Снежная Королева и Чудовище

La beauté du passé, c'est que c'est le passé.

(Вся прелесть прошлого в том, что оно - прошлое.)

      Разве может кто-то осуждать человека за его работу? Если она незаконная, да.       А можно ли оправдать в таком случае человека? Нет.       Но если были причины, по которой ты занимался не тем, что тебя вдохновляло. Тогда ты можешь быть оправдан?

***

      Её черная одежда полностью воплощала всё её состояние, пока она покуривала сигарету, смотря из окна своего босса. "Да, босс в этой истории снова не я, а хотелось бы."       Вид был шикарен. Если считать, что это Московский номер на 57 этаже очередного небоскрёба, которыми и наполнен город.       Кристина в очередной раз тяжело вздохнула, всё-таки решив оторваться от невыносимо притягательного пейзажа. — Как долго мне ждать его ещё? —       Старается как можно мягче спросить у секретарши о его не скорейшем приходе. Скрывает своё недовольство, улыбаясь во все зубы. "Но секретарь его так себе, поэтому сколько фэйс свой не криви, поблажек не будет, этой даме нужно было другое." — Столько, сколько положено. — сухо отвечает девушка и заново продолжает разглядывать монитор компьютера, что-то печатая.       Штрефонд лёгким движением упала на кресло, которое располагалось прямо напротив рабочего стола, того самого босса.       Девушка задумалась над тем, почему же в одной комнате находится он и секретарша?       Если здесь попахивает служебным романом вся история, тогда такое хамское отношение от этой дамы объяснимо.       Не пытаясь увлекаться дальнейшими мыслями на эту тему, наконец-то слышит дверь, которая в мгновение открывается и также быстро закрывается.       Мимо проходит тот самый босс. Мужчина 30 лет, не особо высокий, но и не маленький. Его чистая щетина говорила о дисциплинированности в его деле, как казалось самой Кристине. А вместе с тем и чистый костюмчик, который уже был чуть помят. Видимо, мужчина работает день и ночь. Не назвать его добрейшим человеком, но платил он не плохо.       В основном нарывались те, кто ему переходил дорогу. Это были по большей части миллионеры или мультимиллионеры, которые не честным путём зарабатывали своё богатство. Собственно, как и он сам. Но в этот день всё перевернулось с головы на ногу. — Здравствуйте, Кристина. — — И вам не хворать. Давайте быстрее обговорим новое дело и я с ребятами решу вопрос. Вы же знаете, проблем нет, зачем нужна была данная встреча, я не понимаю, когда телефонный звонок обошёлся бы нам в более кротчайшие сроки и для дела тоже. —       У Штрефонд были не близкие отношения с боссом, но достаточно доверительные(как она думала) для такого общения между друг другом. — В этот раз задание не стандартное. — — Не пугайте меня, Максим Викторович, — с очаровательной улыбкой проговорила Крис. — Вы уберёте не мужчину в этот раз, — Незначительная пауза, но Кристина уже знала продолжение его слов. — Женщину? —       На самом деле, большинство миллионеров в Москве являлось мужчинами. Да, женщины деньгами не пахнут последнее время(по-крайней мере в России). А даже если и были те, кто имел их, они не мешали в развитии бизнеса компании Максима. Жили себе спокойно где-то там, где не было его, вот и всё.       