Максимальная сложность: Миссия "Влюбиться".

Корабль трясло нещадно. Он чувствовал, как отваливаются куски обшивки. Маневровые ещё фурычили и была надежда приземлиться, а не шмякнуться о поверхность со всей дури. Дроссель поморщился. Это надо же было так встрять! Нарваться на плутаркианский патруль именно у Земли. Люди не были терпимым видом. И если их заметили... А их по-любому заметили, ибо горящие обломки их мотолёта усыпали собой приличную территорию. Да и сам корабль, вряд ли был незаметен при входе в атмосферу. Рыжий лидер марсианских байкеров готовился к жаркой встрече. Отступать придётся с боем. Возможно убив несколько представителей разумного, но не очень умного вида, что населял Землю. — Не грузись. — посоветовал младший брат. И Дроссель в очередной раз поразился спокойствию Винни. Страх у белого отсутствовал напрочь, с лихвой заменённый безбашенным азартом. — Всё будет, как будет. — добавил Модо. Серый здоровяк, несмотря на неординарную и грозную внешность, отличался здоровым пофигизмом. Дроссель вздохнул. Они, как и всегда, без слов поняли, что волнует его. Не крушение. И далеко не то, что они могут получить увечья. Рыжий волновался именно о людях. Не любил убивать, без причины. Даже тех, кто хотел бы забрать его жизнь. Под днищем мотолёта расстилалось бескрайнее море зелени. Лес? Такая огромная площадь? — Бери управление, Вин. — крикнул рыжий. Если кто и мог посадить полудохлую посудину, так это именно Винс. Младший брат был асом, когда дело касалось пилотирования в трудных условиях. Их порядочно тряхнуло и полудохлый мотолёт замер на единственной поляне посреди леса. Как Винс её разглядел, осталось загадкой. Они экстренно собирали всё важное в походные мешки. Нужно было валить, пока не нагрянули местные вояки. Вывезя байк из покорёженного шлюза, Дроссель огляделся. Шелестел лес, пели птицы. Вокруг разливался запах разнотравья. — Валим. — скомандовал он и первым вскочил на мотоцикл. Ехать приходилось по-одному, выискивая просветы среди деревьев. То и дело слышалось чертыхание Винни. Младший из марсиан ненавидел черепаший стиль передвижения. Вскоре начали попадаться признаки того, что где-то рядом люди. Целая просека срубленных деревьев. Глубокая колея от тяжёлой машины. Через пару часов троица затормозила у забора. Хотя, от чего мог защитить такой забор, с большим количеством отсутствующих досок, большой вопрос. — И? — Винни опустил голову на скрещенные на руле руки. — Судя по всему дом заброшен. Предлагаю пробраться на территорию и осмотреть поселение. Насколько это возможно. — Дроссель поморщился. Конечно, лучше всего было бы идти на разведку ночью. Но им нужно логово. Нужен отдых. В итоге, оставив байки в кустах, братья проскользнули сквозь дыру в заборе. Небольшой двор был не ухожен и зарос травой. Рядом с покосившимся домишком располагались ещё несколько строений. — Так, заброшен, как я и думал. — рыжий уже смелее пересёк двор и выглянул за забор. По обеим сторонам широкой улицы, располагалось несколько десятков домов. Там и тут сновали птицы и всякая живность. Придётся объезжать поселение вокруг. Он уже было хотел сообщить братьям о том, что поселение жилое, когда его прервал скрип. — Хто тут шляется? — раздался скрипучий голос и из неприметной двери вышла скрюченная старуха. Марсиане замерли. — Матерь мышиная, мумия, самая натуральная. — шепнул Винс тонким голосом. И Дросс понимал отчего брат сделал такой глупый вывод. Винни вряд ли видел стариков. — Чяво вы там пищите? Какая мама? Какое мумиё? — старуха подслеповато прищурилась. — Простите бабушка, мы проездом тут. Случайно забрели к вашему дому. — мягко проговорил Дроссель. — А, туристы, стало быть. Енто дело хорошее, места у нас тут сказочные. — ответила старушка. — Так вам комната нужна што ли чи? — Да мы же проездом. — улыбнулся Дроссель. — Добро, но смотрите у меня жить можно только в обмен. Я вам место, вы мне силушку свою. — бабуля опёрлась на клюку. — Ну если што, я Евсеевна. Старушка скрылась в домике. Винни посмотрел на брата. — Она странно говорит. Я вроде всё понимаю, но акцент этот ужасный... — белый нахмурился. — Всё правильно братишка. – Дроссель снял очки и потёр глаза. – Нас можно поздравить и официально признать самыми невезучими марсианами, потерпевшими крушение. — С чего это? — возмутился Винс. — Потому что, мы брат мой, попали в полную жопу. — рыжий скривился, будто лимон съел. — Говори яснее! — буркнул Модо. — Куда уж яснее? Мы в России, вот что я хочу сказать! — Дроссель снова оглядел заросший двор. — В той самой... — прохрипел Винни — Где водка, медведи и коммунисты? — Именно. — на губах рыжего появилась ухмылка. — Пиздец! — прокомментировал Винс, то что синхронно подумали все.

