Вместо слёз лишь капли крови

Матушка тоже не смогла сдержать своё слово.

      В следующую зиму женщина умерла, оставив сына совершенно одного.       Куртизанка смогла кое-как поставить Роше на ноги, но тот стал всё чаще и чаще болеть, а денег на лекарства и еду не было. Женщине пришлось продать их единственный дом и переехать в одну из комнат в борделе. Заботливая хозяйка публичного дома пожалела свою работницу и разрешила остаться вместе с сыном. Теперь куртизанка работала чуть ли не круглые сутки, а Роше вертелся на улице, пока мать пыталась заработать хоть какие-то деньги.       Вскоре здоровье женщины сильно пошатнулось. Она очень похудела, да так, что рёбра были видны на белой, почти уже бесцветной коже. Лицо сильно осунулось, а от постоянного недосыпа появились огромные синие круги под глазами. Женщина начала выпивать, стала раздражительной, а иной раз даже не стеснялась ударить сынишку.       Вернон же не мог смотреть на то, как мать с каждым днём загибается. Он стойко терпел все её выходки и удары, но в тайне плакал горькими слезами, прося у всех Богов, чтобы матушка стала прежней.       Время шло. Женщина с каждым днём выглядела всё хуже и хуже, да так, что многие клиенты стали отказываться от неё. Так куртизанка стала терять последние гроши, отдавая очередную порцию еды своему сыну, чтобы тот даже не думал вновь заболеть, из-за чего пришлось бы тратиться.       Но вот настала холодная суровая зима и оборвала жизнь бедной женщины. А Роше остался сиротой в этом безжалостном мире.       Вернон долго горевал после потери матери, ведь он её любил, несмотря на то, что женщина в последний год принесла немало боли мальчику. К большому удивлению Роше, его не выкинули на улицу из борделя, наоборот. Бордель-маман сжалилась над сироткой и вновь разрешила остаться в тепле. Женщина время от времени давала лёгкую работёнку мальчишке, чтобы тот хоть как-то отрабатывал полученный хлеб. Другие мальчишки так и доставали Вернона, с каждым разом доставляя ему всё больше и больше боли. Роше сильно злился. На себя, на окружающих, на весь этот мир. Он не мог понять, зачем вообще родился в этом порочном мире.       Но время не стояло на месте. Мальчик рос, крепчал, становился хитрее и изворотливее. Жизнь на улице неплохо научила его воровать, чтобы выжить. Хулиганы же так и дразнили Вернона, называя ублюдком, но теперь Роше мог дать сдачи. Он проучил всех наглецов за то, что норовили перейти ему дорогу, и смог хоть как-то отвоевать себе спокойную жизнь. А когда парню исполнилось шестнадцать, он стал выпивать, найдя на дне стакана утешение. Иной раз Вернона находили то там, то тут абсолютно пьяного. Все деньги, что зарабатывал Роше, он пропивал, находясь в плену алкогольной зависимости. Знакомые же только качали головой, негодуя, но парню на них было совершенно наплевать. Он так бы и пил дальше, если бы не один случай:       Роше тогда проснулся в какой-то канаве на улице с сильным похмельем. Он еле держался на ногах, переживая рвотные позывы. Но вот толпа впереди почему-то очень громко загудела. Послышался лай собак, звук копыт и фырканье лошадей. Земля же стала слегка сотрясаться от чеканного шага бравых солдат, что шли по обе стороны дорогой королевской кареты.       Роше застыл на месте, наблюдая как в его сторону надвигались солдаты, разгоняя зевак, что преграждали дорогу. Рядом с Верноном кто-то суетился, толкался, но парню было не до этого, он внимательно наблюдал затем, как приближалась карета.       – С дороги! – крикнул мужчина в латных доспехах.       Роше отступил на несколько шагов, наступив на кого-то. Сзади послышалась брань. Парень отвлёкся на секунду, выслушивая поток ругани в свою сторону, но когда взгляд вновь вернулся обратно на дорогу, Вернон увидел, как из окна на него мельком посмотрели благородные королевские очи и тут же вернулись к созерцанию убранства кареты.       В этот момент Роше стало почему-то очень стыдно за то, каким он предстал перед королём. И пусть тот хоть и бросил секундный взгляд в сторону юноши, но легче не становилось. Вернон переживал результаты попойки, был грязным, в старых лохмотьях, а его в таком виде удостоил взглядом сам король.       Парень вновь разозлился сам на себя, делая себе пометку, больше не пить. Правда это обещание Роше сам же не сдерживал, время от времени всё также прикладываясь к бутылке.

