Две стороны одной монеты

Марк сидел за столом, неотрывно смотря на дверь. За то время, что он провёл в этом ресторане он уже успел выпить три чашки кофе, съесть пять шариков мороженного и сотню раз проклясть непунктуального Люка вместе с его идеями. Утром парень, загадочно ухмыляясь, сказал, что им необходимо встретиться в этом месте ровно в шесть. И вот, собственно, стрелка часов уже подползает к восьми, а его всё ещё нет. Марк сотню раз прокрутил в голове утренний диалог, убеждая себя в том, что он просто не мог ошибиться адресом. На этой улице больше нет ни одного ресторана, так что выбирать не приходится. Неожиданно нечто, смутно напоминающее блокнот, пролетело в миллиметре от головы парня и приземлилось прямиком в его тарелку с начавшим подтаивать мороженым. Страницы, исписанные мелким неразборчивым почерком, мгновенно пропитались малиновой жидкостью, отчего чернила расплылись. Марк оглянулся, ища глазами обладателя вещи, плавающей в его десерте. Долго гадать не пришлось: за соседним столом он обнаружил девушку, которая переводила взгляд с него на блокнот и потом обратно в его сторону. Выглядела она по меньшей мере странно: светлые волосы, низпадающие почти до середины спины, были забраны в изрядно потрёпанный хвост, из одежды на ней были помятая рубашка болотного цвета, под ней футболка с красноречивой надписью «Shut up please» и синие джинсы, на которых нечто расплывалось бурыми пятнами. Эта особа не понравилась ему с первого взгляда. Она относилась к тому типу людей, которых лучше один раз увидеть, чем семь раз увидеть: неопрятная, нервная, наверняка в её голове творится настоящий хаос. А Марк любил порядок и не любил людей, так нагло нарушающих его личное пространство. Впрочем, к его удивлению, девушка не подошла. Постояв неподвижно около минуты, она разочарованно махнула рукой в его сторону и поплелась к выходу. Люди, коих в это время было не так уж и мало, оборачивались ей вслед и на всех лицах застыло одно и то же выражение презрения. Почему-то от данного факта Марку стало чертовски досадно. Он и сам только что смотрел на неё точно так же и теперь, испытывал что-то вроде… Стыда? Да, ему определённо было стыдно перед этой девушкой за то, что он сделал столь поспешные выводы о ней, за то, что его взгляд смешался с такими же тупыми взглядами толпы, не имеющими под собой хоть сколько-нибудь устойчивой основы. — Долбоёб, — услышал Марк звенящий гневом голос внутри своей головы. Этого только не хватало… Он давно знал, что его соулмейт — девушка, причём девушка не из приятных, однако голос её так редко появлялся в его сознании, что он уже начинал забывать о её существовании. Всё у них было не как у людей. Обычно человек начинает слышать отдельные эмоции своего соулмейта лет в 14, далее их связь постепенно укрепляется, становится всё более обширной и ближе к двадцати годам соулмейты уже активно обмениваются мыслями. Марк же ровно на своё четырнадцатилетние вечером, почти в полночь, отчётливо услышал одно-единственное слово — «Отвали». И с этого момента она замолчала раз и навсегда. Иногда парень слышал отголоски её эмоций, но даже это случалось нечасто, так что ему оставалось лишь гадать, нашла ли она способ закрываться от него или же просто от природы малоэмоциональна. Впрочем, не сказать, что Марку это было действительно интересно. Он не хотел видеть этого человека, поэтому просто делал вид, что её не существует. Благо, ему посчастливилось повстречать Люка — такого же отвергнутого и готового сформировать пару с человеком, не являющимся его соулмейтом. И вот теперь вторая половинка Марка соизволила заговорить, и, парень был уверен, этот выбор она сделала осознанного. Но зачем? И почему именно сейчас? Что вообще могло сподвигнуть человека в случайный момент выкинуть одно никчёмное оскорбление и снова замолчать, будто бы ничего не произошло? — Раздражает, — подумал Марк, задумчиво помешивая остатки мороженного в ажурной вазочке, — нет, всё же это просто ошибка. Наверное, мне просто показалось. Да. Так и есть. И всё же эти оправдания звучали до смешного глупо. Показалось, как же. Может и два часа ожидания Люка ему тоже показались? Марк набрал номер любимого, но женский голос в очередной раз оповестил его о том, что абонент не абонент. Парень, недовольно прищурившись и постукивая пальцами по деревянной поверхности стола, что он