части души. Вайперион вырвался из хватки Адриана, закричал и вонзил меч ему в грудь. Этот удар не убил Голода, а лишь окончательно намертво приковал того к земле.       Голод удивлённо посмотрел на него, после чего на его лице проскочила кривая волчья улыбка, и он выплюнул:       — Слабак.       Лука вновь тяжело задышал и уселся на пол. Гнев наконец-то отступил, и тяжёлая усталость упала на его плечи. У него ужасно болели ноги. Адреналин явно придавал ему сил, но теперь всё наконец-то закончилось. Всё закончилось…       К нему подошёл Адриан и протянул руку. Лука обхватил её и поднялся. Адриан взял под плечо руку Луки, помогая ему идти. Они поковыляли к остальным. Нужно было им помочь и…       — Думаете, это что-то изменит?! — прокричал Голод позади них, поднимая голову. — Ничего не изменилось! Меня и моих братьев невозможно убить! Мы живём в людях, в вашей сущности! Сколько бы вы ни пытались, а в мире всегда будет война, смерть, чума и голод! Всё равно придёт новый Бражник, который захочет власти, и вам снова придётся с ним биться! Это замкнутый круг! Вы ничего не изменили!       Они остановились. Лука лишь чуть опустил голову, понимая, что зерно истины есть в его словах. Он повернулся вместе с Адрианом и ответил:       — Может и так. Но также и тебе не убить Леди Баг. Пока существует зло, всегда будет существовать Леди Баг. Возможно, не при нас, возможно, не при наших детях, но наступит день, когда люди простят друг друга. Когда наступит мир и процветание. А до тех пор, пока этот день не настанет, мы будем бороться с тобой и твоими братьями в людях. Этому меня научила Маринетт… и этим она победила тебя…       Голод лишь вновь искривился от гнева, но затем, видимо, признавая своё поражение, склонил голову.       — Да ты философ, — улыбнулся Адриан.       — Я музыкант, — слабо ответил Лука.       Вайперион и Кот Инфинити начали помогать приходить в себя другим героям, к счастью, никто из них сильно не пострадал. Обыкновенные ушибы и ссадины. Все были более или менее в порядке. Все. Кроме одной из них…       У Луки не было больше сил поддерживать форму героя, и он пришёл в себя. Сасс молча и грустно поглядел на Луку. Они медленно, вместе с остальными, пошли к месту, где лежала Маринетт вместе с Альей. Рина Руж лила слёзы и хлюпала носом, прижимая к себе подругу.       Чуда не произошло, Маринетт умерла.       Лука подошёл поближе к своей возлюбленной и присел возле. Он аккуратно взял её к себе на руки, убрал волосы с запёкшейся кровью с её белой кожи. Она и вправду будто бы спала.       — Это моя вина… — произнёс дрожащим голосом, и слёзы вновь потекли по его щекам. —       Если бы… если бы я не поддался на провокацию Голода, то она… прости меня, Маринетт…

