Огонь догорает в пепле

«Как же голова болит. Веки тяжёлые, вялость во всём теле. Я в кровати?» С трудом открыв глаза, я увидела светлые стены, солнце бликами играло по комнате. Белые стены были украшены иностранными буквами и маленькими полочками, на которых стояли книги и небольшие цветы. Серые шторы и чёрно-белый ковёр разбавляли белизну комнаты. Постельное белье оказалось насыщенно красного цвета. «Где я? Как сюда попала? Я ведь была на работе». Неожиданно для меня рядом, что-то зашевелилось. От страха и неожиданности я свалилась с кровати, прихватив с собой книгу, телефон и лампу с тумбы. Лампа вдребезги разбилась, рассыпавшись на сотни маленьких кусочков. Солнечный свет тут же заиграл осколками по комнате, словно диско-шар. «Да чтоб тебя». Я попыталась встать, но тщетно – с грохотом снова упала. Одеяло снова зашевелилось, видимо грохот, что я здесь устроила, кого-то разбудил. Одеяло поднялось с кровати, вяло потянулось, смачно зевнуло и упало вниз, оставаясь неподвижным. — Доброе утро, — потирая сонные глаза, произнёс тот, кто прятался под одеялом. — А вы, как я посмотрю, поспать совсем не любите. Одеяло упало, открывая обнажённую спину молодого человека. «Я была в баре? Не помню, но допустим. Нет! Я столько не пью что бы на утро ничего не помнить, да и ещё прийти к парню домой! Да и еще, который намного младше меня. Господи! Совратила малолетку. Позор! Где моя совесть?» Парень ещё раз потянулся и окончательно открыл глаза. Блондин был очень молод и его тонкие губы расплылись в улыбке. Лёгкая небритость, взъерошенные после сна непослушные волосы говорили о небрежности. Атлетическое тело и красные спортивные штаны очень гармонировали. «Где-то я его уже видела». — Тише, тише. Всё хорошо. Молока будешь? «Молока? Обычно предлагают кофе или на худой конец виски, но не молоко. Вот ведь молодёжь» - покачала я головой. Парень внимательно на меня посмотрел и скрылся в дверном проёме. «Что он тут делает? Нет. Что я тут делаю? Почему не могу встать?» Я снова попыталась подняться, но безуспешно. Я снова с треском падала на мягкий ковёр, осыпанный осколками лампы. «Почему всё такое большое?» Вернулся парень с молоком. «Что? Молоко в тарелке?» Незнакомец поставил тарелку с молоком на стул и пододвинул ко мне поближе». «Что это? ОН ИЗДЕВАЕТСЯ? Ну, всё! Не знаю, что тут происходит, но он доигрался! Я сейчас ему всё выскажу!» — Р-р-р. Тяф, тяф, — только и вырвалось у меня изо рта. «Это что сейчас было?» — Тяф, тяф. Я тихонько заскулила и поникла головой, оставаясь сидеть на ковре, под сияющим солнцем, среди осколков. — Ты помнишь, что произошло? — парень сел на ковёр около меня и тихонько погладил по голове. — Раурр, — вырвалось у меня, и я решительно, покачала головой. — Меня зовут Артур. Я студент. Три дня назад прибыл на раскопки, что бы проходить практику. Мы с вами работаем на разных участках. Если я правильно помню, то вас зовут Екатерина Петровна. Высокая, статная женщина лет тридцати восьми. У вас асимметрическая короткая стрижка. Всё верно? Я кивнула головой. «Зачем он меня описывает? И так видно как я выгляжу. Идиот что ли?» — Жизнь студента не проста. Я уснул, когда рылся в древнем мусоре. Меня разбудил ваш возглас. Вы, похоже, нашли что-то интересное и не захотели уходить пока не узнаете, что это. Была глубокая ночь и луна сияла очень ярко. Вы раскопали находку и громко радовались. Я подошёл к вам. При свете фонаря увидел шкатулку в ваших руках с непонятными мне иероглифами. Вы начали объяснять мне, что эта вещь уникальна и она, возможно, принадлежит древней цивилизации. Ничего подобного вы ещё не видели. Я начал помогать вам, сметать пыль и облупливать грязь со шкатулки, которую нашли. Надпись, вы с лёгкостью расшифровали, словно всегда говорили на этом языке. Не всю надпись удалось прочесть, ведь многие иероглифы были просто стёрты временем. «Ответы. Открывать нельзя. Проклята. Одна из пяти» - это всё, что вы расшифровали. Не веря в проклятие, вы её открыли, на вас выплеснулась какая-то зелёная жидкость. Парень замолчал, глубоко вздохнул и продолжил: — Вы стали биться в конвульсиях, а потом… — Артур замолчал, будто собираясь с мыслями. — Вдруг стали меняться и потеряли сознание. Я принёс вас и шкатулку сюда, в мой дом. Вернее не мой, я снимаю эту квартиру, но всё же. Кровать у меня одна, поэтому я посмел, лечь с вами отдав вам одеяло, а сам спал под пледом. Он снова замолчал. — Даже не знаю, как вам мягче это сказать. Тут это… такое дело, в общем. Шкатулка и впрямь была проклята. Артур ушёл в соседнюю комнату и вернулся с зеркалом. — В общем… вот… Он повернул ко мне зеркало, и я увидела чёрную остроухую лису с ярко жёлтыми лазами. Играющая на солнце шерсть выглядела, красив и эффектно. Словно огонь догорает в пепле. Красота и грациозность лисы завораживала и приковывала взгляд. «Какая она красивая». Мне захотелось зарыть пальцы в этом глянцевом пушистом мехе. Я потянула руку к лисе, но рука столкнулась с зеркальным покрытием зеркала.