Карьерные неудачи Драко Малфоя

— Потом поворачиваешь вот эту ручку, накладываешь Подогревающие чары — и кофе готов. Понял? Майя — хотя Драко сомневался, что это было ее настоящее имя — выгнула проколотую бровь. У нее на лице было столько сережек, что Драко усилием воли заставил себя смотреть ей в глаза. — Понял. Майя облокотилась на стойку и внимательно на него посмотрела. — Ты кажешься мне знакомым. Дейв, да? — Дейв, — повторил Драко. В этот раз он решил искать работу под вымышленным именем. — Не думаю, что мы встречались. Я вырос в других краях. Сегодня впервые за много лет приехал в Косой переулок. — Ты не учился в Хогвартсе? — О, нет…я был на домашнем обучении. Взгляд Майи стал недоверчивым, и Драко поспешил добавить: — Со мной все нормально, я не сквиб. Просто мои родители слегка…шведы. Мерлин, что ты несешь. — Понятно, — протянула Майя. Она не выглядела убежденной. — Ну ладно, Дейв, сейчас зайдет первый клиент. Я буду принимать заказы, а ты делай кофе. Драко медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Он одолжил палочку у Гойла на день и взамен пообещал принести сладостей. Палочка, правда, не особо слушалась. Драко понятия не имел, как будет делать всевозможные виды кофе. Ему вообще не нравился кофе, и Драко недоумевал, почему половина магического Лондона выстраивалась в очередь в надежде получить стаканчик. Двери кофейни открылись, и внутрь повалили волшебники. Майя принимала заказы, и с ее помощью Драко справлялся. К счастью, палочка Гойла слушалась его команд: главным было постоянно концентрироваться. Через полчаса Драко устал; заказы начали копиться, в очереди недовольно загудели. — Перерыв! — весело прощебетала Майя и хлопнула Драко по спине. — Слава Мерлину! — Да нет, не у тебя, — и с этими словами Майя ухмыльнулась и скрылась в недрах кофейни, оставив Драко наедине с волшебной кофемашиной и разгневанной толпой волшебников, так и не получивших свою дозу кофеина. Девушка за кассой слабо улыбнулась Драко. Двадцать минут спустя утреннее столпотворение закончилось, и Драко почти выжил. На него кричали и посылали к чертям, а одна изможденного вида волшебница, которой срочно нужен был карамельный маккиато, угрожала расправой. Драко был горд собой: он даже не вышел из себя. В обед снова было много посетителей, а потом наступило затишье. Майя опять убежала на перерыв, и Драко остался один с девушкой на кассе. У нее были прыщи на щеках и такой тихий голос, что Драко едва мог расслышать ее сквозь шум кофемашины. Все шло относительно спокойно, а потом с той стороны прилавка вдруг донесся знакомый голос. — Малфой? Драко почувствовал, как скрутило живот, и нехотя поднял взгляд. На него смотрел Поттер. Гарри чертов Поттер, опять. Ну что за проклятье? — Следишь за мной, Поттер? — пробурчал Драко, стараясь не терять из виду бурлящую кофемашину. — Просто не ожидал увидеть тебя. Давно здесь работаешь? Девушка за кассой неразборчиво передала чей-то заказ, и Драко стиснул зубы. — Просто скажи, что ты хочешь: сделаю тебе без очереди. Драко надеялся, что Поттер уйдет, если получит свой напиток. И тогда Драко не придется думать о том, что за последнюю неделю он видел Гарри Поттера чаще, чем за прошедший год…если не считать снов, конечно. Поттер вдруг улыбнулся, и Драко запаниковал. Поттер ведь не был легилиментом? — Просто капучино, пожалуйста. Мерлин, это было унизительно. Драко наложил подогревающие чары на молоко и сварил эспрессо. Надо было любой ценой заставить Поттера уйти. — Мне нужно поговорить с тобой, Малфой. Когда ты заканчиваешь? — Никогда, — ответил Драко, не спуская глаз с кофемашины. — Сплю прямо здесь, в подсобном помещении. — Я серьезно. Мне надо кое-что сказать тебе. Наедине. — Поттер наклонился и посмотрел прямо на Драко, который тщетно пытался скрыться за кофемашиной. Драко встретил его взгляд, и в ту же секунду щеки вспыхнули румянцем. И словно желая добить его, кофемашина резко заклокотала и затряслась. Все в кафе уставились на них. Драко отскочил в сторону и взмахнул палочкой. Посетители кинулись прочь. Майя прибежала как раз в то мгновение, когда от машины отлетела шестеренка и с визгом врезалась в окно. — Протего! — закричала она, ограждая кофемашину, готовую вот-вот взорваться, прочным куполом. Майя обернулась и посмотрела на Драко. Он был белым, как снег. — Ты что, с ума сошел? Что ты натворил? Драко покачал головой. Он знал, что сейчас будет. — Ладно. Довольно, — зло выплюнула Майя, и ее сережки зазвенели. — Убирайся и больше не приходи сюда! Драко стянул через голову коричневый фартук и вышел, не говоря ни слова. Поттер не пошел за ним, и это было к лучшему: Драко не ручался ни за себя, ни за свою — заимствованную — палочку. Возвращаться домой не хотелось, поэтому Драко аппарировал прямо к Гойлам: небольшому летнему особняку, где Грегори жил с родителями. Драко не стал стучать; просто распахнул дверь и вошел в коридор. Гойл нашелся на диване. Он сонно моргнул, глядя на Драко. — Привет. Ты принес мне шоколадные конфеты? Драко фыркнул и повалился в кресло. Он бросил Гойлу его палочку и откинул голову назад, слепо глядя в потолок. — Опять уволили? Мне очень жаль, Драко. Драко вздохнул. Не так он представлял свою жизнь. Раньше его ждало будущее, полное власти, уважения и богатства, где самой большой проблемой было рассказать родителям о своей ориентации. Вместо этого, Драко вынужден был влачить жалкое существование в мире, где фамилия Малфой не значила ничего — и ничего не могла ему дать. Какое дерьмо. — Можно поспать сегодня у тебя? Отец очень рассердится, если узнает о том, что случилось. Вообще-то Драко волновался о матери: отец едва ли произносил больше трех слов в его присутствии. — Конечно. — Гойл помолчал какое-то время. — У меня осталось немного отцовского огневиски. Будешь? — Буду, — ответил Драко и закрыл глаза. Огневиски был как раз кстати. Целый день он потратил на проклятую кофейню и не заработал ни кната. Что еще хуже, он снова встретился с Поттером. Ну почему Драко не мог столкнуться с ним при других обстоятельствах, где ему не пришлось бы прислуживать и унижаться? Прошлый год столько отнял у него… Гордость, по-видимому, тоже была в том списке. Они пили всю ночь, и весь следующий день Драко рвало. Было паршиво, но потом стало легче; и когда Драко снова был готов выйти в люди, он чувствовал себя до странного обновленным. Гойл лежал на диване, все еще страдая от похмелья. — Тебе еще нужна моя палочка? — спросил он, устраиваясь поудобнее. — Вообще-то да. — Драко взял палочку и покрутил ее между пальцев. — Спасибо, Грег. За все. Гойл попытался улыбнуться, но вместо этого позеленел. — Пустяки. Я твой должник, ты ведь знаешь. Это был первый раз, когда он упомянул случившееся в Выручай-комнате. — Знаю, — сказал Драко и повернулся, чтобы уйти. — Принесу ее сегодня вечером. — И не забудь пиццу на этот раз! — уже в дверях нагнал его голос Гойла.