Холод наших душ

— Заходи, — Шпуля указала головой в коридор и закрыла входную дверь. Симка пригляделась. Среди белоснежного глазного яблока вырисовывались красные ниточки. — Ты плакала? — спросила рыжеволосая, снимая свою обувь. — Мы расстались с Гиком… — глазки блондинки заблестели и по щекам покатились маленькие капельки слез. Сначала плач был едва уловимым на слух, словно девушка не хотела давать волю эмоциям. Но тут же она села на пол, опершись об стену и спрятала лицо в колени, издавая громкие всхлипы. Ее плечи тряслись, руки сжимались и разжимались, а пальцы на ногах судорожно стучали по полу, оставляя за собой тихие стуки Симка не знала, что делать в такой ситуации. Импульсивно она потянулась к подруге, поглаживая руками ее цвета пшеницы волосы, переходя от шеи к спине и обратно. Она принесла ей стакан воды с лимоном, как Шпуля и любила. Достала две таблетки глицина из своей куртки и заставила подругу их проглотить. Давала все,кроме слов, потому что не знала, что говорить. Эти вздохи и этот плач раздражали. Давили на психику. Симка была готова бросить что-то в источник звука, в свою подругу. Но она терпела. Ради нее. Подавляя свою агрессию, девушка хрустела пальцами на руках до боли в костях. «Симка, спокойно. Потерпи немного, Шпуля — твоя подруга, ей нужна поддержка» — успокаивала она саму себя. Симка глубоко дышала, закрывала глаза и теребила край футболки. Тишина. Резкая и непредсказуемая. Болезненная. Даже немного загудело в ушах от такого контраста уровня громкости. — Как ты? — Симка села перед Шпулей — Мне уже лучше, спасибо. — Мне было бы интересно узнать, что у вас там произошло, но я и без этого дико хочу его отпиздить. И я это сделаю. — рыжеволосая встала с пола и подала руку подруге, — Расскажешь подробнее? Шпуля набрала в легкие побольше воздуха и на одном дыхании поведала Симке краткую историю. — Собирайся, — довольно грубо сказала рыжеволосая. — Куда?! — К Гику домой. — Симка, ты с ума сошла? — Шпуля соскочила и замешкалась, — Зачем? — Без лишних вопрсов! Я его ненавижу сейчас больше, чем Файера. «Ужасное имя» — Симка редко произносила его, и сейчас ей захотелось помыть рот с мылом, дабы избавиться от этого отвращения. В считанные минуты блондинка собралась и девушки вышли из подъезда. Они с четкой целью были направлены к дому близнецов. Ночной холод был еще суровее, чем вечерний. Теперь ледяным ощущалось абсолютно все: руки, ноги, кости, волосы, предметы вокруг. Кожу жгло от холода, и это жжение сопровождалось неприятными нервными импульсами. — Ты замёрзла? — Симка остановила Шпулю за руку, окинув ее с ног до головы изучающии взглядом, — Дрожишь. — Да, — блондинка произнесла это почти шепотом, выпуская чуть заметный, еще ранний для осенней поры пар изо рта. Симка сняла свою куртку и натянула ее поверх одежды Шпули. Она тут же ощутила приятный, легкий холодок от мурашек, сменяющийся смертельной студеностью. — Симка, ты же заболеешь! — Не переживай, — приказным тоном отрезала рыжеволосая и, взяв свою подругу за руку, пошла дальше. Деревья, дороги, дома сменялись на себе подобных. Городок был довольно однообразным, серым и холодным. Он напоминал дыру среди остального мира, которую невозможно было чем-то заполнить. Вскоре девушки дошли до частного сектора. Они уже близко. Около ста метров оставалось до достижения цели. Энергия и немного страха уже подступают к горлу, готовясь вырваться. Симка присела перед забором, доставая из своего рюкзака невидимку и вставляя ее в замочную скважину. — Даже не надеюсь, что они добровольно нам откроют, — холодно произнесла она и, сделав несколько оборотов небольшим предметом, девушка взяла свой ключ, совпадающий по форме с отверстием в замке. Проделав ту же схему, Симка улыбнулась своей находчивости и открыла железную дверь, ведущую в участок. — Ты уверена? — ещё раз спросила её подруга, но Симка даже не стала отвечать на этот вопрос и легко толкнула Шпулю перед собой. Дверь закрылась. Девушки посмотрели на дом и оставили там свой взгляд. Из окон 2 этажа виднелось освещение, некорректное для ночи в одиночестве. Яркая светодиодная лента оставляла след на уличной земле, а блики дискотечного шара танцевали на этом выделяющемся пятне. Окно было слегка приоткрыто, и оттуда доносилась громкая музыка. Симка подбежала ко входу в дом и с яростью дернула дверь на себя, которая, к удивлению, поддалась и открылась. Расширенными глазами она посмотрела на Шпулю и подруги зашли внутрь. Запах еды, алкоголя и людей ударил в нос. Смешанное тепло и феромоны всех посетителей неприятно осели на открытые участки тела, словно пот. Душно. Рыжеволосая скинула обувь со своих ног и молниеносно помчалась на второй этаж, не заставляя себя ждать Шпулю. Ладно, на первом этаже было более комфортно. Там обстановка не была такой активной. Здесь же музыка буквально долбила в уши, а этот противный запах наслаивался, как вторая кожа. Запах дешевой вписки. Не успев подняться, она увидела Верту, танцующую по середине комнаты. Она выглядела слишком раскованной и самоуверенной, какой и хотела бы быть Симка. На её изящные движения и внешность можно было смотреть вечно. Верта действительно была красивой и приковывающей чужие взгляды. Рыжеволосая повернула