К чему приводит ревность

      Сергей Разумовский, пошатываясь, шёл в сторону своей башни, которая была одновременно его домом и рабочим офисом. Он часто спотыкался и чуть было несколько раз не упал, но каким-то чудом мужчина успевал ухватиться за стену ближайшего здания и продолжал свой тяжёлый путь. Несмотря на то, что бар, из которого он шёл, находился напротив его башни и обратная дорога не должна была занимать больше пяти минут, сейчас этот путь растянулся на добрые минут двадцать, а всё из-за того, что Разумовский был в стельку пьян, было удивительно, что он вообще ещё способен как-то идти. Вообще-то, он раньше никогда до такой степени не напивался, максимум — пару бокалов шампанского, но этим вечером он употребил гораздо больше, притом, не только шампанское, но и вино с коньяком и ещё, кажется, виски… На самом деле, он даже не следил сколько пьёт и чего, самое главное — было напиться, чтобы хоть немного забыться, а поводом для этого послужило такое неприятное чувство, как ревность.       Дело было в том, что Сергей уже давно был влюблён в своего лучшего друга и телохранителя Олега Волкова. О чувствах своих он Волкову ничего не говорил, боялся, что тот его отвергнет, это разрушит их дружбу и их пути могут из-за этого разойтись. Поскольку Сергею этого не хотелось, он решил молчать о своей любви, таким образом сохранив дружеские отношения с Олегом, ведь так они хотя бы смогут продолжать хорошо общаться. И в целом, всё, вроде как, было нормально, только вот, когда у Волкова появлялись какие-нибудь кратковременные интрижки, Сергей начинал жутко ревновать. Так уж вышло, что они с Волковым жили вместе и поскольку у Олега со времён службы в армии выработалась привычка обо всём докладывать, он всегда рассказывал Сергею, что он где-то задержится и с какой целью, так он узнавал о большинстве его интрижек и свиданий, и каждый раз, когда он на них ходил, Разумовский от ревности себе места найти не мог.       Вот и сегодня утром Волков предупредил его, что задержится, поскольку вечером у него было запланировано свидание с какой-то дамочкой и, вполне может быть, такое, что он задержится до утра. Сергей, зная об этом, целый день промучился от ревнивых мыслей, а ближе к вечеру они настолько его замучили, что он не придумал ничего лучше, чем пойти в ближайший бар и просто напиться. После трёх первых стаканов ему показалось, что алкоголь не действует, он выпил ещё несколько и всё равно поначалу это не помогало, но потом, постепенно, плохие мысли ушли, наступило долгожданное расслабление и ему даже на некоторое время стало весело. Правда, когда он засобирался домой и вышел на улицу, алкоголь, видимо, окончательно захватил разум и тело, из-за чего его нехило так развезло и теперь Сергей немного опасался того, что не дойдёт до цели.       Казалось бы, через дорогу он каким-то образом перешёл, самое страшное позади и вот впереди виднеются двери его башни, до которых остаётся сделать всего несколько шагов, но почему-то кажется, что они так далеко… Но наконец, спотыкаясь и чуть ли порой не падая, он добирается до дверей, достав, неизвестно почему дрожащими, руками специальную ключ-карту, он открывает двери, оказываясь внутри, теперь осталось только добраться до лифта и всё, считай, что мужчина дома. Постепенно, держась за стену, он добирается до цели, покачиваясь, заходит внутрь, и нажимает на кнопку, обозначающую нужный этаж. И вот, несколько минут и лифт останавливается на этаже, где находится его жилище и офис. Он настолько рад видеть родную обстановку, что Разумовский всё-таки спотыкается и, тяжело засопев, оседает на пол, приходится потратить некоторое время на то, чтобы подняться, но ничего, самое главное — он, наконец, дома. Теперь только осталось добраться до спальни, но что-то подсказывает, что самому сделать это будет не так уж и просто, конечно, будь рядом Олег, он бы ему помог, но тот ведь пошёл веселиться со своей дамочкой — так что, придётся как-то доходить самому…       Недовольно вздохнув, Сергей хватается за стену, держится за неё, как за своеобразную опору, но если честно, особо это его продвижению вперёд не помогает. Ноги трясутся, его нехило шатает, в конце концов, он снова оседает на пол и, не выдержав, громко ругается — вот дёрнул