Женские убийства случались намного реже. Настолько, что никогда. — Да. —       Штрефонд недоумевала и не решалась спрашивать истинную причину того, что сподвигло его на это решение. Но она ждала объяснений. — Сегодня утром я был в спортивном зале. Решил позаниматься, из-за дел совсем забыл о тренировках. Не знаю, как она там появилась и чем я ей помешал. Но эта женщина кинулась на меня. А она сильна по весу и по технике боевой схватки. Я не получил сильных травм, единственное, проверить пах необходимо в следующему часу. В остальном всё..терпимо. Но теперь я не хочу её видеть где-либо. И надеюсь, ты её уберёшь, как и остальных. Эффективно, быстро и без следов. Как ты умеешь, впрочем. —       Договорив свои слова, он передаёт какую-то папку ей в руки. Кристина видит оглавление: "Биография Марии Лебедевой".       Штрефонд начала колеблется. Родинка неприятно зазудела снова, но почесать её не было возможности. Это было бы не очень уместно.       Всё-таки она открыла папку и на первой странице красовалось до жути знакомое лицо. Но сил вспомнить не было совсем. Кристина отослала это на то, что, возможно, она встречала её где-то. Раз и сам босс встретил. Видимо, часто встречающаяся личность.(ещё какая..) — Вы уверены? У неё не особо хорошая жизнь, если читать глубже так называемое "резюме потенциальной жертвы". —       Кристина сомневается. Внутреннее чутьё говорит ей, что этого делать не нужно. Оно обычно спит у неё, но сейчас шепчет без остановки одно и то же. Возможно, ей самой понравилась фотография, вот и в силу своей ориентации, не может смириться с потерей такой красотки в этом мире. — Уверен я, не переспрашивай меня, иди и работай. Я тебе не за просто так зарплату перечисляю. — — Вы точно не знаете, за что она вам решила поправить фэйс? — На провокационные вопрос босс злится, и его брови сгущаются между собой в одну. — Если ты сейчас же не предпримешь всё необходимое, я уволю тебя! И сделаю всё, чтобы твоя шакальная семейка не смогла работать, питаться, даже существовать в этом мире спокойно. Вместе с тобой. —       Девушка поднимается со своего места, поправляя куртку. Не теряет своего самообладания. Её страх за семью превыше гнева, который накатывает с неимоверной силой.       Она хотела отдать обратно биографию девушки, но не решается. Забирает с собой, запихивая её во внутрь куртки. — Окей, я вас услышала. — — Жду вечером вестей, Крис. И не затягивай, родная, я не люблю долго ждать, ты знаешь. —       Закатив глаза, стоя спиной к нему, всё-таки оборачивается и мило улыбается. Быстро выходя из его кабинета, захлопывает дверь.       Вынимая снова эту папку, заново открывает страницу с фотографией девушки.       Нежные черты лица, но грубые глаза говорили о том, что она и вправду является той личностью, кто сможет причинить вред.       Проводя по её фотографии, родинка снова неприятно зачесалась. Подняв немного футболку с курткой, смогла спокойно облегчить зуд. — Что же за хрень происходит, нужно сходить с этим родимым пятном в больницу, иначе я сойду с ума, однозначно. —       Думает об этой девушке. Она бы не хотела её убивать. Но чёртовы проблемы в семье.       Несколько кредитов и обучение младших сильно подшатывали ситуацию в эти минуты. В чью пользу сделать выбор? Всё более, чем очевидно.       Пряча папку, спускается быстрым шагом по лестнице прямиком в лапы к своей судьбе..

