Elev af mørke

      Поттер проснулся от жуткой боли где-то в районе сердца. Все внутри кололо и сжималось в один емкий комок, принося ужасные ощущения, сравнимые разве что с усиленной версией Круциатуса. Закричать не получилось, голос сел и мальчик не мог издать ни звука, поэтому попытался открыть глаза. Яркие огни зарябили перед глазами, но все это быстро прошло, и маг смог разглядеть помещение.       Кажется, это какая-то спальня, но точно не его. Здесь все было довольно минималистично на фоне остального поместья, по крайней мере из того, что Гарри смог разглядеть не вставая с кровати. Темные обои с синим подтоном, небольшие, но высокие окна с плотными шторами, простенькая люстра. Слева от дверей стоял дубовый шкаф, а в углу комнаты было старинное бюро, на котором лежали лишь перо и баночка чернил - ничего лишнего. Из самого вычурного здесь был уголок с книжными полками и камином, около которого стояло одинокое кожаное кресло. Комната казалась такой пустой...       Да дело было даже не в мебели или ее количестве: на стенах не было портретов, картин, сродни висящих в коридорах, на полках не стояло множество мелких вещиц, по комнате не были разбросаны вещи. Казалось, что в ней совсем никто не живет, но при этом все было пропитано огромным количеством магии, что маг чувствовал даже в таком состоянии.       Голова от размышлений начала гудеть, и мальчик отчаянно застонал. Связки слегка разогрелись, поэтому изо рта вышел немного хриплый рык. Гарри вздрогнул. Не только из-за неожиданного звука собственного голоса, но и из-за движения. Сначала Поттер не заметил темную фигуру, сидящую около камина, а сейчас этот человек явно знал, что он очнулся. По коже прошлись мурашки, и даже воздух казалось похолодел на пару градусов. Волшебник развернулся, и из-за спинки кресла показалось знакомое лицо. Мальчик спокойно выдохнул.       -Гарри, как ты? - немного уставший голос был таким несвойственным для Темного Лорда.       -Милорд, доброе... Эээ... - Поттер немного задумался. Сейчас утро? День? Ночь? - Все болит. Как прошел ритуал? Я что-то испортил?       События того вечера помнились лишь отрывочно, но что никак не улизало из памяти - это тот дикий ужас провала. Гарри больше всего боялся именно этого, ведь в конце все пошло совсем не так, как он ожидал.       -Все прошло отлично, - коротко заключил мужчина.       Кажется, мальчишка недоуменно смотрел на него в ожидании дальнейшего рассказа, но Волдеморт только молча сел на кровать, немного отодвигая одеяло, укрывавшее Поттера.       Он тогда позвал его. Когда почувствовал страх, когда подумал, что умрет, этот мальчик позвал именно его. Из этих уст даже поганое маггловское имя отца звучало словно сладкий текучий мед. И Тому неимоверно хотелось еще раз это услышать.       Маг взглянул в изумрудные глаза с полопавшимися капиллярами в белках. Из под смольных ресниц на него смотрел уже совсем не маленький ребенок, каким Гарри был, когда переехал к нему. Черные пряди отросли, падая на лоб, черты лица стали более выразительными да и взрослее, что ли, брови погустели, а глаза мага теперь были измученными, но все так же заставляли Лорда всматриваться в них как можно дольше. Казалось, когда они встречались взглядами, прямо в зеленых радужках возникали серебрянные искры, но мужчина лишь ухмылялся самому себе. Магия не может возникать из ничего.       Том понял, что довольно долго молчаливо разглядывает мальчишку и нервно приподнял уголок губ.       -Скажи мне, как станешь чувствовать себя лучше. Обычно я нахожусь в своем кабинете, куда вы приходили с Северусом, - темный маг старался не вкладывать в эти слова сентиментальности, но почему-то волнение за уже не маленького мага не хотело уходить.       Нехотя он встал с мягкой постели, поправляя край одеяла, и направился к темным двойным дверям.       -Что это за комната? - напоследок спросил мальчик, но резко опомнился и слегка покраснел. - Милорд... - Гарри так забылся, что чуть не проклянул себя за бестактность.       Волдеморт оглянулся. Его лицо накрыла узнаваемая ухмылка.       -Моя спальня.       От удивления Поттер чуть не упал с кровати, наплевав на боль в левом боку. Теперь он понял, кому принадлежит эта магия, пропитывающая даже стены этой спальни. К счастью, Темный Лорд успел выйти из помещения и не видел ни такого глупого телодвижения, ни пунцовых щек мальчишки, ни глаза, распахнутые так сильно, что казалось сейчас выпрыгнут из глазниц. Удивление быстро сменилось болью в районе затылка, и Гарри упал обратно на кровать. Черт, да зачем вообще Тому надо было приносить его сюда?       