Слепые чувства

      Лена… Каждую ночь она приходила к нему во снах, не желая отпускать от себя. Олег не был против этих визитов — так он мог вновь ощутить взгляд её бездонных карих глаз, почувствовать прикосновение маленькой, но очень нежной руки и вдохнуть аромат ухоженных волос. Сон был единственным местом, где Олег вновь мог стать счастливыми и согрет душу, но сны лишь плод его тоскующего по лагерю подсознания, и вся эта сказка рано или поздно заканчивалась и превращалась в, как её называл Антон, «суровую реальность». Каждый раз это ужасное осознание резало душу Олега больнее самого острого ножа в коллекции Кости…       Сегодняшний сон был самым ярким и самым насыщенным за всю его жизнь. Ощущения, восприятие, чувства — всё это как будто выкрутили на максимум. Олег в пионерской форме медленно и неторопливо гулял по сосновому лесу, хрустя опавшими пожелтевшими иголками, в сопровождении всего первого отряда и под начальством его бессменного вожатого. Они с Леной нарочно немного отстали от остальных, чтобы немного поговорить по душам.       — Я много думала над тем, — сказала она, беря его под руку, — почему мы вдруг влюбились вопреки всякой логике и обстоятельствам?       — Думаю всё просто, — ответил он, — мы показали друг другу истинное лицо безо всяких масок и эта искренность зажгла в наших сердцах пламя.       — Ого, неплохая речь для простого хулигана.       — Ты же сама прекрасно знаешь, что я всего лишь притворялся хулиганом, но получалось у меня настолько хорошо, что в это поверил даже я сам.       — Да, актёр из тебя вышел бы отличный, — Лена крепко обняла его руку и прижалась щекой к плечу праня, — какие же мы всё-таки разные… Не зря же говорят, что противоположности притягиваются друг к другу…       — Ты действительно считаешь нас «противоположностями»? По-моему у нас, по крайней мере, есть один общий факт…       — Давай не будем спорить, всё равно на это нет времени. Пошли лучше догоним остальных и поболтаем с ними.       Вернувшись к ребятам, которые сделали вид, что не заметила их недолгого отсутствия, Олег с Леной вслушались в речь Кати:       — …но по факту, — говорила она с заметным энтузиазмом в голосе, — мы никогда не видели обратную сторону Луны, и там может оказаться всё что угодно. Конечно, скорее всего, там лишь пустыня да кратеры, но вероятность того, что мы можем найти там базу пришельцев не равна нулю!       — Ты ведь в курсе, — сказал Лёха, — что первые снимки той стороны Луны сделали ещё в конце пятидесятых? И там точно нет никаких тайных баз.       — Ой, да ну тебя, всю магию испортил. Теперь я буду смотреть на Луну зная, что это — всего лишь огромный камень в космосе. Раньше в ней была какая-то пугающая загадка, а теперь…       — Кэт, не расстраивайся, — сказала Даша ласковым голосом, гладя её по голове, — в мире ещё полно интересных загадок. Например, сколько раз нужно ударить человека тяжелым предметом по голове, чтобы он умер?       От таких внезапных слов Олег испуганно поднял голову и посмотрел на пионерку. Она жутко улыбалась, глядя ему прямо в глаза, а левая часть её головы была проломлена. Из ужасной раны, а также из носа и рта Даши, на землю капала кровь. Он испуганно отпрыгнул от неё, но наткнулся на Алю в точно таком же состоянии. Еле волоча ногами, весь первый отряд, с пробитыми головами и тонкой раной на лбу, окружил его, и лишь Лена отличалась от всех остальных: она была мертвецки бледной, а всё её тело покрыли синяки и кровоподтеки. Девушка смотрела на него кровоточащими глазами и сказала:       — Почему? Почему ты не дал мне спокойно дожить жалкий остаток моей жизни? Зачем ты вообще остался в лагере? Почему не уехал со своими лучшими друзьями?       Олег заткнул уши, но её тяжёлый голос проникал прямо в мозг. Не в силах спрятаться от пожирающих живьём взглядов, он упал на землю, закрыл голову руками и закричал.       Стой! Не ставь звёздочки! Мне надо кое-что пояснить. Это — не лабиринты безумия. Эта игрушка бездарного злодея навсегда осталась в первой арке. Я же просто захотел сделать небольшую отсылку и создал похожее воспоминание. Вот теперь можно.