всегда делал, когда был не в духе, подозвал официанта, чтобы получить счёт. Мужчина с приклеенной улыбкой на лице и колючим взглядом буквально бросил ему на стол слегка помятый листок бумаги и удалился, не дожидаясь чаевых. Будь Марк сейчас чуть менее обеспокоен откровенно подозрительным поведением Люка, он бы обязательно настрочил негативный отзыв на сайте или оставил жалобу в жалобной книге, но сейчас было не до того. Расплатившись, парень покинул помещение, вздрагивая от порыва холодного северного ветра. Плохое предчувствие овладело им. Люк мог опоздать, мог по своей невнимательности забыть зарядить телефон, но чтобы за два часа он не нашёл способ связаться с Марком и предупредить… Это было странно. Парень не придумал ничего лучше, кроме как отправиться домой, утешая себя надеждой на то, что Люк просто снова уснул перед экраном компьютера, погребённый под стопкой тетрадей и книг. Но, главное, живой и здоровый. Дождь лил, как из ведра, и уже через две минуты ходьбы пальто Марка промокло насквозь. Погода была такой же поганой, как и его настроение сейчас. Какой-то урод на проезжающей мимо машине поленился объехать лужу, из-за чего парня щедро окатило грязной водой. Тихо выругавшись, он отошёл чуть дальше от края проезжей части. До дома оставалось идти ещё минут 10, не больше. Если прибавить шаг, то можно успеть за семь. Марку просто хотелось быстрее попасть домой, сварить себе крепкого кофе, закутаться в плед и не остаться в таком положении до утра и уж тем более ему чертовски не хотелось оставаться в этом холоде ни секунды дольше необходимого. Но даже в таком состоянии он не смогу пройти мимо, когда услышал из-за угла ближайшей многоэтажки приглушённый женский крик: — Оъебись, сука! Проклиная в мыслях свой альтруизм, парень поспешил в направлении, откуда раздался звук. Там огромный мужик, по очертаниям больше напоминавший гориллу, прижимал к кирпичной стене невысокого роста девушку. В темноте Марк не мог как следует разглядеть её, но всё же она показалась ему смутно знакомой. — Тебе же дама русским языком сказала «отъебись». Или плохо доходит? — произнёс парень, нащупывая в карманах хоть что-нибудь, что могло бы послужить в качестве оружия. Результат был плачевным: ключ от дома хоть и был длинным, но определённо недостаточно острым, чтобы нанести им реальный ущерб, банковская карты и вовсе бесполезна в данном случае. А больше он ничего с собой не носил. Одно радовало: противник, кажется, тоже был безоружен. — А ты чё здесь забыл, пацан? Проблем хочешь? Не видишь, мы тут развлекаемся, — сказал бугал тяжёлым басом. Марк скорее даже не увидел, а почувствовал его ухмылку. — Думаю, дама с тобой не согласится. Парень не шевелился, ожидая нападения. За его спиной были перила, ограждающие лестницу, ведущую в подвальные помещения. Если удастся столкнуть этого урода туда, то у них будет время, чтобы убедать. Лишь бы только хватило сил. Расчёт Марка оправдался. Мужик, поняв, что парень не собирается остсупать, бросился на него. Их разделяло не более трёх метров, которые противник преодолел всего за пару секунд. Когда руки ублюдка были почти над шеей Марка, он отпрыгнул и толкнул мужчину. Тот покачнулся, но… Остался на месте. — Чёрт, — подумал парень. — Дело дрянь. Неожиданно мужик вскрикнул и снова пошатнулся. Марк, не теряя ни секунды, повторил попытку и на этот раз бугал с грохотом провалился вниз. Он орал, как сумасшедший, но, кажется, встать уже не мог. — Спасибо, — прозвучало из-за спины. Обернувшись, парень увидел перед собой ту самую девушку из ресторана. Узнать её было не сложно: на ней была всё та же слишком тонкая для такой погоды рубашка. — Отдашь натурой, — пошутил Марк, попутно прикидывая дальнейший план действий. Стоит ли ему вызвать полицию? Скорую? Всё же он только что совершил нападение на человека. Кстати, об этом… — Что ты сделала, когда я пытался столкнуть его? — Бросила в него нож. Ему неплохо так поцараполо руку, но в общем и целом жить будет — невозмутимо ответила девушка. — В общем-то, я бы и сама справилась. Там, у скамейки ещё один лежит, того я успела вырубить шокером. Вот только не ожидала, что ещё один громила пробежит на крик. Видимо, нужно менять технологию… Может стоило всё же взять 15 вольт, вместо 12? Или заменить конденсатор? Поведение девушки удивляло Марка. Её только что чуть не убили, а она рассуждает о