Кибертело 3-в-1

Музычка. Такая, знаете, как вот в лифте едешь в полном молчании в полной боевой готовности, на взводе, за плечами отряд крайне опасных, забрызганных чужой кровищей бойцов, нервы на пределе, а ты ждешь, когда тросы лифта поднимут вас на нужный этаж, и у вас десять секунд, чтобы ворваться в самую гущу врагов и учинить смертельный беспредел. Такая вот музыка. Крайне занудливая нейтрально-никакая фальшиво-минорная, убить бы, чтоб заткнулась, но она все лилась и лилась в уши, проникала в мозг, сверлила по нервам и тут я открыл глаза. Белые стены, белый потолок, ярко-прозрачные плитки светильников. Коробка два на полтора. И, правда, лифт. Слышен шум надрывающихся тросов. Еду. Вверх или вниз - непонятно. С трудом поднялся, оглядел руки-ноги, ощупал туловище, пошарился по карманам. Нож легко вынимается, кобура с пистолетом на месте, патроны есть, аптечка полная, НЗ нетронутый, шлем (постучал по голове) целый, перчатки... Перчатки болтаются на поясе - отлипучил их и быстро натянул на пальцы. Теперь совсем хорошо. Лифт дернулся, застопорился, застонал. Опустил щиток перед лицом, в правой пистолет, в левой нож. Жду, когда откроются створки лифта - не открываются. Секунды напряжения перерастают по ощущению в часы ожидания. А впрочем, зачем ждать? Всовываю лезвие между створок и проворачиваю, впиваюсь пальцами, получается плохо, так как оружие не выпускаю из рук, готов ко всему. Резко надавил - поддалось. Одна створка отошла, явив апокалипсис. Полумрак белого холла, от него два коридора влево и вправо, несколько дверей, пластиковая мебель и стойка администратора. Кругом тела, кровь, кишки. Красные и бурые пятна на белоснежном пластике. - Помогите... - тихо простонала девушка, и я кинулся к ней, впрочем, следя за окружающими в оба глаза. Но никто больше не шевелится, коридоры, насколько хватало обзора - чисты. - Что с тобой? - спрашиваю, а голос чужой, не мой. Хриплый какой-то, тягучий. - Помоги... - просит она, но я не вижу на ней ни единого повреждения. - Ближе, - манит пальчиком, будто на ушко хочет что-то сказать. Склоняюсь, и в последний миг успеваю уловить, как красивое личико искажает злоба - на меня смотрит темное дуло пистолета. Не успеваю понять «за что», как раздается тихий знакомый щелчок и меня ослепляет взрыв. Я только и успеваю, что отшатнуться и закрыться руками. Только поздно. Темнота утянула на дно.

***

Энникей застонала, чувствуя, как невыносимая боль пульсирует по телу, тяжестью давит на голову и плечи, сотрясает ее тело, выжимает из него судороги, и сознание ускользает в опасную бездну. Но нельзя, нельзя, нельзя! Где-то справа на поясе должна быть аптечка, пальцы судорожно ищут, но что они находят непонятно. Сквозь туманящую боль, Энникей понимает, что ничего не чувствует из-за перчаток. С трудом сдирает их с каждой руки, понимая, что левая практически не работает, зато правая сразу же опознает аптечку, на ощупь сдергивает с нее крышку, отсчитывает третью от замка ампулу, вгоняет ее в автоматический шприц и всаживает в шею. Боль от иглы и инъекции практически не чувствуется из-за той боли, что разрывает ее левую руку, стучится в виске, прошивает в затылок. Сознание утекает сквозь пальцы, но боль утекает еще быстрее - тает, растворяется в небытие, но даже отголоски пережитого заставляют ее сотрясаться. Энникей ненавидит боль, не может ее терпеть, сразу грохается в обморок, еще бы секунда и она... Впрочем, мощный обезбол спасает ее и в этот раз. Она с трудом садится и заставляет себя открыть глаза. Впрочем, вовремя спохватывается и сильно зажмуривается. Она и так чует, что кругом кровь - от одного только запаха мутит так, что... Лучше об этом не думать! Лучше не видеть! Иначе, опять обморок. Ощупывает свое массивное тело, поражаясь габаритам - явно не женское, мужское - грубые нечувствительные пальцы, стандартная форма, вооружение... а вот, сбоку на шее пульсирует рана, мокрое и липкое толчками покидает тело, залило по пояс, счет идет на минуты... Сосредоточившись на работе, ей не приходится об этом думать. Пальцы сами находят необходимые инструменты и материалы - штопают рану, заливают раствором, заклеивают пластырем. С пробитой насквозь ладонью справиться еще проще - раствор, пластырь, пластырь. Снова обшаривает свое «чужое» тело, не находит больше повреждений, пытается встать, но рука скользит по мокрому полу, Энникей распахивает глаза и... ее мутит от вида крови перед носом - собственной крови, и она валится бесчувственным мешком.

