Слепые чувства

      Маш и Лоненг без единой эмоции смотрели на то, что осталось от трона. Пожирая глазами его обломки, они пытались восстановить картину произошедшего и понять, что за чертовщина тут произошла.       — Брат Маш, лично я в полном недоумении, — задумчиво сказал Лоненг, — какие у тебя мысли на этот счёт?       — Не знаю… Возможно, это сделал сам великий магистр.       — Зачем ему рушить трон? И куда он пропал? Это очень не похоже на его поведение.       — Его пути неисповедимы… но всё это очень странно.       — А где брат Рам? Ты позвал его?       — Позвал, но он так и не ответил… А если принять во внимание ваши недавние разногласия, то...       — Я знаю о чём ты думаешь: Рам не мог сделать этого. Пойти против ордена — величайшее преступление, а он никогда не предаст его идеалы. Я бы даже сказал, что Рам - это ходячий идеал.       — Да, ты прав, но сейчас мы имеем то, что имеем, и если магистр Мингрем так и не появится…       — Он обязательно даст о себе знать. Как ты сказал, его пути неисповедимы, и в этом исчезновении наверняка есть веская причина.       — Ладно, давай отвлечёмся: как продвигается твой план с рекой крови?       — Летаю по миру и ищу подходящее место. Там должно быть красиво и в то же время просторно, чтобы я мог спокойно разместить там материал.       — Хорошо. Брат, у меня к тебе просьба. Помнишь того парнишку, который победил Азол-Такуша в шахматы? Так вот, пожалуйста не трогай его с друзьями. Они храбро сражались с Падшим Богом и заслужили твою милость.       — Конечно, я и сам не собирался причинять им вред. Наблюдая за их приключениями я, в какой-то мере, привязался к этим букашкам.       — Рад это слышать. Думаю мне стоит знаться поисками Рама. Уж очень не нравится мне всё это...       — Хорошо, а я вернусь к своему плану.       — Знаю, оснований так говорить у меня мало, но всё же будь осторожен.       — Непременно.

***

      С момента счастливого воссоединения ребят прошла пара часов. Женя познакомила всех с Келом, и они рассказали про свои приключения в Лабиринтах Безумия и своё чудесное возвращение в мир живых. Новость, что Паразит был окончательно повержен очень сильно удивила и воодушевила всех, кто был на ферме. Обсуждение дальнейших планов могло затянутся надолго, поэтому этот вопрос решили обсудить за большим ужином.       Пока все слушали невероятные рассказы Жени, Ларри и мистер Стивенсон разговаривали на крыльце один на один. Никто не слышал о чем именно шёл их разговор, но после него мистер Стивенсон вернулся к ребятам менее мрачным, а его настроение хоть немного, но улучшилось.       Большой ужин требовал серьезных приготовлений, благо еды и различных продуктов на ферме было предостаточно. У Ани был самый большой кулинарный опыт, поэтому она занялась выпечкой; Женя и Кел чистили овощи, нарезали их и обжаривали; а Мистер Стивенсон и Ларри готовили мясо на улице.       Антон остался с Андреем в гостиной — на кухне для него не нашлось работы, да и готовить он не умел, а его другу было бы скучно сидеть несколько часов в одиночестве.       — Андрей, знаешь, тут стоит пианино. Я бы хотел поиграть, если ты не против. Просто... настроение сейчас такое.       — Давай, у меня тоже сейчас какая-то меланхолия на душе. Да и думаю ребята не будут возражать, если ты немного разбавишь рабочий процесс прекрасной музыкой.       Кивнув, Антон сел за инструмент и открыл крышку. Играть классику ему не хотелось: за семь лет в музыкалке Бахом, Чайковским и Моцартом он успел наестся по горло. Антон очень любил Homestuck, а особенно музыку из него. Пальцы ударили по клавишам и зазвучала Showtime piano refrain.       Кел чистил картошку и думал о своём, но музыка вырвала шамана из размышлений и остановила нож на полпути. В этот день для него, человека, который прожил всю жизнь в индейском племени, многое было в новинку. Он удивлялся каждый раз, когда видел очередное детище прогресса, а эта музыка добила его окончательно. Зачарованный, Кел застыл, вслушиваясь в игру Антона.       — Эй, всё в порядке? — спросила Женя, потрепав его за плечо — ты чего залип?       — Эти звуки… — он говорил тихо, боясь ненароком спугнуть мелодию.       — А… Это пианино, дружок! Ты никогда не слышал музыки?       — Слышал, но не такую красивую.       — Ха, ну да, мой брат может выжать из этого инструмента максимум. Слушай на здоровье, но помни, что картофан сам себя не почистит.       Музыка послужила для Кела мощнейшим эмоциональным триггером. Переливы нот перенесли его в родное племя, где он вырос и ради которого отдал свою жизнь. Шаман вспомнил свой первый ночной патруль: алый рассвет поднимается над верхушками густого леса, и он ступает босыми ногами по мокрой траве. Рядом с ним его отец рассказывает истории из молодости и учит жизни, а он понимает, что у него обязательно будут такие же приключения, ведь впереди ещё целая жизнь…       Резкая боль вернула его назад на кухню. Летая в облаках Кел не заметил, как случайно порезал палец. Тонкая струйка крови стекала по его ладони, а сам порез неприятно гудел.       — Ой, ты порезался? — удивилась Женя, — всё в порядке? Аккуратнее же надо, дурачок ты мой.       — Всё хорошо, — он сжал раненую руку в кулак и направил туда энергию из тела. Кровь постепенно остановилась, рана быстро зарубцевалась, а лицо шамана начало медленно бледнеть. Кел разжал руку и посмотрел на результат — палец был как новый, — мне надо выйти на улицу и восстановить силы. Я ненадолго.       Он хлопнул дверью, а тем временем Антон плавно перешёл к следующей композиции (Heir of Grief: Piano Arrangement).       Услышав её, Аня невольно вздрогнула, вспомнив один очень яркий день день из прошлого.       — Я давно хотела узнать… — задумчиво спросила она у Жени, — Кел… Между вами всё серьёзно?       — Ну… Я люблю его, а он любит меня. Вот и всё. Знаешь, рядом с ним я чувствую себя как-то странно.       — В каком смысле?       — Сама не знаю. Внутри играет какое-то чувство, которое я никогда не испытывала раньше.       — Это любовь, подруга.       — Возможно. Это мой первый подобный опыт, так что здесь я не могу претендовать на авторитетное мнение.       — Серьёзно?       — Ага. В прошлой жизни было как-то не до этого. Всё моё общение с мальчиками сводилось к поединкам на мечах или в MTG. В обоих случаях я всегда побеждала, а пацаны не любят, когда девчонка надирает им зад. С Келом всё по-другому. Он смотрит на меня не как на «машину для убийств», а как на простую девушку, и мне нравится проводить с ним время, слушать индейские байки и смотреть в его глаза… Я могу болтать с ним всю ночь или просто смотреть на звёзды. Короче, наверное это и есть счастье, и именно он делает меня счастливой.       — Я рада за тебя. Серьёзно. После всего пережитого ты заслужила счастье, — Аня отвела взгляд и улыбнулась.       — Что? — растерянно сказала Женя, — Чего лыбишься?       — Да так… Двухсотлетний индеец-шаман и девятнадцатилетняя девочка из будущего. Идеальная пара.       — Знаешь, я бы сказала что ты та ещё дура, если бы не соскучилась по твоей милой мордашке. Но не думай, что я оставлю эту дерзость без внимания.       Женя взяла из мусорного ведра картофельную кожуру и запустила её в подругу, но Аня успела среагировать вовремя: она вытянула вперёд руку, и кожура повисла в воздухе.       — Ты ведь не забыла, что у меня тоже есть силы? Владею ими я конечно похуже чем твой Ке-е-ел, - она нарочно протянула его имя, - но надеюсь ты проголодалась, потому что сейчас ты поешь этих очисток!       Аня толкнула воздух перед собой и запустила кожуру назад в Женю. Её реакция была ничуть не хуже, и ей удалось увернутся от летящего ошмётка.       — Предлагаю мир, — сказала она, — а то мы запросто можем разгромить всю кухню. Да и твои силёнки не бесконечные.       Кел вернулся с улицы на кухню, и тут же обратил внимание на странное поведение девочек.       — Надеюсь я ничего не пропустил, — сказал он.       — Нет. Наоборот, мы только что закончили обсуждать тебя, - отшутилась Женя.       Тем временем в гостиной Антон, не прекращая играть, обратился к Андрею.       — Помнишь эту песню?       — Ага... - ответил он с тяжестью в голосе, - Я помню тот день, как будто он был вчера. Как же это было красиво...       — Ага, мы тогда знатно заморочились. Даже стырили у моего бати аккумулятор из старой машины.       — И дали Петровичу пятихатку, чтобы он своей паяльной магией сделал так, чтобы от него можно было питать твой синтезатор.       — Да, — подхватил Антон, — а потом, мы перенесли двадцатикилограммовый аккум, мой синтезатор, беспроводные колонки, цветы и прочую мишуру в лес. Мои руки тогда чуть не сошли с ума.       — Но самым сложным было спрятать тебя и подготовить место. Ты тогда в первый раз играл лёжа?       — Ага, а ещё я промок насквозь. Снег в марте имеет два мерзких свойства — таить и мочить всё вокруг.       — Но согласись, это того стоило.       — Не то слово. Ты приводишь её туда. Она стоит, ничего не понимая. Я начинаю играть, и вы танцуете при свете луны. Это было так красиво, что я даже пустил слезу.       — Да ладно тебе... Это было просто неловкое признание в любви. Самое главное ведь то, что ты помог мне с этим. После того дня я понял, что всецело могу на тебя положится.       — В любом случае, я до сих пор радуюсь, глядя на вас с Аней. Как хорошо, что, не смотря на все испытания вы до сих пор вместе!       В сердце Андрея что-то кольнуло. Он не ответил, а его разум растворился прекрасной мелодии, но всё закончилось как только Антон доиграл и закрыл крышку.

