Особые обстоятельства

6

Отец вернулся поздно. Мишель уже принял душ и лежал в постели. Не спал. Потому что уже по десятому кругу вспоминал вечернюю встречу. Вспоминал все свои вопросы и ответы Марка, вспоминал его движения, жесты и реакции. Марк написал Мишелю лишь одно сообщение, где просил писать или звонить, если Мишель захочет пообщаться. Утром Мишель проспал все будильники — сказались две бессонные ночи. Отец вчера привез Мишелю в подарок коробку эклеров с разными начинками. Ими и позавтракали. Потом смотрели фильм по телевизору. Мишель скинул на пол подушку и устроился на ней, а отец осторожно расчесывал прядку за прядкой, иногда замирал на несколько минут, когда отвлекался на сюжет. Мишель за фильмом не следил, он с полуприкрытыми глазами наслаждался этим моментом. — Как день вчера провел? — спросил отец, когда началась реклама. — М? Убрался, вечером с Берни погуляли. Про Марка Мишель, естественно, не сказал. Ему говорили, что на первом месте должна стоять учеба, а для общения с альфами он все еще мал. Мишель отца обманывать не собирался, но пока же, действительно, у них с Марком ничего и не было. — А ты почему так задержался? На работе проблемы? Ай! Отец тут же отпустил натянутую прядку. Взялся за другую, провел по ней расческой. Расчесывал он неправильно, но Мишелю нравилось вот так сидеть. Совсем как в первом классе, когда отец старательно заплетал его каждое утро. — Там нормально все. Вчера в медблок привезли новое оборудование, устанавливали до позднего вечера. Мишелю не очень нравилась работа отца — тот был начальником колонии для омег. Ездил далеко, за город, проводил дома мало времени. Общался с не самыми хорошими людьми, как казалось Мишелю. Еще и ничего не рассказывал. — Ты даже не поужинал. — Наш медик, Келли Осборн, поделился домашним мясным рулетом, так что я в порядке. Помнишь Келли? Он несколько раз заходил к нам летом. Мишель кивнул. Отец выделил из его волос три прядки и начал плести простой колосок. Его руки иногда задевали голую шею Мишеля. Большие, горячие, с грубоватой морщинистой кожей. Мишель чувствовал себя таким маленьким сейчас, как птичка. Вчера вечером было что-то похожее, когда Марк ухватил его за руку на крутых ступеньках. Келли Осборн был омегой лет сорока. Совсем обычным, выглядящим на свой возраст. Был вежливым, улыбался, пах приятно. Вроде они работали с отцом уже несколько лет. Заходил к ним Келли тоже по каким-то рабочим вопросам, Мишелю не сказали, по каким. Вообще, отправили посидеть в свою комнату. Он даже подумал, что у отца завязался роман, но больше Келли к ним не заходил, а отец про него упоминал не чаще, чем про других своих коллег. — Ты специально задержался, чтобы поесть мяса? — Мишель задрал голову. Резко и быстро. Отец не успел сделать серьезное выражение на лице. Но он быстро собрался, нахмурился и привычно скривил рот. — Если бы ты иногда заказывал стейки, такого бы не было. — То ли серьезно, то ли в шутку ответил он. — Где твоя резинка? Мишель снял с запястья тонкую резиночку и отдал отцу. Тот быстро закрепил косичку. — Немного набок съехала. — Сказал он, нахмурился еще больше, собрал все свои морщинки на лбу. — Когда ты был маленьким, у меня лучше получалось. Вставай, иди в зеркало посмотрись что ли, я все кино пропустил из-за тебя. — Не хочу. Мишель остался на месте. Отец улегся на диван с ногами, а Мишель прислонился к нему спиной. Отец иногда протягивал руку и поглаживал Мишеля по макушке, растрепывая прическу. Мишель увидел новую