Найти Звезду

Мужчина в гладко выглаженной рубашке в голубую полоску, напевая уже столь ненавистную ей мелодию, засучил рукава. Он стоял к Раните спиной, та не могла видеть выражение его лица, да это было и не нужно. Все что происходило с девушкой сейчас, повторялось уже сотни раз. Нет ничего примечательного в серебристых лезвиях, педантично разложенных задолго до начала процедуры, в его идеально белом фартуке, который своей чистотой будто насмехался над положением “преступницы”, даже в привязанных к массивному деревянному трону руках, девушка не видела ничего необычного. Больше всего заложницу беспокоила порядком натруженная поясница, Рона подумала, что раз она так здесь часто бывает, могла бы попросить у хозяина стульчик поудобнее.    Солнце за окном отпустило свои последние лучи, оставляя двоих в полной темноте. Одна лишь старомодная керосиновая лампа освещала фронт предстоящих работ над девичьим телом. В большом поместье, в котором жила девушка, в принципе никогда не было нормального отопления, но почему то Раните показалось, что в комнате стало на порядок холодней, и скудное пламя не спасало ситуацию. В ожидании своего наказания девушка глядела по сторонам. Обои с витиеватыми узорами, чересчур мудреная люстра, где разве что вместо свечей были вкручены лампочки, мебель исключительно из высших сортов древесины. От всего вокруг так и веяло пафосом, кричало о величии хозяина.   Мужчина наконец развернулся. Несмотря на огромный ассортимент инструментов на подвижном столике, что он переместил поближе к пленнице, к удивлению, его руки были пусты. В одно мгновенье его жирное от пота лицо оказалось в паре десятков сантиметров от ее глаз. В нос ударил стойкий запах одеколона. Он грубо схватился за острый подбородок Раниты. Провел большим пальцем по скуле. От ощущения его отвратительных прикосновений, которые было сложно назвать просто прикосновениями, девушка неосознанно съежилась. Она была похожа на щеночка, что поджимает ушки, стараясь казаться меньше.   —Ох, милая. Будь ты постарше я бы не отказался от такой любовницы. —Почти шепотом проговорил мужчина. — Но я же не изверг какой-то, и точно не педофил, просто понимаешь — Он сделал большую паузу. — Такой сейчас порядок вещей, люди по своей натуре не понимают слов. Им нужно ощутить все на собственной шкуре. Дисциплина штука сложная, и каждый добивается ее по-разному, пойми меня, если сможешь.  Причинение слугам боли доставляло Эммануилу Манкевичу особенное удовлетворение. Хоть в прошлом он и был священником, но это не говорит о чистоте его души. Мало ли среди посланников божьих жестоких убийц, насильников и живодеров? Может просто слушать о людских грехах такая сложная работа, что оставляет глубокие ссадины в голове? Этого никто не знает. Хозяин поместья любил вспоминать о своей жизни, когда наказывал рабов. Его частой темой становилась покойная жена, которая погибла из-за вируса, что волной окатил умирающую страну. По словам Манкевича она была очень хорошим и набожным человеком, и сын у них был, но тоже умер. Как-то он рассказывал о мучениях его супруги перед смертью, и о том, как он помог ей отойти в мир иной, дабы успокоить ее душу, чтобы та поскорей отправилась в рай. Мерзкая история, прикрытая оправданиями от убийцы.  —У тебя слишком красивые черты лица. Ты, наверное, пользуешься популярностью среди мужской части прислуги.  Хозяин неспешно подобрал свой первый инструмент, и так же медленно провел им по левой скуле.   Острая боль пронзила бледное лицо. Костлявые пальцы сжались под туго завязанными тряпками. Крик подбирался к горлу, но девушка стойко не издала ни звука. Теплые шершавые ладони коснулись кожи, останавливая бегущую каплю. Омерзительно. Ранита уже не помнила из-за какого очередного “великого преступления” ее наказывают. То ли из-за пролитого чая, то ли из-за пятиминутного опоздания. Хотя это не имело значения, как и вся ее жизнь в целом. За столько лет бесконечно повторяющихся вечерних походов в эту злополучную комнату пыток, которая по-другому называлась кабинетом Хозяина, девушка так и не смогла привыкнуть к боли. Но из всех многочисленных вариаций наказаний, самым нелюбимым была пытка удушьем. Когда на твоей шее оказывается петля или тяжелые руки палача, а крупицы воздуха в легких заканчиваются, контролировать эмоции не представляется возможным. Паника окутывает тебя, проникает в каждый сосуд, в каждую крупицу твоего тела, сама человеческая сущность заставляет чувствовать себя беспомощным, жалким.   