Оруженосец Цареубийцы

— Как думаешь, Джон, когда мы получим свои рыцарские шпоры? — Когда мы этого заслужим, Тирек, — ответил ему тот. Из всех оруженосцев, что были в свите короля, Джон подружился только с Тиреком Ланнистером. Он оказался неплохим человеком с тихим характером и без надменности, которая присутствовала у его кузена Ланселя и других оруженосцев, был младше Джона на два года, и с ним можно было неплохо проводить свободное время, устраивая спарринги или занимаясь другими делами. С другими оруженосцами общего языка найти не удалось. Все они смотрели на Джона с неприязнью. Конечно, ведь он стал оруженосцем самого Джейме Ланнистера, Цареубийцы, а на тренировках был самым лучшим и без проблем всех их побеждал, и их изрядно бесило, что они получают от бастарда (исключением являлся Тирек). Впрочем, он понимал их: они были рождены в законном браке, в них течёт благородная кровь, а в нём, бастарде, грязная. Сейчас Джон и Тирек выполняли обязанности оруженосцев: кормили и мыли коней сира Джейме и короля. — Мой отец во время войны Девятигрошовых королей, будучи десятилетним ребёнком, убил человека. Он был слишком мал, чтобы стать рыцарем, но его похвалили за доблесть, — рассказал Тирек с восторгом, но его глаза грустно заблестели. Его отец, сир Тигетт Ланнистер, умер от оспы, когда мальчику было лет шесть-семь. Сир Джейме рассказывал, что он был хорошим человеком и отличным рыцарем, лучшим мечником Запада. — Деймон Блэкфайр стал рыцарем в двенадцать лет, — ответил Джон для продления разговора. — Это да, но мы, к сожалению, не являемся им. А было бы здорово получить шпоры в двенадцать, — мечтательно вздохнул тот. Закончив с лошадьми, Джон предложил Тиреку вместе потренироваться с Барристаном Селми. Тот с радостью согласился. Старый рыцарь позвал его пофехтовать с ним, чтобы дать пару советов для лучшего владения мечом, и парень просто не мог отказаться: он был рад поучиться у столь знаменитого, как он, воина. Они встретились там же, где утром Джон тренировался с сиром Джейме. Старый рыцарь стоял с тренировочным мечом в руке и ждал. Следующие два часа Барристан Селми спарринговал с каждым из них и давал советы по расположению ног и стилям боя. Из всех наставников, сира Родрика, сира Джейме и сира Барристана последний был самым терпеливым. Джон даже узнал от него несколько новых приёмов, которых в поединках с сирами Родриком и Джейме не получил. Эти знания могли помочь ему сохранить энергию на поле боя и максимизировать урон, который он мог бы нанести. Тирек в обращении с мечом не был хорош, но и плохим его тоже не назвать. Во время тренировки с Барристаном он сумел показать неплохой результат. Сам Джон, как отметил рыцарь, сражался очень даже хорошо, но от парня не укрылось, что он смотрел на него с каким-то непонятным подозрением в глазах. С чем это связано, он не знал. Закончив фехтовать и поблагодарив рыцаря, онт с Тиреком собирались уже уходить, но его остановил голос Барристана: — Джон, погодите. У меня к вам пару вопросов. Он послушно повернулся на просьбу и вопросительно посмотрел на него, после чего кивнул Тиреку, чтобы шёл без него. — Что такое, сир Барристан? — Вы знаете, кто ваша мать? — спросил тот, пристально смотря на него. Джону всегда хотелось знать это, но, когда он спрашивал отца об этом, его глаза становились печальными, и единственное, что он говорил — что мать любила Джона и просила, чтобы отец позаботился о нём. — Нет, не знаю. Отец ничего не рассказывал мне о ней, — ровным голосом ответил парень. — Извините, не хотел спрашивать неприятное... Как проходит обучение у сира Джейме? — Отлично проходит, сир. Я ответственно выполняю свои обязанности и каждый день тренируюсь с мечом. Сир Джейме говорит, что из меня получится