Менеджер дьявола

      Воплотить мой план в действие оказалось не так трудно, как я могла об этом подумать. Главная проблема заключалась в том, что я не могла действовать открыто, потому что если бы в компании узнали о том, что я сделала, то я была бы первой кто получит. Мне было необходимо, чтобы информацию о том, что за рулём в день аварии находился знаменитый Чон Чонгук, да ещё и в состоянии алкогольного опьянения, разнесла не я. Мне нужен был человек со стороны, и к сожалению так вышло, что за своим диким желанием мести, я совсем не заметила как начала подставлять дорогих мне людей. Мне очень повезло, и видимо кто-то там сверху решил наказать меня лишь душевными муками, при этом не наказывая Марка, которого я и притянула в это болото. Я ведь даже не задумалась о том, что буквально воспользовалась чувствами другого человека ко мне. Тогда то и пришло осознание того, что возможно Чонгук не просто так всё это время относился ко мне определённым образом. Внутренне я старалась оправдывать себя тем, что этот человек буквально чуть не лишил меня жизни. Он не думал о последствиях, когда садился пьяным за руль. Он не думал о том, что может сломать не только свою жизнь, но и чужую. А если всё именно так, то почему я должна заботиться о его жизни?       Нужная мне информация легко просочилась в интернет за два дня до моей выписки. Клянусь, тогда я мысленно представляла себя маленькой мушкой, которая потирает лапки от удовольствия. Конечно, компания внимательно отслеживает все новости касающиеся своих артистов, которые появляются в сети, но у Чонгука слишком внушительная фанбаза, которая и не давала «плохим и конечно же не правдивым слухам» распространится слишком сильно. Эти «слухи» приобрели серьёзный оборот лишь в день моей выписки, и к сожалению, мне выпала «честь» наблюдать за последствиями с первого ряда. — Менеджер, я в полном порядке, тебе обязательно меня всю укутывать в чёрное? — Обязательно, внизу много журналистов, так что будем выходить через чёрный ход. — А почему журналистам нельзя меня видеть? — без особого интереса интересуюсь я, так как ждала выписки с семи утра, а сейчас уже час дня. Я просто хотела вернуться и общежитие, аккуратно принять душ не намочив больное бедро и завалится спать. — Потому что видок у тебя сейчас так себе, — с ухмылкой замечает менеджер и у меня вырывается смешок. Наш менеджер на самом деле очень крутой, но из-за того, что я единственная «дама в возрасте» в нашей группе, то меня он никогда не щадит фразами и не боится задеть меня правдой. — К тому же, твои костыли тоже лучше пока что не показывать. У меня есть небольшая идея насчёт них. — Какая ещё идея? — меня откровенно тянуло ржать с этого мужчины. — Снимем видео для вашего ютуб канала, как девочки украшают твои костыли и оставляют пожелания. Фанатам это понравится и ваша фанбаза увеличится.       От этих слов менеджера меня внутренне скривило, но внешне я постаралась не подавать виду. «Фанаты» — это слово пока что является для меня чем-то мистическим. Я не успела осознать кем я стала и кем мне предстоит быть ближайшие пять лет, а может и дольше. Хотя, учитывая нынешнюю ситуацию, то может меня и спишут со счетов пораньше. Возможно, я даже обрадуюсь этому. — Я могу войти?       Доносится от двери в палату и моя голова поворачивается настолько резко, что клянусь, я слышала щелчок. Шею моментально скручивает спазм и я охаю хватаюсь за неё, пытаясь не заплакать. Господи, ну какая же я всё-таки неудачница. — Луна? Что с тобой?       Обладатель лучшего вокала Южной Кореи несётся ко мне на всех скоростях и всучив моему менеджеру букет цветов, подлетает ко мне, моментально дотрагиваясь холодными пальцами до моей разгорячённой кожи шеи. Облегчение накатывает волнами и я сама того не осознавая, тянусь к чужим рукам. — Луна? — мои действия явно вводят Чонгука в ступор, а когда до меня доходит что я делаю и как это выглядит со стороны, учитывая расширившиеся глаза моего менеджера до такой степени, что теперь его даже корейцем назвать можно с трудом, то сразу же отодвигаюсь от Чона и пытаюсь придать себе невозмутимый вид, тем не менее обхватывая одной рукой всё ещё болезненную шею. — Со мной всё хорошо, просто продуло наверное, — Ким Луна, мама бы отшлёпала тебя за то, как много ты начала врать. — Чего? Да ведь только что всё было нормально… — бормочет растерянный менеджер, но я бросаю на него гневный взгляд и он замолкает от греха подальше. — Ты что-то хотел? — уже более спокойно спрашиваю я у Чона, стараясь избегать прямого зрительного контакта и смотря ему куда-то в область переносицы. — Да, навестить тебя и помочь добраться до общежития.       Чонгук говорит спокойным и тихим голосом, от чего мне становится чуть труднее сдерживать нейтральное выражение лица и я не выдерживаю, всё-таки обводя взглядом его лицо, а после, останавливаюсь на глазах. Чонгук выглядит на удивление… Нет, не плохо, такое слово вообще нельзя писать в одном предложении с его именем, но он выглядит изнеможденным и глаза от чего-то очень грустные. — Чонгук, я и Луна очень благодарны тебе, но мы и сами справимся, — пытается отнекиваться мой менеджер с улыбкой, но Чонгук на него даже не смотрит. — И всё-таки, я бы хотел помочь. — Зачем? — тихо, но вполне себе отчётливо спрашиваю я, и пытливо смотрю в чужие, почти чёрные глаза. — Менеджер, Вы не могли бы выйти? — Чонгук по прежнему не смотрит на старшего и даже если того это и удивляет, ведь Чонгук всегда был очень вежливым по отношению к старшим, то он этого никак не выдаёт. — Да, конечно. Луна? — но и я не обращаю внимания на мужчину, потому что тот, кто стоит передо мной задолжал мне множество ответов. — Нуу, я пойду тогда отнесу твои вещи в машину. Чонгук, ты же поможешь ей дойти? — Я же сказал, что приехал помочь ей, — слегка раздражённо отвечает Чон и мне кажется, что менеджер ушёл, а его челюсть так и осталась лежать на полу. — Так зачем ты приехал? — повторяю я свой вопрос сразу же, как только за мужчиной закрывается дверь. — Луна, я страшно виноват перед тобой… — О, правда? А я и не заметила.       Режим «суки» активирован и я ничего не могу с этим поделать, это просто защитная реакция и не желание вновь попадать в сети этого мужчины. — Я понимаю и знаю, что заслужил от тебя гораздо больше, чем просто сарказм или презрение, которое вижу сейчас в твоих глазах. — Чонгук, просто замолчи, мне не нужны твои извинения, они ничего не исправят и не поставят меня на ноги за минуту.       Я в нетерпении закатываю глаза и только хочу отойти от Чона, как он хватает меня за руку, поворачивает в свою сторону и…       Встаёт на колени, головой упираясь мне в живот и аккуратно обхватывая за талию.