Пощечина, словно хлыст, отразилась ожогом. Ранита, обычно не задавала себе не нужных вопросов об обреченности ее ситуации, но кажется точка кипения уже перешла свою границу. Мысли возникали одна за другой. Для чего это все? Почему она все еще жива? Почему хозяин попросту не избавил ее худощавое тело от страданий, почему наслаждаясь гримасой ее измученного лица, продолжает раз за разом наносить увечья? Она впервые за долгие годы сидя в этом кресле почувствовала что-то вместо равнодушия. Это не было страхом. Тянущее всепоглощающее одиночество, за которым последовало отчаяние. Чувство безвыходности. Чувство, которое дает понять, какая же она на самом дела жалкая.  Раните вспомнились слова мамы: однажды в жизни наступает момент, когда заканчиваются силы двигаться дальше, тогда, человек должен посмотреть на небо и найти там самую яркую звезду, она обязательно укажет путь. Видимо ее небо навечно закрыто туманом.    ***    Середина осени. Утро. Вся небольшая семейка, состоящая всего из трех человек, в добром здравии сидела за круглым стеклянным столом, бережно накрытым белой кружевной скатертью. Маленькая Ранита много раз задавалась вопросом, о надобности стеклянного стола, если все прелести его столешницы накрыты куском ткани. Но ее интерес почему-то упрямо игнорировался, так что вопрос остался не закрытым. Мама неспешно расставляла тарелки с завтраком, пока в телевизоре двое людей о чем-то громко говорили на фоне.  Отец всегда включал звук почти на полную; мужчина был порядком глуховат. Он всегда переспрашивал несколько раз, если кто-то пытался ему что-то сказать. Да и сам по себе был “добреньким старичком”, как его называла мама из-за его повадок. Он за всем очень пристально наблюдал, часто бурчал, но никогда не ругал и долго не обижался. Родители Раниты жили вместе уже много лет в счастливом браке, ну или старались выглядеть таковыми ради дочери, девочка об этом никогда не думала.    Их первенец был “поздним цветком” для матери. Раньше у нее часто случались проблемы со здоровьем и долго не получалось завести ребенка. Поэтому Ранита с самого дня рождения все время была окружена любовью, но и для воспитания время всегда оставалось. Примерная тихая девочка с темными густыми волосами, как у мамы и серебряными глазами, как у папы. Любящая и любимая.       Девочка вот-вот собралась завтракать, как до детского слуха долетели фразы телеведущего из новостей.    — На территории северной границы террористическая организация, глава которой не объявляет ни своего имени, ни названия группировки, открыла первый огонь по немногочисленной группе военных, что первыми прибыли на место сопротивления. По расчётам армия, которая прибудет на линию огня, в скором времени должна полностью отбить нападение и предоставить безопасность ближним городам. На данный момент объявлено чрезвычайное положение в следующих городах: — Мужчина начал перечислять северные города, в числе которых не оказалось места жительства Раниты. — Власти не могут с уверенностью сказать, какой шаг предпримет враг следующим. Огромная просьба всем жителям севера соблюдать осторожность и не взаимодействовать с малознакомыми людьми, так как власти не исключают возможности проникновения врага на территорию страны. А теперь к другим новостям...     Со стороны донесся возмущенный голос матери.   — Да что ж это, не одни так другие то нападают, то огонь открывают. И власти эти, чего они сидят то во дворцах своих, раз людям ничем помочь не могут! Страшно все это.    — Все хорошо будет, ничем это не закончится, постреляются да разойдутся. Но правда достали уже, хоть бы какие-то хорошие новости принесли! — спокойный тоном ответил ей отец, словно уже привыкший к подобному.      Обсуждения гражданских войн, перестрелок, конфликтов и всего то, что делают люди против людей, последние несколько лет активно доносились из каждого уголка страны, вытесняя любые другие темы. Восьмилетний ребенок вряд ли стал бы интересоваться политикой и накаляющейся обстановкой в северном регионе, если бы все не говорили только об этом. Детей уже готовили к войне, некоторые семьи уже даже запасались продуктами на “темные времена”. Было удивительно, смотреть на то, до чего смогла дойти страна, просто потеряв доверие к действующей власти.    