Вино и Кровь

Люмин проснулась посреди ночи, постель была холодной и пустой, а когда подняла голову, увидела Аякса что смотрел на горящий в камине огонь, сидя на шкуре какого-то животного. Видимо, он встал раньше неё, а может и не ложился вовсе, разжёг пламя и стал наблюдать за ним. Блондинка тихо выбралась из кровати, обернулась тонким одеялом и какое-то время смотрела ему в спину. Он совсем не пошевелился, значит и не заметил её пробуждения, поэтому девушка, на пяточках, подошла к нему и резко схватила за плечи. Он вздрогнул, но не сильно, но голову не повернул. Ливень уже закончился, спокойная и тихая ночь. Почти блаженная. Люмин обняла Тарталью со спины, укрыв и его одеялом, и спросила: - Скажи честно, ты спал? Хотя бы немного? - Нет, - покачал головой. - Я не смог. - Когда ты в последний раз отдыхал? - Хм.. не помню. Но наверняка не так давно. - Может, тебе нужно лекарство? Так нельзя, Аякс, ты так скоро начнёшь бредить. Он посмеялся, и наконец осмелился посмотреть на её: - Уже давно начал, я думал вы более наблюдательная, ваше величество. Ещё и огрызается. Блондинка лишь поджала губы, Аякс вернул свой взор на камин со словами: - Я просто сохраняю бдительность. Меня могут убить в любой момент если я не буду готов или отвлекусь, привычка из весёлого прошлого. Они просидели так в тишине, затем принцесса отпрянула от него и уселась рядышком, направив глаза в сторону огня. Златовласая и рыжеволосый могли слышать лишь едва уловимое дыхание друг друга, и трески дров под воздействием пламени. Его длинные ресницы дрогнули, единственный уцелевший синий глаз из-за чего-то болел. Раз уж они оба голышом прикрываются одним общим одеялом, греясь у огня и наблюдая за ним, снежниец решил высказать больше: - Я не могу спать в последнее время из-за мыслей. Я много думаю, тону в раздумьях из-за.. многих вещей. Принцесса поняла о чём он. Конечно же, семья которую он совсем недавно приобрёл, к счастью это иль нет, но это навалилось на его голову так резко и неожиданно, что нужно ещё время осмыслить и переосмыслить, затем расставить всё по полочкам. Пусть они и похоже внешне, наполовину связаны кровью, но по сути чужие друг другу люди. И всё же.. он хочет узнать их поближе, своих братьев и сестру. Он медленно прикрывает глаз не желая развивать эту тему, и падает спиной вниз, прямо на пол. И смеётся. Ему очень сильно нужно поспать, Аякс выходит из себя. Рыжеволосый накрывает лоб ладонью и продолжает смеяться под удивлённый взгляд Люмин. Затем он резко прекращает, что заставило блондинку волноваться ещё больше. Пока он смотрел в никуда, конечности подрагивали, девушка дотронулась тыльной стороной ладони до его лица и медленно провела вниз, чтобы узнать есть ли температура. Он тёплый, почти как всегда. Принцесса накрыла его одеялом, стала лениво исследовать его шрамы на груди под жарким свечением, и тихо проговорила: - Иногда я совсем тебя не понимаю. - А тебе разве нужно? Или это любопытство? Златовласая не знала что ответить. Она лишь пыхнула что-то под нос, отпрянула от Аякса и легла так же, как и он, на полу, и стала упорно пялиться в потолок в надежде увидеть там то, что он видит в этот момент. Всё тщетно. Ей холодно, неудобно, и она запуталась, но принцесса от чего-то решила не сдвинуться с места. Какое ребячество. Раздался спокойный, мужской голос: - Встань с пола. Простынешь. - Ты тоже вставай. Он повернул к ней голову - она так близко. Эти большие, погасшие глаза цвета золота, белобрысые волосы, метки но её шеи и ключицах что он оставил. Загляденье. Воин протянул к принцессе руку, точнее к подбородку, и сказал, пока ухмылка растягивалась на лице: - Если хочешь быть королевой, вот тебе от меня совет: береги здоровье. Оно может ещё пригодиться. - Я не встану пока этого не сделаешь ты. Аякс вздохнул, быстро убрал руку и снова посмотрел вверх. Огонь уже понемногу потухал, дрова закончились. - Не нужно показывать характер, я устойчивее тебя к холоду. - Зачем ты.. вообще тут лежишь? В чём смысл? Молчание. Теперь он начал игнорировать её. Это всё ещё не останавливало девушку, теперь она просто зачем-то действует на зло. Блондинка вздёрнула подбородок, которого только что держал Тарталья, и сказала: - Не хочешь отвечать? Ну и ладно, тогда я не сдвинусь с места и сама узнаю ответ. Не успела она как следует произнести последнее слово, как почувствовала что её окутали в одеяло, словно кокон, перекинули через плечо и грубо бросили на кровать. Люмин сделала несколько вдохов, уловила его слегка надменный взгляд и улыбнулась: - Так то лучше, теперь мы оба в кровати. Можешь лечь рядом со мной, на полу слишком холодно. - А разве не ты говорила мне лечь на полу чтобы великая и благородная госпожа отоспалась на этой кровати? - Это же была.. ах- шутка.. Принцесса пыталась выбраться из капкана в котором её завязали. Она не могла двигать руками, попытки выглядели совсем жалко. - Аякс, развяжи меня. Он оскалился и медленно вернулся к погасшему в камине огню и лёг на пол. - Аякс, ну.. мхм- пожалуйста, что на тебя нашло? У тебя спина болит и ты можешь спать только там? Он опять не отвечал, но даже в полной темноте, не видя его лица, принцесса была уверена в том что рыжий сейчас улыбается. Так ему поиграться охота? Он не знает на кого напал. Если Люмин не может дойти до него, тогда докатиться. Или доползёт. Девушка размахнулась, и покатилась вниз с кровати, напоминая бревно, и врезалась прямо в Аякса. По видимому, он недооценил Люмин, она превзошла его ожидания, он даже не знает что делать: смеяться или злиться? Воин отрицательно покачал головой, мягко оттолкнул от себя кокон в виде человека и спросил: - Могу ли я нормально помедитировать? - На полу холодно!.. Она опять покатилась в его сторону и снова врезалась. Ну всё, он уже не выдержал, встал, освободил девушку из кокона, взял на руки и понёс к кровати. Затем плотно прижал её, садясь на Люмин сверху, скрепил её запястья вместе одной рукой и грозно выдал: - Не хочешь успокоиться, да? Хорошо, Люми, ты не оставляешь мне выбора. Принцесса притаила дыхание когда почувствовала нежные и плавные прикосновения его руки, на оголённой коже волосы встали дыбом, затем он сделал следующее: начал щекотать. Рёбра, подмышки, и даже живот. Тёмная комната тут же залилась истеричным смехом, Люмин смеялась и извивалась, инстинктивно пыталась выбраться из хватки, во во взгляде Тартальи сверкнуло только одно - смерть. - Ахахахаха!.. А-Аякс, хваатит, прошу! Капельки