Запретная любовь

Боль лечат болью, а любовь — большой любою. Мевлана. pov. Кларк Гриффин — Сегодня мы узнаем президента школы! Сейчас мы посмотрим документальный видео-ролик, как все испытания проходили участницы и позже мы объявим победителя! — ораторским тоном говорила Эбигейл. Она кивнула парнишке за ноутбуком, чтобы он включил видео. И все уставились на большой экран. Но это был совершенно, не то видео, какое должно было быть. На видео были: я и Лекса.  — Как же я тебя люблю, Кларк. И мне больно смотреть, как ты грустишь… — Я тоже тебя очень люблю. Мне ещё больно скрывать от всех, что мы вместе. Они не поймут и мы разобьем сердце Финну и Костие. Все присутствующие внимательно смотрели происходящее и начался гул в актовом зале. Все перешептывались и смотрели то на нас, то на экран. Наш поцелуй. Наш разговор. Это увидели все. Это увидела Костиа. Это увидел Финн. Ко мне подошла Костиа и смотрела на меня страшным взглядом. Я встала со стула чтобы наши глаза были на ровне друг с другом. — Я тебя сейчас всю объясню… — дрожащим голосом сказала я. — Ничего не нужно мне объяснять! — оборвала сестра. — Теперь мне понятно почему такая добренькая была со мной. Пока я плакала тебе в плечо, ты тем временем трахалась с моей девушкой и уводила ее, зная как сильно я ее люблю! Я тебя ненавижу! Я никогда тебе этого не прощу! Ты для меня умерла, тварь! Ты еще пожалеешь об этом! — грозящим голосом сказала рыжеволосая девушка и со всей силы влепила мне пощечину. — Если ты думаешь, что особенная, ты ошибаешься! Лекса в любом случаи будет изменять и тебе! — После чего девушка развернулась и ушла. Финн посмотрел на меня и Лексу разворачивавшимся взглядом и последовал за Костией. Все подростки, а также учителя продолжали перешептываться, а некоторые ребята начали выкрикивать неприятные фразы. Я не смогла здесь больше оставаться и выбежала из актового зала. Я вышла на крышу и стала вдыхать обжигающий холодный ветер. Мне было больно. Я предала собственную сестру и теперь она мне этого никогда не простит. А Финн… он не заслужил к себе такого отношения. И их можно понять, врятли бы и я простила такое. — Дорогая, ты замерзнешь! — сказала Лекса выходя на крышу. Девушка взяла меня за руку. — Пойдем от сюда. — тихо добавила она. Я не стала сопротивляться. Мы зашли в помещения и Лекса прижала меня к своей груди. — Любимая, все будет хорошо. Мы справимся! — Они нас никогда за это не простят. Костиа и Финн должны были узнать это от нас, а не таким образом… — отчаянно сказала я. Мои слезы лились ручьем. — Пойдем, покатаемся на машине по городу. Развеемся. — сказала Лекса вытирая мои слезы. Я кивнула в знак согласия. Мы вышли на улицу, около машины стоял Финн делая затяжку сигареты. — Финн, ты же не куришь… — сказала Лекса и парень посмотрел на нас. — А твое какое дело. Ты… ты все время меня отговаривала сделать предложение Кларк… Как ты могла так со мной поступить? Еще в начале я тебя спрашивал безразлична ли тебе Кларк, ты говорила, что тебе полностью плевать. Я отдался весь в этой любви, а ты взяла и… — Прости, брат! Я не хотела так… я думала это пройдет, я боялась своих чувств, поэтому так говорила, но чем больше мы с Кларк общались, тем больше понимала, что люблю ее… — Не называй меня братом! Ты мне больше не сестра, видеть тебя не желаю! — сквозь зубы и дрожащим голосом сказал Финн. — А ты Кларк, если с самого начала тебе нравилась Лекса, то какого черта, ты приняла мое предложение быть твоим парням? Я вас обеих знать не желаю! — парень развернулся и пошел в неизвестном направлении. — Кларк, не бери на свой счет, здесь только моя вина. Мне жаль что Финн и на тебя зол… — Нет, я полностью виновата. Он прав! Я не должна была изначально давать ему надежду… — сказала я и мои слезы вновь стали подступать. Лекса крепко меня обняла и стала утешать. Немного успокоившись мы сели в машину и стали кататься по городу до самого вечера.

