Фем Вигуки

      Вечер понемногу сменял позднее утро, если еще недавно на улице пели птицы, поднимающие настроение людям, то сейчас слышны звуки города. Яркое солнце, очень жаркая погода, единственное что спасало – вода.Будь возможность, многие бросились бы в фонтаны, в самом центре, не задумываясь о моральных ценностях, что это хулиганство. Вечно торопящиеся люди на работу, все-таки последний рабочий день на этой неделе – пятница. Вечер – время, когда все люди освобождаются от офисной работы и едут культурно, или не очень, проводить время с коллегами, друзьями или семьей.       Зашедшие Чонгу и Хёна в библиотеку, находящуюся в парке, после учебы, дабы получить еще самую малость знаний, прочитав нужный материал по учебе, сидели в самом дальнем уголке этого старого здания. Да, оно не такое уж и новое, но за то какую долгую историю имеет. Когда-то давно, они ходили туда по учебе, на культурное развитие, где рассказывали о здании и его многолетней истории.       Сидя за столом, читая книги и время от времени отвлекаясь от них, дабы посмотреть в окно на проходящих людей или пострелять в друг друга глазками, они лишь попусту теряли время. Проще было взять эту чертову кипу книг домой, нежели сидеть чуть ли не до закрытия. Так думала лишь Хёна, пока Чонгу предпочитала все-таки хоть что-то новое запомнить.       Последнее предупреждение о том, что через час библиотека закрывается, ведь время уже позднее, приглушенный свет почти везде, кроме скромного уголка, где сидели Хёна и Чонгу, добавлял небольшой эстетики и романтики. Ах, эти перестрелки глазами и неловкие касания, в надежде на то, что никто не увидит их. Последние люди ушли уже давно, остались лишь они одни, не считая библиотекаря. – Ты так и будешь смущенно отводить взгляд, когда я смотрю на тебя? – тихим, спокойным голосом спрашивает Хёна. – Мне не пришлось бы отводить взгляд, если бы ты не раздевала меня им. – закатывая глаза, начала старшая. – Смотришь так, будто я обнаженная сижу и жду твоей команды, как послушный песик. – с ноткой взволнения сказала Чонгу.       Играя под столом своей ногой, Хёна лишь пытается раззадорить старшую. Секс в библиотеке? Да, звучит горячо. Сколько минусов, сколько плюсов? Не сосчитать. А какой экстрим, зная, что их могут застать в любой неподходящий момент, выгнав и внеся в черный список этой библиотеки.       Видя то, как старшая сопротивляется на любые действия со стороны Хёны, она решает принять другие действия, для соблазнения, как бы та не была против и не держала планку «Библиотека – святое место, не посягай на неё!» Подсаживаясь рядом, беря за руки, Хёна убирает учебники прочь, на другую сторону стола и целует шею, оставляя едва заметные следы на одной половине, держа другой рукой за лицо, дабы та не рыпалась.       Сбитое дыхание обоих девушек, желание уже сдернуть одежду и усыпать аудиторию стонами настолько сильно, насколько даст голос. Садя Чонгу на стол, которому, наверное, столько же лет, как и ей, Хёна задирает рубашку, её взгляд сразу падает на не маленький размер груди, с которой так и хочется снять бельё. – Красное? – отрываясь, спрашивает младшая, –Моё любимое.       Еще больше краснеющая Чонгу, наблюдающая за тем, что творит младшая, что позволяет себе затронуть всё что захочет, на что падет взгляд. Смазанные поцелуи в губы, шею. Удушье, что так любят обе.       Единственное, чего хочет Хёна – снять всю одежду, потому что тело пылает от возбуждения. Ей жарко, она ловит последний воздух, перед тем как вновь углублять поцелуи, которых просит Чонгу.       Подняв юбку к верху, гладя, кусая и целуя, будто извиняясь, внутреннюю часть бедра, чувствуя запах любимого спрея для тела, со вкусом орхидеи и голубики, что заводил еще больше, Хёна опускается еще ниже. На ней нет белья, какая она извращенная. Кто не носит белье? Или это было специально, она знала, чего ожидать?       Раздвигая ноги еще шире, кусая при любом непослушании за внутреннюю часть бедра, Хёна проходится горячим языком по набухшему от возбуждения клитору и чуть ниже, слушая то, как Чонгу едва-ли не стонет, выгибаясь в спине и сжимая руку возлюбленной настолько сильно, насколько может себе позволить это сделать.       Намокшая Хёна еще не лучше, стоя чуть-ли не вылизывает все соки с старшей, самую малость причмокивая и ловя собственный кайф. Спускаясь своей же рукой ниже, под тихое «пение» возлюбленной, она ласкает собственное тело, а точнее клитор, вводя изредка в себя свои пальцы. Кто же сдастся быстрее? Вновь, проиграет Хёна. Для неё это как пройти девять кругов ада, не получив своё наслаждение, пока Чонгу терпит изо всех сил, оставаясь победителем, ловя недовольный взгляд своей малышки.       Поднимаясь с колен, за поцелуем и одновременно вынимая пальцы изо рта Чонгу, что слизывала последние соки после младшей, они слышат приближающиеся шаги. Наверное, это библиотекарь. Переглянувшись напуганными глазами, в которых еще горел тот огонек, они стали быстро приводить себя в порядок, чтобы никто ничего не заподозрил.       Они могли бы и не стараться, библиотекарь все понял и с криками выставил этих двух шалунишек за дверь, ворча о том, как они опорочили стены, где хранятся знания.