***

      – Эй! Нет! Верни!       В переулке заверещала девушка, у которой выхватили кошель с монетами.       – Заткни пасть, шмара! Мне твои деньги нужнее, – похититель оттолкнул испуганную девушку и бросился бежать.       – Нет! – обречённо закричала та, пытаясь догнать обидчика.       – Я его догоню, – прозвучало где-то совсем рядом, и вслед за грабителем умчался молодой парень.       Вернон смог настигнуть хиленького хитрого мужчины чуть ли ни на следующим повороте. Он схватил того за шиворот, встряхивая. Благо теперь роста и силы хватало, чтобы задать взбучку даже взрослым обидчикам.       – Блять! Отпусти, хер опиздевший! Это мой улов, – заверещал мужчина.       – Ты посмел оскорбить безобидную девушку. Отнял у неё кровно заработанные. Ты ничтожество.       – Заткнись и отпусти меня, хуила напыщеный, – в ответ на эти слова грабитель получил в нос. Тут же потекла алая струйка крови. – Сук-ка! Ты мне нос разбил!       – За дело, – невозмутимо ответил Роше.       – Что тут происходит? – на шум прибежали гвардейцы.       Грабитель стёр рукавом струйку крови и кинул кошель прямо в руки Вернона.       – Это он! Он украл у меня честно заработанные, да ещё и набил! – быстро переметнулся мужчина.       – Но... Это не правда! Я только помогал!..       – Заткнись! Ты отправишься в темницу! – проорал один из солдат, надвигаясь на Роше.       Девушка наблюдала за всей этой картиной из-за угла дома, в ужасе прикрыв себе рот тоненькой ручкой. Она словно застыла на месте и не могла пошевелить ни языком, чтобы хоть что-то крикнуть в защиту юноши, ни сдвинуться с места.       Тем временем грабитель поспешил убраться, а Вернона схватили гвардейцы. Но тот начал отбиваться, выкручиваясь из захвата. Мужчины не успели ничего сообразить, как парень ускользнул из рук и выхватил булаву у одного из солдат.       – Что ты себе позволяешь?       – Я не виноват! И садиться за решётку за чужое преступление не намерен, – в ответ шипит Вернон, отражая удар второго бойца.       – Блядородный ублюдок! Бросай оружие, а не то вместо темницы на кладбище окажешься!       Роше больше не слушал. Его глаза застелила пелена злости и ненависти. Он даже сам не до конца понял, в какой момент успел положить двоих гвардейцев.       – Что за беспорядки?! А ну! Отойди от них! – послышалось откуда-то спереди.       – Хм... Остановите!       Вернон наконец поднял свой взгляд и вновь увидел королевскую карету вместе с охранной. Ещё мгновение и из той самой кареты вышел правитель Темерии собственной персоны. Роше попятился назад.       – Король, прошу, оставайтесь на месте.       – Ну, полно. Отставить беспокойство. Я сам вправе решать, что мне делать, – спокойно проговорил статный мужчина, подходя к молодому человеку ближе. За монархом тут же последовали солдаты.       – Ну? И что же тут случилось? – вновь подал свой голос Фольтест.       – Простите! Простите, пожалуйста, Ваша светлость! Этот юноша ни в чём не виноват! Он только хотел мне помочь нагнать грабителя, – девушка всё-же смогла отмереть и подбежать к королю, падая к тому в ноги, – прошу Вас! Он ничего плохого не сделал.       – Он вырубил простых служак.       – Он защищался, – продолжала лепетать девушка, – эти Ваши "служивые" решили, что этот юноша грабитель, и напали на него. Парнишка был вынужден защищаться.       – Ты вырубил двоих латников, – обратился король уже на прямую к Роше, – что ж, весьма впечатляет. Да ещё вступился за женщину. Какое благородство, давно я не встречал людей, что без выгоды совершают добро.       – Ваша светлость!.. – Вернон сделал шаг вперёд, но солдаты в миг выхватили оружие и сделали несколько шагов навстречу.       – Стоять! Не приближайся к королю! – оскалился один из охранников государя.       – Мой король, пожалуйста, смилуйтесь над юношей... Он ни в чём не виноват! – продолжала просить девушка.       – Расслабитесь, – Фольтест махнул рукой на свою охрану, – этот парень ничего плохого мне всё ровно не сделает. Так ведь? – последние слова были обращены к Роше.       – Так, мой король! – Вернон отбросил в сторону булаву и опустился на одно колено перед правителем.       Фольтест на это усмехнулся.       – Встань, – повелел тот, на что Вернон послушно поднялся. – Такие как ты мне нужны. Что ж, отправишься служить в армию, будешь своим добрым сердцем родину защищать.       – Но?..       – Никаких "но"! Это мой приказ, – король махнул куда-то в сторону, обращаясь к подчинённым. – Отмыть, накормить, выдать оружие и форму, да и отправить в штаб!       Король сел обратно в карету и под цоканье копыт породистых лошадей уехал. А Вернона же, согласно указаниям, провели в бани и вскоре отправили в штаб темерской армии.