Stay

Беспокойная ночь пролетает настолько быстро, что Эмиль совершенно не понимает, спал ли он вообще. На протяжении долгого времени парень лежит неподвижно, уставшим взглядом рассматривает белоснежный потолок, как будто там можно найти ответы на все вопросы, что вихрем проносятся в его голове. Рука неприятно зудит, напоминает о себе и Эмиль сдерживает себя из последних сил, парню не хочется ухудшать ситуацию и пройтись ногтями по ране, эйфория давно уже прошла, оставив после себя неприятный осадок. Так всегда, сначала становится легко, все проблемы покидают тело парня, оставляют после себя притупленную тишину и свободу, которую хочется полной грудью вздохнуть, да и окончательно раствориться в сладкой пучине. Но стоит мнимой секунде исчезнуть, как тяжелая атмосфера и ненависть к себе возвращается, всё это сплошной замкнутый круг, из которого невозможно выбраться. Эмиль пытался, но всё тщетно, старшеклассник слишком часто прибегает к лезвию в последнее время. На горизонте виднеется солнце, едва заметные лучики плывут по его впалой щеке, падают на покрасневшие от недосыпа глаза и совсем исчезают, оставив после себя фантомное чувство тепла. Эмиль жмурится, здоровая рука тянется к телефону. На часах ровно шесть, у парня есть время на то, чтобы в очередной раз позавтракать в одиночестве. Мать, как и ожидал мальчишка, не вернулась ночью домой, женщина быстро покинула квартиру, не желая тратить время на выяснение отношений. Знает ведь, что ни к чему хорошему это не приведёт. В животе раздаётся жалобное урчание, парень неохотно поднимается с тёплой кровати, оставляет после себя небольшой беспорядок и движется в сторону выхода, прекрасно слыша, как кот по кличке Председатель Мяо, спрыгнул со шкафа, где он обычно спит. Должно быть, не только Иманов чувствует голод. Коридор встречает Иманова давящей тишиной, он едва перебирает ногами, неохотно плетётся в ванную комнату, желая поскорее рассмотреть себя. Нос неприятно побаливает, в горле пересохло, а про руку он вообще молчит, не зная, как он будет прятать этот порез в школе. Эмиль, продолжая раздумывать над этим, оказывается в небольшом помещении, рукой включает свет и шипит, когда в глаза ударяет непредвиденный яркий огонек. Морщась, он доходит до раковины, расставляет руки по бокам и поднимает настороженный взгляд, встречаясь с отражением напротив. Выглядит он не так ужасно, как ему казалось до этого, на носу виднеется весьма отчётливый синяк, мешки, правда, стали куда больше, а уставшие глаза видно даже невооруженным взглядом, но даже на это у него найдется объяснение, ведь все в его возрасте зависают до самой ночи в играх, ведь так? В ванне зашумела вода, Эмиль решает воспользоваться свободной минуткой и ополоснуть лицо холодной водой, а затем почистить зубы. Большие капли воды скатываются по лицу, падают на ночную футболку и растворяются, оставляя после себя заметные разводы. Он чистит зубы аккуратно, но отчего-то всё равно умудряется запачкать свою одежду. Как только сонливость окончательно покидает его тело, парень вытирает махровым полотенцем лицо, а потом идёт на кухню, где блуждает недавно проснувшийся кот. Стоило ожидать, что он чертовски голоден, парень не успел покормить его вчера, а мама совершенно игнорирует пушистое чудо дома, ведь изначально кот принадлежал отцу. Старшеклассник приветствует Мяо, гладит его по мягкой рыжей шёрстке, но тот был непреклонен, быстро увернулся от поглаживаний и метнулся в сторону пустой кормушки, ожидая скорейшего завтрака. Эмиль лишь закатывает глаза, быстро разбирается с непредвиденной проблемой и сам задумывается, чего же он хочет поесть. Выбор падает на простецкую яичницу и чёрный чай, этого вполне хватит до завтрашнего дня. Готовит он недолго, слегка подпевает выдуманной мелодии и наслаждается спокойной атмосферой, медленно приходя в себя. Тот факт, что сегодня он мог воспользоваться кухней, непременно радует, но стоит лишь подумать о том, что мать заметит пропажу нескольких яиц и помидоров, настораживает и совершенно портит настрой. Он знает, что может готовить себе, но всё равно чувствует некую вину за использование продуктов, купленными матерью. С такими мыслями Эмиль кушает недолго, аппетит после трёх кусочков сходит на нет, чай остается недопитым, а послевкусие «завтрака» отдает горечью. Иманов быстро расправляется с грязной посудой, сверяется в который раз со временем и спешит вернуться в комнату, покрытую мраком. Ему ничего не остается, кроме как переодеться, перебинтовать покрытую порезами руку, собрать вещи и выйти пораньше. Сигареты, как и ожидалось, закончились куда быстрее, чем в прошлый раз, благо денег хватает на новую пачку. Пока парень не представляет, где будет добывать деньги, но неприкрыто радуется, что прогулка до школы будет с сигаретами в руках.

