Глава 12. Предатель?
8 апреля 2022 г., 19:25
Ноэ уставился на леди Сонью невидящим взглядом, словно не мог её узнать. Хотя она была прежней – безупречна ровная кожа, прекрасно правильные черты лица, взгляд хищницы… Всё то, что когда-то его привлекало. Только теперь из пухлых алых губ вылетали ужасно неприятные слова:
— Ну же, не кипятитесь, мой дорогой жених. Потеря игрушки – вещь неприятная, я понимаю. Но всё ещё можно уладить…
— Что ты хочешь? — грубо спросил он, давая понять, что не намерен играть в игры с учтивостью и этикетом. — Говори быстро, у меня нет времени стоять и слушать глупости.
Ноэ понимал: чем быстрее эта змея исчезнет прочь с его глаз, тем в большей безопасности он будет находиться. Не ровен час, клокочущая ярость вырвется наружу, и он придушит эту стерву голыми руками.
Леди Сонья, похоже, почувствовала его настрой и решила, что лучше не шутить. Она заговорила чуть быстрее:
— Завтра личный маг его величества должен будет дать вердикт: опасна ли Ваша девица для окружающих. Если он решит, что опасна, её судьба предрешена.
Ноэ сжал кулаки, с трудом сдерживая злость.
— Король её уничтожит. Не сам король, конечно, — леди Сонья не могла отказать себе в удовольствии маленькой мести. Как же приятно безнаказанно давить на больное… — А тот, кому он это поручит. Но я хорошо знаю этого старикашку мага. Вы в курсе, что он мой дальний родственник? Нет? А ведь неплохо бы знать свою будущую родню. Одно моё слово… Ну ладно, не одно, несколько и он подтвердит, что ваша глупая подружка безопаснее самой ничтожной человечки.
Теперь Ноэ слушал её куда внимательнее.
— Что ты хочешь за то, чтобы она вернулась сюда? — холодно спросил он леди Сонью.
— Вернулась сюда? — удивленно вскинула брови та. — Нет, милый, боюсь, Вы совсем неправильно меня поняли. Сюда она не вернется ни при каких обстоятельствах. Единственное, что я могу Вам предложить: маг признает её безобидной дурочкой… Она останется жива.
Если бы взглядом можно было испепелять... Ноэ обязательно бы это сделал!
— Не волнуйтесь, мой дорогой… — промурлыкала леди Сонья. — Ей подберут хороший дом, и о ней можно будет не беспокоиться. Но это произойдет сразу после нашей свадьбы. Нам лучше поторопиться, времени так мало – только до утра. Думаю, если мы поедем к регистратору прямо сейчас, ещё останется время на первую брачную ночь. Не хочется, знаете ли, чтобы такое событие было скомканным.
Ноэ смотрел на неё сузившимися от гнева глазами.
— Если вы сейчас же не решитесь, — продолжала леди Сонья, — Ваша безродная подружка погибнет. Утром её не станет.
Она смотрела ему в глаза без страха, как достойный соперник. Нет, не просто достойный соперник. Враг!
— Ваше предложение не заинтересовало меня, леди Сонья, — процедил сквозь зубы Ноэ, оттолкнул её и вышел прочь.
Он сам заберет Лайю из этого дьявольского места, и если надо, не оставит там камня на камне, и даже король не сможет ему помешать. Ноэ помчался к пансионату.
Он прибыл на место лишь поздно ночью, хоть спешил изо всех сил, остановил повозку, огляделся. И замер. Вот это да! А ведь он тут не единственный гость. У пансионата стояла другая повозка, та, в которой путешествовал регент, когда хотел отправиться куда-либо инкогнито.
Интересно, этот напыщенный идиот знал, что его инкогнито – давно уже не тайна? Вряд ли. Иногда он удивительно глуп и слеп.
Но что, чёрт возьми, он делает тут ночью? Сердце Ноэ сжала беспощадная рука страха. Вряд ли стоит надеяться, что этот поздний визит регента никак не связан с необычной гостьей или, правильнее будет сказать, пленницей пансионата. Король явился сюда из-за Лайи.