***

      Тьма… Почему Андрей ощущает себя как во тьме? Почему все эмоции и чувства вдруг окрасились в чёрный? Наверное всё дело в этом амулете и Древнем Боге, заточённом в нём. Источник его силы — тёмная сущность, которая не может чувствовать ничего, кроме гордости и злости. Паразит ненавидит всех, кто не подчиняется его воле. Не удивительно, что вместе с его мощью Андрею досталась и эта ужасная черта.       А если нет? Если всё это — лишь проявление его внутренней гордости? Вдруг Паразит тут не причём? Вполне возможно, что Андрей стал таким лишь из-за того, что внезапно обрушившаяся на него сила показала его истинное лицо, спрятанное за маской разума. Что, если мощь Древнего Бога — это лишь бензин, которым щедро полили тлеющих костёр внутренних чувств? Но что будет, если эта гипотеза окажется истиной? Как он тогда сможет смотреть в глаза бывших друзей или хотя бы в зеркало? Нет, для собственного же блага, ему лучше даже не пытаться найти ответ на этот вопрос. Какая разница в чем причина, если его уже вряд ли кто-то сможет простить. Так что пусть всё остаётся как есть.       С тех самых пор, как Андрей проснулся в этом сыром подвале, он мечтал лишь об одном: пошевелить отекшими и неприятно гудевшими руками, но несмотря на все его старания попытки так и остались попытками. Парня подвесили к стене, заковав его руки в тяжелые и плотные железные рукавицы до самых плеч. У них была всего одна задача — не дать ему пошевелить даже пальцем, и они справлялись с ней на все сто. От отвратительного запаха сырости и ощущения пустоты в желудке Андрея пару раз чуть не вывернуло наизнанку. Таким беспомощным он себя ещё никогда не чувствовал.       Тяжёлая дверь просторной камеры открылась, и к нему «в гости» пришла небольшая делегация из пяти человек, возглавляемая самим Ваней.       — Ну здарова, Андрюша, — сказал он с неприкрытым торжеством и предвкушением, подойдя к нему практически вплотную, — я иду к тебе как к эксперту… Помнишь, что было в конце этого разговора? — Ваня с размаху ударил Андрея по лицу. Из носа пленника, капая на холодный пол, начала литься кровь, — и нахрена ты тогда подошёл ко мне с таким неприятным и притянутым за уши наездом? Впрочем, не важно, мы уже давно не те люди, что сидели в том классе. Только вот… умнее ты явно не стал. До сих пор не могу поверить, что у меня получилось поймать тебя с помощью такой примитивной уловки с загримированным двойником. Однако, скажу честно, твои способности меня… неплохо так впечатлили. Не знаю, где ты их достал, потому что лично мне, кроме того портала, вообще ничего паранормального не попалось. Хотя у меня есть своя армия, так что в какой-то степени наши силы можно считать равноценными.       — С каких пор ты стал таким разговорчивым, анимешник чёртов? — из последних сил прошептал Андрей, нарочно брызгая на Ваню кровью, которая скопилась на его губах.       — Я всегда был разговорчивым, просто до этого говорил лишь с самим собой. Хоть этот город и сломал меня окончательно, но вместе с этим он дал мне новую жизнь и друзей, которых я не хочу потерять, и ты поможешь мне с этим.       — Хрен тебе. Лучше просто убей меня и забери амулет.       — Сначала мы тоже думали сделать так, но потом нашли решение куда лучше. Позволь сделать тебе небольшой подарочек, — человек в халате, подошёл к Андрею и надел ему на шею что-то вроде ошейника с тяжёлой и громоздкой пряжкой, — мы знаем, что парень ты гордый и ни за что не согласишься сотрудничать с нами, но, как бы это удивительно не звучало, ещё остались люди, которым дорога твоя жизнь.       В подвал, сопровождаемая двумя гвардейцами и Марией, вошла Женя, сверкая грозным и злым взглядом. Меча при ней не было, а под белой рубашкой на её правом плече виднелись бинты. Она встала в стороне, испепеляя Ваню огненным взором, но не в силах сказать ему хоть что-то.       — Как вы оба, наверное, уже догадались, — продолжил он, — сейчас мы прицепили на шею Андрея полкилограмма взрывчатки. Это, — он потряс в воздухе небольшим пультом, — один из трёх детонаторов. Два других находятся у верховного главнокомандующего и генерала Смит. Женя, слушай внимательно, сейчас будет важная для тебя информация. Каждый пульт синхронизирован с жизненными показателями его владельца. Владелец умрёт — прогремит взрыв. Владелец будет недоволен и решит нажать на кнопку — прогремит взрыв. Попытаешься снять ошейник с шеи Андрея — прогремит взрыв. Проникнешь в этот подвал без нашего ведома — прогремит взрыв. Тебе нужен живой Андрей, а нам надо прорваться на ту сторону портала, так что давай поможем друг другу.       — Никакая это не помощь… — хоть вид Жени оставался грозным и неприступным, но в её голосе читалось явное отчаяние, — Вы просто хотите воспользоваться мной и моим мечом, как марионеткой.       — Ты всегда можешь отказаться… — ответил Ваня, — и тогда мы оба заработаем проблем: нам придётся долго разбираться с тем, как работает сила Андрея, а ты так и не получишь ответы на свои вопросы, ведь мёртвые не разговаривают. Даю тебе личную гарантию — нам по барабану на то, что произошло между вами, и Андрей мне сдать не сдался. В первую очередь меня заботит лишь благо Города Чести, а для этого нужно раз и навсегда покончить с мятежом. Ещё на том совете, куда ты так уверенно и нагло ворвалась, я предложил тебе сотрудничество, но получил отказ. Теперь же мне пришлось немного подтолкнуть тебя в нашу сторону. Обещаю, как только мятеж будет подавлен, мы пожмём друг другу руки и разойдемся.       — Что-что, а руку я тебе жать точно не буду, царёк хренов. Зря я тогда завалилась на ваш круглый стол… Побеспокоилась о простых людях, называется! Ладно, я сделаю то, что ты хочешь, но вместе с этим искренне желаю тебе помереть в ужасных муках.       — Добро пожаловать в местную иерархию, генерал Евгения Иванова, — не обращая внимания на её угрозы ответил Ваня, — ну а что касается тебя, — он покосился на Андрея, — поручаю твою жалкую жизнь Марии. Она — настоящий эксперт в области поддержания пленников в сознании. Женя, можешь быть спокойна — случайно этот придурок не умрёт. Господин первый управляющий, помните что изучение его амулета это — первостепенная задача, так что даю вам полные полномочия — можете привлекать для своих исследований сколько угодно средств и людей. Все свободны.

***

      Страх… В первый раз за всю жизнь Олег вскочил с постели от кошмара. До этого он был уверен в том, что это лишь киношный стереотип, который придумали для эффектного кадра, но все мифы стали правдой после того как настоящий ужас пришел к нему во сне. Ещё пару минут у него ушло на то, чтобы отдышаться, сообразить что случилось и где он находится.       Стоило Олегу немного оглядеться, как его захлестнули воспоминания из раннего детства: ему пять и родители привезли его погостить к бабушке в далёкую деревню. Хоть это и был совсем другой дом, но по факту он ничем не отличался от бабушкиного: та же скрипучая кровать с железной сеткой, деревянная мебель, старые книжки на полках и большой красный угол с потухшей лампадой. Теплота от детских воспоминаний нахлынула на него, но она быстро развеялась, лишь стоило Олегу вспомнить то, что было дальше. Они с родителями погостили всего неделю и уехали назад в город, а месяц спустя бабушка умерла от той же болезни, от которой через несколько лет сгорит и его отец. Дом, вместе с участком, был продан, и никто не знает, что теперь стоит на его месте.       