***

У входа, к удивлению старшеклассника, толпятся Даник с Никитой, они что-то яро обсуждают, жестикулируя руками. Стоит третьему подойти к ним поближе, как Сударь перестаёт судачить, всем корпусом поворачивается к нему и удивленно вскидывает бровь, разводя руками. Даник переводит взгляд на Иманова, срывается с места и бредет к Эмилю, желая как можно скорее навалять своему другу. — Ты че тут забыл? — вместо доброго утра говорит Даник, его настороженный взор скользит по синяку на носу, а затем парень незаметно принюхивается, ощущая неприятный запах табака на куртке Эмиля. — Погоди, ты куришь? — Нет, женщина впереди меня скурила аж три сигареты, представляешь? — хмыкает Иманов, переминаясь с ноги на ногу и поправляя лямку спадающего рюкзака. Ребята переглядываются, не зная, стоит ли сказать Иманову о том, что его лицо чересчур разукрашено. Они прекрасно помнят о том, как реагирует парень на подобную заботу, поэтому смиренно молчат, сдерживая порыв стукнуть лучшего друга по затылку за подобное отношение к своему телу, которое, как кажется Данику, больше на дырявый мешок картошки похоже, нежели на человеческое. Даник недоверчиво хмыкает, тыкая пальцем в плечо Сударя. — Даже он не скрывает, что курит, я тебя как облупленного знаю, Эмиль! — Эй, — в небольшую перепалку встревает Никита, становясь между ребятами, — вообще-то я парю, это разные вещи! — Сути не меняет, всё равно от мамки прячешься за гаражами, — в открытую хихикает Иманов, стараясь перевести разговор на мирный лад, ему не хотелось, чтобы ребята подобное обсуждали с ним, да и как-то стыдно признавать, что Даник абсолютно прав. — Пойдёмте уже. За разговорами ребята и не замечают, как уже толкаются в раздевалке, ища свободный крючок. Дети мешаются под ногами, как бы их не задавить, думается Иманову, кто-то затевает драку, а девочки и вовсе носятся по первому этажу, отчего-то визжа. Он слишком отвык от сплошной суеты, парень чувствует себя не в своей тарелке, но молча бредёт за ребятами на второй этаж, где будет проходить история. Признаться честно, когда он был младше, ему безумно нравилась история и всё связанное с ней. Каждая его работа была написана на чистую пять, ему нравилось ковыряться в числах и в различных событиях, что изменили ход истории человечества. Да даже отличники неприкрыто завидовали темноволосому, ведь тому не нужно было сидеть за учебниками и конспектами всю ночь, его память ловила на лету, и Иманов этим неприкрыто гордился. Если покопаться в шкафу парня, то можно найти несколько медалей за олимпиады, где он занимал исключительно первое место. Отец даже гордился этими достижениями, нахваливал сына до последнего, пока не покинул их, оставив после себя жалкое подобие семьи. Но сейчас, стоит им оказаться в наполненном кабинете, как лёгкая ностальгия растворяется, на смену весёлого учителя пожаловал новый, совершенно неуверенный в себе человек. Мужчина был среднего возраста, вечно кусал губы и бурчал себе что-то под нос, совершенно не привлекая внимания. Эмилю ничего не оставалось, кроме как уткнуться лицом в рукава своей кофты, спать хотелось невыносимо, он ощущал лёгкую слабость, тело медленно превращалось в желе. Многие ученики невольно рассматривали разбитую физиономию парня с неприкрытым интересом, они не могли поверить, что у Эмиля хватило сил прийти на уроки, особенно на те, от которых вешаться хотелось, да бежать как можно дальше. Настолько уйдя в себя, он не слышит трель звонка, не видит то, как в класс проникает учитель физики и радостно здоровается, заставляя учеников мгновенно замолчать и прислушаться к нему. Он просит выделить минутку на его новость, учитель истории понимающе кивает и утыкается взглядом в монитор потрёпанного компьютера, решая подготовить презентацию, пока Дмитрий будет вещать. В руках мужчины громадная папка, он поправляет её и затем касается длинными пальцами переносицы, поправляя очки. Несколько секунд он сканирует своих учеников, проверяет всех, кому удалось подняться с тёплой кровати и прийти на первый урок, а затем заостряет свое внимание на Эмиле, который распластался на столе, совершенно не замечая его. Дима старается сохранять спокойствие, но в душе паника ураганом ходит, кто вообще смог отпустить мальчишку в школу? Он выглядел ужасно. — Понимаю, я должен был подождать до конца учебного дня, но после уроков у меня планерка, поэтому я буду краток, — говорит Масленников, облизывая нижнюю губу, — в эту субботу у