Маг вдруг осознал, что лежит на Его кровати. От такой глупой мысли потеплело внутри. Мальчик немного развернул голову и прижался к мягким простыням, вдыхая знакомый аромат. Волдеморт не пах чем-то обычным, это нельзя было как-то описать. Но если бы пришлось... Это могущество, сила, доминация, притягивающая холодность и немного сожаления. Да, эмоции не могут иметь запах, но это именно то, что чувствовал Гарри, прижимая к лицу край шелковой ткани...       Гарри резко перевернулся на спину, морщась от ужасных ощущений. Столь приятные мысли мгновенно сменились болью. Легкое закололо, и ощущение тут же отдалось в находящихся рядом органы. Волнами боль наплывала на тело юного волшебника, заставляя того стискивать до скрипа челюсти. Ничего, он не мог ничего сделать с этим. Магия будто убивала его изнутри, оставляя в сознании, заставляя страдать.       Громкий неприятный писк в голове стремительно нарастал, постепенно заменяя собой все возможные звуки. Все вокруг пошло рябью, и уже невозможно было сконцентрироваться на чем-то конкретном, от чего Поттеру пришлось закрыть тяжелые веки. В один миг все сменилось темнотой. Теперь не только Тома, но и этого привычного жжения внутри не было. И даже невыносимый писк стих. Пустота окружила мальчика, окутывая своей холодностью и бесконечной чернотой. Ничего.       Снова проснулся мальчишка уже в своей комнате. Тело больше не прожигал невидимый огонь, маг мог вздохнуть полной грудью и не корчиться в агониях, а конечности вновь вернули свою подвижность. Правда голова потяжелела не меньше, чем на тонну, а до невозможности неприятный писк оставался на краю сознания. Вставать Гарри пока не решался, левый бок все еще покалывало, да и чувствовал он себя в целом отвратно.       Поттер гадал над недавним разговором. Больше даже не от интереса или любопытства, а от банальной скуки. Ведь Том так и не объяснил ему, что тогда произошло во время ритуала, из-за чего мальчика терзали муки сомнений. Магу оставалось лишь надеяться, что отец все таки зайдет к нему повидаться и расскажет наконец, что тогда произошло.       Гарри очень интересовал не только ритуал, но еще и то, почему Темный Лорд приказал отнести его к себе в комнаты. Когда он проснулся, Волдеморт сидел рядом, и, конечно, это могло быть простое совпадение, но маг все же решил, что Том хотел быть рядом во время его пробуждения. И он был рядом. Дальнейшие рассуждения о том, что повлияло на такое решение Лорда, показались мальчику бессмысленными. Кто ж их поймет, этих Темных Лордов... Маг нервно усмехнулся своим мыслям.       Поттер вздрогнул, когда увидел в дверях знакомый силуэт. Иногда его отец слишком внезапно появляется, и это его пугало.       -Папа! - мальчишка тут же пожалел о собственной эмоциональности и схватился за горло, связки заскребло от перенапряжения.       -Прошу, аккуратнее, Гарри, - Северус подошел ближе и осторожно приобнял сына. - Как ты? Отходить после ритуала не просто, не представляю как ты себя чувствуешь...       Маг нехотя отодвинулся от мужчины и откашлялся в попытках облегчить дальнейший разговор, что все равно было безуспешно.       -Паршиво, в общем-то... - мальчик был рад, что Снейп ничего не сказал на его сквернословие, но продолжил уже более осторожно. - Ты можешь объяснить, что тогда стряслось? Я все таки испортил что-то? Лорд не захотел отвечать, так, отмахнулся, сказав, что все прошло хорошо.       Маг сморщил лицо при упоминании Волдеморта, но быстро взял эмоции под контроль. Северус вдруг понял, что Гарри совсем ничего не знает, после чего кратко описал все произошедшее.       -Значит, все прошло хорошо... Тогда почему я чувствую себя так ужасно? Сколько я вообще провалялся в постели? - уставший голос выдавал самочувствие Поттера с концами, хотя сам он старался делать вид, что ему намного лучше. Маг, сделав небольшую паузу, ответил немного неуверенно:       -Это нормальная реакция, расширение ядра всегда очень болезненно и сложно. Чудо, что Магия вообще позволила успешно все закончить. Ты был без сознания две недели...       -Сколько?! - крик снова вырвался из Гарри.       