Шарики

      Знаете эту ситуацию, когда ваша девушка или парень приглашает вас на семейный ужин с его/её родителями? Ты прихорашиваешься, стараешься произвести хорошее впечатление на родственников своего избранника, отвечаешь на каверзные вопросы насчёт ваших отношений и тому подобное. Ты в принципе готовишься. Когда ты заходишь на эту страшную территорию чужого дома, пути отступления заранее продуманы. Твоя вторая половинка несколько раз успела сказать, что её отец очень добрый и общительный, у тебя в руках цветы, которые точно понравятся её матери, и торт. Торт, пожалуй, самое важное.       Так вот, никакого семейного ужина не было. Первое знакомство Куна с родственниками Баама было… эм… неправильным?..       Вряд ли кто-то из их команды вообще мог предположить, что их милый златоглазый мальчик находится в родстве с одним из сильнейших людей в Башне. В какой-то степени скептический взгляд Энрю на всех них можно было ожидать, всё-таки он в своё время хорошо навёл шороху на сорок третьем. Это даже наводило бы ужас, не будь в странном тандеме второго участника, который начинал хихикать каждый раз, когда смотрел в сторону Куна.       Само знакомство, если его можно назвать таковым, произошло на вечеринке по случаю возвращения Баама (и, возможно, «воскрешения» Куна). В какой-то момент теневое существо громко расхохоталось на весь отель, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Было даже по-своему интересно, что именно её так рассмешило, но вряд ли бы в тот момент кто-то решился спросить.       Энрю стукнул подбежавшего Баама по голове (оздоровительных подзатыльников никто не отменял), после чего резко обнял, что-то шепнув племяннику на ухо, из-за чего брюнет зарделся, чем вызвал новый приступ смеха Тени. Семейная идиллия, чёрт возьми…       Эти трое были странными. Глядя на их взаимодействие, можно было с уверенностью сказать, что они не отсюда. Незаконные. Это было заметно по новым жестам, незнакомым словам и расправленным плечам. Баам выглядел непривычно свободным и спокойным. Агеро не видел, чтобы он стоял так ещё с кем-то раньше. Даже при взаимодействиях с Рахиль, ещё на этаже испытаний, он всегда словно был готов к удару. Сейчас как никогда было заметно, что они не пытались приспособиться друг к другу. Не боялись, что могут кого-то обидеть. Все трое просто искренне были рады встрече. Наверное, так и должна выглядеть семья…       Прежде, чем Агеро развил эту мысль во что-то большее, троица уже ушла от лишнего внимания в другую часть отеля. Кун, проморгавшись после небольшого оцепенения, начал оглядываться, слыша облегченные вздохи и тихие благодарности всевышнему со всех сторон. Осознание всей ситуации пришло лишь тогда, когда Ли Су, привалившись к нему на диване на место недавно сидевшего рядом Баама, «почти» испуганно начал говорить о сильнейшем давлении и кругах перед глазами.

Они боятся Энрю?