нас намечается всеми любимый субботник, директор школы попросил убраться в библиотеке и в спортивном зале. По классу проходятся недовольная волна возгласов, Дмитрий ожидаемо смеётся, ведь знает прекрасно, насколько ребята ненавидят подобную работу, но приказ есть приказ, в этом году уборка остаётся на выпускниках, чьи выражения лиц мгновенно погрустнели. Некоторые принялись перешёптываться, а Лиза, как принято, поднялась с насиженного места и подняла руку вверх, вздернув своим маленьким курносым носиком. — А вы будете с нами убираться? — спрашивает девушка, растягивая губы в мягкой улыбке. Если мужчина согласится остаться с ними, то у неё будет возможность провести с ним больше времени. Лиза, не будем скрывать, испытывает довольно-таки большой интерес к новому учителю, тот по всем пунктам подходит ей, да и девушка не глупая, круглая отличница и красавица, желающая парня постарше. Бывшие отношения с Антоном оставили лишь неприятный осадок и осознание того, что парни её возраста настоящие придурки, а вот Дмитрий Масленников человек с большой буквы, имеющий особую харизму. — Конечно, я же ваш классный руководитель, — в итоге кивает учитель, девушка радостно визжит и хлопает в ладоши, вернувшись на свое место, влюбленно рассматривая мужчину, — я хочу, чтобы вы пришли к десяти часам, чем раньше мы начнем, тем быстрее закончим. Ребята понимающе кивают, радует тот факт, что Дима будет убираться с ними, ведь прошлый классный руководитель ни разу не появлялся на субботниках, предпочитая отдыхать, нежели налаживать контакт со своим классом. — Если управитесь за два часа, с меня пицца в понедельник. Подобное заявление повергает в приятный шок, стимулируя ребят настроиться на продуктивную работу. Кто-то начинает хлопать с задних парт, парни довольно улюлюкают, а девушки вновь перешёптываются, возвращая Иманова в реальность. Он наконец-то поднимает взгляд, убирает руки под парту и смотрит на учителя физики, чувствуя, как сердце пропускает удар. — Вот это по-нашему, Дмитрий Андреевич! — говорит парень с задней парты, подхватываемый довольными возгласами. — Мы запомнили! — Я всегда рад дать вам мотивацию работать, ребят, — Дима незаметно для всех сжимает папку до тупой боли, отчего-то на душе неспокойно, Эмиль до чертиков его напрягал, давая очередной толчок, — кстати, Эмилька, как себя чувствуешь? Парень удивленно приоткрывает рот, всем телом ощутив, как несколько пар глаз устремились в его сторону. На него недовольно смотрит та самая Лиза, неприкрыто негодуя, почему же мужчина так распереживался? Эмиль пусть и выглядит как побитая собака, но жив! Зачем проявлять к этому парню какую-либо заботу, если в ней нуждается именно она? — Всё в порядке, — Эмилю не нравится подобная забота, от которой спина покрывается неприятными мурашками, а во рту совсем сухо становится, парень потягивается на месте, желая, чтобы одноклассники перестали разглядывать его. — Если будешь чувствовать себя не важно, сходи к медсестре, — просит Масленников, поглядывая на наручные часы, восьмиклассники, вероятно ожидающие физика у закрытого кабинета, уже начинают помаленьку негодовать, — если что, ты знаешь где меня найти. От высказанных слов учителю становится спокойнее, мальчишка почему-то волнует его куда больше, чем следует, но он отчаянно откидывает эту мысль на второй план и желает ребятам продуктивного дня, наконец-то давая волю историку. Стоит только ему покинуть кабинет, как в классе вновь начинают проскальзывать смешки и едва отчётливые шёпоты девчонок. Где-то в середине урока Эмиль улавливает чужой разговор, Даша, сидящая недалеко от него, недовольно ворчит про «любимчика», а Лиза едва сдерживает порыв нагрубить подружке, стараясь не верить в сказанные слова. Эмиль даже не догадывается о том, с какой ненавистью осуждает его Елизавета, вместо того, чтобы вновь уткнуться в свои ладони и вздремнуть, немного паникующий историк вызывает его к доске, желая услышать то, насколько хорошо Эмиль помнит прошлогодний материал. Старшекласснику ничего не остаётся, на ватных ногах он двигается в сторону доски, ищет взглядом мел и слышит, как в спину летят слова удачи от Никиты, парень всего-то на секунду отрывается от телефона, дабы убедиться, в порядке ли лучший друг. Доска под сухим мелом неприятно скрипит, он записывает старую тему и пытается вспомнить историю создания Пакта Рериха, но в голове полнейшая пустота и лёгкая неопределенность. Винит ли он Диму или нет?