***

Il y a quelque chose en nous qui fait que le destin nous confronte encore et encore.

(В нас есть что-то такое, что заставляет судьбу сталкивать нас снова и снова.)

      Разъезжая по городу, она находит по адресу из биографии девушки её дом.       Припарковавшись неподалёку, в метрах десяти от дома, решается понаблюдать для начала на происходящее.       В то время, как две её напарницы прямо сейчас сидели позади неё. — Чего мы телимся? Погнали, дверь взломаем и увезём её отсюда, а там и закопаем в сырой земле. —       Лариса, одна из близняшек, чуть выдвинулась с соседних мест, чтобы Кристине было слышно её "безопасный" план быстрой смерти той девчонки. — Угомонитесь, прошу, я уже достаточно наслушалась грандиозных планов по захвату этой дикой личности. Но мы даже ни разу в глаза её не видели, —       Кристина не успевает договорить, потому что Оля всё равно встревает. — И что? И не таких убирали! — — В том то и дело, что мы знали с кем имеем дело. Это были люди, крутившиеся в бизнесе, я знала их слабые места и те больные точки разума, по которым мы могли бить. А здесь иначе. Я элементарно не знаю, как она выглядит во весь рост. —       Тогда-то две близняшки более менее утихают, предоставляя умственную нагрузку, а то есть слежку и размышления, своей напарнице. — А вот и наша Маша, кстати говоря, — улыбнувшись, Крис присматривается, как и две сёстры, которые пытались разглядеть всё с заднего сидения.       Из частного дома, чуть сгорбившись, выходила девушка. Несмотря на свою сгорбленность, она выглядела всё равно высокой, что прибавляло ей в образ пугающий вид.       Но это единственное, что в ней пугало.       Она держала телефон в правой руке, прислоняя к уху. И видимо, разговор происходил с близким человеком. Потому что Мария шла с улыбкой на лице, озаряя весь пасмурный день своими лучами эмоций лица. Кристина даже подумала над тем, что тот взгляд на фотографии обман для остальных. Возможно, маска, которую она преподносит.       Но на кого тогда жаловался босс, если это потенциальный ангел? "Невозможно так улыбаться, при этом избивать людей." — Крис, чего мы ждём то блять? — спрашивает Лариса, хватая сзади биту, чуть открывая дверь. От чего происходит громкий щелчок с машины. Настолько, что до Марии он тоже доносится. — Лариса.. — шепчет Оля, видя, как Крис изменилась в лице. У неё округлились глаза в два раза больше прежнего, всё лицо в миг побледнело.       Лебедева сбросила моментально звонок и повернулась в сторону машины, которая уже стояла от неё в пяти метрах.       Смотря не на автомобиль, а прямо на водителя, пронзает тем самым взглядом, который был на той фотографии.       Холод и вечная мерзлота, оно обдало все части тела Кристины. Её температура в миг ушла до нуля, как казалось ей самой.       Пока эти глаза всматривались, она осознавала, что они с близняшками теряют время, но сама не могла двинуться с места. — Походу, Лариса, в этот раз дело берём мы, —       Близняшки молодцы. Они дружной семьёй среагировали очень быстро. Одна из них, кто находился с ближней стороны для Маши, выпрыгивает с автомобиля. А другая открывает багажник, вынимая с него чёрный пакет и изоленту со скотчем.       Лебедева бросила телефон в сторону, а сама намахнулась на Ларису. Если бы не та самая бита, которую она не оставила в машине, а взяла с собой. Скорее всего, на дороге валялось бы вялое тело именно её, а не Маши.       Оттащив её назад, прямо к багажнику машины, девочки решаются сначала убрать её в мешок, а затем закутать его изолентой и скотчем, для больше убедительности того, что она точно не встанет. Но прежде чем всё провернуть, шлёпают её по щекам. Необходимо удостовериться до конца в бессознательности девчонки.       То, что она встанет, когда они её распакуют, малая вероятность. Лариса нанесла тяжеловесный удар. Не только для отключки, но и для раны в виске, которая кровоточила.       Близняшки закрыли пойманную девчонку и быстро сели в машину, толкая Крис в плечо, чтобы хотя бы так её расшевелить и заставить уехать. — Валим блять, Крис! — — Очнись же! —       Кричат девушки и тогда-то она отмирает. Крис не понимает, что за гипноз происходил с ней прямо в эти важные минуты, когда ей было необходимо справиться с очередным делом.       Штрефонд жмёт на педаль и они дёргаются с места преступления, оставив следы крови и телефон Марии.       Задание выполнено, но с учётом всей грязи, которую они оставили..выполнено на слабую троечку. Но это другая история и другие последствия для одной из них(читая, сможешь узнать правду)..

***

Il n'est pas terrible de rencontrer l'ennemi face à face, il est plus effrayant de savoir qu'il est proche, mais de ne pas le voir.

(Не страшно встретится с противником лицом к лицу, страшнее знать, что он рядом, но не видеть его.)

