VI - Влюблённые
13 февраля 2022 г., 18:35
— Наконец-то наши внутренние дела улажены, и мы можем вновь переехать в этот замечательный особняк, — сказал Ваня, усаживаясь во главе Т-образного стола. Помимо него за столом сидели всего два человека: Егор и Женя, — и так, давайте сразу же перейдём к главному — наступление за портал, — он посмотрел на Женю, опустившую голову в тяжёлых размышлениях. Она была одета в точно такую же генеральскую форму, какую носила Мария, а перед ней лежали ножны с её мечом, — Егор, для начала просвети нас и расскажи, как обстановка на той стороне портала?
— За те двенадцать часов, что прошли с момента захвата Андрея, мы отправили на ту сторону три разведывательные роты, при поддержке трёх Скорпов. В итоге мы потеряли все машины и восемьдесят процентов солдат, но зато теперь нам известно наверняка, что мятежники даже не планируют переходить в наступление. Их стратегия проста: занять плотную оборону вокруг портала и не пропускать нас за него, впрочем, при таких мизерных силах это единственное верное решение.
— Генерал, — обратился Ваня к Жене, — расскажи ещё раз, что за мир ждёт нас на той стороне?
— Не называй меня так, я не твоя пешка… — буркнула она.
— Ты не в том положении, чтобы возражать. А сейчас, будь добра, ответь на мой вопрос.
— С той стороны находится наш старый город. Сейчас там вовсю бушует зима, поэтому вам стоит принять соответствующие меры. Что касается других людей — все, даже домашние и дикие животные, куда-то исчезли. Из живого там лишь небольшая армия, как вы их называете, «мятежников», — она показала кавычки в воздухе, — да остальные игроки: мои друзья и они. Я знаю, что тебе, царёк чёртов, плевать на мои просьбы, но пожалуйста не трогай Аню и Кела.
— Ты права — мне плевать. Сдадутся — никаких вопросов, доставлю их к тебе в целости и сохранности, но если твои друзья начнут убивать моих людей — им не жить. А теперь, — Ваня резко переключился с Жени на Егора, — обсудим что мы будем делать после прорыва.
— Спешить точно не стоит. Мятежников мало, поэтому спокойно подтянем резервы, организуем хороший плацдарм, а затем…
— Стойте, стойте, — перебила их девушка, — я ведь ещё не договорила.
— Всё что нам надо мы от тебя уже услышали.
— Разве вам не интересно узнать про финальный этап игры? Помните, в самом начале Левиафан рассказал нам про какого-то Колосса и Величайшую Награду?
— Если честно — мне всё равно, — бросил Ваня в ответ, — сейчас меня заботит лишь благо города.
— Да брехня это всё! — Женя резко вскочила с места, — тебе просто хочется потешить эго и куда-то выплеснуть силу, которая совершенно случайно оказалась в твоих руках. По рассказам Андрея, пока он ещё был в здравом уме, я поняла, а после того, как попала к тебе в плен лишь убедилась в том, что ты — просто самодовольный павлин, возомнивший себя лучше других.
— Женя, сядь, — с непроницаемым выражением лица приказал Ваня, достав из кармана пульт. У него внутри кипела целая буря эмоций, а перед глазами стояло лицо Седьмой, но он не позволял всем этим чувствам взять над ним верх, — отчасти ты права — я и правда презираю многих, особенно Жертвенников, но не из-за того, что я лучше их, а из-за того, что они хуже меня. В этом городе полно хороших людей, причём даже среди простых рабочих, но вместе с этим тут полно сброда и моя главная задача — избавить наше общество от этой раковой опухоли. Мои мысли поддержали почти все трутни, а поступили ли бы они так, если бы, как ты выражаешься, всё это были бы лишь «мои загоны»?
— Он прав, — сказал Егор, — мятеж — это настоящее олицетворение мышления жертвенника. Гораздо проще обвинить власть в своих проблемах и объявить ей войну, нежели просто признать собственную убогость. Конечно, трутни тоже далеко не идеальны, но, в отличие от этих пьяниц, нам не стыдно признавать ошибки и учиться на них.
