Слепо иду за незнакомцем

Солнце показало себя не только в городе, но и в маленькой деревне в глуши, где сейчас находятся напарники, коллеги по несчастью. Внезапное проявление нежности этих парней застало хозяина дома, в котором они сейчас находятся, немного впасть в ступор. Хотя, что тут скрывать, Чонин прям с головой в него провалился. Ну, а как будет реагировать парнишка, который всю свою жизнь провёл с бабушкой и дедушкой в Богом забытой части Кореи, где даже телевизор считался чем-то нереальным. Это именно тот самый случай, когда люди вокруг говорили: «что-то на богатом». У черноволосого был этот элитный элемент мебели, но всё, что можно было на нём глянуть, это какие-то передачи про садоводство и старые как мир дорамы, которые в обязательном порядке включались каждый вечер в этом деревянном доме. Бабушка Чонина обожает их смотреть и ждёт каждую серию с нетерпением. Одни и те же дорамы, которые называют «классикой» крутят раз за разом, но старушка все равно смотрит под косые взгляды своего старого ворчащего мужа. Совершенно не важно, что она наблюдала за этим сценарием уже больше двадцати раз. Потому что больше тут нечего смотреть. Чонин не знал практически ничего об отношениях, даже дружеских. У него был лишь один приятель по соседству — Чхве Бомгю. Озорной парень, весёлый, вместе в сельскую школу ходили. Летом на речку бегают купаться и помогают друг другу урожай собирать, когда приходит сезон. Они общаются уже много лет, но максимальные прикосновения до которых они доходили, это дерзкие шуточные толкания. В плане: задевают друг друга руками, иногда дерутся, не всерьёз конечно, смеются на всю улицу, толкают друг друга и не извиняются. Зачем, если оба понимают, что это просто братские шутейки? Но тут появляются какие-то Сеульские пацаны и показывают, как ведут себя настоящие друзья — тискают друг друга прям у Чонина на глазах. Ну и как это понимать? Парень молился лишь об одном: «Вот бы дед не пришёл домой раньше времени и не застал этих петухов в таком положении, ибо придётся им потирать свои задницы из-за ярко алых прутьев на них от берёзового веника». Дед Чонина долго не думает — действует. Роковой мужчина. Любитель бахнуть чего покрепче и посоревноваться с лысым соседом, кто быстрее покосит траву в своём огороде. Азартный, тут не поспоришь. Тот тип людей, которые жопу порвут, чтобы доказать свою мощь и силу. На слабо его взять — как два пальца об асфальт, которого в этом задрипаном месте в жизни не видели. Но он честный и врать не любит. Своего внучка возносит, хвастается, вот только зачем, если тут каждый знает Чонина с самого его детства. И печальную историю этой семьи, которая обошла каждое ухо все знают. Родители черноволосого трагично погибли в лесу, когда пошли туда вечером, чтобы срубить парочку сухих деревьев не смотря на запрет. Одно из брёвен упало, придавив молодых людей. Они не смогли выбраться, а жаль, ведь те не плохими людьми были. Любящие родители, которые заботились о своём сыне и уважали старшее поколение, хозяйственные и чистоплотные. Сколько раз в их дом не зайди, а там всегда всё выдраено до блеска и пылинка не проскочит. Чонину тогда было всего три года, поэтому он смутно помнит образ мамы с папой. Бабушка и дедушка его воспитали, и он очень любит их, заботиться, уважает. Хотя иногда мальчишка и сердиться на деда за то, что тот постоянно ворчит: «это не так делается», «ты ж не белоручка, сделай нормально». Но это временно, ведь потом мужчина начинает с улыбкой на лице рассказывать весёлые истории из прошлого, заливисто смеётся и учит своего любимого внучка пить крепкие напитки. Он заменил Чонину отца, который сам должен был показать своему сыну, как правильно употреблять спиртное. Чонин знает только об отношениях семейных, братских. Хотя однажды в школе он заприметил девочку с длинными каштановыми волосами, которая покорила его сердце своими необычайно красивыми глазами и смешным, чудным смехом. Но ничего большего, кроме как поглядываний издалека в её сторону не было. Чувства приутихли, сердце уже не колотилось так быстро, а просто покалывало время от времени. Совсем скоро эта девочка уехала из их деревни. Теперь черноволосый и вовсе ничего не чувствует, кроме тёплых воспоминаний, связанных с ней. В груди у парня уже не трепещет, что не скажешь о тех самых любителях пообниматься. Минхо и Джисон мирно сидят на деревянной лавке и пытаются делать вид, будто всё