слёз образовались у краёв и наровятся скользнуть по щёкам, но хватка на запястьях так и не ослабла. Никакой пощады. Вдруг, дверь открылась и внутри зашёл немного сонный Итэр с факелом в руках, и видит такую картину: Тарталья, совершенно нагой, держал Люмин, которая тоже к слову без одежды, прижатой к кровати. Принц тут же отвернулся и крикнул: - - Пресвятой Барбатос! А те двое на кровати просто застыли. Рыжий отпустил принцессу и посмотрел в сторону. У принцессы уже разболелся живот, пока щёки горели от стыда, она тяжело дышала. Они явно слишком увлеклись, чуть не забыли что им нужно передвигаться дальше. Аякс предпочёл ничего не говорить, а только молча одеваться, а Люмин наблюдала. Она вспыхнула, набросилась на Аякса сзади и сама попробовала пощекотать его, и ноль реакции. - Что? Почему ты не смеёшься!? - На меня это не действует. - Ахх так? Блондинка обняла его крепко-крепко и повалила на кровать, затем прошипела ему в лицо: - Не смей сдвинуться с места. Взяла его ступню и легонько коснулась подушечками пальцев, от чего снежниец издал очень громкий смех, больше напоминая лошадь, и резко дёрнул ногой, отталкивая от себя девушку. Люмин усмехнулась, натянула на себя одежду и громко крикнула: - Итээр! Помоги мне! Её брат тут же ворвался в комнату, вытянув меч и нахмурив брови, сразу приготовился рубить, но поднял бровь увидев принцессу что держалась за ногой Аякса как пиявка. Блондинка, с абсолютно серьёзным выражением лица, крикнула в добавок: - Держи его, мне с ним не справиться! Поняв что дело дрянь, рыжеволосый тут же попытался увильнуть, но принц крепко сжал его руки вместе и приставил к себе, а его сестра, немедля ни секунды, принялась за дело. Если пятка его слабое место, она отомстит за себя. Одной рукой она держала его ступни, другой щекотала, его красивый, заливистый смех наполнил всё помещение. Тарталья пытался выбраться, но Итэр был настроен решительно, и только когда они поняли что с него хватит, отпустили. Принц стукнул себя по лбу со словами: - Я даже спрашивать не буду. И пошёл к двери. Прежде чем выйти из комнаты, златовласый добавил: - Буду ждать вас на улице. Нам уже пора. Люмин кивнула и с миленькой улыбкой посмотрела на результат своих действий, затем легла на Аякса сверху, уложив подбородок на его грудь. Принцесса начала томно говорить: - Ну, что скажешь теперь? Щекотка всё ещё на тебя не действует? Мм? Тарталья оглядел её сквозь опущенную веку и улыбнулся. Надо признать, это подняло общее настроение. - Ты играла грязно, нечестно использовала постороннюю помощь, так что это не считается. - А это разве важно? В жизни важны результаты, а не правила. На что Тарталья хмыкнул, поднял её подбородок двумя пальцами, указательным и средним, и одним резким движением задрал ей голову. Блондинка тихо охнула, но поддалась, Аякс дразняще спросил: - И кто же научил тебя этому? - Не знаю. С недавних пор, я начала больше присматриваться к разным вещам и делать выводы. Тем, кто играют "по правилам", не достаются почести. Они ещё немного пролежали так, в нём снова проснулся какой-то интерес к принцессе, поэтому он стал играть с золотистыми волосами, поглаживать их, девушка же прикрыла глаза и расслабилась. Затем он сказал: - За то время что мы не виделись.. ты успела изучить все прелести цинизма? Хорошее решение. - Мне нравятся циничные люди. Хочу быть такой же. - Почему? Люмин открыла глаза и прижалась щекой к мужской руке, затем прошептала: - Потому что они получают то, чего хотят. - Ты говоришь забавные вещи, любимая. Холод и расчётливость не обеспечат тебе всё, точнее, этого мало. Чтобы владеть миром, вести за собой людей нужны деньги, статус или удача. Хотя родиться богатым это тоже удача.. Другими словами, пока есть возможность использовать других, полный вперёд. К тому же- Аякс оставил её волосы в покое и положил обе руки себе под голову, и в той же лёгкой манере закончил свою мысль: - Если хочешь знать моего мнения, далеко тебе ходить не нужно, в тебе есть цинизм и может даже жестокость, не так много, но всё же есть, но в прибавку к этому ты, моя принцесса, страдаешь от одной вещи которая не позволяет стать полной стервой, и это совесть. Ты ставишь себя на первое место, позволишь другим умереть, чтобы ты выжила, и сама же будешь корить себя за это. Но это не так плохо. Всё же капельку человечности сохранить в себе стоит, не ради других, а ради себя. Из окна просочились несколько серебряных лучей, одинокая и грустная луна создавала воистину прекрасную атмосферу для подобных разговоров. Так банально и вторично, но она буквально завораживает. Хочется растянуть этот миг подольше, он ведь ещё рядом, а Люмин уже скучает. Аякс так быстро менялся в настроении, он ещё более хаотичный чем обычно, то избегает, то в кокон связывает, то жизни и уму разуму учит, а ведь она даже не представляет насколько он устал. От всего. Может даже и от жизни, особенно когда жизнь это бесконечная борьба, никаких метафор. А ведь ему только двадцать четыре. Итэр неизвестно куда делся, да и всё равно, это последний раз когда Аякс и Люмин могут вот так вот, мирно лежать в обнимку, говорить и подшучивать, забывая всего на миг о всех проблемах и головной боли. Как же трудно принять это, но выбора нет, и насколько циничной бы не была Люмин, ей никогда не заполучить сердце, целиком и полностью, кому она отдала своё. Тут уже никакой цинизм не поможет, никакие деньги и статус. Может быть однажды, в другой жизни... когда они будут свободны, когда судьба сложится по-другому... А ведь он вполне бы смог полюбить её. Когда Аяксу кажется что он охладел в сторону принцессы, что она больше не забавляет его или будто перестала быть интересной, она тут же делает и говорит что-то, что снова и снова подогревает новый интерес, зажигая новым и более сильным пламенем. И никакая любовь из этого получиться не может, это человеческие эмоции где логика бессильна. Но всё же, пока ничего не мешает держать её, пока она может согревать его, пока он чувствует момент, или дрожь, или может быть желание, он совсем не прочь окунуться в это с головой, прямо как с вином. Это опьяняет, доставляет удовольствие, но это временно. Аякс вздыхает и смотрит на луну, решив разбить комфортную тишину в комнате: - Должно быть, образ циничных героев жутко романтичный в твоих глазах? - Что ты имеешь ввиду? - Ну, ты восхищаешься и берёшь пример, разве нет? Люмин подумала немного над ответом, решила направить глаза на