Спать

Сад, небо, страшная псина, все исчезло. Мари и Вилька оказались в той же серой мутне, что и в первую их встречу. Причем Мари была явно не удивлена. -В чем дело? -Да, надоело как-то. Я Грееля ждала, а его нету и нету. Пошли в Реборн, там на каждом шагу мои любимчики... Вильгенция дернула глазом. Потом еще. -Так тебе нравится Греель Сантаклиф? - успокоившись и придерживая глаз, спросила она. -Да. А что не так? -Тебя не смущает его... кхм... гомосексуальные наклонности? -Не особо, - честно заявила Маша, - Я поэтому и настаивала на яое, или хотя бы на гендере. Ибо в другом виде я его не интересую. -О, - только и смогла выдавить Вилька. Она мысленно воспроизвела в голове образ Сантаклифа... гермафродит. Натуральный. Нет, она никогда не поймет анимешников. Особенно яойщиц. Серая неизвестность стала превращаться в контуры школы Намимори. -Стоооп! Мы возвращаемся к этому милому дворецкому! - истерично заявила Вилька. Школа уступила место поместью. -Почему? -Я не допила чай! И вообще, ты же хотела с Греелем встретиться, так и быть, будет тебе гендерная интрига. -Йа-ху! Мари снова появилась перед Лиззи. На этот раз грудь не появлялась. "Эй, ну не настолько же!" - возмутилась она. "Успокойся, это утяжки" -Мартин? С тобой все в порядке? Ты замер... -Аллергия, - ответил Мартин. И потихоньку посмотрелся в зеркальце Лиззи. Ничего так, женская рожа, только волосы стали короткими. Тут одно из окон взорвалось осколками и к ним стремительно вылетело что-то красное. Из окна высунулся Танака и какая-то красивая дама с серебристыми волосами, представившаяся старшей сестрой Мартина Розенталя. Красное нечто упало ровно на Мартина. "Эй!" - успела... успел.... а, к черту, это же мысленно! Успела возмутиться Маша. "Что? Ты его романтично ловишь - и все в шоколаде!" "Нетушки! Я уке, а не он! В смысле по канону он, но это же мой сон! Хочу семе Грееля!" "Кхм..., - тут Греель стал... более мужеподобным. - Так?" "Нет! Верни мне каноничного Грееля, и пусть он полюбит... эм... маленьких милых мальчиков, похожих на девочек..." "Сиэля?" - удивилась Вилька. "Меня!"