****

Василич опрокинул стакан и ухнув, закусил луковицей. Хорошо пошла, родимая. Друзья, с которыми они так лихо начали застолье уже похрапывали. Один на столе, второй под росшей рядом сиренью. Дома ждала Глашка, жена с которой прожили вместе двадцать лет. А Василичу хотелось праздника. Неожиданно мимо кустов, в которых засели трое местных выпивох, прошли мужики. Василич уже хотел окликнуть их и осёкся. У существ были звериные головы. Мужик икнул, провожая видение взглядом и посмотрел на бутылку. Что-то рановато к нему белочка явилась. Он перевёл взгляд на луковицу и поразмыслив, запустил её в сторону, куда скрылись глюки. От греха подальше. Ясно же, что испортилась закусь. Следующий дом у которого остановились марсиане, был добротный и ухоженный. Они возможно прошли бы мимо, если бы не увидели зацепившуюся за самый край крыши девушку и валяющуюся у стены лестницу. Модо рванул вперёд, за секунду до того как расцепились пальцы бедняжки. Серый лишь слегка присел. С бледного лица, на него таращились синие глазищи. А в них... По мере осознания, страх сменился возмущением. Модо опешил. — Поставь меня на место, качок! — выдала спасённая. — То есть, на крышу? — уточнил Модо. — Дураком не притворяйся, на землю меня поставь. — распорядилась девушка. Серый тут же послушался. Девушка одёрнула рубашку на высокой груди, перекинула через плечо длинную, пшеничную косу и с прищуром уставилась на незваных гостей. — Кто такие и что вам понадобилось в моём дворе? — Туристы. Шли мимо, увидели, что вы в опасности. Решили помочь. — сглотнув сообщил Модо, опередив Дросселя. — С Чернобыля что ли? — тёмная бровь изогнулась, выражая скепсис. — Почему думаете, что именно оттуда? — вежливо поинтересовался рыжий. — Шутишь? — она помахала ладонями по бокам головы. — Откуда бы ещё к нам мутантов занесло? — Вы очень проницательны. — Дроссель кивнул. Винни фыркнул. Не понимал зачем братья рассыпаются в любезностях. — Ясно. Ну добро пожаловать, туристы. — девушка улыбнулась лишь уголком губ. Винс хмурился. Гордость требовала немедленно ответить на фразу о мутантах. Он вообще остро реагировал на любые оскорбления. Потому что всегда отличался от своих сородичей. — Спасибо, думаю мы задержимся на некоторое время в вашей чудесной деревушке. — рыжий улыбнулся. — Задержимся? — воскликнул Винс. — Задержимся? — вторил младшему брату Модо. — Да. — Дроссель, глядя на девушку, прижал руку к груди и чуть склонил голову. Винни кипел. Он был в бешенстве. С трудом дотерпев несколько метров до ближайших кустов, белый взорвался. — Какого хрена, Дросс? — шерсть на загривке младшего марсианина встала дыбом. — Мы приземлились несколько часов назад и ничего... Ни военных, ни властей. — рыжий ухмыльнулся. — Нам есть смысл остаться здесь. Перетащим маяк и передатчик. Думаю через месяц нас хватятся. Либо Кэр, либо Стокер. Согласитесь, имеет смысл отсидеться. Да и жители здесь вроде адекватные. Ни кричат, в обморок не падают. — Но при этом называют нас мутантами. — нахмурился Винни. В словах брата был резон. Белому тоже не улыбалось партизанить по лесам. Тем более, это не родная пустыня, а полный опасностей, чужой мир. — Они не вкладывают в это слово оскорбительного подтекста. И ты это тоже понял. — Модо ободряюще сжал плечо брата. — Супер. Ну что, идём к бабуле? — Винни мог бы долго и нудно спорить, но сейчас на это просто не осталось сил. Ушиб рёбер при падении давал о себе знать. Лишь через час они смогли лечь спать. Дроссель и Модо расположились на сеновале, а Винс же выбрал своим спальным местом высокий флигель с полуразобранной крышей. Бабуля называла это место голубятней. Винни заложил руки за голову покачиваясь в привычном гамаке. Через дыры в крыше отчаянно подмигивали звёзды. Условия, здесь на Земле, если подумать были совсем неплохи. На Марсе, зачастую было хуже. Ночевать приходилось в пустыне или в окопах. Чаще удавалось прикорнуть на несколько минут и снова в бой. Может на этой живой планете их ждёт что-то хорошее? В любом случае им всем не помешает отдых.