конденсаторах? Странная особа, до невозможности странная. Но всё же есть в ней что-то… Притягивающее — А почему он к тебе прицепился? — спросил Марк, начисто забывая о первоначальном намерении решить всё по-быстрому и наконец попасть домой. Девушка посмотрела на его так, словно он только что на её глазах начал рассуждать о достоинствах нацизма. Если бы взглядом можно было убить, то Марк бы валялся трупом у её ног. — Эти пидоры докапывались до ребёнка. Девочка просто шла домой с какого-то кружка, а они затащили её в этот самый двор на глазах у всех. И ведь никто, сука, даже не подумал вмешаться. Ёбаные бляди. Ненавижу этих равнодушных мразей. Марк понимающе кивнул. Он и сам не раз и не два становился свидетелем безразличия толпы перед горем одного человека. И он тоже их ненавидел. Наверное, именно поэтому он и вмешался. Чтобы не быть равнодушным глухим придурком, прячущимся в своём уютном мирке и не желающим видеть что-либо за его розовыми стенами. — Люди вообще создания редкого уровня мразотности — сказал он, протягивая девушке руку. — Я, кстати, Марк. А ты? — Венди, — ответила она, сжимая его ладонь в своей. Её пальцы были удивительно тёплыми для человека, одетого так легко. Рукопожатие затянулось. Умом Марк понимал, что следовало бы отпустить её руку, однако делать этого ему совершенно не хотелось. Казалось, уйди он сейчас, и из его жизни пропадёт нечто очень важное. Так они и стояли под проливным дождём, цепляясь друг за друга словно утопающие за спасательный круг. Она отступила первая. Но на удивление связь между ними не пропала, а как будто бы наоборот, стала сильнее. Марк чувствовал, как внутри неё трепещет радость, и сам с удовольствием поддавался этому чувству. Он не понимал происходящего с ним, но, в общем-то, и не желал понимать. Здесь и сейчас она была рядом, а больше он ничего не желал. — Ты далеко живёшь? — спросил парень, понимая, что скорее всего глупо выглядит в её глазах, когда неприкрыто разглядывает её со счастливой улыбкой на лице. — За городом, — ответила Венди, отвечая ему такой же довольной улыбкой. «Нет, ты не глупый, ты выглядишь прекрасно» читал он в её смеющихся глазах. — Тогда может останешься у меня? Сейчас уже поздно куда-либо ехать. — Ну, если ты предлагаешь… Ты один живёшь? — Нет, с парнем. Но он не будет против. Непринуждённая атмосфера со звоном разлетелась на осколки. Марку даже показалось, что пара особо крупных прилетела ему прямо в сердце. Что он вообще творит? Флиртует здесь с какой-то непонятной девчонкой в то время, как Люк куда-то пропал и возможно нуждается в помощи. — Ах, вот как… — протянула Венди. Кажется, она тоже почувствовала. — Нет, пожалуй я вызову такси. — Моё дело предложить. Тогда… Прощай? — сказал Марк, надеясь, что эта дама не потребует ждать водителя вместе с ней. Хотя она вроде не из пугливых… Но кто знает, чего ожидать от этих девчонок. Сейчас она ебашит ножом какого-то амбала, а через пять минут боится паука, мирно сидящего на стене. — Угу, — ответила Венди и, к облегчению Марка, пошла прочь. Парень спустился к подозрительно затихшему мужику, но, убедившись, что тот просто отключился от пережитого стресса и избытка алкоголя, побрёл в сторону дома. Настроение вновь было испорчено. Эта девчонка, Венди, вызывала в нём странные противоречивые эмоции. С одной стороны, она была ему глубоко безразлична и даже несколько неприятна, но с другой… Тогда ему всё же чертовски не хотелось отпускать её. На мгновение ему даже показалось, что они являются частями одного целого. Бред, да и только. Но почему тогда ему так хочется увидеть её снова? Парень и сам не заметил, как дошёл до своего дома. Достав из левого кармана ключи, он приложил самый короткий из них к домофону. Послышался привычный писк и дверь открылась. Марк жил на третьем этаже, так что долго подниматься не пришлось. Дверь кравтиры была не заперта. — Люк, — позвал он. — Да, милый? — донеслось из гостиной. Марк облегчённо выдохнул. По крайней мере этот балбес жив, сомнительное счастье при данных обстоятельствах, но всё же. Стянув с себя верхнюю одежду, он подошёл к своему парню со спины и обнял его. — Как думаешь, ты ни о чём не забыл? — ласково спросил Марк, наклоняясь к самому уху. — Э… Нет? — удивлённо ответил Люк. — О чём я должен был помнить? — Ты утром назначил мне встречу в кафе. Я прождал тебя там долбаных два часа. Люк