порцию фотографий от Берни. — Смотри, — сказал он на следующей рекламе и протянул телефон отцу, — это маленький брат Берни. — М. — Сказал отец. «Отец дома?» — написал Берни. «Да» — ответил Мишель. «Пошли, погуляем часок» Мишель усмехнулся. Отцу не нравился Берни, потому что тот плохо влиял на Мишеля, по его же мнению. Берни курил, пил иногда, устраивал вечеринки, на которые Мишелю обычно было нельзя. Берни общался с альфами. Мишель не знал, сколько раз у Берни доходило дело до близости, но тот точно не был девственником. Да и логично — Берни было уже девятнадцать. Отцу Берни не нравился, но тот уже ничего не запрещал. Берни сам продолжал бояться его, шепотом говорил Мишелю, что такого строгого альфы он еще не видел. «Сейчас спрошу» В ответ Мишель получил смайлик с закатившимися глазами. — Берни зовет погулять. — Опять? — отец переключил канал. — Вы же вчера гуляли. — И что? — Мишель перевернулся и уселся на колени. — Ненадолго. — А ты уроки сделал? — Вчера еще. Я до шести вернусь. — Ладно. — Отец переключил еще пару каналов. — Ты мне мешаешь смотреть хоккей.  — Ты его только что включил. Мишель отписался Берни, велел собираться. Договорились походить по ближайшему торговому центру, до которого даже неспешным шагом было не больше десяти минут. Мишелю вообще нужно было только пройти по парочке дворов и сразу выйти на огромную привокзальную площадь. Мишель быстро переплел косу, надел все то же нарядное пальто и захватил небольшой рюкзачок, в котором только кошелек с телефоном и поместились. Обмотал шею своим любимым шарфом. — Я ухожу. — Предупредил он отца из прихожей пока застегивал ботинки. — Ненадолго. — Прокричал отец, перекрикивая хоккейных комментаторов. — Завтра в школу. Берни ждал Мишеля на фудкорте. Несмотря на огромное количество посетителей, Берни сумел выцепить себе столик около панорамного окна. Он лениво жевал картошку и скролил ленту в телефоне. Огромная черная футболка сползла с одного плеча, показывая острую ключицу. Берни болтал ногой и пинал соседний свободный стул. На круглом столике стояли два больших стакана с крышками и трубочками. — Я купил по шейку. — Сказал Берни, не отрываясь от телефона. — Тебе вот этот, клубничный. — Что-то интересное? — Мишель присел на пластиковый стул. — Стивенсон выложил фотку с каким-то разукрашенным малолеткой. Берни показал экран Мишелю. На фотографии их одноклассник был с незнакомым мальчиком, совсем не малолеткой. Ну, точнее, возраста Мишеля или самого Стивенсона. Мишель попробовал шейк. Обычный молочный коктейль из фаст-фуда. От предложенной остывшей картошки отказался. — Я забыл про соус. — Разочарованно протянул Берни. — Папа нашел квартиру, завтра съезжает. — Он надолго сюда? — На пару месяцев точно. Его мужик прилетит на следующей неделе, Рождество встретят здесь. — Ты рад? — Возможно. — Берни пожал плечами. — Но больше рад, что никто не обрыгает мой диван. — Это же ребенок.  — Это мой папа. — Берни с шумом втянул через трубочку остатки своего коктейля. Не клубничного, как заметил Мишель. — У него акклиматизация и в самолете отравился рыбой. Я тут кое-что принес, — он резко повернулся, снял со спинки стула свою сумку, брендовую, но похожую на обычный рюкзак для сменной обуви, — проверь уравнения, полночи это решал, может где-то накосячил? Берни достал тетрадку, открыл на середине и положил перед Мишелем. — Сочинение написал по литературе? — продолжил болтать он, пока Мишель рассматривал решения. Было тяжело, нужен был калькулятор. — Написал. Я