***

Мы не поехали в университет, а решили переночевать в квартире у Лексы. — Проходите, мисс! — улыбаясь сказала Лекса, пропускаю меня в квартиру. Я вошла в квартиру и стала осматриваться. Она очень просторная. Панорамные окна, черные шторы. Огромная кухня белого цвета, барная стойка и обеденный стол все также белого цвета, а четыре стула черного цвета. Смежный зал, где красовался на стене огромный телевизор, а внизу на тумбочке из черного дерева и белой ножки, лежала PlayStation 4 и много разных дисков. Напротив был кожаный черный диван. Была еще одна комната, я заглянула туда из-за любопытства. Это была спальня. Также панорамные окна. Большой и мягкий подоконник. Здесь круто сидеть и смотреть с высоты тридцатого этажа на засыпающий город и читать какую то книгу, но у Лексы лежала гитара. — «Интересно сколько у нее их?! Какая она у меня музыкальная! Как это прекрасно!» — Черные шторы украшали окна. Рядом стояла огромная двухскоростная кровать. На против которой также висел телевизор, но уже более меньше размера, чем в зале. Также здесь была дверь в гардероб, который больше, чем моя комната в моей старой квартире. И конечно же огромный санузел. Какая огромная ванная! Я удивленно на это смотрела и восхищалась. — У тебя здесь просторно, даже очень… — Нравится? — улыбаясь спросила Лекса. — Конечно! Здесь очень уютно. — Это хорошо, ведь после окончания универа, мы будем жить здесь. Я рада, что тебе нравится. — все также улыбаясь говорила девушка, приобняв меня. — Здесь жить? — удивлено спросила я. — А как иначе?! Ты не хочешь со мной жить? — Хочу, но… — Ни каких но! Это будет наше гнездышко. Хотя она уже и есть наше! — оборвала мои слова Лекса и поцеловала в губы. Я углубила поцелуй. Чтобы скоротать остаток вечера, мы заказали суши и роллы, и под винишко стали их уплетать. — Очень вкусные! — причмокивая сказала я. — Да, я всегда заказываю суши и роллы именно в этом ресторане. Они самые великолепные! Все так нереально. Я до сих пор не могу поверить, что мы с Лексой вместе. Не могу поверить своему счастью. У меня взаимные чувства к самой лучшей девушке мира. После ужина мы стали принимать вместе ванную. Теплая вода и нежные горячие руки зеленоглазой. У нее такая сладкая кожа. Наверное, я вся пропиталась земляникой. Мы просто сошли с ума, но какое это сумасшедшие сладкое и прекрасное. У этого сумасшествия земляничный вкус. Я растворяюсь в ней, а она растворяется во мне. Есть только теплая вода и земляничные губы Лексы. Я готова умереть от удовольствия прямо здесь и сейчас. Как же любовь прекрасна. Как хочется остановится в таком моменте и на всегда избавиться от плохого.

***

Утром мы приехали в университет. Припарковавшись, мы не решались выходить из машины. — Готова, дорогая? — смотря на меня сказала Лекса. — Готова! — ответила я и поцеловала девушку. Мы вышли из машины и взялись за руки. Мы шли прямо, а все люди оборачивались и смотрели на нашу уверенную походу (у Лексы она была более уверенная). Уже послезавтра новый год, а сегодня праздничное мероприятие в университете, перед каникулами. Время скоротечно. Еще пару месяцев назад, я шла по этой же дороге в противоположную сторону. Все также на меня пялились, но тогда Лекса меня опозорила забрав мой бюстгальтер. Я тогда сгорала от стыда и говорила как ее ненавижу. А сегодня мы любим друг друга и держась за руки идем сквозь эту толпу. Как же может все быстро поменяться. От ненависти до любви — один шаг. Зайдя в помещение, все также на нас пялились и перешептывались, но мы старались делать вид, что нас это не волнует. Просто шли прямо. Я заметила маму. Увидев нас, она выронила бумаги из рук. Лекса подняла их и подала маме. Она их выхватила и грозно посмотрев, пошла в противоположную сторону, так ничего не сказав.

