Практика

      — Серьёзно? Ты ни разу не была на квестах? — тихо спросила Кэнди, с искренним недоумением рассматривая меня, как какую-то диковинную зверушку. — Это же так весело. Особенно на таких, — добавила еще тише, и я непонимающе уставилась на неё в ответ.       — Может, мы уже разделимся на пары? — лениво протянул Вишня. — Я вот, например, не отказался бы провести этот чудный вечер в компании Сары.       — Ещё чего! — рыкнул Майкл и тут же сгреб меня в охапку. — Она со мной! Знаю я твои «чудные вечера».       Вишня насмешливо изогнул бровь и пробормотал, будто себе под нос, но услышали абсолютно все:       — Надо же, какие мы ревнивые.       Я не стала отвечать ни на глупые заигрывания, ни на откровенные намеки. Только сильнее прижалась к Майклу и немного нервно озиралась по сторонам. Мужские ладони в ответ прошлись по моей спине, успокаивая. Так бережно, нежно, будто я самое ценное, что есть в его жизни. От этого одновременно становилось и легче и жарче, ведь близость его тела сводила с ума каждый раз, когда Майкл позволял себе заключать меня в объятия. Да, вот такие мы странные друзья: он постоянно меня тискал, а я млела, мечтая, чтобы это никогда не заканчивалось. Но я сама так захотела — быть просто друзьями — хотя пожалела о своем решении уже раз сто. Да что там сто — тысячи! Тысячи раз укорила себя в трусости. Если бы не затупила тогда, мы давно бы стали парой, ведь отрицать наличие взаимного притяжения — глупо.       Место, куда привёз меня Тёрнер, называлось «Квест «Психбольница». Как я поняла, мы с ребятами должны были разделиться на пары. Каждую закрывали в отдельной комнате — палате, где необходимо искать подсказки, чтобы выбраться, а потом найти остальных. Покинуть квест можно только в полном составе. На все отводилось чуть больше часа.       — Так всё, мне это надоело, — влезла в разговор Адель. Я даже не заметила, что Вишня и Майкл все это время продолжали препираться, перейдя, кажется, на обсуждение мотоциклов. — Делимся: я с Аароном, Тёрнер с Сарой, а ты, мой дорогой, — ткнув пальчиком с длинным красным ногтем в грудь Вишни, проговорила рыжая, — идёшь с Кэн. И только попробуй её хоть как-то обидеть!       — Да за кого вы меня принимаете?! — театрально надулся кудрявый.       Похоже устав наблюдать (и участвовать тоже) за ссорой друзей, Майкл тяжело вздохнул где-то над моей головой. Медленно разжал объятия, приподнял лицо за подбородок. Я замерла в ожидании, что он скажет, но парень только провел кончиками пальцев по моей щеке, вынуждая покраснеть от смущения, и лишь потом тихо проговорил:       — И так каждый раз. Но они хорошие, правда. В основном когда спят, конечно, но и в бодрствующем состоянии тоже ничего.       — Они мне нравятся, — заверила Майкла, все еще пытаясь разобраться в причинах такого необычного поведения с его стороны. А ещё казалось, что ему важно услышать это именно от меня.       — Ты привыкнешь, — довольно улыбнулся Тёрнер.       К моменту окончания нашего короткого диалога ребята наконец определись, кто с кем идёт. Мне показалось дико забавным, что Адель так не доверяет Вишне. Видимо, он тот ещё ловелас. Потому что по итогу идти с ним согласился только Аарон, а девушки объединились в другую пару. Но в самый последний момент снова передумали, и в напарники к Вишне все-таки попала Кэнди. Все это время молчаливо наблюдающий за ними Хилл только закатил глаза.       Когда актриса, изображающая медсестру, объяснила правила, и мы подтвердили, что все поняли, настало время выбирать «палату». Оказавшись в длинном коридоре, что до этого скрывался за одной из металлических дверей, я поежилась. Место действительно жуткое. Мрачные стены зияли несколькими узкими, якобы проржавевшими от старости дверьми, покрытыми облупленной белой краской. С потолка болтались куски плитки, опасно покачивающиеся от сквозняка. Завершал картину тусклый свет одиноко мигающей лампочки.       Майкл даже не дал слова вставить, выпалив, что мы идём в третью комнату. Вишня почему-то закатил глаза. А я все так же не понимала, какого черта вообще происходит?! Нет, серьёзно. Зачем он привёз меня в такую даль, да ещё и ночью? Почему познакомил с друзьям именно сейчас? Почему так странно себя ведет? И что там в этой третьей комнате такого особенного?       Замерев перед дверью с потертой табличкой «Палата №3», я глубоко вздохнула. Что же, игра началась.       Майкл легко толкнул дверь вперёд. Та противно скрипнула, а я передернула плечами, стараясь снять напряжение.       — Дамы вперёд.       — Да ты джентльмен, — ухмыльнулась, стараясь унять постыдную дрожь в коленях. Казалось, что впереди ждёт что-то очень страшное.       — Эй, не трястись ты так. Это все лишь игра, малыш, — ободряющая улыбка не особо помогла. Но я все же опустила плечи и прикусила губу, делая первый шаг навстречу неизвестности.       В комнате оказалось вполне уютно, несмотря на пугающую атмосферу психбольницы конца шестидесятых. Грязные стены из некогда глянцевой плитки, две абсолютно одинаковые койки в разных концах помещения, шкаф, тумба и окно, наглухо заколоченное досками, в прорехах которого виднелась грубая кованая решетка. Лязгнул засов.       — Ну, в целом, жить можно, — протянул Майкл, наблюдая, как я неловко ковыляю к тумбочке, чтобы заглянуть внутрь. Сам же дернул ручку двери, видимо желая удостовериться, что комната действительно заперта.— Есть что-нибудь интересное? Где-то должна быть подсказка.       — Пусто, — резюмировала, обшарив каждый уголок крошечной тумбы. — Я впервые на таком мероприятии, так что командуй, что делать даль… — попросила, оборачиваясь, но резко осеклась. Майкл стоял рядом со мной. Близко. Смотрел, не моргая. — Что такое?       — Сара, — прохрипел вдруг, уверенно опуская ладони на мою талию. Сердце гулко стукнуло о ребра: мы совершенно одни в закрытой комнате. — Я так больше не могу… — повторяя брошенную мной утром фразу.       — Что? — тихо пискнула, когда сильные руки рывком притянули ближе. — Майкл, что…       — Маленькая моя, — еле слышно выдохнул Тёрнер, зарываясь носом в волосы на моей макушке. С шумом втянул воздух, запуская под кожу мурашки.       — М-майкл?       Он быстро выпрямился, обхватил подбородок пальцами, не позволяя разорвать зрительного контакта. Я замерла, боясь даже вдохнуть, не то что пошевелиться. Шумно сглотнула, заворожённая его взглядом, опаленная жаром. Только смотрела, пытаясь прочитать хоть что-то в любимых зеленых глазах, какой-то ответ. Но не нашла ничего, кроме моря нежности.       — Мы больше не можем быть друзьями, Сара, — после минутного молчания сказал Майкл, и сердце забилось быстрее. — Как мы можем быть друзьями, когда я так сильно тебя люблю?