Началось все с нарастающих экономических проблем внутри страны: нехватки рабочих мест, резкого снижения зарплат и такое же резкое повышение налогов. Такие изменения повлекли за собой череду народных возмущений.  И через время стали появляться альтернативные политические партии, что вечно пичкали обещаниями “поставить страну на ноги”. Люди разделились на две стороны: на центр и окраину, ведь действительно жизнь в столице существенно отличалась от жизни в других городах. Безопасный островок лицемеров и “слепых”, как говорили люди с окраин. Бесконечные конфликты своих между своими же приводили в ужас простых людей, которые всего лишь хотят спокойно доживать свои “десятки”.    Раньше никто и не мог представить такое будущее для перспективной и расцветающей страны материка.  Из размышлений о насущном Раниту вырвала мама.      — Рона, а ты в школу не опаздываешь? Смотри на часы, пол восьмого уже, выходить пора.      Малышка, дожевывая варенную сосиску, начала наспех обуваться и застегивать куртку. После короткого маминого поцелуя в лоб она выбежала на улицу и быстрыми шажками потопала в сторону школы.   Первый северный ветер безжалостно встретил детские щеки. В сентябре уже было достаточно холодно, так что при каждом вздохе, изо рта выходил еле-видный белый пар. Он красивыми и слегка витиеватыми узорами, охлаждаясь, растворялся в воздухе.    Город на окраине страны, в котором жила девочка, был совсем маленьким, здесь все друг друга знали буквально в лицо. У Раниты никогда не возникало проблем, связанных с этим, может из-за еще совсем юного возраста, а может из-за того, что у него было много друзей, и все отзывались о ней хорошо. Она очень любила городишко своим крохотным искренним сердцем. Прогуливаться по вечерам по аккуратным и тихим улочкам центрального парка вместе с родителями или резвиться во дворе хоть целыми днями-все это делало ее по-настоящему счастливой, насколько осознанно счастливым может быть дитя. Да и осень была для девочки особенным временем года, скоро должен был быть ее день рождения, и Рона с трепетом ждала этого дня. Ощущала она себя уже совсем взрослой и самостоятельной, так что не боялась трудностей, что могли попасться ей на пути, вот такой храброй была Ранита.      Где-то вдалеке послышался странный монотонный звук. Ранита запрокинула голову.    — В...Вертолет?     Он летел в сторону центра города и, кажется, попутно что-то сбрасывал на землю. Девочка уже думала о чем угодно, что может упасть с неба в такое-то время, но она была очень удивлена, когда впереди нее, на расстоянии нескольких метров упала, по виду обычная, тканевая сумка.    Она явно привлекла интерес ребенка, но в то же время заставляла думать, как бы убраться от нее подальше.  Мама всегда говорила не трогать незнакомые вещи, особенно на улице, поэтому, как бы Раните не хотелось посмотреть, что находилось за тканью, она, пересилив себя, пошла дальше.   Путь до школы за те две недели, что Рона ходит на учебу сама, она успела полностью изучить, и остальная часть пути не заняла много времени.      Спустя неделю, снова, сидя за завтраком из прямоугольника на стене заговорил все тот же мужчина из новостей.   — Теперь поговорим о последних новостях в стране. Как и предполагалось, наши войска смогли сдержать натиск террористической организации, но враг пошел обходным путем. В течение последней недели, регулярно, на большую часть страны вражеские вертолеты сбрасывали некие сумки с неизвестным содержимым, которые уже были отправлены на экспертизу. Власти дали указание собрать все объекты до единого в каждом городе, но как мы видим в итоге, не было убрано и половины загадочных посылок. Чего нам ждать дальше от данной группировки пока неизвестно, огромная просьба всем жителям сохранять спокойствие и не трогать неизвестные тела, предположительно опасные для жизни.   Сегодня завтрак проходил без отца, так как по работе его на пару дней вызвали в другой город. Было видно, как при всей сложившейся ситуации, мама очень переживала, но старалась держать себя в руках и не передавать своё состояние дочери. Рона замечала ее беспокойство, но решила делать вид, что все хорошо, лишь бы еще больше не нагружать маму лишними мыслями. Женщина настоятельно пригрозила дочке не приближаться к неизвестным сумкам и не разговаривать с незнакомцами, так как учебу никто не отменял и ходить на нее все же приходилось.   