Менеджер дьявола

— Ты что… Ты что делаешь?       Мысли путаются в голове и я пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину, но он будто стена которую не сдвинуть. В итоге это заканчивается тем, что я не удержав равновесие, так как стояла опираясь лишь на одну, здоровую ногу, попросту начинаю заваливаться в бок, а Чонгук как будто только этого и ждал. Он даже не пытается встать, лишь мягко ловит меня и опустившись на пол полноценно, сажает меня к себе на колени боком, будто маленького ребёнка. Упираться хочется и не хочется одновременно, в итоге я решаю дать Чонгуку возможность выговориться, успокаивая себя тем, что я уже так или иначе отомстила, даже если он этого ещё не понял. — Ты должна беречь себя, не ходи и даже не стой без костылей, пожалуйста.       Голос мужчины вкрадчивый, а из-за нашего положения я не вижу его лица, но прекрасно слышу голос и ощущаю его дыхание, которое приходится мне на уровень затылка и виска. — Я всегда берегла себя, но ты решил появится в моей жизни и начать всё портить. Хотя, сама виновата, вбила же себе в голову, что ты чуть ли не ангел небесный. — Я люблю своих фанатов, всегда их любил, ведь именно благодаря им, я стал тем, кем являюсь сейчас. Но… — Фанатов проще любить на расстоянии? — не без горькой усмешки спрашиваю я. — Что-то вроде того. Я не хочу просить о понимании, тем более в нынешней ситуации я его и не заслуживаю, и всё же, я вынужден просить понять меня. Хотя бы попытайся сделать это. Когда ты пришла работать в компанию и даже не пыталась скрывать того, что ты моя преданная фанатка, я в каком-то роде был в бешенстве. Каждый айдол со временем привыкает к тому, что многие фанаты достаточно бестактны и хотят знать даже то, что им совсем не положено и вообще не нужно, но мы начинаем воспринимать это как своеобразную «плату» за их любовь и поддержку. Конечно, иногда бывает тяжело, но срывы происходят редко. А тут… Когда и без фанатов работающих под боком не было никакой личной жизни и почти никакого личного пространства, появляешься ты. Я возненавидел тебя сразу же, хоть для этого и не было никаких причин. Каждый раз, когда я видел твою улыбку, то мне хотелось буквально закричать во всё горло о том, что ты насквозь фальшивая, но время шло, а фальши так и не было. Я начал сомневаться в собственных мыслях насчёт тебя, и от этого злился ещё сильнее. Ты всего этого не заслужила, и мне правда жаль за каждое моё обидное слово в твой адрес, за каждую минуту ненависти и я точно никогда не смогу простить себя за аварию, в которой ты пострадала по моей вине. Правда в том… — Чонгук, — перебиваю я мужчину. — Остановись, пожалуйста.       С каждым его словом, мне всё больше хочется сжаться в маленький комок, а потом и вовсе исчезнуть. С одной стороны мне безумно хочется услышать продолжение, но всё-таки очень страшно. Впрочем, кого тут волнуют мои страхи? Чтобы Чонгук не говорил, он всё равно всегда делает и говорит то, что хочет. — Ты нравишься мне, Ким Луна. Правда нравишься. Я из-за этого даже ненавидеть тебя больше стал. — Ну и на кой чёрт мне нужны твои чувства, если в них нет ничего хорошего? — мой голос больше напоминает отчаянный писк, я снова начинаю крутится на чужих коленях как маленький ужик, но чужие ладони быстро и по-собственнически притягивают меня к себе и не дают сдвинутся ни на дюйм. — Я и об этом просить не могу, но всё-таки буду достаточно наглым и попрошу, — мужчина вынуждает меня задрать голову кверху и посмотреть прямо в его чёрные омуты глаз. Как-то слишком быстро все протесты выветриваются из головы, как будто их там и вовсе не было, и как-то слишком ярко начинает ощущаться чужая ладонь на моём бедре, которая кажется сжимает его непозволительно высоко. — Доверься мне. Давай попробуем.       Что попробуем, когда попробуем и зачем, все эти вопросы может и есть в моей голове, но какая вообще разница, когда такие желанные губы тянутся на встречу твоим, а ты будто змея, которая послушно идёт на поводу у звуков флейты.       В тот момент когда у Чонгука зазвонил телефон и он чертыхнувшись отодвинулся от моего лица, я продолжала сидеть у него на коленях с закрытыми глазами и просто представляла что было бы, если бы телефон никогда не зазвонил бы. Мне не нужно было открывать глаза и спрашивать, о чём ему говорили по телефону, я и так ощущала как напряглось его тело и как рука на моём бедре сжалась так сильно, что стало физически больно. — Чёрт, Луна, прости. — Что случилось? — безжизненным голосом спрашиваю я. — Мне нужно срочно ехать к компанию. Давай, — Чонгук помогает подняться мне и поднимается следом за мной, затем бросается к стене и берёт оставленные моим менеджером костыли, протягивая их мне. — Я помогу тебе дойти до машины. Прости, что не смогу довести тебя до общежития. Обещаю, я приеду как только смогу.       Чонгук очень сильно нервничает, но всё равно старается аккуратно вести меня по коридору, и только когда мы оказываемся в лифте, я решаюсь задать вопрос. — Что-то случилось? — Да, кто-то слил информацию о том, что во время аварии за рулём был пьяный я, но даже это ещё не всё. — В каком смысле? — вот тут мои брови хмурятся вполне себе искренне, ведь больше ничего случится не должно было. — Так же в сеть слили фото и видео с того вечера, когда я выносил тебя на руках из бара. Твоё лицо скрыто и невозможно понять, что там ты, так что не переживай, тебе нельзя сейчас.       Марк, это определённо он слил фото и видео, больше некому. Но как? Ведь компания позаботилась о том, чтобы все материалы были удалены, и видимо Чонгук мыслит со мной в одном направлении. — Слушай, а ты не думаешь о том, что это может быть твой друг из бара? — Нет! — я почти что кричу, но от излишней неловкости меня спасают открывшиеся дверцы лифта. — Можешь не провожать меня до машины, тебе сейчас опасно светится рядом со мной и вообще любыми девушками. — Стой, — ему и правда опасно светится, но кажется, что ему плевать.       Меня нежно обнимают за талию и оставляют короткий поцелуй на лбу. — Я приеду сразу же, как со всем разберусь. Ладно? — Ладно, — я обречённо киваю и отвернувшись от Чонгука, стараюсь как можно доковылять до машины и просто трусливо спрятаться там.       Злится на Марка не хочется, потому что это именно я втянула его во всё это, и как бы мне сейчас не хотелось начать проклинать себя, мне нужно было оставаться достаточно сосредоточенной для того, чтобы защитить ни в чём неповинного друга. А с Чонгуком мне всегда было не по пути, так чего теперь грустить о том, что я всё испортила? Я позволю себе помечтать о невозможном будущем лишь один раз, сегодня ночью, пока буду засыпать, а утром просто отпущу этого мужчину из своей жизни, и что самое главное — из сердца.