Что этому сосунку от неё надо? Впрочем, неважно. Ноэ, не скрываясь, направился к входу в пансионат. Конечно, короля охраняют. Но не так тщательно, как обычно. Когда он едет «инкогнито», берёт с собой одного-двух гвардейцев, а в особых случаях не берет никого. Ноэ с этим справится.
Он решительно направился в комнату настоятеля. Если хорошенько встряхнуть этого откормленного болвана, он не станет храбриться и быстро выдаст ему, где Лайя, и с ней ли король.
Но когда Ноэ вбежал в здание, выяснилось, что болвана искать не нужно: он был на месте, суетился вокруг короля, почему-то пикантно укутанного в покрывало, бесконечно кланялся и повторял:
— Мы организуем поиски, мы найдем эту негодяйку, не волнуйтесь, Ваше величество!
— Что здесь происходит? — обратился Ноэ к королю.
— Вам не сойдет это с рук! — злобно глянул в сторону Ноэ.
— Что не сойдет? Где Лайя? Что происходит?
Но король не удостоил его ответом и вышел вон. Ясно было одно: его Лайи нет в пансионате! Ноэ последовал вслед за ним.
*****
Мне удалось проскочить незамеченной. Не думаю, что это связано с каким-то особенным везением. Скорее всего, зная, кто явился сюда развлекаться этой ночью, местная обслуга решила проявить скромность и не высовываться без необходимости. Я прошла по пустым коридорам пансионата и беспрепятственно выскользнула наружу, оказавшись в густом саду. Ну, допустим, покинуть здание мне удалось, а дальше что? Насколько я помню, перед тем, как остановиться у пансионата, карета довольно долго ехала по лесу, и был тот лес так дремуч, что в салоне стало темно, словно наступила глухая ночь. Ветки хлестали по стенкам и скребли по крыше, а в единственное зарешеченное оконце сыпались листья и иголки. Если я сейчас рвану туда, то к утру запросто могу стать добычей диких зверей. А это никак не входило в мои планы. Я замешкалась. Ужас перед неизвестностью словно сковал руки и ноги. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдвинуться с места. Король не оставит меня в живых после того, что случилось. Он страшнее любого зверя. Так что мой единственный шанс – как можно скорее бежать. И если для этого нужно рискнуть – что ж... небольшая плата за свободу. А там уже найду Ноэ, и вместе мы что-нибудь придумаем. Он обязательно спрячет меня и от короля, и от любой другой опасности. Нужно лишь выбраться из этого сада. К сожалению, то ли король пришёл в себя слишком быстро, то ли каким-то другим способом, но в пансионате обнаружили моё отсутствие, далеко уйти я не успела. Вообще никуда уйти не успела. У входа в пансионат зажглись факелы, и началось движение. Какие-то люди бегали, суетились, вглядывались в темноту сада. Кто-то схватил факелы и углубился в сад, а это значило только одно: меня ищут, вряд ли они решили среди ночи нарвать яблочек для короля, хоть тот, как говорят в народе, их любит. Я спряталась в зарослях в надежде переждать охоту и выбраться, когда все решат, что искать меня бесполезно. В любом случае бродить сейчас по дорожкам было небезопасно. Я уселась так, чтобы было видна дверь пансионата. Если мои враги меня не видят, а я их вижу – значит, я в более выгодной позиции. Но то, что я увидела в следующий момент, заставило меня вмиг растерять боевой настрой. Ноэ Локид! Он быстро шёл по направлению к пансионату, почти бежал. Затем влетел внутрь, но долго там не задержался. Из той же двери вышел король. Ноэ следовал за ним и что-то говорил. Лица у обоих были нерадостные, обеспокоенные и встревоженные. На мгновение я забыла, как дышать. В долю секунды в голове промелькнули десятки мыслей и воспоминаний, выстраиваясь, как кусочки головоломки, в ясную картинку. Ноэ … До тех пор, пока он не вошёл в мою жизнь, никто мной не интересовался, и никто не знал, что я полукровка. Он догадался. Он всё выяснил и сказал мне. Потом он пропал, зато появились гвардейцы, которые привезли меня сюда. Толстяк говорил, что проникнуть