развернулся, удивлённо поднимая глаза на Марка. — Я же тебе написал в обед, что переношу всё на завтра. Не помнишь что ли? Марк достал телефон из кармана джинс. Действительно, одно непрочитанные сообщение: «давай пойдём в кафе завтра, у меня опять проект горит. Люблю тебя». Доставлено в 12:53. Но почему же он не заметил его раньше? — Прости… Я, кажется, совсем перестал соображать с этой работой. — Думаю, я знаю, как ты можешь искупить свою вину, — промурчал Люк, проводя рукой по бедру Марка. Парень одобрительно улыбнулся, притягивая любимого для поцелуя. Он мягко накрыл чужие губы своими и… Не почувствовал ничего. Сердце не забилось быстрее в преддверии страстной ночи, губы не покалывало от прикосновения, даже член не подавал никаких признаков возбуждения. Но вот Люка всё устраивало. Его загорелые ловкие пальцы уже вовсю расстёгивали пуговицы рубашки, попутно лаская кожу. Даже самому себе Марк не смог признаться в том, какое глубокое отвращение он испытывал в этот момент. Прохлада чужих рук, всегда казавшаяся ему соблазнительной, теперь вызывала ассоциации с трупом, дыхание было слишком шумным и каким-то животным, даже запах мяты вызывал отторжение. Наверное, он просто устал. Да, это определённо стресс. — Люк… — начал Марк, запинаясь. Говорить такое было не так-то просто, особенно, когда твой партнёр уже разгорячён и твёрдо настроен на продолжение. — Я сегодня не хочу. Люк остановился и отошёл на шаг. Марк видел, что ему неприятно, но сделать ничего не мог. Он действительно сейчас не был настроен на секс. Единственное, чего ему хотелось — это скорее оказаться в кровати. — Ты не против, если я первый займу ванную? — спросил он, стараясь не показывать своей усталости. — Да, конечно, иди, — рассеянно ответил Люк, принимаясь расправлять диван. Марк чувствовал себя хуже некуда. Он сам не мог понять себя, а ещё и хотел, чтобы это сделал Люк. Подставляя лицо под холодную воду, парень пытался смыть с себя все события этого дня. Но вместо того, чтобы уходить, они лишь прочнее укреплялись в памяти, довольно прозрачно намекая на то, что они здесь надолго. Он видел растерянное выражение на миловидном лице так ясно, будто она прямо сейчас стояла перед ним. И бензин… От неё пахло бензином. И этот запах был не такой, как у любого городского жителя, чья одежда в той или иной степени давно пропиталась им. Нет, её запах был куда резче, примерно так пахнут заядлые байкеры или автомеханики. Марк никогда не любил запах бензина, да и в принципе к транспорту был равнодушен, но прямо сейчас он был готов лечь под ближайший автомобиль, чтобы только почувствовать его снова. — Да что это со мной? — возмутилась его рациональная половина, — Усталость, просто усталось и стресс. Глянув напоследок на себя в зеркало, Марк покинул ванную, выключая свет. Люк всё равно вряд ли пойдёт туда сейчас. Он вообще редко ложится спать до двух ночи, предпочитая это время тратить на учёбу или же, в редкие свободные моменты, на игры. Марк не то, чтобы одобрял такой образ жизни, но он разумно предполагал, что не имеет права приказывать взрослому и почти состоявшемуся человеку, когда ему идти в постель. В конце концов Люк и просыпался ближе к 10, благополучно пропуская первые пары, так что колличество его сна укладывалось в промежуток нормального. Марк думал, что стоит ему коснуться подушки и он мгновенно уснёт, однако ничего подобного не произошло. Он прислушивался к монотонному бормотанию Люка, безуспешно пытаясь провалиться в сон, и за этим сам не заметил, когда рассуждение об экономике Соединённых штатов в его сознании превратилось пламенное покрытие матом теории относительности. Бумага была везде: на столе и под столом, на кровати и под кроватью, несколько смятых листков торчало даже из-под пушистого ковра. И все они были исписаны какими-то формулами, вычислениями и просто конспектами. У дальней от входа стены, где скопление бумаг было особенно громоздким, перед ноутбуком сидела Венди. В левой руке она держала банку энергетика, а в правой — учебник по квантовой физике. Марк видел, что руки её мелко дрожали. Он был готов поспорить, что в таком положении она проводила целые дни, разве что изредка покидая своё рабочее место, дабы дойти до кухни или уборной. Люк не был слишком трудолюбив и учился в основном просто для галочки, поэтому в подобном состоянии Марк ни разу не заставал его. Сам