логику решения посмотрю, но расчеты в уме не смогу сделать. — Да если в конце нормальная цифра получилась, значит все правильно. — Махнул рукой Берни. — Число. — Поправил Мишель. — Я тоже написал. Сочинение. - Продолжил болтать Берни. — Такая банальная тема, про какую-то любовь. Если у меня будет желание, я почитаю бульварный романчик, а в школе, будьте добры, научите меня другим добродетелям. — Тебя опять вызовут к директору. — Вздохнул Мишель. — Вот здесь ошибка, ты забыл про корень. — Черт! Сейчас, у меня ручка где-то. — Берни извернулся, снова залез в сумку. Его телефон тихо тренькнул. — Вот она, дай исправлю. — Берни зачеркнул последние три строчки и начал переписывать. — К директору не вызовут. Они отличают собственное мнение от идиотизма. За это им деньги и платят. Берни обратил внимание на телефон. Даже до конца не дописал решение, принялся писать ответ на чье-то сообщение. Но хотя бы футболку свою поправил. — У меня сегодня свидание. — Сообщил он слишком буднично. — Мы пойдем в кино. Очень интересно и оригинально, конечно. — Берни закатил глаза. — Хочу прикупить пару шмоток. Посмотришь, скажешь свое мнение. — Ладно. — Легко согласился Мишель. В моде он совсем не разбирался и чаще всего предпочитал ходить в школьной форме. Она была удобной и привычной. Но покупки с Берни не требовали от Мишеля каких-либо знаний. Ему даже не нужно было согласно кивать. Берни сам всегда знал, что хочет взять, а Мишеля с собой брал, чтобы не так скучно было. — Тогда еще мне шапку выберем. — Обязательно. Еще ошибки есть? — Не нашел. — Окей. — Берни убрал тетрадку. — Допивай, и побежим, у меня осталась пара часов. — Ты хоть с кем идешь? — Ты не знаешь его, познакомились у отца на приеме, когда у него юбилей был, он чей-то сынок. Но прикольный. Фотка есть, сейчас я найду. Парень был худ, даже слишком, с острыми скулами, светлыми волосами, собранными в хвостик. Вполне красив, похож на самого Берни. Их можно было принять за братьев. — Ну, — Мишель попытался сказать что-то уместное, — красивый альфа. — Он бета. — Берни спрятал телефон в карман. — Пошли. Мишель удивился. Беты рождались намного реже, чем омеги или альфы. Если омега был слишком молод или стар, если беременность протекала плохо, если омега пренебрегал своим здоровьем, если часто испытывал стресс при беременности, ребенок мог сформироваться бетой. Они чаще всего рождались в неблагополучных семьях, от них часто отказывались, беты чаще болели и, как бы ни боролись с этим общественники, в обществе до сих пор было много предрассудков. Некоторые радикалы, слышал Мишель, считали их неполноценными людьми. Близко Мишель знал только двоих бет — сыновей дедушки. Они были совсем взрослыми, очень разными, но одинаково успешными людьми. Один — бизнесмен, другой — крутой фотограф. Но у них была чудесная семья, им было на что опираться. В общем, Мишель не ожидал, что Берни где-то откопает себе такого поклонника. Но Мишель прекрасно понимал интерес друга. Берни, со своими идеями и принципами, никогда не стал бы оценивать человека по его полу. — Звонил Марку? — спросил Берни, когда они оказались в первом магазине. Сразу же направились к уголку с аксессуарами, где красовались различные вязаные шапки. — Купим тебе с балабошкой? — Мы вчера встречались. — Мишель взял предложенную шапку. Она была ужасной, разноцветная и с огромным помпоном на веревочке. — Да ну нахер! — Берни аж застыл. — Что, прямо сразу встретились? — Мы лишь сходили в кафе, потом дошли до