Практика

      Первые пару минут я просто моргала, не понимая, о чем он говорит. Потом медленно, действительно очень медленно, пришло осознание. Но я привычно себя одернула, потому что — что не говори — уже привыкла слышать от Майкла такие слова. Мы же друзья.       И только спустя еще мгновение до меня, наконец, дошел весь глубинный смысл его слов.       — Что ты сказал?       — Что люблю тебя, — легко пожал плечами Тёрнер, но я ощущала, как сильно он напряжен.       — Но… Почему тогда мы не можем быть друзьями? — спросила осторожно, понимая, что скорее всего он просто примет меня за идиотку.       Поверить не могла. Может, все это сон?       — Сара, — Майкл улыбнулся, склоняясь ближе к моему лицу, все еще заключенному в его ладонях. — Ты прекрасно поняла, о чем я. Поняла же?       — Да, — едва успела вымолвить, когда губы парня, наконец, накрыли мои.       Это было так прекрасно и чувственно, что я напрочь забыла, как дышать, как стоять на ногах, как перестать его обнимать, словно в последний раз. Все, о чем мечтала несколько месяцев, так неожиданно стало явью. Я льнула всем телом к горячему торсу Майкла, пока его язык изучал мой рот, а мягкие губы бесконечно долго зацеловывали мои. Хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось, стало статичным, вечным. Только нашим.       Едва оторвавшись от моих губ, Майкл снова прильнул — я даже не успела перевести дыхание. Словно поняв, как трудно мне дышать, Тёрнер спустился поцелуями ниже, точечно прикасаясь губами то к щеке, то скользя по тонкой коже шеи, вынуждая меня запрокидывать голову и еле слышно стонать.       — Майкл…       — М? — не прекращая ласки, мурлыкнул парень, а я только крепче прижалась к нему бедрами, внезапно осознавая, что этот поцелуй совсем не такой невинный, как кажется на первый взгляд.       Я прекрасно понимала, что удержаться Майклу будет очень сложно, ведь желание ощущалось так явно. Я и сама была не против, но… Решив, что делать глупости пока не готова, попыталась отодвинуться, как теплая ладонь Тёрнера опустилась на мою ягодицу, поглаживая. Я томно простонала его имя в воздух, ощущая, что еще немного и остановиться уже не смогу я. К черту!       — Малышка, — сипло прохрипел Майкл, осторожно покусывая кожу на моем плече. — Я держался, правда, изо всех сил. Старался не переходить черту, но, черт возьми, Сара…       — Зачем? — прикрыв веки, поймала его губы на мгновение, но почти сразу же отпустила. — Зачем держался?       — Не хотел, чтобы ты сбежала, — честно признался Майкл, заглядывая в глаза потемневшими радужками. — Ты так испугалась, когда узнала, что я преподаватель. А я ведь в тот день шел пригласить тебя на нормальное свидание.       — Но нам же нельзя, — слабо прошептала, чувствуя, как все внутри меня наливается жаром желания.       Он здесь. Горячий, возбужденный, кажется, до предела. Целует мои губы, смотрит в глаза и жмется всем телом. Ко мне! Я мечтала об этом, хотела до безумия.       — Нам можно всё, — выдохнул в ухо Тёрнер, мягко прикусывая мочку. Скользнул к шее, прошелся поцелуями по подбородку, медленно возвращаясь к губам.       — Я люблю тебя, — вырвалось за секунду до очередного поцелуя. — С первой встречи, с первой секунды.       — Я знаю. И я люблю тебя, глупенькая, с первой встречи, с первой секунды.       — Только зря столько времени потеряли, — кисло улыбнулась.       — Согласен, — усмехнулся Тёрнер. — Знала бы ты, как я корю себя за то, что так долго позволял нам играть в эту дурацкую дружбу. — Ладонь скользнула по пояснице, коснулась края кофты, задирая, пробираясь под тонкую ткань. Меня будто током прошибло. Еще секунда, и я отдалась бы ему прямо на месте! — Какая же ты, — нежно прошептал Майкл в мои волосы, осторожно поглаживая кожу, а я плавилась в его руках, чувствуя себя самой счастливой на свете.       — Майкл! — вздрогнула, когда его пальцы коснулись застежки лифчика, ловко расстегивая. — Может, не здесь? — Кого я обманываю?       — Здесь, — отчеканил парень, перемещая руку на мою грудь. Накрыл ладонью, осторожно сжимая. — Сейчас. Везде. Всегда.       Дальше я не слушала, потому что в ушах шумела кровь, сердце стучало так быстро, что казалось еще чуть-чуть, и пробьет грудную клетку, заполнит собой всю комнату. Майкл убрал руку, только для того, чтобы подхватить меня под ягодицы и закинуть себе на пояс. Я обвила ногами его торс, позволяя делать все, что он захочет. Уже через мгновение ощутила лопатками неприятную жесткость старенького матраса. Кровать противно скрипнула, брякнула пружинами.       — М-м… Ма-а-айкл, — шепот сорвался на стон, пока горячие губы покрывали мою грудь поцелуями. Когда он успел стащить с меня кофточку? Да это и не важно. — Боже…       — Эй, ребят! — вдруг раздалось за дверью. Я вздрогнула.       — Черт, как они вовремя, — пробурчал Майкл.       Посмотрел прямо в глаза своими большими зелеными, наполненными таким желанием, что я тихонечко завыла. С большой неохотой убрал руки с моего тела. Помог подняться. Поправил кофточку, пригладил растрепавшиеся волосы, что не имело никакого смысла, потому что губы — красные и припухшие от поцелуев — выдавали нас с потрохами.       — Кажется, нам пора. Но мы обязательно продолжим позже.       — Обязательно, — словно эхо повторила, решив подарить ему еще один поцелуй. Потому что захотелось, потому что теперь я могла. — Люблю…       Когда двери распахнулись, мы все еще стояли посреди стилизованной под палату комнаты и целовались, как сумасшедшие.       — А я говорила, что они вместе. С тебя пять баксов, Вишневый!