      Осознание такой, казалось бы простой, истины было странным. Агеро, смотря на место, где раньше стоял Баам со своим дядей, не мог понять до конца, что именно имеел в виду Лису. Страх — такое абстрактное чувство. Многие офицеры или даже Избранные могли по разному пугать своих противников: аурой, силой, оружием, действиями, внешним видом, планами. Но Энрю не пугал. Никто бы и не заметил его присутствия, не будь того существа… В тот момент практически самый опасный Рангер Башни был похож на обычного, непримечательного избранного: расслабленная поза, полное спокойствие, отсутствие даже малейшей угрозы. Разве что, немного сведённые брови выдавали в нём лёгкое раздражение. Даже внешний вид особо не привлекал лишнего внимания, пройдёшь и не заметишь, если не считать, конечно, красные волосы. Взглянув на него, можно было понять, как именно Баам стал таким, какой он есть сейчас.       Агеро как-то сам не замечает, как начинает наблюдать за Энрю, сравнивая его Баамом. Несмотря на то, что красноволосый, кажется, намеренно избегал компании жителей Башни, кое-какие общие черты всё-таки удалось отметить.       Во-первых, оба Незаконных в основном пили чай, исключительно зелёный, нередко добавляя в свои чашки кусочки фруктов или ягод. Как оказалось, Тень умудрилась притащить из внешнего мира несколько банок любимого черничного варенья Баама. Новая ягода пришлась многим по вкусу, хотя из-за того, что некоторые были неаккуратны, треть вещей пришлось выкинуть, так как отстирать одежду от сока было почти невозможно. Андросси тогда была в истерике из-за испорченного платья.       Во-вторых, Агеро с удивлением заметил, что привычка выключать часы у Энрю и Баама является общей. Между собой в семи из десяти случаев они наверняка будут говорить на своём родном языке. Эта особенность вызывала тонкие нотки зависти и непонимания. Было по-своему обидно, что Кун может что-то не знать, не имея при этом ни единой возможности найти об этом хоть какую-то информацию.       В-третьих, спокойствие и молчаливость. Эти особенности ему случайно подсказал Ванг-Нан, который вспомнил о времени, когда Команда Танг-Суйок только появилась. Поведение Энрю было аналогично поведению именно «Джу Виоле Грейса» на публике. Почему-то, задумавшись об этом, Агеро захотел невольно рассмеяться. Трудно сказать, пытался ли Баам повторять за своим дядей или у них были какие-то свои ориентировки по поводу сильной и опасный, но факт оставался фактом. Из этих двоих выходили, наверное, вполне неплохие злодеи. По крайней мере, у Энрю пока получалось сохранять образ.       С волосами было, малость, труднее. С одной стороны причёска Энрю и Баама времён этажа испытаний была идентична, но с другой — сейчас златоглазый носил длинные волосы и высокий хвост, что могло являться, наверное, только дополнением. Просить Баама вернуться к старой длине, вероятно, было невежливо.       Ещё более заметная отличительная черта — движения в бою. Не то чтобы Энрю или Баам как-то скрывали их, но это известно уже было не всем. Вполне вероятно, что именно красноволосый обучал своего племянника основам защиты и нападения. По крайней мере, на этаже испытаний Баам был достаточно способным и при желании мог с лёгкостью стать Удильщиком. Ещё там, при первой встрече, Куна очень удивили его движения, построенные на уклонениях и ударах в правильные точки в нужных положениях. Стиль честности, без ножей в спину и обманных приёмах. Так действовали охотники, которые были готовы сражаться с дикими животными за выживание. Они не убивали, они показывали, что сильнее. В Башне редко можно было встретить подобных.       Агеро нередко наблюдал за тренировками Баама и Энрю с одного из балконов отеля. Не то чтобы Незаконные скрывали свои тренировки, но лишнее внимание старались не привлекать. Анализировать движения и техники было занимательно. Брюнет с лёгкостью запоминал нужные положения, не повторял одних и тех же ошибок и тем самым доказывал, что в его руках шип и правда мог стать достойным оружием. Несмотря на то, что племянник во многом уступал своему дяде, — а это было заметно — сейчас как никогда была видна его способность к быстрому обучению. Но, как заметил Кун, такой стремительный рост был не только заслугой Баама. Энрю и правда был хорошим учителем. Мужчина поправлял движения, в нужные моменты подбадривал младшего и давал правильные подсказки. Племянник ярко улыбался и в перерывах весело что-то рассказывал своему дядя. С такого расстояния трудно было различить, что именно.       Агеро, смотря на это, лишний раз поджимал губы. Баам смотрел на Энрю по-особенному. Кажется, он мог рассказать своему дяде обо всём на свете с такой чистой улыбкой на лице. Было даже как-то обидно, что его друг проводит так много времени со своим родственником. Хотелось умыкнуть этого милого златоглазого ангелочка прямо из-под носа у высшего офицера и не отдавать. — Ты явно слепой, если не можешь увидеть.       Конечно, наверное самой «примечательной» общей чертой была Тень. Несомненно странное и несколько пугающее существо. Оно могло появиться в любом месте отеля, там, где мгновения назад его точно не было, заставляя вздрагивать Избранных и офицеров. Но, по крайней мере, большую часть дня оно проводило рядом с Энрю. У Куна сама по себе Тень вызывала непонимание одним своим существованием. Таких, как она, в Башне никто никогда не видел. Хотелось узнать, что оно такое, но на прямые вопросы существо лишь негромко хихикало и исчезало, стоило только моргнуть. Чем-то оно напоминало их провожатую. Создавалось ощущение, будто оно и правда знало нечто большее… — О чём вы? — это «Вы» какой-то невыраженной неприязнью оседало в воздухе. Агеро не нравилось что это… это… Существо издевалось над ним. Тень, кажется, не обратила на это внимания. — Баам смотрит на тебя так же. По крайней мере, явно отлично от других. Я могу сказать, что ты очень дорог ему, — оно будто улыбалось — в голосе точно слышались весёлые нотки. — А Энрю всегда уважает его выбор. Можешь не волноваться. — Чт-…! — Кун, не глядя, быстрым движением кинул спрятанный кинжал в место, где, предположительно, должна была находиться тень, на что услышал лишь сдержанный смех уже с другой стороны. Голубоволосый резко повернул голову по направлению к звуку, чувствуя, как у него начали гореть уши. — Не смотри так на меня. Я лишь говорю очевидные вещи, сын семьи Кун, — оно явно улыбалось, чёрт возьми… — Посмотри-ка, — Тень кивнула вниз, где Баам учился управлять Шипом.       Мальчик улыбаясь смотрел на Агеро и активно махал ему рукой. Такое простое действие подкупило улыбнуться ему в ответ. Может, всё было не так уж и плохо?