окно, повторяя действия рыжеволосого: - Трудно брать пример с вымышленных персонажей когда мы в совершенно разных.. условиях. Я бы хотела быть такой. Но я боюсь, очень боюсь повторить судьбу моего отца. Однажды, я сойду с ума окончательно, я перестану что-либо понимать. - Почему ты в этом так уверена? Люмин сглотнула. - Потому что я уже начала, понемногу. Смелое заявление. Аякс пожал плечами и слегка надул губы, затем сказал: - Мы все сходим с ума, Люмин. Этот мир слишком безумный чтобы мы все сохранили рассудок. Мы сами создаём хаос, сами пугаемся его, но никто не спешит исправлять его, наоборот, они используют его чтобы достичь своих целей. Взять хотя бы меня, я - круглый эгоист, просто скажите мне скольких я должен убить чтобы самому выжить, и я не стану колебаться. Не горжусь, но и не стыжусь этого, в какой-нибудь сказке я был бы злодеем. - Но ведь жизнь это не сказка. - Именно. Может, от этого вещи намного интереснее? Ха ха.. - Как же мне тогда справиться с этим? - Спроси кого-нибудь помудрее, звезда моя, я ещё так многого не знаю. И скорее всего, умру в неведении. - Как по мне, ты достаточно мудрый. От чего-то ему стало смешно с этих слов. - Ну раз так, то попробуй быть с собой откровенной. Не лги себе, особенно себе, и не убегай от своих проблем, они тебя достанут и будут разъедать изнутри. Если хочешь что-то сказать кому-то в лицо, говори, не закрывай в себе свои секреты и страхи, но и не рассказывай о них всем подряд, найди тех кому доверяешь и не бойся ведать о том, что на душе. Если первое время тебе понравится чувство секретности, что у тебя есть тайна которую никто не знает, то потом всё станет хуже. Это даже не новость для тебя, мы уже говорили об этом. Да, такое чувство дежавю, ведь он уже как-то сказал ей это. После небольшой паузы, Аякс промурчал: - Луна такая красивая. Протянул к ней руку и погладил по голове, перевёл взгляд на Люмин и сказал в добавок: - На тебя похожа. Принцесса словно возносится в небеса каждый раз, когда он называет её ласковыми именами, делает комплименты. Она и поэтому будет скучать. Люмин позабыла обо всём остальном, её накрыли волной разные эмоции, она потянулась к Аяксу чтобы сомкнуть губы в нежном поцелуе, но он остановил её: - Нам пора. Твой брат наверняка уже заждался. Кратко, холодно, чётко. - Даже не поцелуешь меня на прощание? - Нет, больше никаких поцелуев. Мы закончили всё сегодня. Блондинка отпрянула от него, не проронив ни слова, и пошла быстро натягивать на себя одежду, но вспомнила о небольшой проблеме на своих бёдрах, оставшейся после секса. Аякс заметил как долго она смотрит на свои ноги, пребывая в неких раздумьях, и решил поинтересоваться: - Всё хорошо? - Сможешь найти для меня мокрое полотенце? Или что-нибудь другое, чем можно вытереться? - Конечно. И практически сразу вручил нужную ей вещь. - Спасибо. Принцесса пыталась проглотить свою бесполезную обиду, показывая мгновенное безразличие. Увидев реакцию златовласой, Тарталья обратился к ней: - Прости, я.. кхм, был слишком резким. Всего минуту назад он говорил ей что она похожа на луну. - Аякс. - Да? - Тебе не кажется что я стала слишком часто слышать слово "прости"? Нет, всё хорошо, это моя вина. На секунду я забыла, о цели и о долге. Он посмотрел некоторое время на неё, хотел что-то сказать, но передумал, кивнул и сам оделся. Они вышли из комнаты одновременно, направились прямо на улицу. Их встретил запах дождя, пейзаж ночного леса и точащий мечи Итэр. Принц сразу встал, слегка пошатнулся, взял обёрнутые в ткань ягоды и предложил им, говоря: - Единственная еда которую я нашёл в округе. - Спасибо. - Спасибо. Слово благодарности они произнесли синхронно, и так же синхронно потянулись к ягодам, набрали в кулак побольше и запихнули в рот. С набитыми ртами посмотрели друг на друга, глаза смягчились. И также одновременно проглотили, как будто сговорились. Прожевав ещё немного, Люмин посмотрела на брата и спросила: - Тебе не нужно поменять ткань? Как там твоя рана? - Я уже обо всём позаботился. Блондинка кивнула, не стала настаивать, и они пошли дальше по лесу. Земля была мокрой, и все ветки тоже, от чего встаёт один вопрос который решил задать Итэр: - Аякс, а откуда ты взял сухие дрова? Для камина. - В доме нашёл. Видимо, до нас там был кто-то ещё. Аякс на секунду повернулся к домику и застыл от увиденного: тень человека с ярко-белыми глазами смотрел ему прямо в душу, затем тень медленно закрыла деревянную дверь. Он почесал глаз одной рукой, ещё некоторое время не мог оторваться от домика позади. Брат и сестра тоже остановились, принц спросил: - Что-то случилось? Тарталья вышел из транса и тут же пошагал дальше, решив оправдаться: - Ахах, да просто показалось, ничего серьёзного. Идя по лесу, Люмин смотрела на свои руки. Она так много знала про дьявольские сделки с Бездной потому что прочла об этом в библиотеке Чжун Ли. И так, это тёмное царство любит заниматься подобными вещами с высокопоставленными личностями, и ещё: каждому кто пользуется их "добротой", ставят особую метку на теле, чаще всего на руках, где кожа не такая чувствительная, другими словами: прижигают свой особый знак раскаленным металлом. Златовласая может только вообразить боль что скоро испытает, но это нужно, другого выхода нет. Думая об этом всё больше и больше, она отвлеклась и не заметила ветвь об которую споткнулась и свалилась на землю. Аякс и Итэр тут же бросились помогать, подумали что принцессе плохо, но Люмин отвергла помощь и сама встала на ноги. Её брат спросил ещё раз если девушку что-то беспокоит, но она отмахнулась и заверила что всё нормально. Тарталья что шёл впереди, то и дело поворачивал голову и поглядывал на Люмин, ему показалось что она такая грустная из-за того, что он сказал в доме, поэтому он приостановился и одарил девушку долгим и проницающим взглядом. Затем, рыжий взял её за руку, всё так же, не сводя глаз, и принцесса позволила ему. Но ненадолго. Через мгновение мягко и не грубо отдёрнула свою руку, янтарные глаза направленные на него совсем ничего не скрывали. - Что вы делаете, лорд Тарталья? Я думала мы с вами закончили. - Что тебя беспокоит? - Ничего, я ценю вашу заботу. Доброй вам ночи. - ...