***

Теперь глаза открывает Алоиза. Недоуменно поднимается, смотрит на свои грязные руки, тело и брезгливо морщится. Неловко, будто в скафандре, встает и идет. Она с трудом переставляет ноги в тяжелых ботинках, спотыкается о лежащие трупы, наступает без всякого уважения на погибших, потому что ей лень обходить и, наконец, достигает цели. Первая дверь направо в освещенном коридоре. Вводит код на двери «95172», дверь отъезжает, и она тащится в душевую, сбрасывая по дороге шлем, как никчемную безделушку. Скидывает ботинки и кровавые шмотки, путаясь в ремнях и тесемках, которые не может снять - не знает, как справиться с защелками, но желание залезть под воду сильнее. И она в полном вооружении, но с голым задом устремляется под душ. Врубает на всю мощность краны и даже издает протяжный стон удовольствия... Десять минут на то, чтобы намылить короткие волосы шампунем и с удовольствием размазать пену по мускулистому телу. Мозг взрывается от двойственности ощущений - под ладонями сексуальное мужское тело, которое приятно трогать само по себе - заводить, соблазнять, но прикосновение к коже ощущаются как свои собственные, и от этого просто ломает шаблоны. Алоиза стирает влагу с запотевшего зеркала, чтобы посмотреть на себя со стороны, а еще очень любопытно разобраться, как мужчины делают это... Она не обратила никакого внимания на странные цокающие звуки из комнаты, а зря. Когда бешеная псина кидается на нее, она только и может, что смотреть, как мощное мускулистое тело с мерзко оскаленной отвратительной мордой делает прыжок, и впивается зубами. Алоиза теряет равновесие и тупо падает на пол, не предпринимая попыток хоть что-нибудь сделать, глупо ударяется затылком и ее накрывает мрак.

***

Едва забрезжило сознание, я понял, что рядом околачивается крупное животное. Хуже того - рвет тело на куски, но боли нет. Стараюсь незаметно нащупать нож (он на месте!), вынимаю и мгновенно всаживаю в глаз лысой твари. Она даже не успела понять, что произошло, как издохла. Мутант какой-то, помесь псины и кабана. Откуда здесь такие? Аккуратно, не поднимаясь, осматриваюсь. Почему-то это не тот зал, где я был, где много трупов. Маленькая гостиная комнатка, ванная, я весь в мыле и крови. Ладно, потом разберемся. Зажимая рану на разодранном боку, осторожно выглядываю. В комнате никого, дверь настежь открыта и оттуда просматривается знакомый уже коридор с залой. Совсем, видимо, меня вырубило, что я на автомате сюда забрался и совсем плох, если тылы не прикрыл. Кое-как добрался до выхода комнаты и саданул по кнопке ладонью. Дверь немедленно закрылась, чем неимоверно порадовала. Работает! На всякий случай заблокировал ее механическим затвором и поковылял штопаться... Странное дело, в аптечке не хватало обезбола и пластырей. Видимо, сам себе зафутболил в состоянии нестояния. Однако зеркало показывает аккуратные стежки один к одному, как будто медичка штопала и уж точно не я, и уж точно не на автомате... Или на автомате, я как раз ас? Кхм, может, и правда медичка? Жаль, не помню ее, спасибо сказать некому... Мда, а внешность у меня теперь... Вглядываюсь в светлые чужие глаза, рассматриваю бледное лицо в анфас и в профиль, щупаю жесткие прямые волосы невнятно-серого цвета. Непонятно. Такие нравятся девчонкам или нет? Да, даже если и нет - прорвемся. Было бы тело, а уж куда его приложить найдется. Правда, раньше у меня плечи были пошире, и роста побольше... Тьфу! Мозгов-то не хватило, чтобы целым остаться! Хоть бы сейчас с этим повезло. Ладно, прорвемся, а потом разберемся. За минуту привел свой внешний вид в порядок - оделся, обулся, вооружился. И пока на мне сохла одежда, поглощал паек и рассматривал голограмму. Карта показывала многоуровневое подземное сооружение. Я на первом этаже, дальше лифты не идут, нужно будет добираться по ступенькам. Ну, или найти рабочий лифт. Или найти того, кто починит лифт. Или знает, как починить. Короче, пробраться на минус девятый этаж, отключить центр управления, а дальше - по обстоятельствам. Задача: спасти выживших, грохнуть охраняющих. Да, и еще собак. И ту девку. Откуда взялась? Свихнулась от увиденного или меня за охрану приняла? Или она из охраны? Ладно, разберемся. Тут под дверью тихо что-то заскребло. Я мгновенно ощетинился пистолетом. Собака? Ну и хай скребется. А если человек? А если ловушка? А вдруг кому-то помощь нужна? Так и мне нужна! Полчасика-час, чтобы раны затянулись. Пускай скребется! Заставил себя сесть на место, держа дверь под прицелом. Итак, паек, карта, шорохи... Что же там такое, под дверью? А если ее минируют? Здесь ж нет окон, западня. Нужно помешать! Осторожно крадусь к двери, с превеликим усердием, чтобы ни звука, снимаю механический блокиратор, отжимаю кнопку и...