голову в сторону сидевшего на диване Гика и показывающего что-то в телефоне Игреку. Фрик просто поправлял свои волосы, сидя на стуле. Три худощавых силуэта выглядели совсем бледными на фоне колоритной обстановки. — Ты что тут делаешь?! — Симку резко подняли с лестницы, делая ее заметной для всех остальных. Нолик держал ее за руку. — У меня к тебе тот-же вопрос, — Симка посмотрела на мальчишку злобным взглядом, требующим молчания. Она забрала из его руки стакан с алкоголем и осушила его, — Мне для смелости, а тебе еще рано. Она вырвалась из слабой хватки младшего брата и прошла в общую комнату, поднимая Гика за край футболки и смотря ему прямо в глаза. Тепло разливалось по телу, делая кровь ужасно горячей, что Симка ненавидела. Ей хотелось поскорее избавиться от этого инородного тепла любым способом. — Урод! — рыжеволосая толкнула парня в сторону стены, кидая рядом с ним опустошенный ею стакан. Гнев переполнял. Он становился тенью вокруг девушки, оставляя ее лишь марионеткой в своих руках, — Ты кого шлюхой назвал, я тебя спрашиваю?! — А чё она пиздит? — парень, кажется, немного не учёл, что у Шпули слишком опасная подруга, которая может задать жару. И теперь он понял, что в жизни бывают такие моменты, когда внутренности сжимаются, как никогда раньше. — Чё блять?! Пиздит? В каком месте?! — с каждым словом Симка кричала всё сильнее. Лицо становилось краснее, а тело еще горячее. Гик молчал. Ему было страшно что-то ей сказать. Он смотрел на нее испуганным взглядом, проглатывая все сказанное. Ни дав никому возразить, Симка сразу набросилась на парня. Он отхватил несколько громких пощёчин и ударов в различные части тела, прежде чем сменив позиции. Симка была поднята за плечи и прижата к стене в коридоре. Ее ноги не чувствовали пола, и она безрассудно болтала ими в воздухе, сопротивляясь хватке. Музыка затихла, и она могла видеть и слышать непонимание со стороны окружающих. — Че вы тут устроили? — в комнату забежал Файер. Его взгляд тут же упал на Симку. Девушкой овладело беспокойно. Прежнее тепло становилось чем-то прохладным и необъяснимым. Её зубы начали немного постукивать друг о друга, а грудная клетка расширялась с каждым вдохом и выдохом, наровясь лопнуть. Через несколько мгновений ее локти были сжаты до хруста, до щелчков. Туловище было перекинуто через перила лестницы, заставляя спину прогнуться, чтобы не свалиться вниз. Из-за ноющей боли в спине девушка была готова расплакаться, но не давала себе этого делать. Красные волосы Файера откинуты набок, руки напряжены, губы дергаются. А его глаза… Они были как раскаленный уголь, ими можно было вызвать сильнейший пожар. Симка чувствовала эту покалывающую раскаленность на себе. Девушка согнула ногу в колене, попадая парню по больному месту и отступая от него на несколько метров. Тут же она с разбегу ударила его. Ещё раз. И еще раз. Пока он не зажался в угол. Симка била не метко, но сильно, параллельно крича оскорбления. Они далеко не были обидными, но ей до невозможности хотелось задеть достоинство Файера. Словно ошпаренная, девушка отпрянула. Она осмотрела парня оценивающим взглядом, уделяя внимание каждой ранке. Они не были значительными: обычные покраснения, которые превратятся в синяки. Гнев начал понемногу отступать, сменяясь удовлетворением. Привычный холод занял каждую частичку тела. Так и должно быть. «Хорошая работа» — прозвучал голос в девичьей голове. Зато Файер сейчас был настоящим демоном в людском обличии. Сейчас он был разъяренный и горел от злости, готовый атаковать в любой момент. — Тебе это с рук не сойдёт! — Файер встал с пола, держась на ушибленный бок. Он хотел сделать что-то в ответ, но Игрек и Фрик подхватили его, уводя в другую комнату. Гика вообще не было видно на протяжении всей сцены. Нолик поспел за ними, со стыдом и презрением заглядывая в лицо старшей сестры. — Не позорься, иди домой, — мальчишка ушёл. Симка ощутила прохладные пальцы на правом плече. Подняв голову, она увидела Верту, стоящую прямо перед ней. — Ты такая тупая. Чего ты хотела этим добиться? Что ты хотела доказать? Что ты горой за своих друзей? Иди отсюда, психичка, — девушка плюнула в лицо Симке и грубо толкнула ее в сторону лестницы. Ноги уловили заданное направление и девушка быстро спустилась вниз, вытирая щеку от чужой слюны о рукав футболки на плече. Ей не хотелось плакать. Ей просто хотелось заснуть. Желательно, заснуть навсегда. Симка надела верхнюю одежду и вышла из дома. На крыльце стояла Шпуля. — Прости меня, — сказала Симка, смотря в пол, — Я не сдержалась. Блондинка обняла свою подругу, облокотив ее голову на себя. Медленно скользя взглядом по территории, Шпуля увидела Гика. Он курил и пронизывал девушку взглядом. Шпуля пыталась понять, что выражают его глаза, пока они не стали пустыми и парень не отвернулся. Девушки вышли из-за участка и направились в сторону дома. Симка проводила Шпулю и пошла к себе. 4:42 Рыжеволосая бесшумно зашла домой и разделась. Зайдя в свою комнату, она переоделась и забралась под одеяло. Ей не хотелось ни чистить зубы, ни мыть лицо, ни сидеть в телефоне. Ни-че-го. Девушка свернулась калачиком и, тяжело дыша в стену, подавляя слезы, заснула без единой мысли, надеясь забыть все как страшный сон.