же его чёрт так сильно напиться! Разумовский всерьёз начинает задумываться о том, чтобы остаться ночевать вот так, прямо на полу, но тут ему кажется, что со стороны гостиной как будто слышатся шаги, но ведь в башне, кроме него и его виртуальной помощницы Марго, больше никого нет, неужели у него начались галлюцинации?! Тем временем, шаги приближаются и через несколько минут в прихожей появляется Волков! Заметив в каком Сергей находится состоянии, тот ошарашенно замирает посередине комнаты, а Разумовский, бросив на него удивлённо-недоверчивый взгляд, заговаривает: — О, Олег… А ты чего здесь делаешь? Ты же, вроде как, должен быть на свидании… — Ничего не получилось, у Лены появились какие-то планы, и мы с ней договорились встретиться в другой раз, но это совсем не важно… Серёж, что с тобой такое? Да ты, кажется, чертовски пьян… Но что случилось, почему ты так напился? — Ну, знаешь ли, я уже взрослый человек и захотел, и напился, — ухмыльнулся Разумовский. — А вообще, это ты виноват… — Да неужели? — приподнял бровь Олег. — И что же я такого сделал, что ты так напился? — А то, что я уже замучился тебя к этим твоим пассиям ревновать, — под действием алкоголя Сергей совсем перестал контролировать, что говорит. — Я так давно в тебя влюблён, а ты этого не замечаешь, постоянно с кем-то другим на свидания ходишь, а чем эти девицы лучше меня?       Под ошарашенным взглядом Волкова тяжело вздохнув, Сергей опёрся спиной об стену, чтобы не упасть и продолжил: — А я ведь всё это время так тебя ревновал… Так порой хотелось обо всём сказать, да всё боялся, что это испортит нашу дружбу… А ведь так было больно осознавать, что ты с кем-то другим… Обнимаешь этого человека, целуешь, делишь с ним постель, а я тут один мучаюсь, места себе не нахожу…       Разумовский мог сказать ещё бы много чего, но тут ему вдруг резко стало плохо… Голова начала кружиться, а к горлу подкатила тошнота. Было ещё удивительно, что он успел каким-то образом добраться до ванной, как его начало рвать. В обнимку с унитазом он просидел, наверное, минут пятнадцать, но наконец Сергея немного отпустило, но легче по общему состоянию, если честно, не стало. Всё тело чертовски тряслось, да и вообще, было как-то хреново, всё-таки не стоило смешивать весь алкоголь подряд друг с другом. Поначалу было весело, но вот сейчас ему было откровенно нехорошо и Разумовский понимал, что в таком состоянии он сам подняться на ноги сможет навряд ли, но, как выяснилось, самому ему это делать и не придётся, ведь всё это время Олег стоял сзади него и, заметив, что Сергей хочет встать, он поспешил к нему на помощь. Благодаря нему, Разумовскому удаётся встать на ноги и добраться до раковины, пока он споласкивает лицо прохладной водой, Олег, убедившись, что с ним ничего не случится, куда-то уходит, но довольно быстро возвращается и в руках он держит стакан с водой и пару таблеток, всё это он протягивает Сергею. — Вот — это лекарство, выпей. Должно стать полегче.       Сергей, кивнув, забрал у Волкова таблетки и воду, послушно их выпил, возвращая стакан Олегу. Тот бросил на него обеспокоенный взгляд и заговорил: — Ну как, всё более-менее нормально? Больше не тошнит?       Разумовский, прислушавшись к своим ощущениям, покачал головой, и Олег спокойно выдохнул. — Это хорошо. А теперь тебе нужно прилечь и попробовать отдохнуть. Давай потихоньку попробуем дойти до спальни. Опирайся на меня.       Разумовский, кивнув, пробует при помощи Олега сделать несколько шагов, но ноги предательски трясутся, и он спотыкается чуть ли не через каждый шаг, в итоге Волков, как самый настоящий рыцарь, подхватывает его на руки и несёт в спальню, где он аккуратно укладывает Разумовского на постель и заботливо накрывает его одеялом. — Ну вот, так тебе должно быть удобно, — мягко улыбается Волков. — Ты закрой глаза, и попробуй заснуть. И не переживай, если что, я буду рядом.       Сказав это, Олег присаживается на кровать рядом с ним и Сергей послушно закрывает глаза, пытаясь заснуть. Поначалу получается не очень хорошо, и он некоторое время просто лежит с закрытыми глазами, но постепенно усталость и остатки алкоголя в организме берут своё и Разумовский наконец засыпает, а вот Олег в эту ночь так и не смыкает глаз, карауля его сон.