Из соседней комнаты доносился знакомый ласковый голос теперь уже из совсем недавнего прошлого. Он запомнил Аню далеко не такой, какой встретил сегодня и эта перемена его очень сильно поразила… Олег сел на кровать и прислушался. Девушка читала вслух книгу:       «…Акула судорожно забилась, почувствовав, что её вытаскивают из родной стихии. Но это не испугало матросов; они живо справились с её яростью, накинув акуле на хвост мёртвую петлю. Через несколько минут акула была поднята на палубу. Тот час к ней подошёл осторожный матрос и… ты слышал? Кажется он проснулся. Олег?» — негромко спросила она, — «Мы тебя разбудили»?       — Всё нормально, — ответил он, потирая глаза, — я сам встал.       — Хорошо. Иди к нам, у нас тут горячий чай. Поболтаем.       Зайдя на кухню он наконец-то смог рассмотреть Аню получше. Определённо, это была уже не та Аня, которая отпечаталась у него в памяти. Дело было не только в её чёрных волосах до плеч или татуировке птицы на правой стороне шеи. Взгляд, черты лица и даже манера держаться — все это изменилось в лучшую сторону. Раньше, в компании Кости, от неё исходила аура красивой, немного распутной и недосягаемой «тёлки». Сейчас же, сжимая кружку с чаем и наполовину укутав ладони в рукава тёплого свитера, она производила впечатление милой и доброй девушки, а в её голубом взгляде были видны осколки недавно разбитого сердца.       — Держи, это твоё и только твоё, — сказала Аня, протягивая ему фотографию, — прости, что на время забрала её у тебя.       — Ничего… — ответил Олег, принимая фото и кружку с чаем из её рук, — но она и правда очень дорога для меня, наравне с ещё одной вещью, которая сейчас…       — Давай начнём с самого начала, — Аня аккуратно прервала его, дабы остановить начавшие закипать эмоции, — это Кел, — шаман тихонько кивнул в ответ, — а мы с тобой давно знакомы… Но этого мало, нам нужно не только знать, но и понять друг друга, поэтому давай расскажем, как нас троих покалечила эта игра…       Они говорили до самой темноты, изредка прерываясь на слёзы. Олега до глубины души поразил рассказ Ани, а её — история Олега. Хладнокровно выслушать его не смог даже Кел, и под конец он немного заразился ненавистью к жестокому Косте. Как только история бывшего пионера подошла к концу, Аня спросила:       — Послушай, это очень важно… Ты уверен в том, что встретил на своём пути именно Антона?       — На все сто. Я помню этого парня ещё со старой жизни, и он лично подтвердил мне, что является братом Жени и вашим другом. Его меч остался у меня в машине, думаю она заинтересуется им.       — Ты прав, но Женя пропала где-то пять дней назад, — с грустью сказала Аня.       — Она вернётся, — добавил не терявший надежды Кел, — и новая информация о брате обязательно обрадует её. Судя по твоему рассказу мощь древнего бога и правда свела его с ума, но в будущем он наверняка вернётся и научится держать эту мощь под контролем. Наконец-то Женя сможет успокоиться…       — Хорошо, я обязательно дождусь её вместе с вами. Только вот согласны ли вы принять такое ничтожество в свой дом?       — Не моли чепухи, — ответила Аня, — у тебя есть очень полезная способность замедлять время и ты будешь крайне полезен во время вылазок. Тем более, еды и места тут хватит даже на небольшое племя. На севере, с твоих слов, ведь целая армия живёт припеваючи.       — Спасибо за гостеприимство… Чем мы тогда займёмся, пока ждём Женю? Вы ведь не знаете, когда именно она вернётся.       — А чем хочет заняться твоё сердце? — спросил Кел.       — Оно хочет только одного: уничтожить эту троицу.       — Думаю мы тебе поможем, — сказала Аня, сжимая кружку и прогоняя в памяти рассказ Олега, — всё равно Костя с дружками не дадут нормально разобраться с тем, что мы должны сделать на втором этапе. Они слишком долго отравляли своим присутствием этот город и заслужили наказание… Наверное…       — Только… — добавил шаман, — не заставляй нас марать руки. Мы поможем тебе поквитаться за прошлое, но превращаться в убийцу у меня нет никакого желания.