дома и все. — И все? Да я думал, ты только к лету решишься ему позвонить. — Берни подал Мишелю следующую шапку, тоже с помпоном, но красивого сливочного цвета. — Ну и чего и как? Рассказывай, давай. — Что рассказывать? — Мишель взял с крючка еще одну шапку, бежевую, немного темнее первой, с объемной вязкой. Аккуратно прошел бочком между двумя омегами и подобрался к свободному зеркалу. Берни не отставал. — Желательно рассказывать все, но ты же не будешь. Он тебе понравился? — Да. — Мишель надел светлую шапку, она хорошо сочеталась с шарфом и свитером. А у второй был красивый узор. — Да, он мне понравился. У него же… Мишель запнулся. Рассказать Берни про запах? Тот посмеется, скажет, что Мишель романтичный дурачок. Влюбился, и теперь даже чувствует то, чего нет. — Что у него? Мишель надел вторую шапку. Тоже красиво. И удобно. — Он… понимающий. Мишель сделал селфи в шапке, оттолкнул Берни, чтобы тот не лез в кадр. Решил, что может скинуть фотографию Марку. Молчание в чате, которое затянулось на весь день, было уже неловким. — Ну, с ним приятно разговаривать было, — продолжил Мишель, — и он прямо, как бы это сказать, аккуратный. — Берни молча приподнял бровь, ничего не понял. Мишель стянул с головы шапку, зажал ее в руках. — Я думал, все альфы ведут себя наглее. Они сразу пытаются…сблизиться. Берни все больше удивлялся. — Ты мешаешь. — Он показал пальцем на мужчину, который ждал, когда Мишель отойдет от зеркала. Мишель сразу же отскочил в сторону, пробормотал извинения. — А ты показываешь пальцем. — Шикнул он на Берни. — Ладно, я возьму обе. — Пошли за футболками. — Берни взял Мишеля под локоть, видимо, чтобы не потерялся в переполненном магазине. Тем более, Мишель сейчас почти выпадал из реальности. Он опять думал о Марке, одновременно переживал и не понимал, как продолжить общение и организовать следующую встречу, одновременно вспоминал его, всего в снегу, стоящего в свете фонаря и с протянутой рукой. И чувствовал снова это — низ живота и пах наливались приятной тяжестью. Это было стыдно. — Поведение альфы зависит от тебя. — Авторитетно сказал Берни. Он поставил Мишеля рядом со столом с футболками и начал энергично рыться в тряпках. — Если он видит, что ты готов к действиям, полезет к тебе с первых минут, затащит в темный угол и облапает всего. А если видит, что ты весь такой из себя скромник, не будет пугать, осторожненько будет приближаться. Ну, если это умный альфа, естественно. А у Марка, вроде, мозги были. Берни нашел еще одну черную футболку. — И он будет ждать? — спросил Мишель. — Будет. Но не сто лет, не обольщайся. — Мы держались с ним за руки. — Держались за руки? — Берни накидал на сгиб локтя несколько футболок, завертел головой по сторонам. — Вы серьезно держались за ручки? Как в детском саду? Джинсы! В закутке с джинсами, пока Берни искал нужный размер, Мишель наложил фильтр на свою фотографию и скинул ее Марку. «Мы с Берни в магазине. Я купил шапку» — написал он. Подумал и отправил второе сообщение: «Как у тебя дела?» — Не думай много. — Продолжил давать советы Берни, добавив к футболкам еще и джинсовый комбинезон. Мишель уже предвкушал, как весело проведет ближайший час в примерочной. — Если Марк тебе нравится, просто наслаждайся своей первой любовью, она уж точно бывает раз в жизни. Но запомни, — Берни сделал шаг вперед, прищурил глаза и посмотрел прямо на Мишеля. Собирался угрожать, — ты ему ничего не должен. Если он сделает что-то плохое, сразу говори мне. Я его в порошок сотру.

