Полюби меня до мурашек

       — Тэхён, — голос Чонгука еле разносится по кухне Кима. Тот отзывается с третьего раза, переводя взгляд с тарелки со стейком и небольшой кучкой овощного салата на мужчину. — Мне позвонил клиент из Майами, хочет, чтобы мы с командой приехали завтра и заключили сделку на строительство торгового центра на побережье.        Тэхён долго молчит, пряча взгляд в тарелке с едой, и покусывает губу.        — Тэхён, что случилось? — интересуется Гук, откладывая столовые приборы и беря чужую руку в свою.        — То есть послезавтра мы никуда не поедем? — уточняет, продолжая игнорировать глаза напротив.        — Если хочешь, можешь полететь со мной, — но Ким так и не отвечает на это, задумавшись о своем.        Как бы ни хотелось игнорировать надоедливую мадам, как бы ни хотелось скрыться ото всех, он не может. Рано или поздно придется вылезти из своего кокона и решить навалившиеся проблемы.

***

       — Точно не хочешь со мной? Завтра можем купить тебе обратный билет, и не придется пропускать работу. А в субботу Энджи подменит тебя. Отдохнешь, в океане покупаешься, в понедельник ночью прилетишь обратно и пойдешь на работу.        — Не, — отмахивается он, помогая собирать чемодан.        На самом деле, пока мужчина отсутствует, у него есть все шансы разобраться с Беатрис, потому что женщина переходит все грани — звонит по ночам, желая поговорить с Тэ, — но тот упорно избегает общения с ней, думая, что она прекратит и найдет решение своей проблемы, не трогая его.        — Я бы показал тебе обещанный сюрприз, — заманивает в свои сети Чонгук, откладывая в сторону небольшую папку со сметой и договорами на покупку земли вблизи океана.        — Ты не говорил, что он в Майами, — хмурится парень, зависая в своих мыслях. Если у Чонгука там семья? Жена и ребенок, а Тэхён — лишь прекрасное разнообразие для него?        Тэ старается прогнать надоедливые мысли, убеждая себя, что Гук не давал повода усомниться в нем, но вновь и вновь думает, что же мужчина может ему показать в том городе.        — Я постараюсь вернуться как можно скорее, — он обнимает его за талию, и Тэхён ощущает горячие ладони, которые мягко притягивают его к себе. Мужчина зарывается носом в тэхёновы волосы, вдыхая запах шампуня.

***

       Чонгук открывает глаза за пятнадцать минут до будильника. Пока есть время понежиться в постели, он притягивает Тэ ближе к себе, целуя парня в гладко выбритую щеку. Тот морщит нос от щетины Чонгука и пытается отвернуться, но мужчина, пользуясь возможностью, притягивает того ближе к себе, вплетая руку в волосы и начиная их перебирать. Чемодан собран, документы для заключения сделки подготовлены, поедет он на своей машине. Так привычнее и не придется в случае чего слушать истории болтливого таксиста.        — Ну что, моська? — обращается к собаке Чонгук, прикрывая дверь спальни и присаживаясь на корточки, чтобы потрепать Комету за ухом. — Пошли гулять, — та, услышав знакомые слова, радостно виляет хвостом, начиная прыгать на мужчину, и в знак своего согласия пару раз гавкает, пока Чонгук не шикает на нее.        Собака начинает ходить хвостиком за ним, пока тот собирается, умывается и переодевается в свободные темно-синие брюки и черную утепленную водолазку; сверху — черное кашемировое пальто и шарф в тон брюкам. Собака с ним почти подружилась и уже стащила с тумбочки шлейку — держит в пасти, намекая, что ее тоже нужно одеть.        Чонгук, пока не надел обувь, проходит в спальню, чтобы выкатить чемодан в коридор и попрощаться с Тэхёном. После выгула Кометы ему нужно торопиться в аэропорт, так как время уже поджимает.        — Я постараюсь вернуться к тебе очень скоро, не скучай, маленький, — шепчет в ухо и целует в висок. Тэхён начинает ворочаться, просыпаясь, обхватывает за шею, притягивая мужчину ближе к себе, сонно тянется к его губам, лениво сминает их и позволяет чужому бодрому языку шмыгнуть в свой рот.        — Сколько времени? — спрашивает, приподнимаясь с кровати и облизывая влажные от чужой слюны губы.        — Почти пять, спи дальше, — заботливо укрывает одеялом.        — С Кометой нужно погулять, — мурчит, потягиваясь в постели.        — Я погуляю с ней, а потом сразу поеду в аэропорт.        — Позвони, как приземлишься, или сообщение напиши, чтобы я не переживал, — Тэ блаженно прикрывает глаза; раз с собакой погуляют, можно и доспать.        Вчера вечером Чонгук долго ворочался в кровати, шуршал документами и светил в лицо телефоном, решая с кем-то вопросы по работе. Ким ужасно не выспался, и раз в сегодняшний эфир ему выходить только вечером, то можно и отоспаться вдоволь. А Энджи после утреннего эфира может и к нему заскочить на обед. Тэ отвык быть один.        Раньше ему компанию составляли Энджи и Комета; сейчас большую часть времени это делает Чонгук, плотно поселившийся в его жизни и сердце.        — Конечно, напишу. Я уже опаздываю, а с собакой даже не погулял, — Гук еще раз нежно целует в губы. Берет флакончик духов с комода, пшикает дважды на шею и выходит из спальни.        Собака, завидев его в коридоре, тычется носом в бедро, а шлейка все еще в ее пасти.        — Пойдем, пойдем скорее, — командует Чонгук, забирая поводок и начиная надевать шлейку на собаку. Та, на удивление, не шкодничает — послушно дает себя одеть и радостно виляет хвостом, стоя около входной двери.        Чонгук тянется за ботинками и замечает, что один изгрызен собакой.        — Комета! — шикает строго Чон. — Как это понимать?!        Та, принюхавшись к ботинку, прижимает уши к голове, мол, извиняюсь, была под наваждением запаха кожи, каюсь.        Пока мужчина достает убранную в дальний шкаф запасную обувь, собака уже облизывает один новый ботинок, пока ее не оттягивают от него за шлейку.        — Итальянская обувь тебе очень нравится, я смотрю, но слишком дорогой грызунок у тебя из нее получается. Вредная, — шикает на нее, выходя на лестничную клетку и закрывая дверь. Собака вновь тянет мужчину, а тот только и успевает держать поводок крепче.