***

      Удивительно, но на следующее утро Разумовский проснулся совершенно без признаков своего вчерашнего опьянения. Голова не болела, не тошнило, да и общее состояние, если сравнивать со вчерашним, было вполне сносным… Наверное, это из-за того лекарства, что ему дал Олег, кстати, а где он? Оглядевшись, Разумовский понимает, что в комнате того нет и в сердце что-то неприятно колет. Наверняка, тот, наслушавшись его вчерашних признаний, собрал вещи и ушёл, и ему теперь придётся привыкать жить одному и как-то смириться с мыслью, что он из-за своей глупой алкогольной выходки лишился единственного человека, который был ему дорог… Внутри вдруг становится так пусто и совершенно не хочется вставать с постели и что-то делать, как вдруг дверь комнаты открывается, на пороге с подносом в руках появляется тот, о ком Сергей думал, что больше его не увидит. Волков, заметив, что он проснулся, довольно улыбается, аккуратно опускает поднос на тумбочку около кровати и заговаривает: — Доброе утро, Серёж! А я вот завтрак тебе принёс, кофе крепкий и печенье твоё, любимое с шоколадной крошкой… Кстати, как ты себя чувствуешь, голова не болит, не тошнит? — Если сравнивать со вчерашним, то вполне нормально, — ответил Разумовский. — Только, если честно, я уж начал думать, что ты от меня съехал… — Интересно, и почему же я должен был съехать? — приподнял бровь Олег. — Ну как же, я тебе вчера столько всего наговорил… Сказал, что ревную, признался в любви, высказал всё, что так долго скрывал… — Так значит — это были не просто пьяные бредни? Ты вчера говорил мне правду… Ты серьёзно меня любишь… — Да, все эти признания были правдой, но разве это что-то меняет, — тяжело вздохнул Разумовский. — Ведь мои чувства тебе не нужны… — А вот насчёт этого, Серёжа, ты глубоко ошибаешься. На самом деле, твоё признание и чувства для меня очень важны, поскольку я тоже уже давно в тебя влюблён, — ответил Олег. — Что?! Ты это так надо мной поиздеваться решил, да? Пошутить? — Серёж, ну ты же меня знаешь, я такими серьёзными вещами шутить не привык. Ты и правда мне давно нравишься, только молчал я об этом. Как и ты опасался, что своими признаниями разрушу нашу дружбу, а я этого не хотел… Да даже если вспомнить всех тех, с кем у меня были интрижки… Они ведь все были на тебя похожими, с рыжими волосами, стройной фигурой и чертами лица… Я ведь всегда, когда был с ними, представлял тебя… Эх, если бы я раньше решился признаться, всё ведь могло быть по-другому…       Волков тяжело вздохнул и продолжил: — Не было бы всех этих не тех людей в моей жизни, тебе не пришлось бы ревновать, да всё было бы совершенно иначе… Но, с другой стороны, хорошо, что мы, хоть сейчас, всё узнали. Жаль только, что при не самых приятных обстоятельствах… — Да, насчёт обстоятельств я согласен, но хотя бы так… Только вот теперь, когда мы всё знаем и выяснили, что наши чувства взаимны… Что теперь делать будем? — Жить, — усмехнулся Волков. — Ну а если серьёзно, то попытаемся как-нибудь наверстать упущенное нами время. Будем с тобой в рестораны ходить, гулять где-нибудь вместе, целоваться долго-долго, ну и, конечно, я перееду в твою спальню, о чём я, если честно, уже очень давно мечтал. — Стоит признать, звучит замечательно! — улыбнулся Сергей. — Особенно мне понравились твои планы касаемо поцелуев и переезда в мою спальню. Знаешь, думаю, тянуть с этим не стоит. Иди ко мне прямо сейчас!       Олег, недолго думая, забирается на кровать, и Разумовский тут же, схватив его за руку, опрокидывает Волкова на постель, шустро забираясь на него сверху и принимаясь Олега жадно целовать, тот с большим удовольствием на этот поцелуй ответил. Наконец-то они оба получили то, чего так долго желали — друг друга.