же он пошёл работать сразу после окончания техникума, где требования к студентам были не так уж и высоки, поэтому усердие девушки вызывало в нём некоторое уважение. Но, что странно, больше всего ему хотелось отобрать эту чёртову банку с отравой неизвестного состава и уложить её в постель, отключив всевозможные будильники. Он представлял, как прижался бы к ней, чтобы она быстрее уснула, как осторожно провёл бы по спутанным волосам, тихо нашёптывая глупые комплименты. И она бы обязательно улыбнулась, а после, впервые за долгое время, проспала бы дольше, чем привычные три-четыре часа. Он хотел увидеть, как она просыпается с улыбкой на лице и убирает за ухо пряди его волос, спавших во сне на глаза. Он много чего хотел, но сейчас мог лишь уткнуться лицом в подушку и ожидать следующего дня.

***

Утром Марк с удивлением обнаружил себя абсолютно и полностью выспавшимся. Люк мирно посапывал рядом, обнимая белого плюшевого медведя. Марк с улыбкой на лице осторожно коснулся губами его лба, прошептав «Доброе утро, любимый». В ответ ему донеслось лишь неразборчивое бурчание. Парень сполз с кровати и направился в ванную. Там он выполнил привычный утренний ритуал, весело поглядывая на своё отражение, которое с тем же выражением лёгкости на лице подмигивало ему из-за невидимой перегородки. После он поставил греться чайник, а сам принялся нарезать бутерброды на себя и на Люка, который по своей несобранности вечно не успевал сделать себе завтрак. Незаметно для самого себя, Марк принялся насвистывать какую-то незнакомую ему мелодию. Даже в худшие времена готовка доставляла ему неимоверное удовольствие. Время от времени у них с Люком, который, надо сказать, ничуть не меньше любил заниматься приготовлением пищи, развязывалась целая война за место у плиты. Впрочем, никогда не имело значения, кто стоит у плиты, блюда всегда выходили превосходными. Парни имели схожие вкусовые предпочтения, что в значительной степени облегчало им жизнь. И сейчас, глядя на результат своей работы, Марк не находил слов. Ровно половину сэндвичей он почему-то сделал без майонеза. Процесс приготовления завтрака был у него настолько отточен, что парень выполнял все действия чисто механически, однако раньше осечек не происходило. Батон, тонкий слой майонеза и начинка в виде овощей, колбасы или консерв — вот и весь рецепт. Но сейчас система, кажется, сбилась. Начиная с третьего бутера парень клал помидоры прямо на батон, да ещё и зачем-то посыпал их перцем, несмотря на то, что оба они не переносят острую пищу. Люку её нельзя по состоянию здоровья, а Марк просто не любитель подобного. И тем не менее, результат красовался перед ним на белой плоской тарелке с орнаментом из неизвестных науке цветов. — Вот блять, а, — тихо выругался парень, складывая «бракованную» партию в свой контейнер. Что ж, придётся ему сегодня обойтись без завтрака. Благо суббота — короткий день, так что это не слишком повредит ему. Но бутерброды он всё равно захватил. Просто на тот случай, если голод всё же превзойдёт его привередничество. Наскоро одевшись, Марк вышел и быстрым шагом пошёл на остановку. Его автобус должен был подойти минут через пять. Свою работу парень не то, чтобы не любил, но уж точно не дорожил ей. Официально он был библиотекарем, но так как за день к нему в лучшем случае подходило три-четыре человека, то он брал на себя обязанности бухгалтера и уборщика. За соответствующее вознаграждение, конечно же. Хозяева были рады отсутствию необходимости нанимать лишних сотрудников, а Марк просто довольствовался неплохой зарплатой. И всё же, он мечтал о другом. Его привлекали огромные конструкции, состоящие из тысяч мелких деталей, он хотел видеть, как нечто воистину необыкновенное постепенно появляется буквально из ничего, как обретает форму и, наконец, начинает работать на благо человечества. Он хотел разбираться во всех этих планах и чертяжах, чтобы инженеры под его начальством могли создать очередное механическое дитя науки и человечества. Но всё это было только несбыточной мечтой. В его городе наиболее сходным аналогом было пойти простым рабочим на завод. Да, он был бы ближе к технике, но наблюдение за тем, как кто-то другой воплощает его мечту не прельщало парня. Да и бонус в виде почти гарантированной «профессиональной болезни» его определённого оталкивал. В общем и целом, Марк решил для себя, что