Чудак

      Хёнджину было скучно. Это даже выходило за пределы понятия обычной скуки. Если бы прямо сейчас кто-то вбежал в класс и объявил, что ведётся набор наёмников для охоты на инопланетян, Хёнджин встал бы первым в очереди. Его голова покоится на столе уже добрых пятнадцать минут, вынуждая его либо смотреть на жёлтую рубашку одноклассника, сидящего перед ним, либо полностью закрыть глаза. И, конечно же, это не осталось незамеченным учителем биологии, который уже закончил проверять работу Хёнджина. Поэтому на благо учителя и самого себя, Хёнджин перестал показывать свою утомлённость его предметом.       — Ты мог бы и не так сильно демонстрировать своё желание свалить поскорее домой, - произнесла сквозь стиснутые зубы его одноклассница Лия, продолжая делать заметки. — Знаешь, этот урок на самом деле довольно интересный, вот если бы ты слушал… Вообще, - она посмотрела на Хёнджина и ткнула его в голову.       — Оставь меня в покое, - пробормотал он и уткнулся лицом в парту, прижавшись к ней носом.       — Эх ты, пацанёнок, ну давай же, - Лия схватила своего друга за рубашку и потянула вверх. Непроизвольно сев, Хёнджин надул свои губы.       У Хёнджина была довольно неоднозначная репутация в школе. Он был популярен. Многие из учеников знали его потому, как был он популярен среди девушек (и парней, но те редко говорили о своих интересах, так как Хёнджин никогда не оказывал внимания людям своего же пола). Хёнджину нравилось внимание (он даже ждал его), поэтому при каждом удобном случае он заводил разговоры со случайными людьми, которые были готовы провести с ним время. Однако он никогда не привязывался к ним. Отчасти потому, что у половины из них внутри были прогнившие брёвна вместо личностей, а отчасти потому, что он не был способен поддерживать длительные отношения, как он думал. Он всегда был своего рода плейбоем, но просто более вежливым и немного трусливым (т.к. никогда не мог поднять руку на кого-то другого - насилие вызывало у него отвращение). И поэтому он продолжал жить как король драмы, готовый общаться со всеми, но слишком высоко задравший своё эго, чтобы позволить кому-либо сблизиться с ним. Кому-то это наоборот нравилось, а кто-то его презирал.       Лия была странным исключением. Причина, по которой она смогла удержать его намного дольше, нежели другие, заключалась в основном в том, что он на самом-то деле её совсем не интересовал. Это позабавило Хёнджина, который привык, что все были в восторге от его внешности; который увидел, что эта - тогда ещё маленькая девочка, - не даёт ему ничего из того, чего он мог бы ожидать от неё, в то время как остальные уже давно бы бросили к его ногам всё, что угодно.       Её на самом деле не волновала его репутация, и можно было сказать, что она общалась с ним для собственного развлечения и гордости за то, что была единственным голосом разума для этого эгоистичного мальчишки.       — Я тааааак хочу, чтобы это уже закончилось, - он откинул голову назад, начав тереть её руками. Лия на это лишь закатила глаза и снова уткнулась в свой блокнот, почёсывая свои щенячьи уши.

***

      — Хуитень, - выругался себе под нос Чан, бегом направляясь к автобусной остановке и в то же время пытаясь застегнуть сумку, которая упорно сопротивлялась его действиям. Чупа-чупс, что находился у него во рту, чуть было не выпал, когда он в раздражении матюкнулся, увидев свой автобус на противоположной стороне перекрёстка. Он огляделся и, не заметив полиции, рванул на красный свет, получая автомобильный сигнал вслед, который заставил его только лишь закатить глаза и посмотреть на свою (всё ещё открытую) сумку, чтобы проверить, всё ли на месте. Сделав несколько быстрых скачков, Чан заскочил в автобус и глубоко вздохнул. "Ну, хватит на сегодня упражнений", - подумал он, доставая свой телефон, и, заняв место, начал звонить Чанбину.       — Тебе лучше ответить, коротышка, - пробормотал он, глядя в окно на мелькающие в нём городские улицы.

А Чанбин?

Чанбин спал.