И вам тоже. Пожал плечами и ушёл вперёд, только вот теперь не поворачиваясь назад. Она не имеет право злиться на него за то, что он делает. Он никогда не обещал ей что будет подле неё вечно, огонь что согревал девушку стал оставлять ожоги. И почему же она напоминает себе об этом? Потому что эгоистка, прямо как он и сказал. То, что между ними произошло в комнате, на этом и поставят болезненную точку. Они ведь могут разойтись на хорошей ноте, могут даже остаться.. друзьями? Он и так поставил чёткую грань, говоря что они всё "закончили", а она только отдалила его от себя своими же словами. Люмин долго смотрит Аяксу в спину, и чем дольше смотрит, тем дальше он кажется. И зачем она так холодно ответила? Подумала что в кои-то веки покажет собственное достоинство, но в итоге больнее всего именно ей. Он не поворачивает голову. Он может в любой момент исчезнуть, испариться в воздухе, словно его и никогда не было. Но Аякс идёт с ними в Бездну, значит он преследует некие цели? Или просто сопровождает? Но холод этой ночи не сравнится с тем, что принцесса ощущает внутри. Она такая молодая и разбитая, ей кажется что любовь которую её заставил чувствовать другой человек и исходящая из этого эйфория жизненно необходимы. И это так низко признавать: после всех этих громких слов что она лепетала, мол, "я не буду держать тебя", "отправляйся на поиски своего счастья", после того как она наврала самой себе что смогла смириться и принять его уход, и поверила в эту наивную ложь, она столкнулась со своими настоящими чувствами. Когда он сказал что между ними всё кончено, когда Люмин почувствовала как Аякс ускользнул из её рук, именно в этот момент, здесь и сейчас, не когда-нибудь в будущем, она поняла и осознала свою же глупость: она нихуя не смирилась с этим и не готова отпускать, не после того, как только смогла увидеть после войны. И это тяжело принять, что ты не такой сильный и устойчивый как тебе казалось, как ты бы хотел этого. Горький привкус на языке, край глаз наполнились слезами, кулаки сжаты. Она уже потеряла его. Она так и не смогла добиться от него признания, и навряд ли увидит его снова после того, как выйдет из пучин Бездны. И ведь проблема даже не в ней, это что-то неподвластное ей, Аяксу просто не нужны отношения, любовь, или она сама. Он получил свою дозу удовлетворения, побыл рядом с ней, пока это было удобно, весело, волнующее, и теперь уходит, даже не поцеловав на прощание. У блондинки сбилось дыхание, она подавилась слюной и начала громко кашлять, её брат тут же подскочил, схватил за плечи, всячески пытался помочь, но Аякс не сдвинулся с места. Он смиренно стоял на месте, слегка поднял голову к небу и стал ожидать. Девушка давно перестала кашлять, она смотрела снежнийцу в спину сквозь пелену горьких слёз крепко поджав губы. - Всё хорошо, Итэр, я в порядке. Мы можем продолжать путь. Принц ведь не дурак, понял по взгляду сестры и отстраненному поведению рыжего - что-то произошло. Но мудрым образом не вмешался в это, притворился что поверил словам девушки, и снова пошёл вперёд. Принц осторожно исследовал лицо Тартальи, хоть это и не очень просто, ночь как никак, но одно можно увидеть, нет, даже услышать от голубоглазого: как сильно он сжал челюсть. И нахмурил брови. Мучительно долго, вся троица шла в тишине, только под звуки шагов и сверчков. Итэр чувствовал себя третьим лишним, но делать было нечего, всё же молчание его сестры и воина оказывало отдельное давление на его голову. Хотел бы он как-то помочь уладить, они так резко перешли с объятий на игнорирование друг друга. Принц натянул на голову капюшон, взял упрятанные в отдельный карман ягоды и стал тихонько кушать. - Кто-нибудь хочет? Молчание сверчков. Итэр долго смотрел на Аякса. Подумал:《- Может Аякс обиделся на то, что Люмин щекотала его пятку?》 Ну а что, всё возможно. Он сделал глубокий вдох, проглотил ягоды и стал осматривать красоту леса. Вдруг, они увидели свет от горящего костра, приятный запах еды, что побуждали далеко не человеческие инстинкты, лагерь и шестеро похитителей сокровищ. Встретившись лицом к лицу, вся блуждающая по лесу троица попыталась тихо пройти мимо них, но их заметили. - О-го-го! Что это тут у нас? Добыча сама пожаловала к нам? Что, в лесу потерялись? Дорогу подсказать? Крикнул один из них, остальные подхватили, быстро взяли в руки оружие и пошли в сторону Аякса, Итэра и Люмин. Если драки не избежать, то они всё же остановились. Тарталья сразу приготовил меч и поднёс руку к мантии, чтобы развязать узел. Подойдя ближе, похитители обрадовались ещё больше, ведь они увидели Люмин. Один из них очень мерзко облизнулся и спросил: - Это что, женщина? Вот так удача... Рыжеволосый показал рукой брату и сестре знак "отойдите назад", но Итэр сам достал меч и пошёл в сторону намечающейся бойни, но блондинка остановила его и сказала тоном не требующий возрашений: - Он сам справится. Не глупи. Что ж, он всегда сможет вмешаться даже если голубоглазый не справится, поэтому остался возле Люмин, но оружия не отложил. Несколько мудаков окружили Аякса, остальные пошли в сторону Люмин и Итэра. - Слушайте, господа! Мы не хотим драться, зачем нам это? Но, понимаете, мы долгое время работаем в таких средах и нам так не хватает любвиии! Просто отдайте нам женщину, и сможете уйти! Люмин поморщилась от таких слов, Итэр, мягко говоря, разозлился, а Тарталья.. на его висках выступили несколько венок, кровь адски начала бурлить внутри, и взгляд теперь стал жаждать смерти. Молниеносным ударом, он отрубил голову тому, кто выкрикнул последнюю фразу, и всё, пути назад нет. На него набросились сразу несколько, и рыжеволосый стал защищаться. Сражаться в таком экстремальном бою только с одним глазом чуть сложнее, но тело теперь двигается самостоятельно. Когда он заметил как принц дерётся мечом с одним из похитителей, а другой пытался лезть к Люмин, он тут же бросил этих лысых обезьян, они конечно же погнались за ним, подбежал к принцессе и пнул ногой в спину тому, кто беспокоил её, взял его за плечи, и используя колено, выгнул ему спину так, что быстро сломал позвоночник. Всё что успела услышать Люмин - громкий хруст и ужасный крик от боли. Снежниец бросил полумёртвого бандита в сторону, словно мешок испорченного мяса, снова поднял оружие и направился к ворам. Итэр уже сидел сверху на одном из похитителей и втыкал острое лезвие ему в живот вместе со словами: - Только троньте её, животные! И пошёл к сестре, спрашивать если всё в порядке. Люмин обняла принца и сказала: - Да это я должна у тебя спрашивать. - Он тебя не ранил? - Нет, Итэр, я в порядке, он даже не успел как следует подойти ко мне- Люмин всё думала о взгляде Аякса пока без каких либо зазрений ломал другому человеку