в пансионат без разрешения короля невозможно даже для тёмных. А он вошёл. И вышел вместе с королём. Так значит, толстяк не лгал? Ноэ сам отдал меня королю, поделился редкой игрушкой. Или наскучившей игрушкой, разница невелика. Горечь предательства на губах. Больно… Я с трудом сдерживала слёзы. Стоило Ноэ и королю уехать, поиски прекратились, и я смогла выбраться из сада. Только выбраться – это ещё половина дела. В таком виде, в каком покинула пансионат, я слишком заметна. Девушка в мужской одежде, да не в абы какой, дорогой, королевской, бредет по дороге… Меня схватят тут же. А главное – я вообще не знаю, куда идти. Только не паниковать! – одернула себя. Город должен быть где-то рядом. Не могут поставить пансионат в глухом лесу...О том, что вполне себе могут, и, скорее всего, так оно и есть – я старалась не думать... Туда должны привозить продукты, одежду, корреспонденцию, наконец. Так что до ближайшего городка должно быть не так уж далеко. Первым, кого я встретила на дороге, как только рассвело, был купец с телегой, полной товаров. Так я и думала! Едет в ближайший городок на ярмарку. Я махнула рукой, приговаривая про себя: «Ты видишь обычного зажиточного горожанина, возможно, если подбросишь его, он у тебя что-нибудь купит. И вообще, помогать ближнему – это хорошо». Главное, чтобы сейчас он не подумал о том, что ближний запросто может оказаться разбойником, который оставит его без денег и без товара, а возможно, и без лошади. Но эту мысль я усиленно гнала от себя и от него. Повозка остановилась. — Здравствуй, мил человек. Куда путь держишь? «Мил человек»! Получилось… Я разумно рассудила, что лучше ему считать меня мужчиной. Кто знает, какую плату за проезд он потребовал бы с женщины. — В город подбросишь ли? Теперь я активно думала, что уже заплатила ему, и сполна. Мужик с довольным видом хлопнул себя по кошельку и сказал: — Да за такую плату к Дьяволу на рога доставлю. Вот и отлично. Я устроилась в повозке, прислонившись к тюку с какими-то тканями, мысленно напомнила вознице, что он на самом деле ужасный молчун и вообще не любит разговаривать в пути, и задремала. В город мы прибыли скоро, а может, мне так показалось. Только закрыла глаза – и вот уже его голос: — Всё, мил человек, вылазь. Приехали. Я огляделась по сторонам. Ох, как же зря я уснула. Следила бы за дорогой, выбралась бы на окраине, а теперь вокруг шумела ярмарка. Убедить одного-единственного мужичка в том, что с моим нарядом всё в порядке, не слишком сложно. А вот проделать то же самое с толпой народа, среди которого наверняка есть и тёмные, – это уже труднее. Даже не так. Это невозможно. Я сильнее вжалась в тюк с тканями. Только бы никто не увидел! — Эх, а мне же не сюда, — с досадой воскликнула я. — Что ж ты не разбудил-то меня? Мне на окраине выйти надо было. Отвези меня, не откажи. — Что же ты за человек, что людей боишься? — с подозрением стал вглядываться в меня мой возница. — Тут до окраины два шага всего… — неожиданная догадка осенила мужичка: — Никак сбежал? Я молчала, ожидая, к чему приведут его эти рассуждения. — Так и быть, выручу тебя, — заявил мужик. — Да только доплатить надо будет. — Ну, доплатить — это я завсегда, — улыбнулась я. Мужик снова радостно потёр кошель, в котором не прибавилось ни на одну монетку. Интересно, что будет потом? Он решит, что каторжник его обманул либо будет сокрушаться, что где-то потерял столько денег? Впрочем, что бы он там себе не думал, те, что меня разыскивают, совсем не глупы. Им не составит особого труда вычислить всех, кто находился поблизости от пансионата в то время, когда я сбежала, и с пристрастием допросить. Тогда этот любитель возить беглых каторжников наведет их на мой след. Подобный исход мне не понравился, а потому я повелела мужику забыть и о странном путнике, и обо всём этом приключении сразу же, как только он потеряет меня из виду. Торговец