библиотека пусть и тухлое местечко, зато стабильное и безопасное, а именно это ему сейчас и было нужно. Автобус подошёл ровно в 7:45. Людей было не так много, но о свободном сидении приходилось только мечтать. Заняв пустое пространство в хвосте, он невидящим взглядом уставился в окно и погрузился в свои мысли. Почему-то атмосфера поездки в общественном транспорте всегда располагала к философским размышлениям. Вот и сейчас Марк в очередной раз принялся копаться в своих чувствах. Его не могла не беспокоить эта непонятная привязанность к незнакомой девушке. Ему отчаянно хотелось увидеть её снова, хотя бы ещё один раз. Он не желал ничего сверхъестественного: просто поговорить, узнать, как у неё дела, чем она была занята весь день, какие мысли посещали её голову, нормально ли она поела и сколько спала. И прикоснуться бы к её тёплой ладони, скрещивая тонкие девичьи пальцы со своими… Марк вздрогнул. Его мысли явно зашли слишком далеко. Он вообще-то состоит в отношениях, уходить из которых в ближайшее время не планирует. За окном мигала знакомая вывеска кофейни. Его остановка. Парень поправил рюкзак, успевший соскользнуть с плеча, и вышел. После тёплого автобуса погода казалось особенно мерзкой. Дождя не было, но вот тучи ходили такие, будто бы ещё минута другая и начнётся настоящая гроза. Где-то вдали тихо громыхало. Если всё продолжится в том же темпе, то возвращение домой предстоит не из приятных. Хорошо хоть библиотека находится всего в двух минутах ходьбы от остановки. Марк как обычно отпер дверь своим ключом и первым делом включил свет. С детства он не переносил темноту, в своё время этот страх даже выливался в серьёзные панические атаки. Сейчас всё, конечно, не так плохо, однако нахождение в помещении с выключенным светом от этого не становится приятнее. Комната была относительно небольшая: она вмещала в себя всего десяток плотно расположенных стеллажей с книгами, стол библиотекаря, то бишь его рабочее место, и вешалку в углу. Разувшись и стянув с себя верхнюю одежду, парень проследовал к столу. Ему необходимо было заполнить немало документов, которые он вчера благополучно оставил «на потом». Благо в такую погоду посетителей быть не должно. Не то, чтобы они как-то мешали ему, однако без них всё же комфортнее. В своей «нормальной жизни» Марк был экстравертом, его практически постоянно окружали люди. Не важно, где он находится и что делал, вокруг него была толпа. Не сказать, что он был в восторге от этого, нет. Просто привык. И только здесь, в этом богом забытом уголке, он мог побыть по-настоящему один. Марк писал практически на автомате, не особо вникая в смысл заполняемых им бумаг. Большую часть работы необходимо было выполнять по шаблону, который он за те три года, что работает здесь успел выучить наизусть. Аккуратным почерком он выводил строчку за строчкой, иногда тихо проговаривая слова. Парень не знал, сколько времени уже прошло, впрочем это его волновало не так уж и сильно. Работы хоть и не мало, но за день её выполнить вполне реально, а больше его ничего не беспокоило. Какая в сути разница, пять минут он сидит или пять часов, всё равно Марк не встанет с этого места, пока не закончит. Такой уж он человек, если начинает что-то, то даже сам дьявол не в силах будет его остановить. — Эм… Извините — прозвучало над его головой. Парень оторвался от своего занятия, удивляясь, как он умудрился не услышать чудовищный скрип двери. Стойте, ему кажется или… — Венди? — спросил он удивлённо. — А, узнал всё-таки. А вот я не сразу поняла, что это ты. Только когда ты голову поднял. У тебя глаза красивые, я их ещё тогда в ресторане примерила. — Что ты здесь делаешь? Девушка усмехнулась, отчего стала видна очаровательная ямочка на её левой щеке. — Ты мне ни за что не поверишь. Пришла почитать что-нибудь. — В такую погоду? — Ну да. Это лучше, чем сидеть дома. — Ладно… Тебе подсказать что-нибудь? — Э, нет сама найду. Лучше скажи, можно я здесь останусь на какое-то время? Не хочу идти домой по грозе. Словно подтверждая её слова, за окном вспыхнула молния. — Раз, два, — мысленно посчитал Марк секунды до раската грома. Давно уже гроза не подбиралась так близко. — Оставайся. Только здесь сидеть негде. — А твоё место? — сказала девушка и рассмеялась своей же шутке. — Не переживай, я устроюсь на подоконнике. Мне не впервой. — Часто бываешь в библиотеках? — Уж