отличный рыцарь, — сказал он уже с небольшой гордостью. — Не сомневаюсь в этом. А как он к вам относится? Джон не совсем понял, зачем сир Барристан задал ему этот вопрос. — Относится? — повторил он, думая, как ответить. — Хорошо. Иногда, конечно, любит подшутить надо мной или назвать "бастардом", но я к этому привык. А так, в целом, у меня хорошие отношения с сиром Джейме. — Понятно, – задумчиво сказал Барристан. — Что ж, я рад, что вы себя хорошо себя чувствуете на месте оруженосца. А теперь нам пора расходиться, у меня есть обязанности. Надеюсь, ещё потренируемся вместе, Джон. — Буду с нетерпением ждать наших будущих, тренировок сир Барристан. Попрощавшись, Джон отправился отдохнуть к себе в палатку. Подойдя к ней, он заметил Призрака, обедавшего пойманным им кроликом. Лютоволк любил ходить в лес и охотиться и каждый день пропадал там на несколько часов. Когда же он возвращался, то всё время находился рядом с Джоном и не отходил от него. — Привет, мальчик, соскучился? — спросил Джон, гладя его, и волк в ответ лизнул ему руку. — Отдохнем и пойдём с тобой к Арье и Нимерии. Как только они покинули Винтерфелл, Арья стала приставать к нему с просьбами потренироваться с ней чуть ли не ежедневно. Джон подарил ей меч, который она назвала Игла. Сам меч был тонким, как прутик, но он попросил Микена сковать именно такой, зная, что Арье другой не подойдёт. Она была безумно рада подарку, и Джон взял с неё слово, что она никому об этом не расскажет. Сейчас же у неё появился друг по имени Мика, сын мясника, с которым она в основном и проводила время и фехтовала. Джон был не против, ведь тренировки с сиром Джейме и исполнение обязанностей оруженосца отнимало много его сил. *** Когда Джон отдохнул, они с Призраком вышли за пределы лагеря. Арья должна быть на поляне возле реки. «Если Санса узнает, чем занимается Арья, то закатит истерику». Санса была самой настоящей леди: доброй, вежливой и очень наивной. Джон считал, что его сестра живёт песнями, и так оно и было. «Но ведь жизнь — это не песня и не сказка. Она должна это понимать». Санса всегда спорила с Арьей. Ей было стыдно за свою младшую сестру, ведь Санса предпочитала шитьё и песни, а та — мечи и езду верхом. Она старалась быть похожей на свою мать и, конечно же, копировала и её отношение к Джону, за что он любил её меньше всех, однако не ненавидел — просто было неприятно, что она относится к нему как к чужому. Джон вдруг услышал громкие голоса и поспешил. Там на поляне, возле реки, он увидел Арью и Мику с палками и принца Джоффри с Сансой, сидевшей на коне. Издалека до него донёсся их разговор. — Ну, бери же, или ты сражаешься только с маленькими девочками? — Она сама просила меня, милорд, — бормотал Мика. — Сама просила. Мика говорил правду, но Джоффри, кажется, был не в настроении шутить. «Ему вино в голову ударило что ли?» Джон не подал признаков своего присутствия — пока только смотрел на это из-за деревьев. — Ты намереваешься взять свой меч? – продолжил Джоффри грозным голосом. Мика качнул головой: — Это только палка, милорд. Это не меч, это всего лишь палка. — А ты всего лишь сын мясника, а не рыцарь, — Джоффри поднял Львиный Зуб, кольнув острием клинка щеку трепещущего мальчика. — Но дерешься с сестрой миледи. Или ты этого не знаешь? — яркая капля крови выступила под глазом Мики, где меч прорезал кожу, и медленно поползла по щеке. — Остановись! — завопила Арья, хватаясь за палку. Джон уже хотел выбраться из своего укрытия, но крик Сансы его остановил. — Арья, немедленно прекрати! — Я не стану причинять ему боли… большой, — отвечал той принц Джоффри, не отводя глаз от своей цели. И тут всё случилось. Арья начала приближаться к принцу, из-за чего Санса соскочила с кобылы, но опоздала: сестра