— Ладно, хватит спорить, — сказал Ваня, — трутни и жертвенники — две противоположности, между которыми никогда не будет компромисса. Либо мы уничтожим их, либо они нас. Сразу после прорыва начинайте готовить плацдарм для дальнейшего наступления. Большая часть мятежников, с высокой вероятностью, отступят, как только поймут, что портал им не удержать, поэтому, прежде чем бросаться в погоню, надо нарастить как можно больше боевой мощи. Мы должны воспользоваться численным превосходством на все сто и задавить их массой. Затем, когда с восстанием будет покончено, сравняйте этот городок с землёй. Мы построим на его месте колонию, куда будем ссылать жертвенников, но это надо обсуждать уже на полном составе. А пока — все свободны. Егор, ты сейчас пойдешь в подвал к Марии? — он кивнул ему в ответ, — отлично, тогда попроси её подготовить для меня список проверенных кандидатов на роль начальника полиции.
Парни вышли из зала собраний, оставив Женю наедине с собой. Едва сдерживая слёзы, она положила голову на руки, пытаясь сопротивляться отчаянному желанию снова увидеть Кела и Аню.
***
Шеренга из шести Скорпов пересекла городскую черту и через покрытые снегом поля направилась на север. В машине под номером один на привычных местах сидела взволнованная, но не потерявшая своей былой бдительности троица. — Штаб, доложите о состоянии отхода, — спросил по радиосвязи Петя. — Все подразделения заняли позиции на северной окраине города, а Семнадцатая дивизия отступила за городскую черту и нашла там что-то странное. — Да, мне уже доложили. Мы с первой группой направляемся туда, чтобы увидеть всё своими глазами. Кто остался возле портала? — Две группы прикрытия, готовые в любой момент покинуть позиции по вашему приказу. — Когда было последнее нападение со стороны города? — Два часа назад. — Хм… С недавнего времени они активизировали набеги… — размышлял он вслух, — Напали уже три раза с промежутком в четыре часа… Узнаю почерк трутней, похоже они что-то готовят, но у нас тоже уже всё готово… Дождитесь следующей атаки, она должна произойти примерно через два часа, и отходите, не дожидаясь моего приказа. — Есть. — Мы подъезжаем, — сказал Вася, — вижу машины семнадцатой дивизии. Нас встречает вторая группа. — Штаб, соедините нас со второй группой семнадцатой дивизии по внутренней связи. Вы меня слышите? — спросил Петя, — Вторая группа? — Так точно. — Покажите нам фигню, которую вы нашли. — Следуйте за нами, только осторожно. Сбавьте ход и сохраняйте бдительность. Вот, видите там, на горизонте? — Что за… Мне кажется, или… — Вам не кажется. Это — край света. Мы уже разведали обрыв: выглядит крепко, но подходить к нему на Скорпах опасно. Если хотите увидеть всё из первого ряда, то оставьте машины там же, где и мы. Как бы абсурдно это не звучало, но ребята всё ближе и ближе подбирались к горизонту. Эта воображаемая линия пересечения неба и земли медленно приближалась, и в какой-то момент начала напоминать морскую гладь. Вскоре эта иллюзия рассеялась и, приблизив картинку, Петя смог отчетливо разглядеть обрыв в пустоту. Последовав совету второй группы, ребята покинули машину и подошли к краю в сопровождении солдат. Видеть такое же синее небо под ногами, уходившее на много километров вниз было… странно. Рите хватило лишь одного взгляда, чтобы у неё не на шутку разыгралась боязнь высоты и страх неизвестного. Они поспешно отошли от края на безопасное расстояние, и Петя сказал: — Как бы то ни было, нашу основную задачу эта находка не меняет, она лишь говорит о том, что отступать некуда. Ещё успеем разобраться с этой чертовщиной, а пока действуйте по плану: Семнадцатая дивизия — разбейте лагерь максимально далеко от городской черы. На сколько у вас хватит провизии? — Мы обнесли все продуктовые точки в