Сегодня Ранита вышла из дома раньше обычного. Знакомая дорога уже не казалось такой интересной, как раньше. Первые дни были большим приключением, она рассматривала все вокруг, запоминала и откладывала в памяти каждый поворот и ориентир, а теперь это стало скучной обыденностью. Ну за исключением непонятных сумок, которые так и манили утолить ее любопытство. Ребенок уже почти дошел до школы, как увидел, что на другой стороне дороги мужчина копается в одной из таких “посылок”. Он рылся в ней дольше чем, можно рыться в подобных вещах, как казалось девочке. По всей видимости, человек так не нашел ничего интересного, в попытке встать, он тут же упал на колени, задыхаясь в кашле. Кто-то даже остановился, чтобы помочь ему.    Девочка принялась с беспокойством наблюдать со стороны. Сделать что-то, что могло бы помочь задыхающемуся человеку она вряд ли могла, так что ей оставалось просто смотреть на его мучительные вздохи. Крупное тело дергалось по земле, хватаясь то за землю, то за собственное горло. А подошедший к нему начал кричать что-то в телефон. Рона безотрывно смотрела на то, как лицо мужчины постепенно синеет. В его каждом новом кашле ребенок выдел порывы к жизни, невыносимую борьбу за последние остатки кислорода в легких.    Из монотонного состояния ужаса ее выбил случайный прохожий, что преградил собой картину смерти и почти приказал направляться отсюда подальше.  Пытаясь преодолеть рвотные позывы от увиденного, девочка все же сделала первые шаги в сторону школы. Дальше уже она чуть ли не бегом преодолела оставшееся расстояние.   Ранита зашла в класс, чуть не опоздав на урок. Заметив, что большая половина парт пустовала, она невольно вздохнула и села на свое привычное место на первой парте первого ряда, рядом со своим хорошим другом. Ее сосед выглядел по необычному тускло. Что этому послужило Рона расспрашивать не стала, хоть от части и понимал всеобщее волнение.   Когда прозвенел звонок, молодая учительница вошла в класс. Красивая, высокая девушка, только окончившая университет.     — Здравствуйте кла...    Преподавательница начала громко откашливаться. Делала она это с такой силой, что девочке показалось это чересчур знакомым, в голове тут же всплыла утренняя картинка. После того, как она закончила, на ее бледной ладошке показались темно красные капли густой крови. Девушка поспешно вытерла ее о салфетку.    — Сегодня нашей темой будет...          Долгожданные выходные наступили спустя пару дней. Как бы сильно Рона ни любила школу, отдыхать она любила больше. Дома она все же чувствовала себя более защищенной. Пытаясь оградиться от неприятных раздумий о произошедшей в стране ситуации, ребенок решил помочь маме убраться перед приездом отца. За несколько дней девочка успела по нему соскучиться.   По телевизору как раз начали крутить музыкальный канал, и напевая знакомые мелодии мама старательно мыла посуду, пока Ранита наблюдала за ней со стороны. Уют. Спокойствие. То, чего не хватало большинству семей, но не им. Вся эта атмосфера окончательно прогнала бы переживания, если бы не внезапный кашель матери, который снова заставил напрячься. Мама прервалась от дела, тарелка выпала из ее рук и с резким звуком разбилась о пол. Затяжной лающий звук. Женщина будто не могла остановиться, а Рона в панике, не зная, что делать, смотрела на происходящие, словно в замедленной съемке. В голове крутились недавние события. Ребенок снова увидел ту же сцену, как и с тем мужчиной и с учительницей пару дней назад.    Кашель остановился, а на руке мамы была кровь. Она печально глянула на ладошку и быстро спрятала ее за спину. Как будто бы ничего и не было, широко улыбнулась.    — Малышка, сходи посмотри чего по телику, может мультики найдешь, пока я тут все уберу.    Девочка послушно направилась в зал, но вместо того, чтобы включить детский канал, она попала на новостной. И снова тот же телеведущий говорит с ним с экрана монотонным голосом.     — На сегодняшний день в стране происходит совершенно непонятная для людей и властей ситуация. Группировка, которая еще пару недель назад вела открытый бой, скрылась из виду. Но новые проблемы появились на горизонте, больницы заполнились людьми, страдающими от неизвестного недуга, от которого у человека разрушаются клетки организма и постепенно отказывают жизненно важные органы. Эксперты полагают, что те самые объекты и есть причина возникновения новой болезни. Понадобиться какое-то время, чтобы понять, как так называемый “яд” влияет на организм. Если у вас есть следующие симптомы, то немедленно обращайтесь в больницу: Кашель с кров...    