****

Утром бабушка накормила их блинами и сообщила, что продукты им нужно закупать за свои деньги. Она может обеспечить их лишь тем, что растёт на крохотном огороде. Всё остальное нужно приобретать в деревенском магазине. — У нас есть... драгоценные металлы, в общем. — задумчиво проговорил Дроссель. — Э, милок, эт тебе в город надо. Там обменять свои сокровища сможешь. — сообщила старушка. — Бабуль, там как увидят мою рожу... В общем не вариант. — рыжий поморщился. — Всему то вас молодых учить надо. Бери с собой Степаныча. Он поможет тебе с обменом. — Евсеевна присела на стул. Дроссель уехал сразу как старушка познакомила его с колоритным дедом. Винс и Модо же занялись двором. Серый здоровяк точил старенькую косу. А после под чутким руководством Евсеевны косил траву. Винс же, правил покосившийся забор. Ближе к обеду жара заставила марсиан стянуть промокшие футболки. Первая женщина появилась у забора почти сразу после обеда. К ней присоединялись всё новые и новые. У Винни, под этими взглядами чесалась кожа под белой шерстью. — Евсеевна. — не выдержала одна из тёток, застывших у забора. — Это где же ты помощников то нашла? — Где нашла, там нету больше! — старушка опираясь на клюку подошла к забору. — Родственники дальние. Родители у них переселенцы Чернобыльские. Вишь как их эта, как её... рыдиация изуродовала. Сашка и Лёшка мне помогают, а Димон, старшенький, в город уехал. — так стало понятно, что бабуля не совсем слепа, как казалось поначалу. По рядам деревенских кумушек пронёсся слаженный, жалостливый вздох. — Эй, Настасья, смотри какие женихи необычные к нам приехали! — крикнула одна тётка, оборачиваясь. Модо присмотрелся. Девушка, которую он вчера снял с крыши, шла мимо с двумя вёдрами. Стрельнув в сторону Модо синими глазами, девчонка фыркнула и отвернулась гордо вздёрнув нос. Проходящая мимо серого старушка пробубнила, то ли себе, то ли Модо. — Всем хороша девка, да никогда замуж не выйдет. Больно уж норов неуживчивый. Да гордости много. — Евсеевна покачала седой головой. Модо же напротив не считал, что гордость может стать помехой личному счастью. Но после слов старушки, в его душе родился живой интерес. Дроссель вернулся лишь к вечеру. Высадив степенного деда, он загнал мотоцикл во двор, где уже стояли байки братьев. — Так, что нужно покупать? — поинтересовался рыжий у бабушки. — Мяса, круп. Ну, а остальное на ваше усмотрение. В нашем магазине много всего. И бельё и одёжа. — старушка кивнула щурясь на закатное солнце. — А искупаться тут есть где? — поинтересовался Винс. — Пока лето, на реке можно. Вернётесь покажу куда идти. — ответила Евсеевна. Поход по главной центральной улице был воистину триумфален. Винс накинул на плечи куртку. Не было желания натягивать потную футболку. Магазином оказалось вытянутое здание, выкрашенное лимонно жёлтой краской. В пустом зале скучала продавщица. Стоило ей увидеть вошедших, как густо накрашенные губы расползлись в улыбке. Призывно колыхнулся внушительный бюст. Винс оторопело попятился, когда дама самым наглым образом подмигнула ему. — Наслышана, что к нам гости пожаловали. — глубоким, грудным голосом проворковала она. — Да? Откуда же информация? — подозрительно уточнил Дроссель. — Это деревня, мальчики, тут сплетни самое главное развлечение. — грудь снова колыхнулась. Невольно заставляя Винса сглотнуть. Это ж надо такое оружие массового поражения на себе таскать? — Я Любовь Александровна. Но для вас, просто Любовь. Дроссель складывал покупки в пакеты, совершенно спокойно общаясь с женщиной. Винс же, на всякий случай держался возле двери. Которой ему чуть не прилетело в лоб, когда в помещение влетел встрёпанный мужик в голубой рубашке и с папкой подмышкой. — Здравия желаю! — официальным тоном заявил он. — Я местный участковый, Прохоров Степан Михайлович. Марсиане переглянулись. — Ваши документы можно увидеть? — хмуро уточнил представитель власти. Прежде чем троица открыла рот, вмешалась продавщица. — Михалыч, ты совсем тю тю? — она покрутила пальцем у виска. — Они Евсеевне помочь приехали. Расстроишь бабушку, кто твой радикулит лечить будет? Мужчина сник. — Ну хотя бы имена ваши я могу узнать? — поднял несмело глаза он. — Я Саня. — сообщил Винс, пожимая руку Михалычу. — Это Лёха, а это Димон, наш старший. — кивки в сторону Модо и Дросселя. — Вы извините, с документами у нас проблемы. — повинился Дроссель. — Ну что ж вы так, ребята. — кажется участковый им искренне сочувствовал. — Что там насчёт студентов? — поинтересовалась Любовь. — Что что, пропали и с концами. — вздохнул мужчина. — Пропали? — встрял рыжий. — Да. Место у нас тут есть, гиблое. Чёртова заверть зовётся. Приехали туда студенты. Жили в лесу, изучали аномальную зону. А однажды утром просто сгинули все разом. Шмотки да палатки на месте, а людей, как не было. — Михалыч почесал в затылке. — Вот так вот, ребятки. Так что вы уж не особо бродите по лесу. После клятвенных обещаний не шататься по аномальным зонам, марсиане попрощались и заспешили к дому. Прихватив полотенца практически сразу отправились на реку. Накупавшись устроились на берегу. — Завтра нужно сгонять за передатчиком и маяком. — задумчиво проговорил Дросс. Они смотрели на звёзды. Лес и река вокруг будто переговаривались тысячами голосов. Недалеко, в камышах, слышался смех. Девичий, призывный. Но все трое, так умаялись за день, что хотели только одного — спать.