***

      Голод лежал разбитый и поломанный. Он проиграл. Его план не сработал. Его лишили рук и ног, и сейчас он валялся как тряпичная кукла, ничего не способный сделать. Он явно просчитался, но где? Впрочем, это уже не важно. Его вряд ли ждёт что-то хорошее. Да и ему уже всё равно на свою судьбу. Он не чувствует боли, в отличие от людей.       Всадник лишь повернул голову в сторону, где собрались герои. С этого расстояния он улавливал струны их сердец. Хотя для этого не нужны были особые глаза. Они все плакали по Леди Баг, которую он и убил. Ему сложно понять их печаль. Он до сих пор никак не мог понять людей и их чувства. Слишком сложные они… слишком странные.       Голод глядел на плачущего Луку, державшего в руках мёртвую подругу. Лука… наверное, он и вправду единственный из всей этой шайки героев, которого он уважает. Он напоминал ему Вики. «Я бы хотела познакомиться с Леди Баг и Котом Нуаром. Особенно с Леди Баг… она такая… такая… чудесная! Miraculous Ladybug. Понимаешь? Она храбрая, красивая, сильная, никогда никого не боится. Она символ Парижа. Я стала помогать людям только благодаря ей. А Кот Нуар он… он самый крутой, самый харизматичный!»       Голод вновь задумался. Да… Вики бы сейчас была им недовольна. Хотя почему вообще он её вспоминает? Это очень странно. Леди Баг… чем же ты так цепляешь людей?.. Сколько бы он ни смотрел в сердца парижан, а внутри каждого из них теплилась надежда, что придёт Леди Баг и принесёт удачу и любовь. Возможно, Леди Баг и вправду нельзя убить. Леди Баг — это не только Маринетт, но Маринетт — самая настоящая Леди Баг. Чёртова божья коровка… любят тебя все, а особенно Вики…       — Адриан, — подал голос Голод.       Все герои повернулись.       — Чего тебе? — нахмурился он всё ещё в костюме Кота Инфинити.       — Подойди ко мне.       Некоторые герои запротестовали, но Кот подал знак, что всё в порядке. Адриан подошёл и ожидающе посмотрел на всадника.       — Поднеси меня к Маринетт.       — Чего? — удивился Адриан. — Что ты удумал? Хочешь нас взорвать?       — Я был создан твоим отцом с помощью силы созидания. Я — концентрация жизненной энергии. Я не могу ничего обещать, но… может, у меня получится вернуть вам Леди Баг.       — Что?! — воскликнул Адриан. — Ты такие шутки не распускай, а то я тебе челюсть выбью.       — Я серьёзен, — сказал Голод. — Но мне нужно кое-что от тебя взамен.       — О, так ты ещё условия выдвигаешь? Может, тебе и вправду сломать…       — Адриан! — перебил его Голод. — Пожалуйста, хотя бы выслушай меня.       Кот Инфинити выдохнул и недовольно приблизился к всаднику. Голод начал ему что-то шептать, отчего Адриан очень сильно удивился и вскинул бровями.       — Я… — не верил услышанному Адриан.       — Ты это сделаешь? — спросил Голод.       У Адриана пробежали сомнения на лице.       — То, что ты мне сейчас сказал — это правда?       — Это единственная плата, которую я хочу…       — Хорошо, я это сделаю, — сказал уверенно Кот Инфинити.       — Тогда отнеси меня к Маринетт.       Адриан всё ещё мешкал, но поднял туловище Голода и направился вместе с ним к Маринетт и остальным. Герои недовольно нахмурились при виде этой картины.       — Что ему тут надо? — недовольно спросила Зои.       — Почему он всё ещё жив? — не верил Ким.       Голод не обращал внимания на все эти возгласы и комментарии, после чего его усадили напротив Маринетт. Всадник волей-неволей встретился со взглядом злого и недовольного Луки.       — Мне нужна хотя бы одна моя рука.       — Нет! — воскликнули разом все герои.       — А чем я буду передавать энергию! Своим носом? — недовольно аргументировал Голод. Адриан опять недовольно выдохнул и пошёл за одной из рук, и протянул её.       — Теперь вставь мне её на место.       Юноша, стараясь не терять внимательности, приложил руку в то место, откуда он её срезал, после чего она сверкнула синим цветом и срослась. Голод одобрительно кивнул, после чего вновь посмотрел на лежащую без чувств Маринетт.       — Посадите её, — сказал он.       Герои и это сделали без затруднений.       Голод смотрел на девушку и заметил, как посмертная улыбка отобразилась на её лице. Он в последний раз задался вопросом, а нужно ли это ему, но затем коснулся рукой её раны.       Его глаза начали светиться красным светом. Голод пытался сконцентрироваться и сосредоточить свою жизненную энергию на руке. После чего словно ветер начал дуть в сторону Маринетт и заполнять её рану красным цветом. Голод чувствовал, что процесс начался. От него откололся маленький осколок на лице и упал на пол. Да… наивно было думать, что он выживет после передачи энергии. В конце концов, он всего лишь сосуд. Энергия начала сильнее вливаться в Маринетт.       — Адриан, — вдруг сказал Голод, не поворачиваясь. — Твой отец любил тебя и твою мать больше всех на свете. Он считал, что ты самый лучший дизайн, который он сотворил.       Адриан опешил от этих слов, он явно хотел что-то сказать, но времени у Голода оставалось мало. От него откололись ещё несколько кусков.       — Зои, твоя сестра Хлоя тебя любит, как и твоя мать, как и Адриан. Я соврал тебе на крыше. Они не ожидали твоего появления, но ты была желанным ребёнком. Весперия вздрогнула от слов Голода.       Она также хотела что-то сказать, но время уходило как вода из рук. Всадник уже потерял свои цвета и начал походить на гипсовую статую.       — Лука, — всадник знал, как Лука сейчас на него смотрит, — ты один из двух людей, которых я смог хотя бы немного понять. Это я сорвал твой концерт, а не Джаггед Стоун. Твой отец также любит тебя. Ты лучшая музыка, которую он написал. Это… мой… последний… подарок… тебе… прощай…       Глаза Голода вспыхнули ярким красным цветом, и он окончательно развалился в пыль, а на его месте оказалась маленькая белая бабочка.

***

      Лука смотрел на распавшегося в пепел Голода и пытался понять, что сейчас произошло. Он судорожно посмотрел на Маринетт. Рана на её груди заросла. Последний луч света ударил именно в неё. Лука подошёл к ней поближе и прикоснулся к её щеке. Девушка никак не реагировала. Неужели не сработало?..       Юноша с грустью опустил голову, но затем услышал лёгкое слабое мычание. Маринетт приоткрыла свои глаза и моргнула.       — Лука?.. Лука… ты тут… Она улыбнулась и посмотрела на остальных.       — Мы победили?.. Все находились в шоке, но спустя мгновение тут же заликовали. Лука крепко обнял Маринетт.       — Никогда. Никогда больше не оставляй меня, — зашептал он.       — Не буду, — уставшая она положила голову на его плечо, обняла в ответ и чмокнула его в щёку. — Так… что с Голодом? Лука отпрянул от Маринетт и молчаливо посмотрел на груду пепла. Бабочка к тому моменту уже куда-то улетела.       — Я потом тебе расскажу, а сейчас отдохни.