***

      Тепло… Впервые с момента импульса Петя наконец-то испытал внутри себя умиротворяющую теплоту. Сейчас, когда его руки грел небольшой костёр, душу — сидевшие рядом друзья, а все проблемы остались на базе, он проживал лучшие минуты в жизни.       Разобравшись с небольшим ЧП, ребята продолжили путь и добрались до дома Васи. Там он нашёл то, что хотел раздобыть с самого первого дня их путешествия — гитару и одну из своих скрипок. Они решили провести этот тихий зимний вечер в компании друг друга, ведь скоро их захлестнет настоящий водоворот событий, и на душевные посиделки уже не останется времени.       — Я ненавидел наш город всей душой, — сказал Петя, глядя на ясное звездное небо, — но, признаю, без людей он не так уж и плох…       — Без людей? — ответил Вася, прижимая Риту к себе, — то есть сейчас ты сидишь в полном одиночестве? Оглянись вокруг, дело было не в людях, а в тебе. Ты повзрослел и изменился…       — Возможно ты прав. Только вот оставаться здесь я всё равно не хочу. Город Чести для ПМЖ нравится мне куда больше, надо лишь покончить с трутнями.       — Может сейчас не лучшее время для разговоров о войне? — сказала Рита, ещё сильнее сжимая руку Васи, — успеем ещё.       — Извините, просто у меня уже бзик на этой теме. Например, в этих кустах получилось бы хорошее место для засады, а тот дом может стать отличной снайперской позицией.       — Петя…       — Ладно, замолкаю. Раз уж обо мне говорить нельзя, то давайте поговорим о вас? Как там ваши… отношения? Не истощились за год?       В ответ они поцеловались, заставив Петю инстинктивно зажмуриться и вскрикнуть:       — Ай, серьёзно?! Вы в курсе, что нет ничего отвратительнее, чем сосущиеся школьники? У меня ведь теперь эта картина из головы не вылетит! И почему с вами я постоянно чувствую себя третьим лишним? Вы уже всё? А-а-а! Открывать глаза было ошибкой. Ну сколько можно липнуть друг к другу?       — Годы идут, а ты всё тот же… Знаешь, хоть мы ни капли не изменились внешне, но нам уже давно не шестнадцать, — сказала Рита.       — Наконец-то вы размагнитились… Разумеется я буду всё тем же Петей. В отличие от вас, для меня с момента нашего расставания прошло чуть больше недели. Так, мне срочно надо вас чем-то занять, чтобы это ужасное зрелище больше не повторилось. Василий, будь добор, сыграй нам. Я кучу раз слышал, что в этом городе тебя называют мастером скрипки, так что я требую пруфов.       — С радостью. Думаю, вы не пожалеете.       Он достал из футляра тёмно-коричневую скрипку и привычными движениями на слух её настроил. Затем Вася натёр смычок канифолью и положил инструмент на плечо, готовясь извлечь первый звук…       Неожиданно для всех, скрипка взорвалась в его руках, поранив осколками лицо и руки парня. Петя инстинктивно отпрыгнул от костра и достал из кобуры небольшой пистолет.       — Я здесь! — весело махая ему рукой, кричал Костя. Он медленно приближался к ним, сверкая фиолетовыми зрачками.       Петя, сохраняя хладнокровие, снял оружие с предохранителя и сделал восемь точных выстрелов ему в голову, но тому было всё равно — он всё так же продолжал идти на них как ни в чем не бывало.       — Спокойно, я хочу всего лишь поговорить, — сказал Костя, заходя в свет костра и показывая всем свою серую кожу, — камень. Не пробьешь, по крайней мере этой пукалкой. И так, ситуация следующая: мой кореш занял позицию в том доме и по моему сигналу готов разнести вам всем головы тремя меткими выстрелами. Убить вас было бы проще всего, но ваша армия мне ещё пригодится, так что предлагаю сделку: ты отдаёшь мне свой медальон, а мы с пацанами оставляем вас в живых и уходим. Ну или можешь выпустить свою ярость и попытаться убить меня, но тогда вы все тут же станете холодными трупами. Ну, что выберешь?       С тяжёлым сердцем и искреннем желанием стереть эту троицу в пыль, Петя нехотя сорвал с шеи кулон и бросил его в сторону Кости.       — Молодец, — улыбаясь, сказал он, — ты сделал правильный выбор. Засеките пять минут, и только после этого можете залезть в свою машину. Удачи.