северной части города и наскребли еды на три дня. — Хорошо, но, думаю, мы атакуем гораздо раньше… Чего? Вас совсем не заинтересовало то, что вы только что увидели? Серьёзно? Вам НАСТОЛЬКО пофиг на игру? Конечно, ведь внутренние конфликты куда важнее! — Чей это голос? — спросил солдат из Семнадцатой дивизии, — как будто говорит прямо в голову… Да и откуда так внезапно туман налетел? — Не знаю кто это, — ответил Петя, — но в прошлый раз после его слов на нас напали Морфы. Все по машинам! Что ж, давайте немного поднимем ставки. Встретьтесь лицом к лицу со своим заклятым врагом! — Командир? — нервно, чуть ли не срываясь на крик, сказал один из пилотов первой группы, — Командир, вы здесь? — Да, — ответил Петя, ловко запрыгивая в кресло и за считанные секунды застегивая ремни, — доложить обстановку. — Там… — нервы пилота окончательно сдали, — он… Из клубов плотного тумана, примерно в полукилометре от Скорпов, вынырнула знакомая стометровая туша морфа класса S. Каждая могучая нога этого жука, шагая, зарывалась на пару метров в промерзшую почву, сотрясая все вокруг и вызывая неприятный звон в ушах. Два будто стеклянных шара-глаза уставились на одну точку — командирский Скорп под номером один. — Теперь ты от нас не уйдёшь, — Петя гневно сжал кулаки, а его голос буквально наполнился решимостью от всплывших в голове образов Белова, майора и других друзей, погибших по вине этого жука и трусости трутней, — Видимо он иднт прямо на меня, поэтому план действий такой: первая гвардейская группа ЗОА будет приманкой. Мы заманим его поближе к себе, а вторая группа Семнадцатой дивизии зайдет к нему сбоку. Затем, когда он почти догонит нас, по моей команде дружно залезаем под брюхо твари, благо на Земле Чёрных Песков не бывает, и бьём в его слабое место. — Вы уверены, что оно там есть? — спросил один из солдат. — Я ЗНАЮ, что оно там есть. Белов отдал свою жизнь ради получения этой информации, и сегодня его жертва наконец-то перестанет быть напрасной. Вперёд! Двенадцать машин разбились на два отряда и двинулись в разные стороны. Как и предположил Петя, Морф, не сводивший с него взгляда, целенаправленно шагал к нему. Вася, впервые за долгое время, перевёл газ в максимальное положение и Скорпы понеслись со скоростью более шестидесяти километров в час, но против огромных ног чудовища у них не было шансов. С каждым шагом постепенно приближающегося к ним жука, земля начинала трястись всё сильнее и сильнее. Триста метров. Двести. Теперь ребята буквально чувствовали на себе ударные волны, идущие по земле от его ног. Сто метров. Толчки стали сильнее, и их машину начало слегка подбрасывать. — Вторая группа, готовы? — хладнокровным и спокойным голосом спросил Петя. — Да, мы движемся в пятидесяти метрах от его левого бока. — Первая группа, по моей команде, когда он сделает следующий шаг, резко разворачиваемся и проходим между ног. Стрелки, приготовьтесь искать слабое место, оно должно быть где-то у головы. Не факт, что наши ракеты справятся по-одиночке, поэтому залп даём синхронно и только по моей команде. И… Пошли! Одна из передних ног зарылась в почву где-то в пятидесяти метрах от Скорпов. Пока Морф, со страшным гулом и грохотом, вытаскивал из земли вторую, вся первая группа развернулась одним мощным прыжком. Резкая встряска на короткое время дезориентировал Васю, но он, уже привыкший к таким манёврам, быстро пришёл в себя, и вновь дал максимальный газ. Их группа проскочила под ногой жука и ворвалась в тень его панциря, где чуть не столкнулись со второй группой. — Вижу цель! — разом сказали все стрелки. — Подтверждаю, — ответил Петя, выводя себе на экран изображение светло-синего просвета в панцире, сквозь который был виден чёрный силуэт огромного сердца Морфа, — по моей команде всадите в него все