***

      Вечером все собрались за ужином. На ферме давно не было так многолюдно, поэтому Ларри и Мистеру Стивенсону пришлось стереть пыль со старого большого стола и вынести его в гостиную. Женя и Аня придали ему более цивильный вид — накрыли белой скатертью, поставили подсвечники, зажгли свечи, хотя на улице было ещё светло, и расставили парадный сервиз, который тоже долгое время томился без дела. Из еды была свежая выпечка от Ани, жаркое от Мистера Стивенсона и пара крупно нарезанных салатов от Жени, приготовлением которых так же руководила Аня. Выбор среди напитков был небогат: либо чай со льдом, либо брусничный морс. Во главе стола сидел хозяин дома, по правую руку от него расположился Ларри, а по левую Аня; Кел с Женей сидели напротив Андрея с Антоном, а место с другого края стола осталось пустым.       Мистер Стивенсон встал и поднял стакан с морсом, а вслед за ним поднялись все остальные. Он с болью и тоской посмотрел на пустующее место.       — Друзья, — сказал он, — Сегодня мы потеряли очень дорогую мне женщину, с которой я прожил практически всю жизнь. Я не прошу вас жалеть меня: то, что случилось — это тяжёлая, но справедливая расплата за мои грехи. Мне хочется попросить у вас лишь одного: сохраните память о моей жене. Вспоминайте её как можно чаще, и тогда она будет жить вечно. Стихии, пусть Луиза обретёт вечный покой.       Они осушили стаканы, молча сели и принялись за еду. Минуту висела гробовая тишина — никто не решался начать разговор первым. Видя это, мистер Стивенсон взял инициативу в свои руки.       — Женя, не могла бы ты ещё раз вкратце описать нам ситуацию с Паразитом? Ты говорила, что его взяли в плен?       — Ага. По всей видимости его жалкие попытки освободиться надоели Старшим Богам, и они послали за ним инквизицию, которая заточила ублюдка и в скором времени отправит эту тварь в родной мир на суд и казнь.       — А что будет с его армией? — спросил Андрей.       — Как нам объяснил инквизитор Маш, — продолжила Женя, — Паразит — это сердце орды чудовищ и без него она обречена. В данный момент все монстры, скорее всего, уже мертвы.       — Значит, — сказал Андрей, — в Лабиринтах стало безопасно и я могу снова заснуть и вернуться туда?       — На твоём месте, — глядя на него, сказал Кел, — я бы больше никогда не засыпал. Из-за тебя погибло много достойных шаманов.       — Давайте не будем начинать… — пригрозила Аня, — мы ведь только встретились, и последнее, что нам нужно — это ссоры… Тем более у нас не было другого выбора. Мы просто не могли сидеть на ферме и ждать пока Паразит прихлопнет нас.       — У Кела и правда есть полное основание злиться на меня, однако хочу сказать в своё оправдание, что иного исхода и правда не было. Тем не менее, теперь в Лабиринтах в какой-то мере безопасно, и я могу вернутся туда ночью и разведать обстановку.       Кел промолчал и с мрачным видом продолжил есть.       — Отлично, — подытожила Женя, — для тебя мы дело нашли.       — А что будем делать мы? — спросила Аня.       — У нас осталась ещё одна большая проблема, — подал голос Антон, — пока меня контролировал этот гад, я видел все его грязные планы. Он готовился к масштабному вторжению на Землю, а для этого нужно было запастись «продовольствием» для его армии. Паразит, хотел устроить бал-маскарад в старом поместье за городом, пригласить туда всех важных людей Бостона, и в течении вечера, по одному перебить их. На следующие утро город должен был погрузиться в хаос и тогда началась бы большая резня.       — Но ведь Древний Бог пал и нам уже ничего не угрожает?       — Не думаю, — сказал Ларри, — Кровожадных монстров ждать не стоит, но Бронзовые Черепа по-прежнему хозяйничают в городе.       — Да, — продолжил Антон, — их культисты лишились силы, но они вполне могут прожить без неё. Более того, без хозяина они станут ещё злее, так что бал состоится несмотря ни на что. План почти доведён до конца, и приглашения уже отправлены.       — И когда всё должно произойти?       — Двадцать пятого июня в шесть вечера.       — Завтра… — сказал мистер Стивенсон, — есть идеи, как предотвратить бойню?       — Можно пойти в контратаку, — ответил Антон, — помимо сливок Бостона, на балу соберётся командование Бронзовых Черепов в полном составе. Мы можем проникнуть туда и нейтрализовать их раньше, чем они убьют своих гостей.       — Хм… интересно, — задумалась Аня, — А как мы это сделаем? Наверное, нам нужно слиться с толпой, чтобы провернуть всё без лишнего шума, а для этого нам понадобится нарядная одежда и маски.       — На этот счёт не беспокойтесь, — ответил мистер Стивенсон, — финансовые расходы я покрою. Поедем утром в город и купим всё, что нужно.       — А как мы попадём на бал? — спросила Женя, — у нас ведь нет приглашений.       — Не забывай, что у меня и у Ани ещё остались силы, - воодушевился Кел, - Мы можем на время создать невидимый покров и проскочить мимо охраны, а внутри нас уже нельзя будет отличить от обычных гостей, так как все будут в масках. Только вот из-за этого мы не поймём кто друг, а кто враг… Бронзовые черепа ведь тоже не дураки.       — Бандиты будут ходить по одному, заманивать гостей в тихое место и убивать их там. А ещё на них будут маски с бронзовой точкой на лбу. Это всё, что я знаю.       — Ладно, думаю и этой информации нам будет достаточно, — подытожил мистер Стивенсон, — Нужно просто смотреть в оба и находить маски с точкой среди толпы. Теперь надо решить, кто из нас пойдёт.       — Однозначно я с Келом, — сказала Женя.       — Без моих способностей вам не обойтись, — сказала Аня.       — Я с вами, — сказал Ларри.       — А вот я не могу, — сказал Андрей, показывая на свою повязку, — а Антону идти слишком опасно. Паразит в его теле командовал бандой, и они наверняка запомнили его. Да, это бал-маскарад, но всё равно риск слишком велик.       — Согласен. Так рисковать не стоит. И тебя, Ларри, я тоже попрошу остаться дома. Я не хочу оставлять ферму без защиты, без обид мальчики. Четверых хороших бойцов для нашего плана будет вполне достаточно.       — Понимаю, — сказал Антон, — мы с Андреем и права слабаки. Особенно я...       — Значит решено, — подвёл итог Мистер Стивенсон, — Я, Аня, Женя, Кел проникаем на бал-маскарад и уничтожаем офицеров Бронзовых Черепов, а Ларри, Андрей и Антон остаются тут для прикрытия. У нас есть день на подготовку.       — Если мы всё решили, то тогда я пойду, — сказал Антон.       — Куда? — в недоумении спросила его сестра, — ты же почти ничего не поел. Я для кого старалась, дурында?       — Мне что-то не здоровится. Давайте я лучше вам поиграю, если вы, конечно, не против.       — Нет, не против.       — Буду только рад.       — Я могу слушать твою игру бесконечно, братуха.       — Бесконечно… — сказал он, садясь за пианино, — а это идея.       Крышка открылась и зазвучала мелодия (Sergey Eybog — Let's Be Friends). Разговоры затихли и все, кто сидел за столом растворились в её звуках словно сахар в горячем чае. Женя положила голову на плечо Кела и прошептала что-то себе под нос.       — Что? — спросил Кел, — Я не расслышал.       — Ничего. Просто наслаждаюсь музыкой и всё…       Эта мелодия заставила Аню задуматься. В её голове промелькнули тысячи мыслей, которые она пыталась прогнать прочь, но у неё это не вышло. Андрей откинулся на спинку стула, слушал игру друга и повторял про себя лишь одно имя, не в силах ничего изменить…       Когда Антон закончил, он тихо встал и ушёл из гостиной. Все молча проводили его взглядами, но никто так и не решился нарушить наступившую тишину…