уже ударила обеими руками. Деревянная палка с громким треском переломилась о затылок принца, и тот пошатнулся и оглянулся, выкрикивая угрозы. Мика бросился к деревьям со всей скоростью, на которую были способны его ноги. Арья вновь ударила Джоффри, но на этот раз он блокировал удар Львиным Зубом и выбил из её рук переломанную палку. Затылок принца кровоточил, глаза полыхали огнем. Санса кричала: — Нет, нет, прекратите, остановитесь оба, вы всё испортили! — но никто не слушал. Арья подобрала камень и бросила во взбешённого противника, но вместо этого угодила в коня, и кровный гнедой, поднявшись на дыбы, отправился галопом вслед за Микой. — Прекрати, не надо, прекрати! — визжала Санса. Джоффри замахнулся на Арью мечом, выкрикивая жуткие грязные слова, и испуганная девочка отскочила. Парень последовал за ней, гоня её к лесу. Джон смотрел на все это потрясённым взглядом и быстро побежал к обоим, поняв, что нужно вмешаться. Расстояние между ним и сестрой было пятнадцать метров, но он успел и встал между сестрой и принцем. Его меч был тренировочным, но вполне сгодился, чтобы блокировать удар Джоффри. — Джон! — раздался одновременно радостный и испуганный голос Арьи. Принц отскочил от него. — Бастард! Уйди, не мешай мне! — злобно прикрикнул Джоффри с плещущейся в глазах злобой и ненавистью. — Дай мне разобраться с этой паршивкой! — Ты думаешь, я дам тебе зарубить мою беззащитную сестру? — холодно спросил Джон. — Джон, остановись! Не смей бить моего принца! — истерично продолжала Санса. — Если не хочешь умереть, то советую отойти, бастард. Твоя сестра и её друг заслужили наказание. —Неправда! Он врёт, Джон! Он хотел напасть на Мику просто так! — Я знаю, Арья, я всё видел, — ответил ей Джон, став в боевую стойку. — Хочешь сражаться? – насмешливо спросил принц. — Ну давай, я покажу тебе твоё место, бастард... — и с этими словами он бросился на Джона. Первые три удара принца были совсем неуклюжими, и Джон без проблем их блокировал. «О боги, он совсем фехтовать не умеет.» Джоффри уже наносил очередной унылый удар, когда Джон понял, что пора действовать: он тоже атаковал, вложив в это полсилы. Чужой меч отскочил от его тренировочного в землю, и противник полусогнулся вместе с ним. Нанеся ему удар по запястью, парень выбил меч из руки принца, из-за чего тот закричал от боли и упал на землю. — Ублюдок! — завопил Джоффри. — Моя рука! Вихрем пронеслась Арья, схватила Львиный Зуб и встала над принцем, держа меч обеими руками. Джоффри поглядел на неё с испугом и с присвистом вымолвил: — Не смей бить меня, я скажу матери! — Оставьте его в покое! — завопила Санса. Арья повернулась и бросила меч в воздух, вложив всю силу в бросок. Синяя сталь мелькнула на солнце, и меч взмыл над водой, а затем исчез в ней с громким всплеском. Джоффри застонал, и девочка побежала к своей лошади. Нимерия прыгала за ней по пятам. Когда она удалилась, Санса бросилась к принцу Джоффри. Глаза его были закрыты от боли, дыхание казалось отрывистым. Девушка встала возле него на колени. Джон находился неподалеку, и по левую сторону от него стоял Призрак, а в правой его руке находился тренировочный меч, зазубренный после ударов Джоффри. Что и говорить, тренировочная сталь против настоящей была не очень. Ему повезло, что принц не умел фехтовать. — Джоффри! — выдавила Санса сквозь рыдания. — Что они наделали, только погляди, что они наделали! Мой бедный принц, не бойся, я съезжу в крепость и привезу помощь. Глаза Джоффри открылись и поглядели на нее. В них не было ничего, кроме ненависти, смешанной со злобным пренебрежением. — Тогда ступай! — он плюнул. — И не прикасайся ко мне! Джон смотрел на него с отвращением, когда вдруг понял: «Я побил принца...» Тренировочный меч выпал из его руки.