ракеты, что у вас есть. Огонь! Раздался пронзительный свист и около пятидесяти небольших ракет устремились вверх из двенадцати жал. В сотне метров над землёй прогремела целая череда взрывов, которую заглушил оглушительный цокот чудовища. Он был настолько громким, что пилотам, защищенным звукоизоляцией Скорпов, пришлось инстинктивно заткнуть уши. В следующее мгновение на их машины обрушился настоящий дождь из зелёно-синей слизи, а Морф, занесший правую ногу в очередном шаге, замер и начал медленно наклоняться влево. — Всем развернуться в сторону моей метки! — приказал Петя, — Уходим отсюда как можно быстрее! Сейчас эта туша упадёт! Они успели отбежать почти на сотню метров, прежде чем труп Морфа грохнулся на землю. Это был самый сильный и самый мощный толчок, от которого у всех пилотов заложило в ушах и потемнело в глазах, но после него на поля за городом опустилась гробовая тишина. Браво. Труп огромного жука растворился в воздухе, но на это никто не обратил внимания. — Все целы? — Спросил Петя, и продолжил, после того, как получил одиннадцать утвердительных ответов, — так ему, этому уроду! Я бы помочился на твой труп, но мне лень тратить на это силы. Все группы: возвращаемся и продолжаем готовиться к наступлению на трутней.***
Время? Время… Что это такое? Тонкая нить, что связывает прошлое и настоящее, завтра и вчера, жизнь и смерть? Возможно. Каждый из нас тянет свою нить времени, перекидывая её от настоящего к настоящему, и чем больше таких переходов, тем красивее и прекраснее получается узор жизни. Смотри вперёд, в светлое будущее, скачи вверх и вниз по холмам настоящего и изредка оглядывайся назад, чтобы сделать выводы. Но что делать, если «сейчас» тянется бесконечно? Как быть, если впереди лишь тьма, а часы, как один, походят друг на друга. Им не видно конца, они слились в плотную, тягучую массу, и назвать эту жижу «временем» уже не поворачивается язык. Выход из такой ситуации лишь один: бежать спиной вперёд, с тоской и болью в глазах смотря на то, что осталось позади… Сознание Андрея уже давно покинуло его распятое на стене и закованное в плотные рукавицы из неизвестного сплава тело. Вокруг него ходили какие-то люди, которые время от времени щупали его пульс и делали уколы в шею. Поначалу он даже пытался сопротивляться, но чем чаще тонкая иголка шприца протыкала его кожу, тем сильнее становилось безразличие. Пока в теле Андрея поддерживали слабый огонек жизни, его разум пытался найти ответ на бесконечные вопросы: почему она разлюбила его? Почему он не может произнести её имя даже про себя? Почему, несмотря на огонь любви, который горит, горел и будет гореть в его сердце, он попытался убить эту чистую девушку? И, наконец, почему ему ТАК стыдно за это? Есть только две возможные причины: Паразит или истинное лицо Андрея? И опять всё упирается в эту злосчастную дилемму. Интересно, как бы её решил Антон? Разумеется, в своём фирменном стиле: либо бы просто забил на проблему, либо подошёл к её решению самым радикальным способом. Впрочем, он ведь именно так и поступил, бросив его один на один со своей сестрой. А почему Андрей пытается убить её? Животный инстинкт, или потаённые желания? Ну вот опять… — О, здраствуйте, господин президент, — Мария вытянулась посреди сырого подвала и жестом прогнала крутящихся вокруг пленника врачей и гвардейцев, — извините, я ещё не приступила к отчёту. Мы погружали Андрея в транс, и я должна была лично контролировать весь процесс. — Ничего страшного, — ответил Ваня, подходя медленным шагом к центру комнаты и волоча за собой стул, — я всё понимаю, у вас сейчас полно работы, генерал. Расскажите мне про его состояние, — он кивнул в сторону Андрея. — Формально он находиться в сознании, но не может контролировать своё тело, поэтому даже в случае