****

Он шёл по пустой улице. Без цели. Для уцелевшего глаза темнота не была проблемой. Модо и на Марсе часто уходил вот так гулять в одиночестве. Это помогало упорядочить мысли. Ноги сами привели серого к знакомому дому. В окошках горел желтоватый свет. Модо осторожно скользнул в заросли. Из-за забора послышалось мелодичное пение. Серый раздвинул кусты и увидел небольшую кабинку. Шумела вода. Слегка колыхалась занавеска. Настасью было видно очень хорошо. Ладошки скользили по нежной коже. Длинные волосы прилипли к телу, потемнев от воды. Высокая грудь с розовыми сосками влажно блестела. Модо сглотнул. Пальцы девушки скользнули по животу, смывая пену и устремились к светлым кудряшкам, между стройных ног. В горле пересохло. Штаны моментально стали тесными. — Кто здесь? — крикнула девушка. Но Модо уже нёсся к их временному жилищу. Кожа под шерстью на щеках горела. Собственное возбуждение было непривычным. Он давно запер эту часть себя под замок. После первой ночи с девушкой Модо больше не позволял своей страсти вырваться. Она, превращала спокойного марсианина в зверя.

****

— Что значит нет связи? — у неё задрожали губы. — То и значит. Группа больше недели не даёт о себе знать. — ректор скривился. Чарли была аспиранткой в Чикагском институте. И из-за семейных проблем не попала в состав экспедиции, которая отправилась изучать аномальную зону в России. Пожилой преподаватель и десяток студентов сгинули в необъятной тайге. — Я хочу отправиться за ними. Возможно это недоразумение. И всему виной неполадки с оборудованием. — с надеждой предположила девушка. — Езжайте, мисс Девидсон. Сами там осмотритесь, узнаете что и как. — вздохнул ректор. Он смотрел в окно. Девушка бежала к своей машине. А ректор надеялся, что Чарли не сгинет сама в тех местах. Через сутки она уже сидела в пустом купе поезда, который мчался в глубь России. Освежала в памяти давно выученный язык этой огромной страны. Неожиданно пришло чёткое понимание, что эта поездка будет очень важной. Возможно, самой важной.

****

В этот день деревня будто сбрендила. Сердобольные женщины несли продукты марсианам. Дроссель просил прекратить и доказывал, что у них всё есть. Но женская половина посёлка не прекращала паломничество к забору Евсеевны. Сама старушка назначив жильцам фронт работы, ушла куда-то. Сегодня братья латали дыры в заборе. Винс то и дело кривился, даже ему, привыкшему к вниманию, было неуютно. По шерсти Дросселя то и дело пробегали волны, будто он пытался отряхнуться. Лишь Модо был задумчиво рассеян. Ближе к обеду вернулась Евсеевна. — Лёш, а Лёш, ты бы сходил к Настасье. Ей помощь надобна. — окликнула она. Винсу пришлось ткнуть Модо в бок. Всё же местные прозвища