Ну, во всяком случае, так было до тех пор, пока его младший брат не ворвался в его комнату, крича во всю глотку. — МЫ СНОВА ОПАЗДЫВАЕМ, ПРИДУРОК! - Сынмин подошёл к кровати Чанбина, срывая с него одеяло. — Неужели я похож на того, кого это волнует, - пробормотал старший в подушку, свернувшись калачиком. — А я похож на того, кого волнует твоё мнение?! - Сынмин схватил брата за руку и столкнул того с кровати. — Вставай, ты, кусок бетона! - фыркнул он, оставляя Чанбина на полу с осоловелым взглядом. Старший посмотрел в потолок и громко застонал, пытаясь пошевелиться, чтобы затем подняться на ноги. Он схватил свой телефон и увидел несколько пропущенных звонков от Чана. — Вот дерьмо, - выдохнул он и тут же выпучил глаза, заметив, что у них осталось десять минут до начала уроков. — Отстой, отстой, отстой!, - Чанбин помчался к своему шкафу, достал оттуда первые попавшиеся, приемлемо пахнущие вещи, и бросился в ванную.

***

— Ну как долго ещё будет длиться эта адская поездка?, - громко заскулил Хёнджин, заставляя некоторых людей посмотреть на него. Несколько девушек посмотрели на него с явным интересом, что, конечно же, привлекло его внимание и он подмигнул им, после чего заработал толчок в бок от Лии. — Мерзость, - тихо произнесла она, — Почему тебе нужно быть таким отвратительно кокетливым? - спросила она, на самом деле не ожидая ответа и не отрывая глаз от телефона. — Что ты имеешь в виду? Очевидно, есть причины, стоящие за моей огромной любовью, - сказал Хёнджин, небрежно откинув волосы, на что получил ещё один невесёлый взгляд от девушки. — Я не понимаю, почему ты этого не видишь. — О, я прекрасно это знаю. Просто мне это не нравится, - заговорила она, приподняв бровь, — Вот почему моя задача - держаться рядом с тобой и не дать тебе превратиться в законченного придурка, - она снова посмотрела на экран своего телефона и добавила скучающим тоном, — Которым ты вроде как уже являешься, но неважно. — И почему ты такая кислая? - фыркнул Хёнджин и скрестил руки на груди. — Как дела, сучки?, - Хёнджин обернулся и увидел парня-белку, идущего в их сторону. — Отлично, только и нужно было, чтобы этот придурок появился, - пробормотал Хван почти неразборчиво, посылая в сторону парня свирепый взгляд. Привлекая всё их внимание, к ним подошёл Хан Джисон. Он был намного ниже Хёнджина, но это не помешало ему гордо выпрямить спину и уверенно посмотреть на того. У него были белокурые волосы и беличьи уши, что сливались со светлыми волосами, в которых кое-где виднелись рыжие пряди. Джисон был хорошо известен в школе, в основном благодаря своим причудливым нарядам, в которых он стыдливо прогуливался по коридорам школы. Вообще, он был спокойным парнем, который знал многих учеников из разных классов, разных возрастов, даже был близок со старшеклассниками, которые часто приветствовали его. Но Хёнджин не мог объяснить, почему этот бельчонок всегда действовал ему на нервы своими расслабленными вайбами и толпами весёлых людей, часто окружавших его. Может быть, он и ревновал ко вниманию, но никогда бы не признался в этом никому - даже самому себе. Джисон проигнорировал его убийственный взгляд и начал весело болтать с Лией, что ещё больше разозлило Хёнджина, потому что теперь ему не с кем было поговорить. Поэтому он просто стоял рядом, прислонившись к стене, пока к нему не подошла какая-то девушка. — Привет, Хёёнджиин, - сказала она, растягивая его имя. Парню это совершенно не понравилось, но он всё равно улыбнулся и заговорил с ней. Лия и Джисон посмотрели на него, а затем друг на друга. — Мы должны остановить его или… — Не-а, - девушка остановила друга и отвернулась, — Давай посмотрим, как он справится с этим. И, Джисон, - она посмотрела на парня-белку, — Мне нужно будет ещё повозиться с ним, но сейчас мне нужна твоя помощь. — Ооо, как же я люблю чинить беспорядки, - игриво усмехнулся Хан.