Сила связывает нас

— Лорд Вейдер, повстанцы не обнаружены, — мужчина нервничая, теребил пальцами свою имперскую форму. — Вы убедили меня в своей недееспособности, впрочем, я не удивлён,- он даже не поднял глаза на мужчину, открывая новый доклад. В абсолютной тишине личного кабинета Вейдера, звук исходил только от его тяжёлого дыхания, что едва был человеческим. Кожа мужчины вмиг покрылась мелкими пупырышками, когда воздух внезапно начал вибрировать. — Милорд, наш шаттл обыскал всю поверхность планеты, мы ни…кхм… Молодой полковник Империи понял, что что-то, смешиваясь с телом, скользило по его дыхательным путям и проникает прямо в его разум. Содрогаясь в конвульсиях, он упал на пол, и пытаясь сорвать невидимые оковы, держась обеими руками за горло резко выгнулся дугой. — Вы не додумались проверить нижние слои планеты, их база находится под землей, полковник. Тьма. Она будто везде, в каждом углу, в каждой комнате, словно весь мир состоит лишь из разных оттенков чёрного. Но внутри у него ещё темнее чем снаружи, возможно, даже чернее, чем во всей галактике. Ситх обернулся на сухой хрип, исходящий из горла мальчишки, лежащего в его ногах. Всего несколько мгновений и он, обмякнув, распластался на полу. Перешагивая через тело, Вейдер нажал на кнопку вызова уборщиков. За капли наслаждения ему приходилось бороться и разрывать свою душу на части, лишь бы воспроизвести в своём сознании её образ и утолить свой голод. Он увидел себя на на мысе окруженного с трех сторон берегами озера. И смотрел в лицо девушки, с тёмно - шоколадными волосами, которой протягивал руку. Объятая мягким ветерком, было понятно, что наступал тот короткий час, когда долгий летний день ещё не до конца уступил место сумеркам и всё вокруг приобрело необъяснимую таинственную расплывчатость. Она была так прекрасна, что он боялся дохнуть, находясь рядом с ней. Энакин взял ее за точеный волевой подбородок, и приподнял её голову так, чтобы их взгляды встретились. Глаза цвета меди, обагрили его ледяным пламенем, словно она утягивала его в бесконечную глубину. Звук открывания дверей развеял наваждение, и Вейдер, отшатнувшись, посмотрел на дройда. — Уберите тело из моего кабинета,- Вейдер направился в личные покои, где может побыть наедине с самим собой. Длинные тени, медленно двигались вокруг. Голос, густой и мягкий, шептал непонятные слова, которые, связываясь в одну густую непонятную массу, образовывали крепкие цепи. Они врезались в его покалеченное тяжёлое тело. Вейдеру хотелось думать именно так, чем вспоминать, что дискомфорт, который он испытывает при каждом шаге, исходит от костюма и шлема, оснащённого специальными иглами. Дарт Вейдер достал из дальнего ящика потрёпанный временем голопроектор, который был для него самой ценной вещью. Нажимая на кнопку воспроизведения, он чуть помедлил, всматриваясь в гладкие стены камеры для медитации. И не увидев там ничего нажал на кнопку воспроизведения. — Энакин, не даром их называют осадами, — голос и образ Падме, кольнул его давно усопшее сердце. — Знаю просто я думал, — отвечал Вейдер ей, давно выучив все фразы. — Ты думал, что сможешь быстро положить конец конфликту, собственноручно. — Да… Смех падме вызвал глухие рыдания, плечи дрожали, выливаясь сухой болью и отчаянием. А душа кривилась в крике по утраченному счастью. — ….а я не меньше нужна ей в Сенате. — Что такое? , — спросила Падме, как будто слышала его. — Прости меня, — ответил Вейдер, понимая, что это всего лишь запись ещё со времён Войн клонов. — Нет, дело не в этом, тут что-то ещё. — Я не могу контролировать себя. — И кто же подал ему пример? — Энакин Скайуокер. — Ты уже давно знаешь Рекса, когда ты забываешь об осторожности и рискуешь всем, что делает он? , — спрашивала голограмма Падме, как будто он и вправду с ней разговаривает. — Возможно тебе стоит поступить также, Эни, доверься его чутью также как он доверяет тебе. «Эни» Вейдер медленно опустил голову, понимая, что он больше никогда не услышит это имя из её уст. — Я просто беспокоюсь за него, Падме. — Разумеется. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — протягивая руку, чтобы прикоснутся к ней и ничего не почувствовать, ответил Вейдер. В голове шумели разные мысли, все лицо было в холодном поту и в слезах. Руки подрагивали от нервного напряжения и наверное, нехватки отдыха. А уведенное сейчас Вейдером было предвестником грядущих беспокойных ночей. *** Убирая еду со стола, Падме, взглянула в окно. Вид ночного Набу завораживал, хоть они жили далеко от столицы, тут было прекрасно. В окнах разбросанных тут и там домов постепенно гасли огни — хозяева укладывались спать. На небе высыпали по‑весеннему яркие звезды. Зажигались ночные фонарики, дети шли домой после игр на площадке, а подростки, скрываясь от родителей, бежали к ручью, чтобы провести ночь с друзьями. Падме невольно улыбнулась, вспоминая как она сама убегала от учителей и родителей к подругам, чтобы обсудить мальчишек. — Мам, а где отвёртка? , — спросил Люк, дергая маму за платье. — Уже поздно, тебе пора ложиться, завтра будешь заниматься кораблями, — укоризненно ответила Падме. — Ну пожалуйста! — Нет, ты и так целыми днями с ними ввозишься, ночью дети должны спать, идём я вас уложу. Огорчённый и немного злившийся на маму Люк, всё-таки послушался и шёл за ней следом. На своей кровати уже лежала Лея, читая книгу. — А почему ей можно читать, когда нужно спать? , — раздражённо фыркнул Люк. — Лея тоже убирает книгу и ложиться спать, — Падме взглядом показала Лее, чтобы убрала книжку на полку. Раздражённые дети легли в постель, укрываясь одеялом, бормоча что-то себе под нос. — Я вас очень люблю. Завтра вы будете целый день заниматься тем, чем хотите, обещаю, — успокаивая и поцеловав детей на ночь, сказала Падме. Падме ушла обратно на кухню выключив свет в комнате детей и оставив дверь немного приоткрытой. — Лея? — Что? — Пошли со мной в кладовую, я хочу найти отвёртку. — Нет, ты сказал маме, что я читала книгу. — Прости, давай я…мм…завтра отдам тебе своё пирожное! — Точно? — Обещаю. — Хорошо, идём, но если мама заметит, я скажу, что это ты виноват, — слезая с постели сказала Лея. — Нужно взять фонарик, подожди, — Люк открыл ящик и достал оттуда самодельный фонарик, который сделал из обломков каких-то приборов. С детской наивностью, малыши представляли, что скрываются от кого-то опасного, на цыпочках проходя вдоль коридора. Покидать спальню было опасно по ряду причин. Детям нужно не просто ускользнуть от внимания матери, но и найти нужный инструмент в завалах кладовой. Люк хотел было хихикнуть, но Лея смерила его строгим взглядом, от чего мальчик поджал губы и прошёл дальше. Дверь нужной комнаты на удивление не издала громких звуков, что позволило ребятам бесшумно войти в помещение. — Почему ты не можешь найти её завтра? - шёпотом буркнула Лея. — Не хочу завтра тратить на это время, — суматошно водя руками по шершавым доскам, ответил Люк. Стоя на алюминиевой стремянке он бесстрашно тянул маленькие ручки в тёмное пространство между потолком и полками, где должна была стоять коробка с инструментами. Но её там не было. — Тише, мама же услышит! , -шепотом выразила своё недовольство девочка. Мальчишка совсем было отчаялся как вдруг его рука скользнула по чему-то твёрдому и холодному. — Сейчас подожди, вот!,- с облегчением выдохнул Люк, аккуратно двигая средних размеров сундук. Опустив его на пол, Люк начал медленно открывать исцарапанную потёртую крышку. Первым показалась коричневая ткань, сложённая в два слоя, Люк нахмурился, понимая, что это вовсе не похоже на сундук с инструментами. Он осторожно приподнял полотно за край, и резко свет фонаря сверкнул на стали, ярким зайчиком переливаясь от основания до чёрных рубцов. Дети восхищено осмотрели оружие, общая длинна которого около двадцати сантиметров. — Это…это…же, — не может поверить своим глазам мальчишка. — Оружие рыцаря джедая, — резюмировала Лея, оглядывая сверкающую рукоять. Дети ещё минуту стояли неподвижно разинув рты. — Как? Откуда он у мамы?,- повернул голову Люк, с непониманием вглядываясь в глаза сестры.