были марсианам непривычны. Серый выглядел так будто его приговорили к казни. Чем вызвал недоумение братьев. Здоровяк был воспитан так, что не мог отказать женщине. Оттого, его реакция была минимум странной. Модо было стыдно. Чтобы сказала его серая мама, если бы увидела своего сына в кустах, ночью? Как он может остаться наедине с этой девушкой? Как посмотрит ей в глаза? — Привет здоровяк. — воскликнула Настасья, стоило Модо войти во двор. — Здравствуйте. — прозвучало слишком официально, на его вкус. — Поможешь с крышей сарая? Боюсь снова упасть. — в синих глазах ему почудилась насмешка. Модо кивнул, не доверяя своему голосу. Отчего-то вспомнился Винс. Вот уж кто не стал бы стыдиться. Младший брат очень легко показывал свои чувства. Серый настолько задумался о своём недостойном поведении, что очухался уже на крыше. И часть работы была сделана. Модо огляделся. И дыхание перехватило. Вокруг, насколько хватало взгляда был простор. Прямо за деревней зеленели поля. Между ними, тонким пунктиром, вилась дорога. И всё это великолепие обрамляли леса. Даже на родной планете, он не видел ничего красивее. Грудь сдавило. И он осознал, отчего местные жители такие. Не могут существа, живущий в такой красоте быть злыми и не иметь сострадания. Сама природа этих мест рождает потребность любить. Он доделывал крышу насвистывая. В сердце и теле поселилась лёгкость. Закончив, просто сидел. Стараясь запомнить эту красоту. Впитать, чтобы вспоминать, когда снова окажется в пустыне. — Эй, здоровяк, спускайся обедать. — крикнула снизу девушка. Она поливала ему на руки тёплой водой из ковшика. Он умылся отфыркиваясь. Настасья сняла со своего плеча полотенце и протянула ему. В увитой зеленью беседке ждал накрытый стол. Пузатая кастрюля. Тарелки и тарелочки. И всё это пахло умопомрачительно. — Присаживайся. — указала девушка на лавочку. — Чем богаты, как говорится. Перед Модо появилась тарелка с тёмно красным супом. В отдельной тарелке рядом, кость с приличным куском мяса. Девушка нарезала мягкий хлеб и лишь тогда присела напротив. — У нас немного другая еда. — он чуть улыбнулся. — Например вот этот суп, как его едят? Он не обратил внимание, что девушка подозрительно прищурилась. — Это борщ. — она пододвинула к нему пиалу с каким-то соусом. — Вот ложку сметаны в него положи. Даже дома, за столом у любимой матушки, он не ел ничего вкуснее. Ещё ему по вкусу пришлось сало. Потом был хрен. Девушка сунула ему густо намазанный, чем-то желтоватым кусок хлеба. На секунду показалось, что в горло попал сгусток плазмы. — Заедай борщом скорее. — воскликнула Настасья, видя как поплохело Модо. — Что за адова смесь? — прохрипел серый. — Обычная закуска. — пожала плечами девушка.