Сила связывает нас

Сознание ещё долго возвращалось к ней. Боль пришла внезапно, болезненно ударяя в висках. На улице царил невероятный шум, от которого голова болела ещё больше. Падме хотела впасть в бесконечную истерику, выплёскивая всю боль наружу. Нехотя разлепив глаза, взгляду открылась разгромленная в некоторых местах кухня. Рядом стояли Люк и Лея, дергая Падме за плечи. — Мама! Прошу прийди в себя! , — плакал Люк. Оглядывая их беспокойным взглядом, она убедилась, что с ними всё в порядке и никаких внешних повреждений у них нет. — Мама, что с тобой? , — кричала Лея. Ещё ни разу за свою жизнь, она не испытывала таких эмоций, какие пришлось испытать сейчас. Маленькая ручка слабенько коснулась её плеча, заставляя поднятья. Падме подняла голову и пелена с глаз сразу исчезла. Слёзы потекли ручьём, оставляя мокрые следы на платье. — Простите, я отчего-то впала в незабытие, — коснувшись ладошкой лба, проговорила Падме, — он…он давно ушёл? — Да, минут 40 назад, на улице всё ещё неспокойно, похоже…что штурмовики убили кого-то, — с горечью ответила Лея. Падме с ужасом взглянула в окно, сморщив брови. — Мы должны найти другой дом, — проводя руками по щекам детей, заключила женщина. — Но как же, как же… — не могла подобрать слов девочка, — тут все наши вещи, наши игрушки, бабушка Нис, дядя Бэн, они все останутся здесь? , — обреченно спросила девочка. Падме обвела взглядом детей садясь перед ними на колени. — Слушайте, после произошедшего, тут нас будут остерегаться. Мы принесли беду в эти края, по этому мы должны уйти, — она успокаивающе посмотрела в глаза детей. — А папа? Он придёт? , — с надеждой спросил Люк. Падме улыбнулась измождённой улыбкой, на побелевшем от волнения лице. — Когда нибудь, придёт. Но давайте хоть на немного отбросим эти мысли и быстро соберём всё необходимое? , — умоляюще взглянула Падме. Дети послушно кивнули, побежав собирать вещи. Падме, измученная печалью взяла в руки холщовый мешок, попутно складывая в него еду из холодильника. Снова им придётся искать новый дом и скитаться не пойми где. А его помощь, ей была не нужна, не может она вот так просто всё отпустить и на крыльях любви полететь к нему, хотя так хотелось…. Конечно, она всегда замечала в нём нотки тёмной стороны. Сквозь всю любовь, прикосновения, объятия и поцелуи пролетала стрела, обрамлённая чёрной слизью. Вот по этому она не хотела чтобы все узнали об их браке. Энакин должен был быть джедаем, он создан для спасения и сохранения жизни. Если бы это отняли, то часть всего хорошего, что в нём было, погибла. Но до этого дня, она не понимала, что именно она являлась для него светом. Как в одно мгновенье ужасающий монстр, превратился в мальчишку с разбитым в кровь сердцем… Падме покачала головой в разные стороны, будто отмахиваясь от этих мыслей словно от назойливых мух. «Не сейчас» Но как он отреагировал на детей, забыть она никак не могла. Он встретил их с горькими от боли слезами, а не с искренней улыбкой как раньше. « — Что-то изменилось верно? , — спросил озадачено Энакин. — Да, всё изменилось, — с тревогой ответила Падме. — Что случилось? Прошу скажи мне, я сделаю всё для тебя, — Энакин крепче схватил Падме за плечи. В её глазах загорелись сдерживаемые слёзы счастья. — Случилось нечто чудесное. Эни, я беременна, — она смотрела на него, пытаясь понять, что он чувствует. Она увидела, что на его лице в тот час проскользнула удивительная, невероятная радость, а его глаза начали светится и заполняться слезами. Сердце Падме подпрыгнуло, от ужасной и кипящей радости, ей хотелось наброситься на него и расцеловать. — Это…просто прекрасно! , — не в силах сдерживать искрящуюся улыбку, сказал он. — Но что же нам теперь делать? , — вспоминая все трудности их жизни, спросила