Экран резко потух на полуслове. Ранита обернулась и увидела у мамы в руках пульт.    — Доченька, пошли поможешь мне приготовить ужин.       Спустя какое-то время первые хлопья снега упали на одинокую серую дорогу под окнами квартир. Осенние лужицы успели покрыться почти незаметной ледяной коркой. Но цепкие глаза Раниты, пока она наблюдала за видом, могли подметить любую мелочь. Новая школьная неделя началась с объявления о карантине. Так что вся Северная граница, как и половина страны сидела по домам в ожидании улучшения ситуации вокруг. Связь отключили еще несколько дней назад, работало только телевидение.    Мама девочки лежала в полудреме на диване в зале. Ее болезнь прогрессировала. Никто и не мог подумать, что ее состояние дойдет до такого. Как только у матери начался сильный жар несколько дней назад, отец сразу вызвал скорую. Но из-за того, что мест в больнице попросту не было, врачи не смогли обеспечить ей круглосуточное наблюдение, поэтому бедная женщина пыталась побороть болезнь дома. На удивление ни отец, ни Рона не заразились, хоть и постоянно находились рядом с больной. Но одно изменение все же произошло. Недавно на руках обоих вены словно почернели изнутри. Врачи, что приехали на скорой попросту отмахнулись от странного симптома. Но ни отец, ни дочь не могли долго переживать по поводу своих проблем, пока мать семейства тихо умирала прямо у них под носом.   Пока папа возился на кухне, готовя еду, на телевизоре снова показался давно знакомый человек, которого за последний месяц они видели слишком часто. Начались новости. Но мужчина, который всегда улыбался, теперь смотрел в камеру с полными ужаса глаза, а голос его дрожал и был похож больше на хриплый шепот, чем на дикторскую отточенную речь.    — Здравствуйте, всем, кто смотрит нас в данный момент. На сегодняшний день ситуация в стране значительно —Он сделал небольшую паузу — ухудшилась. Большая часть населения болеют неизвестным вирусом, власти не дают никаких указаний. Врачи не могут даже снять большинство симптомов болезни и люди умирают тысячами. На улицы выходить тоже опасно, так как... кха-кхм.. Вещество, исходящее из тех зло...злополучных сумок осело на землю, распространилось по воздуху. Его впитали растения и бродячие животные. Все что м...мы можем сейчас делать это сидеть дома и ждать благословения свыше. Я...     Бах.   Резкий звук распространился из колонок телевизора. Пронзительный, оглушающий выстрел. Тело ведущего с грохотом упало с высокого стула, а на экране сзади неспеша сползали вниз алые капельки крови. Тишина. Никто не подходит к человеку, никто не кричит и даже не пытается выключить эфир. Пару мгновений все зрители, как и семья Хидо, с опаской ждали продолжения, и вот в поле видимости камеры попадает человек. Он выглядел очень странно, черные растрепанные волосы, полуразбитые прозрачные очки и безумный взгляд. Одет он был в серый костюм, который явно был ему на два размера больше, на пиджаке виднелись пару красных точек, видимо он был рядом, когда произошел выстрел. Мужчина пару секунд молча смотрел в камеру.      — Здравствуйте. Мое имя Григорий Альдер. Вы, наверное, немного удивлены происходящим, но не стоит сильно беспокоиться. Этот человек был уже на грани смерти от болезни, что распространилась вокруг, так что такой конец был для него подарком, поверьте, это лучше, чем чувствовать, как каждая клетка организма в прямом смысле разрывается. —Ранита заметила на его лице легкую ухмылку — У вас скорей всего много вопросов о происходящем вокруг. Спешу обрадовать, перед вами глава той самой, как вы нас назвали, “террористической организации”, что так яро пыталась проникнуть на территорию страны... — Незнакомец сделал длинную паузу, которая, как казалось, длилась слишком долго. — Я, как и вся наша корпорация- Алькор, делаем это исключительно из благих намерений, я хочу очистить мир от сброда. Я оставлю только тех, кто хочет двигаться в истинном направлении. Те люди, которые уже согласились жить в моем новом мире, получили полную безопасность и свободу, а те, чья участь умереть, могут прийти ко мне сейчас и подчиниться моим правилам. Я дам вам шанс выжить и измениться. Тем кто захочет, конечно. У каждого должен быть выбор. —Мужчина развел руками — Но те, кто откажется принимать новый режим, либо умрут от вируса, либо будут убиты. Мои люди уже отправились в города и будут заходить в каждый дом, чтобы истребить всех неверных. Вам не убежать, аэропорта и вокзалы не работают, Все границы перекрыты. Но у вас остался выбор...       