***

Вечеринка началась в актовом зале. Огромный зал был украшен шариками, на сцене был диджей. А все ребята танцевали в центре с бокалами безалкогольных напитков. Хотя многие явно туда добавила горячую смесь. Я заметила Рейвен облокотившись о стену, выпивая коктейль. — Я пойду поговорю с Рейв и вернусь. — сказала я Лексе, целуя ее в губы. — Конечно иди, но не на долго, а то мне без тебя будет одинокого. — Люблю тебя! — сказала я своей девушке и пошла к подруге. — Что с тобой, почему ты такая грустная? — подойдя к Рейвен, спросила я. — Меня Монти бросил… я даже не знаю, как на это реагировать. Он мне все объяснил. Представляешь, он любит Джаспера! Я просто в шоке… Я обняла Рейвен и стала ее утешать. — Мне очень жаль, подруга! Ты сильная, ты справишься! — Я его понимаю и у меня нет на него обиды. Но все же мне грустно, что все так вышло. Он не виноват, что гей. Я хочу, чтобы он был счастлив. — Ты очень мудрая, Рейвен! Не каждый человек это поймет. Ты обязательно будешь счастлива, вот увидишь! — Да ты права! Спасибо за поддержку, дорогая! Я люблю тебя! Ты мне как сестра, жаль что мы не встретились раньше. — Лучше поздно чем, никогда! Я тоже тебя люблю, Рейв! — я крепко обняла подругу и после чего, потащила ее на танцпол. Мы двигались под такт музыки и веселились. У Рейвен поднялось настроение и она пыталась уже совсем не грустить. — А сейчас медленный танец. Приглашаем свою вторую половинку или тот кто вам нравится и погружаемся в этот прекрасный медленный танец! — сказал диджей и включил музыку. — Прекрасная леди, разрешите пригласить вас на танец?! — подойдя ко мне сказала Лекса, мило улыбаясь, подавая свою руку. Рейвен мне кивнула, чтобы я шла и конечно же я не могла отказаться от этого. Мы плавно танцевали. Рука Лексы держала одну мою руку, а другая была на моей талии. Я уткнулась ей в шею и вдыхала прекрасный аромат ее парфюма. Лекса целовала мне шею, ушко, а тонна моих мурашек бегало по всему телу. Это был настолько сладкий, настолько прекрасный танец. Наши губы стали соприкасаться и с каждым моментом его все больше углубляя. Мы уже могли не прятаться, а вот так просто целоваться прилюдно, не думаю кто и что подумает. Главное только наша любовь. pov. Александрия Вудс. Я смотрела как Кларк разговаривает с Рейвен, похоже, что-то случилось и мне не хотелось нарушать их общение. — Ей, подруга! — меня окликнула Октавия, держась за руки с Линкольном. — Привет, сладкая парочка! Вы, как понимаю вместе сегодня? — Мы теперь встречаемся. Я очень люблю твою подругу и всегда буду ее защищать! — с улыбкой произнес мне парень. — Только попробуй ее обидеть, ты знаешь, что будет! — Конечно знаю. Я буду убит сразу же. Но ты не переживай, я скорее сам себя убью. — искренне говорил Линкольн. И я ему верила. Было видно как эта пара счастлива. У обоих горят глаза и она ужасно влюблены друг в друга, как мы с Кларк. Диджей сообщил о медленном танце. Линкольн сразу же пригласил Октавию на танец, а я стала искать глазами Кларк. Она танцевала с Рейвен в самом центре танцопа. Ну этот танец, ее подруга у меня не отберет. Я смело подошла к своей девушке и пригласила ее на танец. На благо спорить никто не стал. И вот она в моих объятиях. Прекрасный танец, прекрасная моя Кларк. Мы утопали друг в друге. Наши горячие поцелуи. Все было прекрасно, но наш танец нарушал настырный звонок моего телефона. Это звонила мама и уже было три пропущенных звонка от нее. — Ответь, вдруг что то важное. — сказала Кларк отстраняясь. Мне ничего не пришлось, как ответить. — Алло, мам, чего звонишь? Ты же знаешь, у нас сегодня вечеринка в универе. — Лекса! Срочно приезжай в больницу. Финн… Финн пьяный нарвался на какую то компанию и его пырнули ножом, срочно приезжай! Он в критическом состоянии! Я побледнела и выронила телефон из рук. В ушах все зазвенело, а тело стало ватное. — Лекса, что с тобой? Что случилось? Любимая, что случилось? — этот прекрасный голос пытался вернуть меня в реальность. Но реальность стала слишком жестокой. Я не хотела в это верить. «Финн, только живи! Прошу живи! Не смей умирать братик, не смей!»