возникновения ЧП пленник не представляет никакой опасности. Также мы регулярно снабжаем его тело разными препаратами, чтобы руки не затекали, тело не ныло и так далее. — А кормите как? — Ваня «оседлал» стул и сложил руки на его спинке. — Насильно. — Избавь меня от подробностей. Самый главный вопрос: он точно случайно не помрёт в этих адских условиях. — С уверенностью могу заявить, что вероятность такого исхода равна нулю. Если Андрей и умрёт, то лишь от ваших рук. — Хорошо, можешь быть свободна. Займись отчётом и вели отключить всё, что может подглядывать и подслушивать, пока я здесь. — Разрешите поинтересоваться зачем? — Хочу переговорить с ним наедине и без лишних глаз. Правда в таком состоянии он, скорее всего, даже не услышит меня, но так даже лучше. — Как прикажете. Я дам сигнал, как только отключу наблюдение. Мария вышла из подвала и через пару минут из динамиков по углам комнаты раздался протяжный гудок. — Андрей, Андрей… Что ж ты делаешь со мной? — глаза Вани, в которые для фотогеничности искусственно добавили голубизны, опустились вниз, — жил я в этом городе, не тужил, а потом пришли вы с Женей… Эх, а всё ведь было так хорошо… Честное слово, будто не я тебе врезал, а ты мне во второй раз. После того удара я вдруг понял, что в моих руках, — он до побеления сжал кулаки и посмотрел на них, — сила не хуже твоей. До этого всё было как-то проще — несмотря на то, что творилось вокруг, я в первую очередь, находился в кругу друзей, где мы, между делом, решали городские вопросы, но теперь… Теперь я вижу в них лишь подчиненных. Вначале это была лишь мимолетная мысль, граничащая с шуткой: «как хорошо, что я не такой, как ты, Андрей», но она продолжала приходить ко мне в голову и с каждым разом в ней становилось всё меньше и меньше иронии. Всё больше я начинаю задумываться о своих возможностях, особенно по отношению к Жене. Так уж сложилось, что ты, хотя, скорее, судьба её брата, ей далеко не безразлична. Соглашусь, я поступил очень подло, и натурально взял её в своё рабство. Она — моя рабыня, готовая сделать всё, что я ей прикажу, — голос Вани дрогнул и он перешёл на шёпот, — Понимаешь, ради своего брата она будет готова буквально на ВСЁ! Ты даже не представляешь, какие ужасные идеи приходят мне в голову! Однако сейчас я формирую их в ключе: «как хорошо, что я никогда не опущусь до такого уровня», но, Андрей, я боюсь… Боюсь, что однажды они из «я никогда не» превратятся в навязчивое желание. Боюсь, что у меня не хватит силы духа перебороть его и тогда, — к его горлу подступил ком, и он перешёл на шёпот, — я превращусь в очередного диктатора, который сдохнет от пули в затылок в какой-нибудь канаве. И как я тогда посмотрю ей в глаза? В глаза той девушки под номером семь, чьё даже не знаю имя… — Ваня закрыл лицо руками, а его тело начало вздрагивать от хаотичных всхлипов, — ну зачем вы сюда припёрлись? Зачем показали на пулемёт в моём подвале? Да и зачем я вообще открыл эту чёртову игру? В дверь тихонько постучали. Ваня выпрямился, рукавом пиджака смахнул с щеки слезу и собрал все остатки воли в кулак, которых хватило лишь на то, чтобы сказать непринуждённым тоном всего две буквы: — Да? — Прошу прощения за беспокойство, — в проём просунулась голова Егора, но Ваня сидел спиной к двери, поэтому он не мог увидеть его лица, — срочные новости. Четвёртая разведгруппа вернулась. Потери всё те же, но и с той стороны портала всё по-старому. Все готово, Женя на своей позиции. Можем начинать по твоей команде. — Десять минут, — Ваня сделал долгую паузу, чтобы отдохнуть и восстановить силы в голосе, — я дам указания. — Хорошо. Дверь с лёгким скрипом закрылась, и этот звук послужил сигнальным выстрелом. Перед Ваней вновь всплыл образ Седьмой, и он, поддавшись порыву, вновь опустил голову.
