Игры сильнейших

      Ино сидела на подоконнике в своей комнате и вела немую беседу с луной. Коноха разрушена после нападения Пейна, восстановление деревни велось медленно — слишком большой ущерб. Лунный свет падал на развороченную дорогу перед домом, на сломанные деревья, торчащие куски арматуры. Жизнь, как никогда, казалась хрупкой, утекающей, словно песок через пальцы. Волнение за близких не покидало сердце куноичи, оно заставляло просыпаться среди ночи в поту, вспоминать безжизненное тело Асумы, ее руки по локоть перепачканные в его крови. Предчувствие подсказывало, что это было только начало.       Смерть сенсея положила фундамент точки невозврата.       Ино заметила Шикамару, приближающегося к ее дому. Непривычно-сгорбленная спина и зажатая между зубами сигарета. Он начал курить. Ино не смела его осуждать, понимала, что тому пришлось тяжелее их всех. В последнее время она его почти не узнавала. Он стал молчалив и задумчив, ходит за ней тенью, словно привязанный.       Шикамару остановился под ее окном, задрал голову, встречаясь с ней взглядом.       — Надо поговорить, — бросила Ино, нахмурившись, и слезла с подоконника.       Девушка села на кровать, обняв себя за коленки. Шикамару через секунду стоял перед ней, от него пахло табаком и лесной свежестью. Снова ходил на могилу к Хидану, будто боялся, что тот выберется и вернется, чтобы отомстить.       — Садись, — Ино кивнула на место рядом с собой.       — Почему не спишь?       — Как знала, что ты придешь.       Шикамару вздохнул, положив голову ей на плечо, и закрыл глаза.       — Что с тобой происходит? Я переживаю, — Ино коснулась его волос, стягивая резинку.       — О чем ты?       — Я не знаю, как с тобой говорить, — ее пальцы зарылись в его волосы, массируя кожу, — ты закрыт от меня, совсем ничего не рассказываешь.       — Можешь залезть в мои мысли.       — Я не хочу этого делать.       Шикамару серьезно на нее посмотрел.       — Сай слишком много вокруг тебя крутится, мне это не нравится, — Ино сжала зубы, раздражение росло, — красавицей тебя называет.       — Дело же не в этом, не уходи от темы.       — По-твоему я не могу ревновать?       — Можешь, но не настолько, чтобы заделаться в няньки, — девушка обхватила его лицо руками, — рассказывай, что с тобой происходит.       Шикамару приблизился к ней и поцеловал.       — Я просто люблю тебя и боюсь потерять. Что-то грядет, я не прощу себе, если потеряю тебя.       — Шикамару… — Ино ласково погладила его по щеке, — со мной все будет в порядке. Вспомни, кто постоянно надирал тебе зад?       — Это ничего не меняет.       Шикамару снова ее поцеловал, но уже нежнее, аккуратно повалив на спину. Он просунул руки под футболку, сжал талию. Ино шумно выдохнула, его ладони были холодными. Беспокойство улетучилось, подарив долгожданное спокойствие. Хотя бы этой ночью ее не будут сковывать сожаления, хотя бы этой ночью она забудет обо всем.       Ино сняла с себя футболку, вызвав у Шикамару легкую усмешку. Он снял с себя водолазку в ответ и припал губами к шее.       — Где Иноичи? — прошептал он между поцелуями.       — На задании.       Ино нравилось тело Шикамару. Она много раз видела его без верхней одежды, особенно, когда обрабатывала раны, и каждый раз восхищалась. Оно было теплым, даже горячим, в меру рельефным и, наконец, она без стеснения могла потрогать каждый миллиметр. Ино ловко поменялась с Шикамару местами, оказавшись сверху, поерзала на нем, устраиваясь по-удобнее. Ее губы жадно изучали каждый участок загорелой кожи, ногти царапали, вырывая из его груди тихие стоны.       Их первый раз случился около двух месяцев назад еще до смерти Асумы, когда Шикамару в очередной раз пришел к ней в магазинчик. Они закрылись в кладовой, где долго-долго целовались до тех пор, когда сдерживаться уже стало невозможно. Ино на всю жизнь запомнила скрипучий старый диван, пылающий взгляд Шикамару и свое стеснение. Девушка пыталась закрыться руками, отвернуться, пока мягкий голос успокаивающе шептал, что она — прекрасна.       Сегодня Ино чувствовала себя намного увереннее и смелее, особенно после прочтения пары интересных книг, одолженных у Сакуры.       — В этот раз не краснеешь, — заметил Шикамару, приподнимая бедра, чтобы снять штаны.       — Заткнись, — бросила Ино и все же покраснела, при виде обнаженного мужского тела.       Она удобно устроилась сверху, прогнувшись в спине. Шикамару вошел медленно, Ино закусила губу, максимально расслабившись. Она подвигала бедрами — неторопливо, плавно поднимаясь и опускаясь. Ей нравилось, каким затуманенным взглядом на нее смотрел Шикамару, ей нравилось чувствовать, как часто поднимается его грудная клетка, как приоткрыты его губы.       Это было похоже на сон. С каждым движением мыслей в голове становилось все меньше, она горела изнутри и снаружи. Стоны сами слетали с губ, а бедра двигались быстрее. Шикамару целовал ее грудь, сминал ягодицы, двигался в такт. Ино уткнулась носом ему в шею, сжимая в руках одеяло. Он крепче прижал девушку к себе, входя в нее все быстрее и быстрее.       Ему до безумия нравилось происходящее, нравились ощущения, что она дарила ему, похожие на полет. Ее запах кружил голову, ее стоны сводили с ума, а как она жалась к нему теснее…       Шикамару резко приподнял Ино, кончая себе на живот. Из легких будто выбили весь воздух, тело трясло мелкой дрожью. Он поцеловал ее в висок и встал с постели, чтобы добраться до ванной.       — У тебя классная задница, — запыханно произнесла девушка, развалившись на животе.       — Только она? — шутливо спросил Шикамару.       — Я тебе потом расскажу.       — Тогда мне стоит быстрее вернуться.