отправился избавляться от своих тканей, а я осталась одна в пустынном переулке. Что ж, из пансионата, кажется, окончательно выбралась. Здесь, на пустынной улочке небольшого городка, я была уже в большей безопасности. И всё таки не в полной безопасности. В подтверждение этой мысли навстречу мне вышла женщина, горожанка, явно не из богатых, но и не нищенка. Она уставилась на меня, ошеломленно рассматривая всю странность моего одеяния. Я даже не успела сообразить, кем она должна меня посчитать, лишь мысленно умоляла её придумать что-нибудь такое, во что она может поверить. — Надия, девочка моя, ты приехала? Не знаю, кто такая Надия, но, полагаю, в этом переулке мне безопаснее быть ей, чем невесть откуда взявшейся чудачкой в королевском платье. Я нерешительно кивнула, и в следующую секунду женщина повисла у меня на шее. — Надия, моя дорогая, как же ты добралась? А почему без поклажи? Я так и знала, что ты не бросишь в беде свою бедную тётю. С тех пор, как Троян проиграл всё, что мог, и утопился, соседи смотрят на меня косо, а родня отвернулась, боятся, что помощи попрошу. Только ты, моя девочка, меня не бросила. Ну что ж, милая женщина, спасибо тебе за разъяснения. Теперь всё стало гораздо проще. Нужно лишь выяснить, как тебя зовут, без этого будет трудно, хотя… — Конечно же, дорогая тётушка, как бы я могла вас бросить? Пойдёмте же скорее домой. На плечах у моей неожиданно появившейся тётушки был длинный зелёный плащ до самой земли. Я поёжилась словно от холода. Ей должно прийти в голову предложить бедняжке племяннице тёплую одежду. Так и вышло, моя «тётушка» быстро скинула плащик и протянула его мне. Под плащом обнаружилось довольно красивое платье, изрядно, впрочем, поношенное. Похоже, неведомый мне Троян просадил немалое такое состояние. — Наш дом пришлось продать за долги, то место, где я живу… — женщина залилась краской, — …оно ужасно. — Ничего, ничего, — подбодрила я её, — надолго мы там не останемся. «Ужасное место» оказалось куда лучше, чем тот дом, в котором выросли мы с сестрой и жили до тех пор, пока известные обстоятельства не заставили нас его покинуть. Я решила, что моей тётушке нужно поспать, пока я отдохну с дороги и придумаю, что делать дальше. Судя по всему, хозяйка из неё была никудышная. Явно всю работу по дому выполняли слуги. До тех пор, конечно, пока она могла их себе позволить. Ну что ж, эта милая дама может считать, что вытащила счастливый билетик. Девушка, путешествующая одна, особенно когда она очень похожа на ту, которую разыскивает сам король, лёгкая мишень для гвардейцев, а в скромном одеянии и в компании тётушки я стану практически невидимкой. Оставаться в городишке, расположенном в каком-то часе езды от пансионата, было опасно. Нам нужно переехать, поселиться в симпатичном домике, вроде тех за рекой, о которых мечтала моя сестра. Я сняла с себя королевский камзол и покрутила его в руках. Спасибо, ваше величество, что в достаточной степени украсили себя, когда шли на свидание. Несколько брошей с крупными камнями красовались у воротника. Я выбрала самый маленький бриллиант,ещё не хватало привлекать к себе лишнее внимание, подобрала из гардероба женщины платье, которое не слишком бы на мне висело, и стала её будить: — Отведите меня к ювелиру. Полагаю, со своим новым даром я могу неплохо устроиться в мире людей. И никогда больше не увидеть Ноэ. От последней мысли мне стало нестерпимо грустно.*****
