Полюби меня до мурашек

       — Не волнуйся.        — Да не волнуюсь я, — шипит Тэ.        Их перепалка началась еще в машине, когда Чонгук хотел придать парню уверенности, но вместо этого Тэхён стал себя накручивать больше, чем до его пламенной речи. Мужчина не торопит его, пока парень поправляет слегка завитые от влажности волосы, пальцами разделяя прядки волос.        — Ты выглядишь обворожительно, — шепчет, оставляя легкий поцелуй за ухом, руками попутно поправляя чужой шарф.        — А если я с ними не подружусь? Вдруг скажут, что я не подхожу тебе?        — Мелодрам пересмотрел? Они мои друзья, не родители, да и я, взрослый состоявшийся человек, выбирать в любом случае не буду. И от тебя не уйду, даже если один из них будет бухтеть из-за ревности к твоей красоте, — оставляет на затылке успокаивающий поцелуй. — Пойдем, — Чон открывает дверь в кафе, пропускает парня вперед и заходит следом, взглядом начиная искать друзей.        Музыканты стоят на сцене и приветствуют посетителей, основной свет медленно гаснет, кафе приобретает интимную обстановку от небольших светильников на столах. Официанты уже украсили кафе к Хэллоуину: по залу закреплены летучие мыши на лесках, скелеты стоят у входа, галантно наклоняясь, будто приветствуют гостей, а на барной стойке стоит парочка пластмассовых тыкв.        — Может, они ушли? — шепчет Тэ, оказываясь за спиной мужчины, и пытается взглядом отыскать его друзей. Он начинает волноваться из-за пустяка, раз за разом накручивая себя.        Человек за дальним столиком машет им, привлекая внимание Тэ.        — Это они? За столиком у окна, один машет в нашу сторону, — он оглядывается по сторонам, убеждаясь, что других людей рядом с ними нет, поэтому это приветствие для них.        — Ага, — кивает Чон, делая шаг к друзьям, пока один птенчик от страха не хватается за рукав его пальто. Гук усмехается, снимая крепкую хватку с пальто и беря ладонь парня в свою. — Не переживай, я рядом и не дам тебя в обиду, — в доказательство своих слов оставляет легкий поцелуй на виске.        У Тэхёна сердце в пятки уходит, когда они проходят от входа в самый дальний угол кафе, и это вовсе не из-за скелета у дверей.        Чонгук представляет парня своему другу, галантно отодвигая стул, обтянутый зеленым бархатом, и стаскивает с чужой шеи шарф.        — А этот где? — бросает взгляд на пустой диванчик, где накрыто еще на одну персону, которая куда-то испарилась.        — Будь мы в Корее, я бы тебя заставил меня уважать! — раздается злостное бурчание прямо в ухо и ощутимый неожиданный подзатыльник. — Ну, нет, никаких манер у этого паршивца. Хоть бы раз он уважительно ко мне отнесся!        — Когда будет ваша свадьба, клянусь, — поднимает Чонгук ладонь, а другую кладет себе на сердце, — вести себя на ней хорошо, даже не буду ехидничать, возможно.        Джин, сощурив глаза, присаживается на свое место, замечая слившегося со стулом Тэхёна, который закрывает лицо меню. Намджун улыбается, беря ладонь Сокджина в свою и неторопливо поглаживая большим пальцем еще влажную кожу. Его любопытство одерживает верх, и он аккуратно отодвигает меню, протягивая руку:        — Приятно познакомиться, Ким Сокджин.        Тэхён переводит взгляд с меню на парня и открывает рот от удивления.        — Тэхён?!        — Вы знакомы? — интересуются Намджун с Чоном одновременно.        И Тэхён улыбается, рассказывая, как в Рождественскую ночь они с Энджи доставали Джина в ресторане, заставляя раз за разом рассказывать о каждом вине.        — А Намджун где был?        — В тот год я в Рождество открывал ресторан в Европе. Джин не поехал со мной, у него была выставка на следующий день, так что этот праздник мы провели на разных континентах.        — Как тесен мир, — улыбается Намджун, поднимая ароматную стеклянную чашку с чаем и кусочками цитрусовых, и отпивает, наслаждаясь раскрывающимся вкусом напитка.        К паре подходит Энди, и, пока Чонгук делает заказ, парень не глядя записывает всё в блокнот и пытается рассмотреть Тэхёна, который увлеченно разглядывает меню.        — А теперь повтори, что я говорил?        Паренек хлопает глазами, стараясь понять свои каракули.        — Мне, пожалуйста, миндальный круассан и какао с маршмеллоу, — разборчиво записано в блокноте, но вот с заказом его босса дела обстоят слишком печально: что-то из шести слов, а может и пяти, потому что последние два слова склонились вниз на другую строчку, кренясь то вправо, то влево.        — Босс, а вы заказали, — он вновь глядит в блокнот и называет то, что всегда заказывает Чонгук, — ристретто и стакан воды.        — А еще я заказал… — издевается, — кто-то глаза грел вместо работы, — строго произнес.        — Кусок малинового штруделя он заказал, — помогает парнишке Намджун и ловит убийственный взгляд друга. Энди быстро интересуется, все ли это, и убегает отдавать заказ бариста.        — Он главный сплетник этого заведения, нечего ему помогать, — недовольно бурчит.        — Кстати, Тэхён, ты знал, что вы с Чонгуком могли встретиться намного раньше? — сообщает Намджун, воруя у своего парня клубнику со сливочной слойки.        — Почему?        — Ты приходил в ресторан, где работает Джин, скорее всего, вечером. В это же время Чон часто устраивал в моем ресторане рабочие встречи с инвесторами.        — В вашем? — удивляется Тэхён, чуть не давясь едой. Друзья Чонгука явно не работают на кого-то.        — Ага, я работаю в его ресторане, но это не служебный роман, — встревает Сокджин, чтобы прояснить ситуацию, потому что за все годы, что они вместе, Джину приписывали всякое.        — Он даже не думал о том, что ты повелся на деньги, — довольно фыркает.        — Я галерист.        — Выпендрежник, — чуть громче, чем следовало, шепчет Гук парню.        — Тэхён, как ты его терпишь? Он же вредный, хотя в его возрасте люди себя так не ведут.        — Со мной он очень нежен и обходителен, — защищает Тэхён.        — Привезу тебя в Корею на месяцок, чтобы научился старших уважать!        — Бесплатное путешествие — это хорошо, — довольно соглашается.        — Вот ведь!        — Они всегда себя так ведут, хотя переживают друг за друга, — поясняет Намджун. — Помню, когда Джин сломал ногу, Чонгук поднял на уши все больницы, лишь бы Джина прооперировали быстрее. Так что у них просто манера общения такая, в глубине своей черствой души Чонгук заботится о нем, но даже под дулом пистолета не признается ему.        — А ты мне сказал, что мне повезло! А это был этот чурбан! — восклицает Джин.        — Тебе повезло, что твой друг я, черствый чурбан, так что не бухти.        По окнам начинает барабанить дождь, перепалка между ними прекращается, и, когда Тэхёну не нужно концентрироваться на диалоге, он начинает наслаждаться живой музыкой. Тэ кладет голову на плечо мужчине, прикрывая глаза и растворяясь в вечере.        Просидели в «Маяке» они еще часа два. Посетители медленно расходились по домам, музыканты закончили последнюю в эту ночь песню, попрощались с оставшимися посетителями и дождались конвертов от Марисы. Тэхён и Чонгук просидели с ребятами еще немного, болтая о разном и договариваясь встретиться на следующих выходных в ресторане Намджуна.        Сокджин увлеченно рассказывает Тэ о своей основной работе, приглашая посетить в ноябре выставку. Тэхён интересуется, сколько времени занимает организация. Джин улыбается, начиная взахлеб рассказывать:        — В среднем полгода. Если экспозиций немного, можно за три месяца успеть, но мы обычно устраиваем целые выставочные залы. Пока оформим все документы, договоримся с участниками, найдем средства для проведения выставки.        Тэхён понимающе качает головой.        — Ну что, страшно было? — ехидничает Чон, пристегивая свой ремень безопасности.        — Было волнительно в самом начале, — честно признается, замечая, как та парочка садится в свою машину, что тут же с оглушительным рыком уносится с парковки. Чон усмехается на выпендрежность Сокджина.        — Теперь домой, гулять с Кометой, — командует Ким, удобнее располагаясь на сиденье, и прикладывает ладони к горячим щекам. Зря накручивал себя.