позвоночник. Настолько кровожадный и тёмный, даже с отблесками фиолетового. При чём это манит так же сильно, как и ужасает. Она лишь моргнула, а Аякс уже победоносно возвышался над кричащими от боли похитителями. Он специально не убил их, а нанёс очень тяжёлые раны, чтобы те мучались от боли, такое удовлетворение садистского нутра. Итэр даже не посчитал это жестоким, а вполне справедливым, таких слов в сторону своей сестры он не прощает. Люмин подошла к Тарталье и увидела его оскал и светящийся от адреналина в крови глаз. - Разве это не красиво, Люмин? Посмотри на них, они хотели любви, и я настолько великодушный, что я подарил им это! Ведь любовь это самая жестокая боль... они в судорогах потому что они тонут в любви. Затем, он поставил ногу на грудь одного из лежащих на земле и надавил, улыбка становясь всё шире, и Люмин молча наблюдала за этим. Девушка подошла, коснулась рукой его щеки и вытерла несколько пятен крови. Чужой крови. И долго смотрела на него. Нет, она не боялась, не испытывала отвращения, скорее, оня потрясена. Блондинка давно не видела его таким.. диким. Как только она коснулась его щеки, Аякс моргнул, улыбки и след простыл, всё лицо исказилось в лёгком сожалении. - Кажется, я переборщил. Хриплый и смиренный голос. - Пустяки. Спасибо, Аякс. - Не знаю зачем я это сделал, что-то опять охватило меня. Не смог контролировать это. - А я знаю зачем.. Он распахнул глаз и стал ожидать её ответа, но Люмин улыбнулась, приблизила их лица и сказала: - Предложение жениться на мне всё ещё в силе. Уголок его губ дрогнул, он взял руку Люмин, которой она гладит его щёку, и быстро поцеловал её запястье, на котором, к слову, след его хватки, и отвернулся от неё. Мужчина направился к лагерю похитителей, златовласые последовали за ним, небольшой отдых и перекус никому не навредит. Итэр потеплел в отношении к Аяксу, улыбнулся ему и похвалил его навыки и реакцию, так они и разговорились, пока уже Люмин сидела в стороне, тихо поедая кусок вареной птицы. Вся эта ситуация с бандитами, конечно, полный мрак, что думать, и вспоминать об этом не хочется, но в этом есть и свои плюсы: их еда и тёплый костёр. До входа в Бездну осталось совсем немного, совсем чуть-чуть, но голову девушки заполнили ещё больше мыслей о любимом ей человеке. О том, что произошло, и как сильно он взбесился, и соответственно, волновался за неё. Аякс - такой человек, которого трудно понять. Люмин и так знала что хоть на немного, но он успел привязаться к ней, даже если это несопоставимо с тем что она чувствует к нему. После небольшого перерыва, они пошли дальше. Никто из них не заговорил о похитителях, лучше оставить это позади. С каждым новым шагом, всё вокруг стало понемногу походить на сон, расплывчатый и туманный, значит они близко. К той самой пещере вела тропинка. Мысли в голове всё больше спутывались, это навевает воспоминания, когда Люмин с Аяксом были так мало знакомы. И тогда она решила поверить ему, доверить свою жизнь и положиться на него, яркий момент из памяти прошёлся перед глазами, словно это было вчера. Люмин оглядывает рыжего в попытках понять о чём думает он. Как всегда, сложно понять, но похоже что задумался. Как только принц увидел пещеру, резко остановился и посмотрел на сестру взглядом "ты готова?". Аякс смотрел только вперёд, на непосредственный вход в подземное царство, пока Люмин сделала один глубокий вдох. Она посмотрела на небо, всё такое же тёмное и прекрасное, если девушка решиться войти, пути назад уже не будет, но и останавливаться перед самым финишом нельзя. Златовласая поднимает подбородок, уверенно смотрит на проход под землю, и идёт туда, шаги размеренные, руки хватаются за ткань платья, губы бормочут молитву. Какая к чёрту молитва, если она идёт заключать сделку с дьяволом? У принцессы сильно развито чувство иронии. Итэр и Аякс следуют за ней. В пещере очень темно, почти невозможно ничего разобрать. Сюда больше никто не входил из обычных людей из-за понятного страха, даже если и есть те, кому известны подобные проходы. Тарталья нашёл большой камень и начал двигать его в сторону, Итэр попытался помочь, но его снова успокоили. За камнем находится туннель. Рыжеволосый хотел пойти первым, но Люмин подняла ладонь, говоря: - Нет, позволь мне. - Это опасно, и ты знаешь об этом. - Так надо, Аякс. И пошла вперёд, стиснув зубы и прищурив глаза. Рыжий тут же пошёл следом, на хвосте остался слегка замешканный принц. Это тьма странным образом окрыляет. У последнего всё ещё есть сомнения насчёт этой затеи, они будут в любом случае, он ведь волнуется, но следует по пятам и периодически спрашивает у своей сестры если она в порядке. Преодолев некоторые препятствия, пройдя всё дальше и глубже, в самое сердце земли, словно спускаясь в аду, они дошли до большого, чёрного храма. Люмин встала, стряхнула с себя грязь и посмотрела на величественное здание, окружённая мёртвыми деревьями, вечно чёрным небом, словно время останавливается тут. Вокруг много безликих, они странно наблюдают за тем как вторженцы идут к замку, но чтобы избежать конфликтов с Бездной, Аякс кое-чему научился у Альбериха. Рыжеволосый поднял руку и крикнул что-то на непонятном для брата и сестры языке, и никто из прислужников Тьмы не шептался и не смел встать у них на пути. Люмин спросила: - Что ты им сказал? - Это их знак приветствия, я сказал им, что мы пришли с миром. Блондинка кивнула и продолжила идти. От них всех веет страшной смертью, а люди ли они вообще? Встав у дверей храма, перед которыми стояли несколько безликих, только в более роскошной одежде, они ожидающе уставились на пришедших гостей. Принцесса сделала лёгкий реверанс: - Мне нужно увидеть вашего правителя. Но они всё ещё не отходили в сторону, хотя прекрасно понимали намерения незваных гостей. Тарталья приложил руку к сердцу и произнёс уже другую фразу: - Ad astra abysossque. И те сразу дали ему пройти. Люмин ему улыбнулась, Итэр тоже уважительно кивнул, и они вошли внутрь. Большой зал, естественно в чёрных и тёмно-синих тонах, много стеклянных предметов, шаров, и нескольких больших свечей как источник света. На мраморном пьедестале, на роскошном готическом троне, восседал очень приятный на вид мужчина, Дайнслейф, Повелитель Бездны, ведущий за собой греховную религию, то есть ту, что не признаёт Архонтов. Император Бездны, одетый в чёрные ткани, отвлёкся от своих пергаментов и посмотрел на чужаков. Каждый из присутствующих почувствовал странный холодок