Прохладно, темно и сыро. Это место мне не нравилось… Я шла по тёмному коридору, то и дело натыкаясь на холодные каменные стены. Прозрачная туника путалась в ногах, мешая идти. Шаг... Ещё один... Сердце колотилось как бешеное. Я не знала, где окажусь в следующую секунду, но не сомневалась: мне нужно туда. Только там я смогу успокоить боль, съедающую меня изнутри. Коридор сделал крутой вираж, и передо мной выросла дверь. Путь окончен. Я приложила ладони к шершавой поверхности и прислушалась. Странно. С той стороны не доносилось ни звука, но я отчётливо чувствовала чьё-то присутствие. Нет, не чьё-то, его. Ноэ был там. Я задохнулась от избытка чувств. Даже сейчас, после его предательства, одна мысль об этом мужчине заставляла моё тело слабеть и изнывать в сладкой истоме. Я медленно отворила дверь и шагнула через порог. Внутри царил полумрак. Лишь лунный свет серебрил поверхность кровати, на которой лежал Ноэ. Моё глупое сердце застучало ещё сильнее. Я подошла ближе в надежде, что Ноэ заметит меня, удивится, обрадуется или хотя бы испугается. Но он не двигался. Его обнаженная грудь мерно вздымалась, а дыхание было ровным и глубоким. Ноэ спал. Я присела на край кровати и провела подушечками пальцев по небритой щеке. В груди защемило. Как же это больно. Больно осознавать, что тот, кому ты доверила своё сердце, оказался обыкновенным циничным дельцом. Я стиснула зубы, чтобы не расплакаться. Но не расплакалась. Что-то новое, дикое и необузданное уже поднималось со дна моей души. Внутри закипала обида, а вместе с ней рождался голод. Я стянула тонкую простыню, которая прикрывала обнаженное тело Ноэ, склонилась к сияющему в лунном свете телу. Как же он был хорош. И сладок. А горечь обиды придавала блюду особую пикантность. Губы коснулись тёплой кожи, и по венам прокатилась волна наслаждения. На одно лишь мгновение я оторвалась от Ноэ, чтобы просто вдохнуть сгустившийся вокруг воздух. Подняла вверх затуманенный взгляд и замерла. На меня смотрела пара бездонных глаз. Ноэ наблюдал за мной со странным спокойствием, будто заранее знал, что я приду. Неужели он и это подстроил? В следующий миг его пальцы коснулись моих губ. Осторожно, мягко. Я видела, как в потемневших глазах вспыхнула страсть, ощущала её густой терпкий привкус. Как всё изменилось с нашей последней встречи. Теперь уже я читала его как открытую книгу, я пробовала на вкус его чувства, задыхаясь от них… Это стало последней каплей. Я прильнула к губам Ноэ и почувствовала, как вскипает в моих венах кровь. Сила тёмная рвалась наружу. Прозрачная туника отлетела в сторону, и тело обжёг его взгляд. В груди всколыхнулась волна злости. Я оседлала Ноэ и стала осыпать его лицо поцелуями. Колкими, полными обиды и едва сдерживаемой страсти. Он вздрогнул, будто почуяв опасность. Попытался отстраниться. Как бы не так, милый. Я впилась в его губы жадным поцелуем. До чего же они податливы и мягки, притягательны и до безумия желанны. Мои груди скользили по коже Ноэ, пока я как безумная впитывала бушующую энергию тёмного. Каждая клеточка моего тела вбирала в себя исходящую от него страсть. Но было в его чувствах что-то ещё. Едва уловимое, лёгкое, будто аромат весенних цветов поутру. И это сводило с ума ещё сильнее. Неужели я не способна обуздать эти чувства? Неужели так и буду страдать от любви к предателю? Я оторвалась от губ Ноэ и заглянула в потемневшие глаза. Он принадлежал мне. Не сдерживая больше ни обиды, ни кипящей внутри страсти я стала осыпать поцелуями грудь. Ноэ застонал. Боги, до чего же сладки были его эмоции. Я продолжала играть с ним, вытягивая всё, в чём так нуждалась. Страсть, похоть, боль, любовь… Любовь?... Глупости… Никто не предает тех, кого любит. Хватит глупых ласк и поцелуев. Я здесь вовсе не для этого. Уселась сверху, ощутив его горячий напряженный орган, и застонала, не в силах сдерживать чувства. Я приняла его – сразу и полностью, ничуть не удивившись тому, как это было просто. Я поднимала и опускала бёдра, и с каждым движением внутри нарастало напряжение. Но это было не просто наслаждение. Что-то опасное, неконтролируемое бурлило во мне. То ли сила тёмной, то ли сама тьма, могучая, голодная… Я знала, что ничего не отдаю сейчас – только забираю. Всё без остатка. Я видела, как тускнеют глаза Ноэ, но остановиться уже не могла. Я должна получить его целиком… Я получу его. До конца…