POV Marie

      Голова болела до того, что первая мысль, которая меня осенила, это то, что я снова напилась и с кем-то хорошо подралась.       В глаза слепил свет. Он не был похож на утреннее солнце с моего окна. Какого было моё удивление, когда я открыла глаза. — Она проснулась, Крис! —       Противный голос ударяет в уши. И я не вижу ничего, кроме как нависающей лампы надо мной. Которая, блять, слепит получше любого солнца в летний жаркий день. — Отлично то, что она проснулась. Херово то, что ты назвала моё имя. Скажи мне, пожалуйста, когда я вас уже наконец обучу конспирации в любом деле? Кто знает, убью я её сегодня или нет, а она ведь уже знает моё имя, черт побери. — Убить? Меня? Стоп. — Чего нахуй?! —       Я подаю голос, который еле слышится среди прочего эха в помещении. Настолько он сел у меня.       Слышу, как кто-то в действительности уходит и захлопывает за собой дверь. А затем защёлка закрывается и следуют громкие шаги, идущие в мою сторону. По всей видимости, тот самый тип, Крис. — Ну что же, детка, главную часть сегодняшнего мероприятия ты услышала. План не поменялся спустя пару минут, но я хочу узнать от тебя, пару интригующих меня моментов. —       Парень наглел на глазах. — Ты считаешь, что я начну говорить, зная, что в конце ты меня убьёшь? Интересно, я мазохистка по-твоему?! —       Я срываюсь на крик, а мой голос на писклявость. Мне больно говорить, как будто по горлу прошлись наждачкой. — Спокойствие. Ты всё правильно поняла. Даже про мазохизм. —       И я слышу, как он открывает что-то и в темноте поблескивают разные ножи, спирали и прочая бредятина, которую используют либо при готовке блюда, либо при убийстве. Меня здесь явно не готовят, хотя я уже и этому не удивлюсь. — От тебя, Мария, будет зависеть, насколько быстро я с тобой расправлюсь. Но что ещё более важно, насколько это будет безболезненно для тебя самой. —       Я закатываю глаза. Привычка. На самом деле, я верила её словам. Как не верить? Когда ты, прямо сейчас, связанная крупной верёвкой на несколько морских узелков, прикованная к металлической и такому же холодному стулу, как и всё помещение.       В такой ситуации охотно верится всему.       В какой-то момент, я осознаю, что этот тип стоит прямо сзади меня. Насколько он быстр, что я не заметила скоростного перемещения? Или их здесь всё-таки двое? О чём я? Будет хорошо, если этих ребят не десятеро, иначе, я в полном дерьме. — Так вот, Мария, —       Как официально, я даже не могу сдержать смешок из рта. — Можно просто Маха, раз мы настолько с вами сблизились, —       Я это говорю, потому что его рука с лезвием в секунды оказалась приставлена к моей шее. Адреналин медленно подходит в кровь, но конечности затекли до того, что я его слабо чувствую. — Не паясничай. Здесь ты отвечаешь на вопросы, иначе получишь смертельно долгий билет в ту сторону, —       Я замолкаю. Не этот раз очевидно, насколько тонкий лёд, по-которому я сейчас ступаю. — Так задавай вопросы, может побыстрее сдохну. —       Моё равнодушие пугает этого типчика. Он замирает на несколько секунд, а дыхание его предательски выдаёт быстрое биение сердца. — Расскажи мне о том, как так вышло, что ты напала на влиятельного человека прямо в спортивном зале. —       Понятно от куда руки растут. Не думала, что тот мужик окажется таким сыклом и вместо простой драки, пошлёт ко мне своих псин. — Спроси у своего хозяина. Вообще, я подозреваю, что раз уж я сижу на этом блядском стуле, примотанная к нему, а к горлу представлен нож, значит он тебе уже рассказал история, так ещё и подсказал, что со мной нужно сделать. — — Я не слышал твоей версии. —       Делает вид милосердного чувака, который за невиновность отпустит меня? — С чего бы?! —       На этот раз лезвие проходит быстрым и резким рывком по моей шее. Тату, находящееся на ней, располосовано поперёк горла. — Я просто блять занималась, это была обычная тренировка. Твой мужик полез ко мне, я попросила отъебаться от меня по-хорошему, но, видимо, имея деньги, он решил, что сможет легко взять меня. Я не понимаю и его блядские вкусы, там было много девушек, которые имели женственность в своей внешности. Поэтому и решила, что у него зачесалось лицо для драки. Вот и устроила ему это. Всё?! —       Молчание в ответ начинает пугать. Не знаешь, что ожидать. А если быть точнее, то знаешь, но как это будет происходить.       По мне стекает кровь. Полоска, которая красовалась на шее, кровила достаточно для того, чтобы у меня закружилась голова. Я не видела, но чувствовала, как по моей груди бегут тропинки чего-то неприятного и вязкого. — Неплохо, меня устраивает твой первый ответ. —       Я рада, до жути рада, что этого типа тешит ситуация. Возможно, если я выживу, когда-нибудь найду его и выверну кишки наружу. На данный момент моё самообладание подшатано головокружением и подступающим рвотным рефлексом. Если не считать то, что я полностью обезоружена. — Второй вопрос, готова, детка? —       Да, его определённо это забавляет. — Как никогда. —       Я вытягиваю в ответ улыбку. Но это больше похоже на оскал. И я не видела его глаз, но чувствовала всеми фибрами, что ему тоже страшно. Но меня пугает лезвие, а его пугает вся моя сущность. — На кого ты работаешь, Мария? — — А это тут причём? Пока я била ему морду, он не был поражён моим рабочим