***

День выдается вполне лёгким, несмотря на математику, которая шла после истории. Учитель радостно вещал про тригонометрию, запугивал ребят будущей контрольной и непредвиденно наметил себе ближайшую самостоятельную работу, убив последнюю каплю спокойствия в одиннадцатом классе. Осознание окончательно приходит к старшеклассникам, былого отдыха больше не будет. Эмиль словно в тумане вышел из школы, попрощался с Даником и Никитой, а потом поплыл в сторону своего дома, вновь закуривая. Он отошёл довольно-таки далеко от школы, помнил ведь о том, что советовал сделать ему Масленников, поэтому убедился, что нет никого поблизости. Дома ему удаётся некоторое время побыть в одиночестве, он находит беспроводные наушники и включает музыку, решая сегодня разобраться с кипой домашней работы, так как время позволяло. Уроки даются ему легко, половину он списывает с местного ГДЗ, а потом понимает, что с физикой такое не прокатит. Скорее всего, Дмитрий Масленников был из тех сумасшедших, которому нравилось сочинять новые задания и пудрить ученикам мозги, не пользуясь школьным учебником. Задача звучала просто, но стоит лишь приступить к решению, как Эмиль поражённо прикусывает губу, пытаясь вспомнить нужную ему формулу. Физику он не любит, но и не считает себя полным нулем, но почему-то все мысли крутятся вокруг учителя, а не его предмета. Парень вспоминает чужое лицо, в котором читается то ли жалость, то ли настоящая забота, мягкую улыбку и едва заметные морщинки вокруг глаз. Эмиль, сам того не замечая, прикрывает глаза и проигрывает события с последнего урока физики, наконец-то ловя ту самую пропавшую формулу, которой так и не удалось сбежать из его цепкого разума. Уравнения, построенные благодаря формуле, решает он не быстрее чем за 20 минут. В определённый момент он чувствует лёгкий интерес, когда ощущает, как барьеры непонимания окончательно трескаются на мелкие крупинки, открывая ему ясный вид на ответ. Эмиль записывает последнюю цифру, довольно подчёркивает её и тянется за телефоном, может быть, кто-то из отличников уже скинул решение в общую беседу класса, где помимо глупых шуток от Антона и его компашки, проскальзывали верные мысли. Чат загружался недолго, Эмиль практически сразу нашёл нужную ему фотографию. Всеми любимый Миша, чьё сердце было слишком мягким для этого сурового мира, скинул полное решение и даже объяснил саму загвоздку, из-за которой Эмиль некоторое время летал в облаках, не зная, как записать решение. Сверившись с формулировкой, просмотрев каждую строку и облегчённо выдохнув, Иманов закрывает новенькую тетрадку и откладывает её в сторону, не зная, чем теперь себя занять. Он мог бы вполне взять книжку и почитать, открыть вкладку с ютубом и посмотреть любимого блогера, но вместо этого он вновь залезает в чат и видит, что Лиза скинула непонятную ссылку на чей-то аккаунт. Лишь спустя пару минут девушка пишет, что это страница Дмитрия Андреевича, а потом и вовсе добавляет его в беседу класса, даже не спросив разрешения у остальных ребят, любящих записывать не самые добросердечные признания в голосовых. Темноволосый повержено прикусывает губу, в сердце расцветает лёгкое подобие паники, а большой палец едва касается ссылки, на которую так и хочется нажать. — Это всего лишь из-за интереса, — вслух думается парню, — я не один такой, ведь так? Определённо не один, но единственный, кто в последствии совершит очередную ошибку, Эмиль.