7

Мишелю приснился сон. Они с Марком спустились в пустой подземный переход и остановились около красочного настенного граффити с изображением театра, который стоял вверху на площади. Почему-то здесь был полумрак, и Марк почти сливался с темнотой. Яркой звездой во тьме сверкала его серьга. Марк что-то шептал Мишелю, что-то неважное. Мишель заворожено смотрел на его губы и думал, каково это — поцеловать их? Он подался вперед, приподнялся на мыски и очень быстро и решительно прикоснулся к ним своими губами. Мишель почти повис на Марке, заставил того отступить на пару шагов назад, до упора, до стены. Мишель прикусил его аппетитные губы, встретился своим языком с языком Марка и почувствовал его теплые руки под курткой. Руки огладили поясницу Мишеля и опустились ниже, пальцы Марка забрались под пояс черных плотных брюк альфы. Мишель выдохнул весь имеющийся у него в легких воздух, весь подался к Марку, почти приклеился к нему и потерся пахом о его бедро. И проснулся. Один в своей комнате, в предрассветной темноте. С эрекцией. Мишель в панике закутался в большой теплый халат. Тихонько, на цыпочках, проскочил в свою ванную и включил холодный душ. В зеркале увидел красную физиономию. Страшненький, весь растрепанный и с глазками-щелочками. Под ледяной водой чуть не закричал в голос. Было адски холодно, почти больно, но зато возбуждение прошло. Мишель терпел долго, несколько минут, пока не почувствовал, что конечности вот-вот онемеют. Тогда только сделал воду немного теплее. И почти заплакал от накативших эмоций. С громким всхлипом проглотил комок рыданий. У них с Марком завязалась переписка до самой ночи. Мишель сфотографировал ему каждую шапку по отдельности, сфотографировал свою комнату и вид из окна. Рассказал немного про отца и про свое желание завести несколько комнатных растений. Марк в ответ скинул фотографию автомастерской, где он работал. Сфотографировал себя, где он в смешной кепке механика и синей униформе был на фоне их логотипа — черного колеса на желтом фоне. Еще прислал фотографию спящего серого кота, который жил в их мастерской, фотографию машины, которую он сегодня чинил, и фотографию аппетитного ужина в пластиковом контейнере. Марк объяснил, что берет сейчас больше работы, потому что папа у них не работает, а его пособия на детей и пенсии Эшли не хватает на жизнь. Приходится помогать. Платят в мастерской, писал Марк, хорошо. А заработок с такси идет на оплату аренды автомобиля в автопарке и комнаты в общежитии, остальное Марк откладывает. Они с Марком обсуждали школу. Мишель не знал, что интересного рассказать. Лицей хороший, отец долго выбирал. Уже второй год Мишель получал стипендию на обучение, а раньше ходил платно. Его класс с экономическим уклоном, у Мишеля хорошо получается с математикой, он ее любит, но еще нравится литература. Одноклассники нормальные, Берни всегда рядом. Марк честно признался, что учился средне и в старших классах иногда дрался прямо до выговоров и воспитательных бесед с инспектором. Один раз его даже арестовали, и папе пришлось выплатить штраф. С теми же ребятами, с которыми дрался, играл в дворовой футбольной команде, а еще зависал вечерами в гаражах, где мальчишки прятали парочку старых байков. Они закончили переписку в первом часу ночи. У Мишеля уже глаза слипались от усталости, а телефон почти разрядился. Марк пожелал ему спокойной ночи и прислал картинку, где смешной пушистый барашек в ночном колпаке спал на копне сена. А ночью Мишелю приснился этот сон. Он вернулся в комнату. После ледяного душа тело почти горело. Мишель откинул в сторону ненужный халат, лег поверх одеяла и уставился взглядом в окно, где виднелось посеревшее небо. Мишель потянулся рукой вниз, залез под резинку трусов и осторожно потрогал себя. У него выделилась смазка, почти как во время течки. Мишель слегка погладил себя и весь вздрогнул, когда палец прошелся прямо по головке члена. А между ягодиц хлюпнуло. Мишель снова начал возбуждаться. Тогда он резко убрал руку, перевернулся на бок и зажмурился. Попытался успокоиться. Минут десять лежал, слушал свое громкое дыхание и снова думал про Марка. А как у него? Он возбуждается, когда думает про Мишеля? А если возбуждается, стоит ли Мишелю начинать бояться? Мишель еще раз всхлипнул и все-таки взял член в кулак. Он сейчас быстро кончит, завернется в плед и спокойно проспит оставшийся час без всяких мыслей об альфе.