Экран потух. Папа выключил телевизор и посмотрел на свою умирающую жену. Подошел к дочке. Погладил ее по голове, присел так, чтобы девочка устремила свои серебряные глазки прямо на его обеспокоенное лицо. Ранита никогда не видела отца таким, он всегда казался девочке бесстрашным и непоколебимым, но теперь она увидела животный страх за жизнь своей семьи.    — Малышка, нам нужно бежать. Собирать вещи и бежать. Мамины вещи тоже, заберем ее с собой.    — Нет. —Возразила шепотом мама — Уезжайте без меня. Я умираю. Я даже встать не смогу. А у вас есть шанс. Бегите из страны.    Женщина уже давно не спала и слышала все произошедшее на экране.   — Да ты что такое говоришь, нет! Мы...    Тук-тук. Тишина. Пару секунд и кто-то за дверью начал стучать сильней.    Отец короткими шажками пошел открывать дверь, попутно забежав на кухню, за ножом. Все затихли. Он подошел, аккуратно посмотрел в глазок. За тонкой небезопасной дверью стояло несколько крупных людей с оружием.    — Кто там?    — Армия Алькора. Откройте немедленно дверь или мы ее выбьем.    Мужчина открыл. Не думая, он попытался вонзить нож в живот одному из людей, за что получил пулю в голову, и его тушка безжизненно повалилась на темный паркет.    Мать из последних сил захотела встать с кровати, чтобы защитить ребенка, но тут же упала. Ноги стали совсем слабы, что больше не могли ее удержать. Ранита подбежала к сидящей на полу женщине.    — Стойте! Не стреляйте! Болею только я, уже давно, мои муж и ребенок проводили со мной много времени и не заразились. Мой ребенок здоров, не убивайте его, молю вас. Я отдам все что угодно, только не трогайте его.    Человек в форме скептично оглядел девчушку. Его глаза устремились на запястья, полностью покрытые мелкими черными молниями. Огромные тяжелые руки вцепились в предплечье девочки с такой силой, что на детской руке точно бы остались большие синяки. Он внимательно их оглядел и приказал своему подопечному оглядеть руки отца. Когда, по всей видимости, “главный” получил подтверждение, что на запястьях уже мертвого мужчины тоже оказались отметины, он злостно рявкнул:    —Нам головы пообрубают за него.   —Да никто не узнает, возьмем девчонку, да и свалим. —Ответил его напарник.   —Только потом, если выясниться, что я завалил иммунного, я отправлюсь за этим жмуриком в топку. Надо че-та думать.   Ребенок от страха не улавливал сути их разговора, она смотрела лишь на испуганные до чертиков глаза матери, что теперь отчаянно боролась не за свою жизнь, а за жизнь дочки. В нос ударил терпкий металлический запах. Ранита, боясь взглянуть на тело отца, что медленно истекало кровью, успела мысленно проститься со всеми своими друзьями и прежней жизнью. Одна только мысль о том, что сейчас произойдет, заставляла ком подкатиться к горлу.    —Может руки ему отрубить? —Вставил третий человек в форме.   —Потом разберемся, у нас тут еще двое. Девку забираем, а ту пристрелить. — Отрезал главный и отшвырнул Раниту от себя.    Свободными руками мужчина потянулся к автомату, что висел у него через плечо.    —Можете попрощаться.         Женщина трепетно прижала девочку к себе. Руки ее дрожали, на щеках проступили две мокрые полоски. Рона, как будто в бреду, еще не понимала, или не хотела понимать, что происходит вокруг. Ее взгляд перебегал с мужчин, что застрелили его отца, на маму, которую через пару мгновений она увидит уже лежащей в луже собственной крови. Мама заставила девочку посмотреть на себя.   — Рона, прошу, я хочу, чтобы ты жила. Я хочу, чтобы ты нашла в себе силы идти дальше без нас. —Она остановилась, чтобы сдержать истеричный порыв. — Запомни, что я тебе сейчас скажу. Малышка, когда у тебя больше не найдется причин продолжать идти, посмотри на небо и найди там самую яркую звезду, та обязательно направит тебя дальше...Я люблю те...    Бах. Громкий выстрел звоном отразился где-то на обратной стороне сознания. Все произошло так быстро и в то же время вокруг будто остановилось.   Руки ее ослабли и спустились вместе с телом на холодный пол.    Она умерла.   — Ма...ма...