от острых, ярко-голубых очах Дэйна. Люмин, Аякс и Итэр поклонились, император и бровью не пошевелил, а только спросил: - Кто вы такие? Тон был нейтральным, не враждебный, но и не приветливый. Принцесса опустила голову, отвечая на вопрос: - Я наследница трона Лунной Империи, младшая дочь бывшего правителя, Кассиуса, это мой брат, Итэр, а это... друг, лорд Тарталья, мой главнокомандующий. Император осмотрел каждого, зачем-то запоминая их лица, затем кивнул. - Я пришла чтобы заключить сделку чёрных сердец, ваше величество. Дайнслейф не удивился, к нему обычно не спускается заводить новые знакомства. Он встал с трона и медленно спустился к ним, как настоящее дитя порождённое злом. Его длинная мантия сзади поделённая на две части, сильно напоминали крылья падшего ангела, на безупречном лице ни одной лишней эмоции. Он даже не станет уточнять всех деталей у принцессы, раз девочка пришла сюда, по доброй воле, значит она знала куда шла. И на что. Бездна пожирает души всех кто смеет связаться с ней, без исключений, по видимому, у девочки нет другого выбора, как в прочем и у всех тех, кто пришли сюда до неё, и придут после. Это заставляет задуматься над следующим: на что способен человек впавший в отчаяние? Отречься от своей веры, связаться с чистым злом, обречь душу на веки вечные и отдать её на растерзание богам смерти. Но когда занимаешься подобным с самого раннего детства, пропадает какой-либо азарт, всё становится слишком монотонно. Повелитель отошёл в другую комнату, затем так же быстро вернулся. Его бархатистый голос раздался по всему залу: - Пока идут приготовления, мы обсудим наш контракт. И так, чего ты желаешь, наследница? Люмин сделала шаг вперёд: - Снежная заняла наши земли, и я хочу освободить их. Трон принадлежит мне, и с позволения моего брата, я стану королевой, но, я не виновата в том, что мой умерший отец устраивал бессмысленные конфликты с теми, кто смог его с лёгкостью уничтожить. Поэтому я готова пойти на сделку и не сожалеть о ней. Император кивнул и посмотрел в угол, затем указал рукой на дверь: - Все, кто не причастны к сделке, прошу вас покинуть храм. Принц посмотрел на сестру, та кивнула и отвернулась, этого было достаточно. Вскоре принцесса и повелитель остались наедине. Дайнслейф медленно ходил по комнате, вздохнул и сообщил златовласой: - Ты знаешь всё о контракте, или прежде чем ты подпишешься кровью, желаешь услышать все правила? Принцесса кивнула. - Хорошо, во-первых, мы забираем твою жизнь спустя десять лет после контакта. Во-вторых, мы оставляем на тебе метку раскалённым железом. В третьих, порез на ладони чтобы запечатать проклятие чёрных сердец. Ты знала о всех правилах? - Да, ваше величество. - Твоё условие заключается в том, чтобы дать под твоё распоряжение армию? - Да, верно, и деньги которые пойдут на починку города и на жителей. Это вместе. - Насколько большая армия тебе нужна? - Пятнадцати тысяч человек будет достаточно. - Но, выполнив работу, они вернутся обратно в Бездну. Пятнадцать тысяч немалая цифра. - Мм, нет, у меня остаётся тысяча безликих, Мондштадт сильно пострадал после войны, много людей погибло, а остальные вернутся обратно. - Хорошо. Пятьсот тысяч моры будет достаточно? - Вполне. Повелитель позвал двух слуг, те незамедлительно явились, одна держала поднос с нагретым железом, другая нож и лоскуток чёрного шёлка. Принцесса смотрела на эти предметы, особенно на раскалённое железо, и дрожала, словно беспомощный кролик загнанный в логове хищника. Одна из безликих стала держать блондинку сзади, она не сопротивлялась и позволила временно себя обездвижить. Ткань предназначена для того, чтобы приглушить крики Люмин, поэтому ей связали рот. - Дай мне свою руку, наследница. Блондинка несмело исполнила просьбу, Дайнслейф крепко ухватился и стал держать руку Люмин. Она дрожала от страха, нервы на пределе от того, что с ней сейчас сделают. Император взял железную печать за ручку, медленно преподнес к её коже, холодно выпалил: - Сейчас будет больно. И прижал горячий символ Бездны к её плоти. Итэр не сводил глаз с внешних дверей, затем нахмурил брови ещё сильнее, и спросил: - Ты это слышал? У Аякса такой же острый слух, и этот звук не спутать ни с чем. Это приглушённый, душераздирающий крик что доносился изнутри. Они быстро подошли к дверям, но безликие не позволили им пройти. - Я хочу узнать если моя сестра в порядке. Стражник никак не отреагировал. Принц прекрасно понимал что начать сейчас драку - не самая лучшая идея, но внутри Люмин, и скорее всего, это она кричала. Тогда они не оставляют ему выбора, но Тарталья тихо сказал: - Это часть сделки. Вмешиваться не стоит. - Что? - Потом всё поймёте, принц. Итэра это не успокоило, рыжий тоже нахмурился и прищурил глаз. Люмин упала на пол пока захлёбывалась в собственной слюне в перемешку со слезами, её крик обратился в громкое мычание. Вид того, как её кожа расплавилась и подгорела, и красное, живое мясо теперь на показ, вызывают много неприятных ощущений, но девушка не может даже лицезреть свой новый, свежий шрам из-за крепко-сжатых век. Какое же это издевательство, это оказалось больше и больнее чем она представляла себе. Но это ведь всего лишь физическая боль, она потом точно пройдёт. И она всё равно обещала себе что стерпит, это ведь так важно для неё, ведь только идя на такие меры, можно получить желаемое. Это понемногу помогло Люмин прийти в себя. Всё это время мужчина терпеливо ждал когда наследница придёт в себя и они завершат контракт. Он томно спросил: - Можешь встать? Принцесса поднялась с пола, выплюнула в сторону разжёванный чёрный шёлк, дыхание всё ещё не в норме. Боль, которая пробиралась от маленького красного следа на руке, неописуема, запах крови ударил принцессе в ноздри. Император снова взял её руку, пробормотал что-то и сделал порез на девичьей ладони. Это уже не так больно, но острое режущее лезвие по коже всё же заставило поморщиться. Капельки крови упали на пол, и почему только они так любят измываться над людьми? Дайнслейф молча смотрел за тем как другая слуга принесла для Люмин воды и чистую ткань. Девушка не медля окунула раненую руку в сосуд, другой вытирала слёзы, затем быстро перевязала тканью у места пореза, крепко поджала губы и посмотрела правителю прямо в глаза. - Возможно, ты сейчас сердишься, наследница, но таковы правила и ты знала это. Те, которые вступают в связь с Бездной отдают частичку себя, или забирают эту частичку с собой, как напоминание, этот закон действует на протяжении уже многих столетий. Это расплата свыше за то, что человек отрекается от всего святого и отдаёт жизнь в обмен на свои греховные желания. Блондин смотрел смотрел на маленький сосуд в своей руке в котором набрал кровь принцессы. Это расплата за глубокое душевное отчаяние. Люди, которые спускаются сюда ради добровольного получения проклятия, как правило, потеряли надежду на жизнь, предпочли бы умереть как можно скорее, и глядя на это сдерживающую в себя вопли и дрожащую от боли девчонку, такую юную и красивую, ненароком спрашивает: 《- Что привело её сюда?》 