не чаще тебя, факт. И Венди, развернувшись на пятках, отправилась в сторону стеллажа с ужасами. Марк снова опустил взгляд в документы, но теперь снова попасть на ту же полубессознательную волну не представлялось возможным. То и дело его мысли перескакивали с расчётов на русоволосую девушку, с серьёзным выражениям лица выбирающую между «Головоломкой» и «Адским поездом для красного ангела». Парень не мог не отметить, что в этот раз она выглядела куда лучше. Несмотря на то, что зелёная рубашка всё ещё при ней, джинсы были идеально чисты, а белая футболка с детским принтом придавала ей милый вид. Почему-то ему казалось, что одежда была выбрана случайно, либо же по принципу «это, кажется, чистое», но сей факт никак не умалял, того, что она выглядела удивительно красиво. Марк снова попытался сосредоточиться на работе. Безуспешно, однако. Строчки плыли перед глазами, череда цифр никак не хотела выстраиваться в один ряд. В конце концов, не выдержав, он подошёл к месту, где сидела девушка. Она читала, закинув ноги на подоконник. Посмотрев на название, Марк отметил, что она выбрала «Головоломку». Он и сам читал её когда-то. К слову, ему понравилось. Человеческое сознание — вещь сложная и оттого интересная, вот он бы сейчас многое отдал, чтобы понять, что творится у него в голове. — У тебя, кажется, была работа, — холодно отметила Венди. Марку показалось, что он услышал в её голосе некоторую наигранность. — Думаю, пора сделать перерыв. Ты не против, если я посижу с тобой? На мгновение он увидел на лице девушки отражение внутренней борьбы в виде прищуреных глаз, сжатых губ и едва заметной складки на лбу. Впрочем, это мгновение быстро прошло и она вновь приняла прежний отстранённый вид. — Садись, если хочешь. Марк устроился рядом, как бы ненароком касаясь своей ладонью её. Она сделала вид, что не заметила этого и продолжила читать. Пользуясь предоставленной возможностью, парень бесстыдно разглядывал её, стараясь при этом как можно точнее запомнить каждую деталь. У неё, оказывается, удивительно красивые глаза. И родинка на подбородке, а над ней — небольшой шрам. Ногти у неё коротко острижены, что необычно для современной девушки и оттого так подходит ей. Вся она, выделяющаяся из толпы всем своим видом, воистину прекрасна. Марк был готов вечность смотреть на то, как она быстрым, отточенным годами движением, переворачивает страницу, как в задумчивости прикусывает кончик языка и как выражение её лица за мгновение меняется от серьёзного к удивлённому и обратно. Он видел в ней до боли знакомое ему самому желание любыми средствами ненадолго сбежать от реальности. Оно наполнило каждое её движение, до конца пропитало натуру. И он понимал её, возможно лучше, чем кто либо другой. Он так же погружался в документы, отстраняясь от реального мира на неопределённое время. — Может перестанешь глазеть, — сказала она. Впрочем, в её тоне не было ни вопроса, ни возмущения. Скорее это была фраза сказанная просто потому, что надо. — Прости, но я не могу оторваться, — непонятно зачем ответил Марк. И тут же почувствовал себя последним дураком. Ещё более клишированную фразу для такого момента подобрать было сложно. Что ж, задача «пробить дно» успешно выполнена. Он ожидал, что девушка поднимет его на смех, однако она оставалась всё такой же серьёзной. Положив книгу рядом с собой, Венди повернулась к нему. По её лицу было видно, что она хочет сказать что-то важное, но не решается сделать это. Марк в знак поддержки слегка сжал её руку, которую она по неизвестным причинам так и не выдернула. Кажется, это простое действие немного успокоило её. Девушка медленно поднесла свободную руку к его лицу и обхватила пальцами подбородок, приподнимая голову. Только сейчас Марк понял, что всё это время неосознанно избегал её взгляда. Однако Венди ясно давала понять, что сейчас придётся играть по её правилам. Её руки, немного шершавые, видимо от постоянной работы, приятно щекотали чувствительную кожу лица. Взгляд был полон решимости. Девушка придвинулась натолько близко, насколько это было возможно и произнесла почти что шёпотом: — Знаешь, я ведь тоже не могу оторваться от тебя. И не успел Марк понять происходящее, как её губы коснулись его. Она не умела целоваться, что ощущалось весьма явственно, но всё же в этом поцелуе, как в зеркале, отражалась вся её суть: мрачная и угрюмая, но