Приступ кашля не дал магам продолжить беседу. Легкие невыносимо жгло от каждого вдоха, а гортань драло так, словно там летала стая корнуэльских пикси. Снейп мигом начал ощупывать карманы верхней мантии в поисках нужного зелья. Достав совсем небольшой бутылек не очень приятной на вид жидкости, мужчина откупорил пробку и влил содержимое в рот сына, не дожидаясь его согласия. Капли обволокли стенки горла, что было чертовски противно, но действенно. Поттер кивнул в знак благодарности. Дождавшись, пока мальчик успокоится, мужчина резковато и довольно тихо произнес:       -На самом деле я хотел поговорить о другом... - Северус нервничал, а его голос дрожал, что было для него совсем несвойственно. - Гарри, выслушай меня сейчас очень внимательно, пожалуйста. Ты меня понял?       Маг вмиг стал серьезнее и едва заметно кивнул. Снейп продолжил, говоря местами грубо и с чувством раздражения, но он давно для себя решил, что поговорить с сыном надо.       -Я видел ваши кольца, Лорд без конца крутит свое на пальце... - взгляд мужчины упал на бледные руки сына. - Гарри, ты помнишь, что я тебе говорил?       От такого откровения мальчик сначала впал в ступор. Да он сам не понимает, что у них с Томом происходит, а его отец докапывается до него... Поджав от недовольства губу, Поттер промолчал.       -Он играет с твоими чувствами. А когда наиграется, тебе будет очень и очень больно... Темный Лорд не знает любви, для него не существует эмоций и ласк. Волдеморт бросит тебя, и тогда ты пожалеешь, что не послушал меня раньше. Я не хочу, чтобы ты испытывал эту боль...       Маг не выдержал больше таких слов в его сторону, каждая фраза отдавалась невыносимой болью на сердце, на глазах наворачивались слезы, а его отец продолжал так спокойно ему все это объяснять.       -Замолчи, закрой рот! - Крик полный ярости и гнева не дал Северусу продолжить. - Ты не понимаешь, что я чувствую! Да мне плевать, что он сделает со мной потом, я не могу без него. Каждую минуту я думаю о Томе, а когда он рядом, то все внутри замирает, сердце прекращает биться, а легкие дышать. Я знаю, Том тоже что-то чувствует ко мне, поэтому я буду его добиваться, несмотря на возможные последствия. Сделаю все возможное, чтобы мы были вместе, иначе потом возненавижу себя за то, что даже не попытался, понимаешь? Нет, ты не понимаешь... Ты никогда этого не поймешь, потому что в твоей жизни не было такого человека! - тяжело дыша, дрожащим от слез голосом Поттер отстаивал свои чувства, как самое дорогое, что у него есть.       А ведь Том правда был для него всем. Свою жизнь без него Гарри и не пытался представить. Все это было отражением его давних переживаний, что маленький маг так долго укрывал на задворках своего сознания. И все это разом вылилось на Северуса, молча выслушивая изливавшего душу сына.       -Была, - прервал он наконец монолог Гарри. - В моей жизни была девушка, которую я любил больше всего на свете, и люблю до сих пор. Ее звали Лили Поттер.       Эмоции в мгновение сменились, а глаза наполнились сожалением. Мальчик понял, насколько больно только что сделал своему отцу. Его мама... Он безмолвно смотрел в остекленевшие глаза Северуса, продолжая слушать, запоминая каждую деталь о его родной матери.       -Мы росли вместе, двое магов среди сотни обычных людей, ненавидящих нашу неправильность. Тогда во мне появилось то необычное ощущение внутри, заставляющее совершать странные поступки, идти наперекор с логикой. Конечно, я тогда отрицал любовь, но в глубине души знал это... - рассказ давался тяжело обоим волшебникам, потому что для каждого это чувство было слишком знакомым. - Когда мы поступили в Хогвартс, твоя мама начала встречаться с Джеймсом Поттером, он был простецом, любящим поиздеваться над другими магами. Вечно выставлял из себя самого умного, естественно Джеймс был любимцем всех гриффиндорок. Лили тогда разрывалась между нами двоими, и я совершил ужасную ошибку... Она вышла замуж за Поттера, а после умерла, так и не простив меня.       Молчание длилось вечно. И если Поттер совсем не знал Лили, то для Снейпа она была всем. И словно не прошло этих двенадцать лет с ее смерти, он до сих пор ощущал эти убивающие чувства и не мог ничего сделать. С болью в глазах он посмотрел на мальчика, сидящего перед ним. Он не должен чувствовать такую же боль...       -Гарри... - Северус едва мог говорить сквозь текущие ручьем слезы. - Гарри, пожалуйста, я не хочу, чтобы ты это чувствовал. Пообещай, что не будешь идти на поводу этих чувств, обещай мне...       Мальчик протер опухшие красные глаза рукавом кофты, не желая это больше слушать. Ему было больно, и одновременно с этим он готов был идти до конца.       -Прости, отец, я не могу.