местом или кем-то из сотрудников. —       Я не умею во время закрывать рот. Снова ничего не вижу, только чувствую, как по моей щеке резким движением проходит лезвие. Оно еле касается меня, каждый раз. Этого не достаточно для рассечения щеки насквозь, но достаточно для того, чтобы порез доходил до мяса и из щеки сочилась кровь, ровно как и из шеи. Теперь вместе с болью, чувствую неприятное чувство щекотки в районе стороны скул. — Я спросил, значит мне это нужно. —       Интересный аргумент. Я чувствую себя идиоткой. Как такой ребёнок смог меня поймать?! — Работаю в этом же зале, где и пиздила твоего ублюдка! —       Я это выкрикиваю. В какой-то момент, чувствую, что этот кто-то прислоняется своей щекой к моей, не рассеченной. Теперь моё дыхание замирает. Обескураженная близостью, не успеваю словить взглядом, как он припечатывает мне ладонь к подлокотнику стула и лезвием пронзает её.       Я кричу.       Громко.       Истошно.       На этот раз мой голос прорывается, мне невыносимо больно. Каждую часть моего онемевшего тела пронзает это чувство. — Будь поласковее, прошу, Мария, вы вынуждаете меня прибегать к таким мерам сами. Помните, что я вам говорила? —       Меня на мгновение пронзает не только лезвие.       От жгучей боли, я обращаю внимание на каждое произнесённое типом слово. И слышу самое последнее. Слишком отчётливо слышу. — Чего блять? Говорила? Так ты ещё и девчонка, получается?! —       Мой гнев растёт. Меня поймала баба. Мало того поймала, издевается прямо сейчас. Какой-то мужик поручил дело женщине, вместо того, чтобы как мужчина, разобраться самому?! Урод. Как и она. Уроды.       Но я не слышу уже ответа на свой вопрос. Видимо, я не должна была знать, что она женщина. Похоже, сильно испугалась за свою шкуру.       В мгновение, я получаю удар в челюсть с локтя. Эта дрянь сбрасывает лампу с огромным освещением подальше от меня. Мне не видно её, но ей видно меня.       Она хватает меня за ворот куртки, в которой я находилась. Только его и было видно из под верёвки, в которую я была укутана, как в коконе. — Думала, поговорим с тобой, как люди, но ты вынуждаешь меня. — — Как девчонки, ты хотела сказать. —       Я понимаю, что в любом исходе событий не останусь в живых. Поэтому могу отвечать ей так, как душе моей угодно. Хотя бы перед смертью потешу своё альтер эго.       Опять таки, я не вижу её. Только по осязанию, понимаю, что она привстаёт и что-то берёт с того самого места, где хранились сборище лезвий и прочего.       Не успеваю понять, что у неё в руке, она же, рукой ослабевает верёвку, которая меня скручивает. По началу думаю, что неужели она решила меня отпустить? Действительно, даже в такой момент моя надежда верила в лучшее. Но нет, она открыла себе путь к моему животу, чтобы быстрым движением проткнуть его спиралью. — Ты ебанутая. —       Я уже не могу кричать. Только охрипший голос и то, через силу. Все раны доставляют неимоверно количество боли. Я даже путаюсь в том, где они у меня находятся. Парализует всё тело полностью.       Вдруг она нависает надо мной и не собирается даже вытаскивать эту хрень из меня. — Будет больно, скажешь. —       С этими словами она прокручивает внутри меня эту спираль и я в прямом смысле чувствую, как мои органы накручиваются на неё. Я поднимаю голову, в надежде хоть что-то придумать или предпринять. Но ничего. Вокруг пустота и в голове также. — Больно? —       Какая самодовольная тварь. Я харкаю ей в лицо, как ни странно, для этого у меня находятся силы.       Не видя её, всё равно знаю, что она поморщилась и отстав на секунду от той спирали, вытирает лицо. Я была бы рада схватить её и воткнуть этой твари в глаз, но руки обездвижены. — Значит недостаточно больно, раз у тебя до сих пор есть силы на то, чтобы плевать в меня. —       Но недостаточно для того, чтобы выхватить твоё подручное средство и насадить твой зад на него.       И спираль снова прокручивается в нескольких оборотах внутри меня. Я уже не вижу даже света, который падает на меня для освещения. Ничего не вижу.       В какой-то момент, когда я теряю вместе со зрением слух, отдалённо в моей голове раздаются звуки сирены, приближающейся полиции. Я выдыхаю. Может ещё не всё потеряно?       Вместе с тем, слышу голоса остальных, кто ранее не присутствовал в этой комнате. Они суетятся и пытаются оттащить от меня девчонку, но эта идиотка до последнего не намерена меня отпускать. — Крис! Копы уже здесь! Бегите, Оля! Бегите! Я останусь! Прошу, бери её с собой и убегайте! —       Я не вижу их. Совсем. Как и то, что они, скорее всего, убежали. Снаряд сообщает своему главнокомандующему, что на месте задержан только один преступник.       И им оказывается тоже блять женщина. Готова поспорить, что где-то в углу моего подсознания, тихо плачет моё самолюбие.       Я теряю полностью сознание, с мыслью, что если выживу, я найду их всех и сделаю намного больнее. Главная цель жизни плотно засела в моей голове. Я не знаю, как она выглядит. Но имя Крис и её детское самолюбие, отложилось в разуме, в самых охраняемых потаённых складов мыслей в памяти.

Так, я вдруг захотела жить ради мести.

L'obscurité se brûle plus fort que le fer chaud. Parce qu'il stigmatise non pas le corps, mais l'âme.

(Тьма жжёт собой сильнее, чем раскаленное железо. Потому что клеймит не тело, а душу.)