вместе с тем очень живая. Она целовала лениво и медленно, однако в этом поцелуе чувствовалась нескоторая искра страсти. Марк и сам не заметил, как начал не только отвечать, но и брать инициативу в свои руки. Его поцелуи, в отличие от её, были быстрыми, словно бы горящими. Отчаянный танец языков и душ захватывал. Дышать было тяжело, но они справлялись. Всё, что угодно, чтобы не отрываться от столь желанных губ. До этого самого момента Марк и не подозревал, насколько сильно хочет поцеловать её. Всё вокруг, кроме тёплых обветренных губ и запаха смолы, выветрилось из его головы, оставляя на своём месте великую жажду. Жажду ещё хотя бы раз коснуться своей родственной души. Он никогда ранее не ощущал такого и теперь со всей ясностью понимал, что больше не сможет отпустить её. Эта девушка, как синтетический наркотик — один раз попробуешь и уже не сможешь отказаться. Парень знал, что стоит ему хоть на секунду выпустить её из своих объятий, и у него начнётся дичайшая ломка. Именно она была тем самым недостижимым чудом, о котором он когда-то мечтал ночами, его глотком воды посреди пустыни, путеводной звездой в бесконечном мраке жизни. Венди мягко отстранилась. Её щёки горели, а губы слегка распухли. Сейчас она выглядела по-особенному прекрасно. Марк тяжело дышал, стараясь восстановить способность к логическому мышлению. Получалось, надо сказать, не очень. Мысли путались, а сердце билось с такой скоростью, будто он только что пробежал целый марафон. — Значит ты мой соулмейт? — спросил парень, наконец найдя в себе силы разговаривать. Венди чуть наклонила голову на бок, как бы говоря «а что, так не видно?» — Как видишь, — ответила она уже вслух. — И мы встретились, — продолжил Марк. — Я заметила. Да. Вот и поговорили. Впрочем, другого он и не ожидал. В конце концов, даже самый приятный поцелуй не исправит в мгновение ока годы пустого игнорирования друг друга. Эйфория о произошедшего наконец прошла и парень снова вернулся к холодной реальности. — Сейчас я должна уйти? — неожиданно спросила девушка. В её голосе звучала неподдельная грусть. Марк чувствовал, что её до сих пор тревожит нечто, о чём она так и не решилась сказать. — Почему? — спросил он, искренне недоумевая. Они только нашли друг друга, а теперь во так вот просто закончат это? — У тебя же уже есть кто-то. Он наверняка мне не обрадуется. Марк кивнул. Ответить ему на это было решительно нечего. Да, есть. Вот только сейчас он понимал, как никогда, что Люка он не любит в принципе. Да и не любил, наверное. Ему просто нужно было заткнуть чем-то дыру в сердце, вот он и выбрал самый простой способ. Марк хорошо помнит, как подошёл к Люку в парке, находящемся недалеко от его техникума, с целью познакомиться. Он не может точно сказать, что сподвигло его подойти именно к этому человеку. Просто… Захотелось. И когда Люк спросил, что на счёт его соулмейта, Марк ответил лаконичное «можешь считать, что её нет». Да, тогда её не было и всё происходило довольно просто. А теперь она появилась и сломала к чёрту всё его представление о его жизни. Надо сказать, она делала это не впервые. Люк был с ним всё это время, заботился о нём, готовил вкусные начос по вечерам перед просмотром очередного ужастика. Но он никогда так смело и отчаянно не бросался в любую авантюру, будь то защита невинного ребёнка или поцелуи, никогда не доводил себя до полусмерти, просиживая ночи за учебниками, никогда не смотрел на него таким пустым обречённым взглядом. Он никогда не был ей. — Я больше не смогу с ним… Без тебя, — ответил Марк, когда понял, что пауза слишком затянулась. — Это неразумно. Вы долго было вместе? И ты его любил всё это время. Я же знаю, что любил. — Разве сейчас вообще можно говорить о разуме? Мы предназначены друг другу чем-то, что не поддаётся никакой логике. Мы чувствуем друг друга на любом расстоянии, мы можем общаться друг с другом без слов. И ты ещё говоришь мне о какой-то разумности. — У тебя есть жизнь, в которой я не нужна. Пойдёшь со мной — потеряешь всё. — Ты не хуже меня знаешь, как я ненавижу эту жизнь. Здесь дело даже не в тебе. Мне давно не хватало чего-то, чтобы жить полноценно. Я пытался быть «таким, как все», при том, что моё нутро противилось этому. Ты станешь моим первым выбором с тех нестастных 14 лет, который я сделаю по своему желанию. И ты, я знаю, тоже хочешь. — Значит мы вместе? — Вместе