Падме. — Давай сейчас не будем беспокоиться, — он гладил её фарфоровую щёку пальцами, — Это радостный момент. Самый радостный момент в моей жизни…» Как этот юный, любящий, храбрый воин, который всегда защищал своих друзей и был примером для подражания, стал Дарт Вейдером. Зачем он носит костюм? Что он скрывает там, под маской? Оби Ван никогда не говорил… «ОБИ ВАН» Крикнул внутренний голос Падме. С невероятной злостью она швырнула какой-то кухонный прибор прямо в стену, отскочив он издал характерный и мерзкий звук. Он лгал ей, всё это время прикидывался неосведомлённым в личности Вейдера. Падме постоянно спрашивала у него про мужа, а он обманывал её обводя вокруг пальца. От кипящей из всех уголков тела ярости, она кусала губы, сдерживая душераздирающий крик, что так рвался наружу. Но когда она почувствовала вкус металла во рту, она опустилась на пол и начала глубоко дышать. На улице всё тише становились голоса, только скорбящий плач женщины оставался неизменным. — Мам, мы все, — дети подбежали к матери, с наполненными рюкзаками. — Отлично, вы молодцы, — Падме гладила их маленькие головы, растрепывая волосы. Последние минуты сборов и прощание с родным, так привыкшим к сердцу домом, вызывали особые нотки печали. Здесь росли её дети. Тут она видела их первые шаги, услышала первые слова, наблюдала за их истериками, давала им первые советы. Тут она обрела лучшую подругу и надеялась, что она жива. Последний раз она провела рукой по этим стенам, последний раз бросила взгляд на большой зал и сделав глубокий вдох произнесла: — Готовы? , — она ещё раз похлопала по карманам, чтобы проверить на месте ли маячок. — Да, — качнув головой, ответили дети. Они вышли из запасного входа, ступая на мокрую от утренней росы траву. Необъятный простор раскинулся перед ними. Яркие лучи восходящего солнца ласкали мягким тёплом их лица, а яркая зелень разливалась бескрайним морем, щекотя ноги. *** Вейдер изучал все варианты, которые только мог найти. От Бакуры до Мандалора. От Тайтона до Альдераана. И не найдя ничего лучше чем ещё одна отдалённая деревня на Набу, остановил свой выбор на этом. Зачеркивая все остальные варианты, Вейдер тихо выдохнул. Облокачиваясь на спинку кресла, он снова достал маленький предмет с мигающей синей кнопкой, он всё ждал, когда она загорится красным, а на его встроенном голопроектере высветиться адрес. Когда в последний раз он был так счастлив? Когда он так ждал чего-то с бешено бьющимся сердцем? Закрыв глаза он запрокинул голову, смотря на высокий потолок. «Когда был с ней» И вот она снова появилась в его жизни. Снова озарила его нутро светом. И не только она, а ещё ЕГО дети. Люк и Лея. Двойняшки. Вейдер улыбался и не мог поверить в это, представляя, как будет учить Люка правильно держать меч, как отражать удары, как будет собирать с Леей её собственный меч. Как будет сидеть с Падме на заднем дворе их дома, наблюдая за играми детей. Но где то там внутри его души, чёрное, скользкое щупальце напоминало ему, что он ситх, он — Дарт Вейдер. Они никогда не примут его полностью. Она больше никогда не посмотрит на него таким же влюблённым и полным надежд взглядом, как раньше… — Лорд Вейдер? , — голос доктора, заставил Вейдера закатить глаза и громко выдохнуть. — Да? , — равнодушно ответил он. — Бакта-камера готова, Милорд, — произнёс доктор. — Ждите через 5 минут, — ответил Вейдер. Снова он в ужасной реальности, снова он вспомнил о своём изуродованном теле, которое вызывало у него лишь отвращение. Когда Вейдер закрывал глаза, он пытался больше никогда не проснуться. Не слышать своих собственных криков на Мустафаре, не видеть силуэт удаляющегося Оби Вана, не ощущать отвратительный шёпот тёмной стороны. И наконец, не видеть надгробие своей жены и ребёнка…