Затем, один из безликих приносит в руках роскошную, чёрную мантию, и преподносит своему правителю. Дайнслейф берёт мантию, подходит к принцессе и окутывает её, говоря: - И ещё кое-что. Ты будешь обязана всегда носить чёрное, чтобы ни у кого вокруг не осталось сомнений кому ты, отныне, принадлежишь. Принцесса настолько сильно искусала губы что почувствовала металлический привкус на языке. Она словно немая, тихо кивает, молчит и подрагивает. Нет, она не жалеет о том, что только что сделала, её не пугает то, что ей осталось жить десять лет, или может даже меньше, если её отравят, жизнь настолько переоценённая и паршивая, что это и жизнью то не назовёшь. Да, это крайность, она никогда не сможет выбраться из этого дерьма, но у неё есть цель и амбиция которых она желает достичь, значит какой-то смысл в этом есть. Теперь, она облачилась в чёрное, ей всё ещё с трудом верится что она на такое способна, вот так, без колебаний броситься и нырнуть в самую тьму, торговаться с тьмой, смотреть тьме в глаза. Её хриплый голос тихо прозвучал в зале: - Когда я получу армию и деньги? - На рассвете всё прибудет в Мондштадт. К тому же, это ещё и результат безвыходного положения, ей некого больше попросить о помощи, нечего предложить взамен на помощь в войне, опороченную и грязная душа это всё, что у принцессы осталось. Она слишком жалкая и слабая чтобы прожить долгую и счастливую жизнь, это никогда не было прописано ей судьбой. Всё что остаётся - создать иллюзию величия, словно она чего-то добилась, как будто она смогла что-то победить. По крайней мере, она умрёт прежде чем сойдёт с ума. Люмин вздёрнула подбородок, вытерла всю печаль и боль с лица, сделала поклон и направилась к двери, но император сказал в след: - Предоставить вам карету на обратном пути? Люмин сглотнула, повернулась и наполовину прикрыла глаза: - Простите, ваше величество, но у меня больше нет душ которых я бы могла вам отдать. - За карету не обязательно заключать контракт, раз уж мы теперь союзники, я могу сделать тебе такой подарок. Наверное, этот человек никогда не слышал про сарказм. Но принцесса всё же поблагодарила и приняла подарок. Дайнслейф ещё какое-то время смотрел ей вслед, затем отдал пару приказов чтобы подготовили всё. Когда Люмин вышла из храма, вся в чёрном и с краснючими глазами, Итэр тут же начал спрашивать обо всём, что там было. Принцесса заверила его что всё хорошо, и что они отправляются обратно домой. Скоро рассвет, небо окрасится в ярко-алый, как и земля что блондинка зовёт домом. На черной карете, пройдя совсем другой путь, они покинули Тёмную Империю. Аякс почти ничего не говорил и только иногда поглядывал на Люмин, а Итэр замучил сестру расспросами о том крике. Обратный путь оказался намного быстрее, но всё же тяжёлое молчание Тартальи сильно напрягало. Девушка скрестила руки и решила первая обратиться к нему: - Ну? Ты мне даже ничего не скажешь? Это фраза вырвала его из задумчивости. Снежниец поднял на неё глаза, они сидели друг напротив друга, осмотрел сверху до низу и заключил: - Красивая мантия. Тебе очень идёт. У плеч это самая мантия украшена чёрными перьями, а в месте где есть узелок можно увидеть большой, тёмный драгоценный камень. Люмин стала напоминать настоящую королеву Бездны. Девушка посмотрела в окно и спросила у него: - Останешься хотя бы на мою коронацию? Тарталья улыбнулся, а вот его глаз нет, и ответил: - Конечно. Я ни за что не пропущу такое. Девушка заметила как его взгляд скользнул по её руке и остался там, видимо искал ранение, и её брат всё не унимался насчёт крика, поэтому Люмин отодвинула ткань рукава в сторону, подняла и показала им: - Вот. Мне оставили это раскалённым железом. Да, след совсем не большой, но достаточно болезненно выглядит. Принц распахнул глаза, у него нет слов, Аякс тоже молчал. Златовласая тоже посмотрела на руку, глубокий ожог в размер с монетку. Итэр поджал губы, не сводил глаз с красной раны, и стал гладить сестру по спине: - Всё ещё болит? - Скоро пройдёт, это не страшно. Принц немного разозлился, стал спрашивать зачем, как, почему, таких деталей насчёт сделок он не знал, а сестра не предупредила его. А Аякс просто тихо смотрел на рану. Ещё немного времени и они прибудут, Люмин ещё придётся говорить с людьми, сообщить и заявить о себе, это очень страшно и волнительно. Чтобы опять упасть в забвение, блондинка начала петь: - Будь осторожен с тем, что ты делаешь, Ведь Бог наблюдает за каждым твоим движением... В её голосе столько боли, столько непролитых слёз, она жалеет о многом. О том, до чего сама себя довела, что с ней сделала жизнь, что она с собой сделала. Этому никогда не будет прощение, она никогда не простит себя за то, как с собой же и поступила. Ведь человек который сильнее и больше всех уничтожил Люмин, разрушил её, не оставил и шанса на спасение - она сама. Только вот от себя она убежать никогда не сможет, остаётся только принять внутреннего демона, ласкать и кормить его. Когда она закончила петь, заметила на себе пронзающий и даже острый взгляд рыжеволосого. Нет, она больше не выдержит этого. Люмин крикнула кучеру чтобы тот остановил карету, взяла Тарталью за руку и потянула на улицу. - Нам нужно поговорить. Мы скоро будем, Итэр. И повела воина чуть подальше, в лес, прижала его спиной к дереву и посмотрела на него исподлобья. Он удивился, но не стал брыкаться. - О чём ты хочешь поговорить, королева? - Аякс. - Люмин? Девушка отпустила его, сделала шаг назад, и начала излагать то, что давно было на душе: - Аякс. Ты прав, и мне даже не трудно признать это, я такая эгоистичная. Я не хочу чтобы ты оставлял меня, не хочу, чтобы ты уходил. Девушка взяла его руку, прижала к своей щеке, затем поцеловала запястье. Она не позволила ему и слово вставить пока сама не закончила: - Я люблю тебя, очень сильно люблю. Если ты попросишь умолять тебя