***

       Тэхён бредет через квартал ниже от работы, чтобы пойти в Алди. Чонгук отписался, что почти заканчивает встречу с клиентами и выезжает к нему в супермаркет.        Ким неспешно катит тележку, проходя зигзагами по рядам, и неторопливо складывает нужные продукты в тележку, когда телефон в кармане вибрирует.        — Ты где? — интересуется Чон, заходя в магазин.        — В рыбном отделе. Что будем готовить на ужин?        — Уже бегу, — сообщает Гук и отключается, появляясь через несколько минут слегка запыхавшимся.        — Что больше хочешь на ужин: рыбу или морепродукты? Или ты на встрече поужинал? — спрашивает Тэ.        — Может, рыбу с овощами сделаем? Голодный как волк, на встрече выпил только кофе.        У них вырабатывается привычка: раз в неделю ближе к выходным после работы они встречаются в супермаркете и затариваются на следующую неделю едой и всякими снеками. Также не забывая о горе-дитятке, скупая огромные пачки корма и ее любимый паштет. По вечерам готовят незамысловатые блюда; на фоне играет джаз, собака крутится около ног, выпрашивая еду.        Чонгук намывает, режет овощи, добавляя приправы для вкуса, пока Тэхён раскладывает стейки из рыбы на поднос.        — Послезавтра же у тебя выходной? — интересуется Гук, подходя к парню ближе и кладя подбородок на его плечо. Тэ в этот момент поливает рыбу сделанным соусом и положительно кивает.        — Съездим в одно место, хорошо?        — Это тот сюрприз, о котором ты говорил на прошлой неделе?        — Именно.        Тэхён прибирается в своей квартире, пока ужин готовится в духовке. Чонгук идет гулять с собакой. За это время они подружились, Комета провела с ним обряд посвящения: при любом удобном случае грызла его туфли, занимала его часть кровати и не давала пройти в туалет; потом привыкла к тому, что в доме появился почти что постоянный житель, свыклась, отдала ему часть кровати, довольствуясь своей лежанкой, но к его кожаным туфлям она все еще неравнодушна.        Перед ужином на телефон Тэхёна вновь приходит сообщение, третье за последнюю неделю, и, кажется, больше игнорировать этого человека не получится. Он хмурится и уже держит палец на кнопке вызова, желая прояснить ситуацию, но в квартиру заходят Гук и хаски. Тэхён облегченно выдыхает, удаляя сообщение, и откладывает телефон, выходя в прихожую.        Звонок откладывается на следующий день.