на колени, я это сделаю. Это чувство внутри растёт, с каждой минуты ты забираешься всё глубже и дальше под мою кожу. Я совсем не готова к тому, что ты навсегда исчезнешь, я.. не думала что это настанет так скоро, что мы друг другу никто. Ты никогда не обещал мне что будешь любить меня, и ты никогда не был обязан ответить мне взаимностью, но я никак не могу перестать думать об этом. Я люблю тебя. - Люмин... - Люблю. Аякс вздохнул. Он думал с этим будет проще, точнее надеялся. Смотря в эти наполненные надеждой глаза понимает что ему опять придётся разочаровать её. Блондинка прижала макушку головы к его груди, глаза уже наполнились слезами, и выпалила: - Даже если ты обнимал меня из жалости, даже если тебе нужно было моё расположение, тело, какая-либо другая выгода.. я всё равно.. люблю. Ты всегда был таким тёплым ко мне, даже если от тебя веяло холодом, ты показал мне то, что не смогли все остальные, ты учил и заботился обо мне, залечивал раны, помогал... ты единственный мужчина в моей жизни который не причинил мне боль, ты.. единственный кто показал мне что занятие любовью это что-то приятное, а не отвратительное, ты всегда понимал меня, всегда был там, когда я нуждалась, брал меня на руки когда я ходила по битому стеклу. Ты стал моим миром, Аякс, я не могу.. отпустить тебя. Не уходи. Если ты чего-то хочешь, я исполню это. От такого накала, со всех сторон и сразу, слезинка покатилась вниз по щеке. Чувствовала себя хуже некуда, моля рыжего остаться с ней, унижаться, обнажить истинные чувства, но пусть она и чувствует себя жалкой, до невозможности глупой и наивной, девушка ни о чём не жалеет. Она всё высказала, Аякс в полной растерянности. Златовласая поднимает на него голову, хватает за обе щёки и впивается губами. Он отвечает на поцелуй, кладёт руки на плечи Люмин, встретился с перьями той шикарной мантии, и так же резко, девушка отстранилась и прервала поцелуй. Блондинка в страхе взглянула на его лицо, но она уже знала его ответ. От этого и больнее всего. От неизбежности. От реальности. Тарталья нежно, даже сочувственно, посмотрел на неё. Это так жестоко. Его нежный взгляд станет ей погибелью. Аякс открыл рот, хотел что-то сказать, но быстро передумал, а вместо этого потянул лицо принцессы к себе одной рукой, отодвинул её чёлку в сторону и оставил долгий поцелуй на лбу. Люмин застыла. Её взору открылись лишь его ключицы. Всё, что она сейчас может, только нести полную околесицу, несвязные меж собой фразы, затем надеяться на его милость. Другой участи она и не заслуживает. Затем, он обнял её голову одной рукой, прижав к себе, и сказал тихое: - Прости меня, принцесса, даже после всего что ты мне сказала, я.. не могу. Прости меня за всё, что я сделал. Я не хочу разбивать твоё сердце, и желаю тебе найти кого-нибудь получше. Очень глубокий укол в сердце. Кого-нибудь получше?.. Он отпрянул, ещё раз посмотрел в её глаза. - Кого-нибудь кто сможет сделать тебя счастливой, кто будет беречь, и любить всем сердцем. У Люмин слёзы текут ручьём, тот ожог на руке и порез ножом и близко не стоят с тем, что она сейчас чувствует внутри. - Мне никто больше не нужен. Он вздохнул и полностью отпрянул. Аякс и не думал что эти отношения с принцессой вырастут в нечто подобное, если бы он только знал.. боли и так хватает им обоим. Тарталья провёл рукой по волосам, встал спиной к девушке и сказал: - Ты красивая, умная и очень смелая, Люмин. Ты станешь хорошим правителем, я в этом уверен, ты словно звёзды на небе, никогда не перестаёшь меня удивлять, но.. я хочу пойти по другому пути, хочу отправиться в путешествие и начать всю жизнь заново, так, как я и хотел после гладиаторских игр. Моё место не тут. Мы оба оказались там, где сильнее всего хотели с самого начала, и оба не испытываем счастья или радости. Тебе лучше забыть меня. Аякс нахмурился, он о чём-то думает, но Люмин может узреть только его спину. Немой крик застрял в горле противным комком. Она окончательно потеряла его. - Так говоришь так, будто это возможно. Он наконец-то повернулся к ней. Дрожащими пальцами, девушка быстро сняла рубиновое кольцо и вытянула ему со словами: - Вот, возьми. Аяксу стало немного больно от этого жеста. - Зачем ты отдаёшь мне кольцо? - Потому что оно служит воспоминанием о тебе, и ты только что сказал мне забыть тебя. Он взял украшение в руки, его ресницы дрогнули, затем он тут же надел его обратно на руку девушки. - Это подарок, Люмин, я не возьму его обратно, но если тебе поможет, можешь выкинуть его. Или отдать другому. - Да как ты.. можешь говорить такое? Голос принцессы стал истеричным шёпотом. Она посмотрела на Аякса словно он обжог самое больное и чувствительное место, снова. Тарталья задрал голову и посмотрел на небо. Понемногу светлеет. Скоро рассвет. Он принял импульсивное, но правильное решение: повернулся спиной к Люмин, крепко, почти намертво, сжал челюсть и сказал: - Прощай, Люми. И пошёл вперёд. Принцесса смотрела ему в след и не могла поверить в это, он оставил её позади и пошёл. У принцессы сжалось сердце, смотреть на то, как он уходит. - Аякс! Она распахнула глаза. Она понятия не имеет зачем позвала его, ей было страшно, запаниковала. Сделав ещё один шаг, рыжеволосый остановился, повернул к ней голову. Его накидка развевалась на весеннем ветру, волосы растрепались, дышать стало трудно. Он не сказал ничего, она тоже, только девушка с маленькой, уже погавшейся крупицой надежды протянула руку в его сторону, но он уже далеко, она не сможет дотянуться даже если будет бежать изо всех сил. Он долго смотрел на неё, но вокруг настолько темно, что Люмин не смогла прочесть его взгляд. Затем, он пошёл дальше, больше не оглядываясь назад. А Люмин с оставшимся в ней достоинством отпустила. Она стояла на том же месте пока фигура любимого ей человека отдалялась, больше и больше, пока не исчезла окончательно. Им никогда не было суждено получить их долгое и счастливо. Девушка упала на колени, грудная клетка дрожала от его хаотичных вдохов, она на грани. Платье испачкалась в грязи, лицо стало таким мокрым от всех её слёз. Куда же он пойдёт? В какую сторону? К кому? Теперь всё что их объединяет - это небо. Люмин сжала руки у груди, было чертовски больно из-за ещё свежего ранения, пыталась остановить бешено колотящееся сердце, но всё тщетно. В таком положении она больше напоминает увядающий цветок. 《- Ты словно звезды на небе, никогда не перестаёшь меня удивлять.》 Его голос всё ещё звучал в голове.