отлично, просто превосходно и всего несколько минут назад они не хотели умереть от стыда. Совсем нет, вы что! А напротив них мелькает Чонин. Ходит туда и назад, не зная с чего начать этот трудный разговор. Много вопросов летает в голове. Он прикусывает кожу вокруг ногтей и наконец-то останавливается, смотря на парней сверху вниз. — Это вы только что…– запнулся, ибо ему показалось, что он не правильный вопрос выбрал из всех тех, которые хотел задать. — Вы друзья или как? Парни, что сидели, засунув руки между своими коленками, чтобы скрыть то, как они сильно потеют из-за неловкости, мельком переглядываются. Никто не знает, что на это ответить. Они друзья или…по-прежнему незнакомцы? — Мы друзья? — ни с того ни с сего выдаёт Хан, смотря на удивлённого Мина, который вопросительно склонил голову, выгнув бровь. Он не понимает с какого перепугу щекастый задаёт такой вопрос. — Мы…– протянул темноволосый. — Друзья? — подал голос Чонин. — Можно и так сказать, — сдаётся Хан и решает, что стоит ответить именно так, чтобы поскорее закончить эту тему. Черноволосый мальчик скрестили руки на груди и покачал головой, а затем выдал: — Так это дружеские объятия? На это оба парня положительно закивали. Было безумно некомфортно и желудок Джисона об этом сообщил. Урчащий звук нарушил внезапную тишину. — Ладно, — сдаётся Чонин, хлопая в ладоши, — вы голодны, давайте зайдём в дом и я что-то найду для вас. Сейчас никого нет, я сам, поэтому не стесняйтесь, — он направляется в сторону небольшого деревянного дома с такими же деревянными окнами и тремя ступеньками у входа. Он подзывает новых знакомых к себе, любезно отворяя для них дверь, что открывается со скрипом. Первое, что бросается в глаза, это большой тёмно-коричневый столик, не высокий, но широкий. Напротив, прямо возле стены стоит тот самый телевизор, старый, но рабочий. Белая занавеска висит, укрывая окно, а в углу расположен небольшой шкаф. Возле него также акуратно сложено розовое одеяло и такого же цвета одна подушка. Немного дальше, прямо по курсу кухня, но она не отделена дверью или чем-то ещё от основной комнаты. В доме только одна дверь, она находиться с правой стороны и Чонин заранее пояснил, что это спальня бабушки и дедушки, туда он редко заходит, только когда моет пол и протирает пыль. А сам он спит в гостинной, на том самом розовом одеяле. — А, почему оно розовое? — не сдержался любопытный Джисон. — Бабушка отказалась укрыватся им и сказала, что оно для маленьких сопливых девочек. Отмахнулась и впихнула мне в руки, хотя это она его на рынке купила, поиздеваться решила, — поясняет Чонин, пока роется на полках и поднимает крышки от кастрюль, чтобы найти что-то съедобное, — а мне то какая разница на чём спать. Сделаю вид, что подкол моей бабушки удался, пусть радуется. — Классная у тебя бабуля, — хихикает Хан. — Это ты ещё с дедом не знаком, — черноволосый наливает в кружки чистую воду и подаёт парням. — А почему они не дома? — спрашивает Мин, отпивая немного воды. — Бабушка в лес пошла, ягоды и грибы собирает, пока не закончился сезон. Осенью хороший урожай. Дед помогает чистить сарай господина Чхве, он хочет свою Катерину там поселить, — парни давятся, как только слышает это необычное имя. Забрызгали весь пол, на который раньше присели. Они кашляют и пытаются выровнять дыхание. — К-Кате…– протянул щекастый, –…кате кто? — Катерина, — последовал ответ. — Что за Катепина? — Да не Катепина, — возмущается Чонин, — Катерина, там буква р в серединке. Ка-те-ри-на, — проговаривает по слогам, чтобы до парней дошло. — Ка-те-ри-на? — повторяет Минхо, который до сих пор вытирает рукавом свои опплёваные водой штаны. Чонин мило улыбнулся и одобрительно кивнул, а затем присел напротив парней и поспешил объяснить: — Это конь, точнее, кобыла господина Чхве, отца моего друга. Он очень её любит и оберегает, иногда мне кажется, что та дороже ему собственного сына, — брезгливо махнул рукой, — жуть просто. Но он хороший, если попрошу, то он сможет вас подвезти на выход из деревни, когда путь от деревьев освободят. Но поспешу сообщить, — черноволосый поднял указательный палец вверх и уставился на парней, которые с этого момента начали ещё внимательнее прислушиваться, — вы пешком быстрее дойдёте. — Как это? — недоумевает щекастый. — Ну, ты чем слушаешь? Я же говорю, он очень жалеет свою Катерину, не гонит быстро, чтобы не устала. Такими темпами вы доковыляете на своих двоих быстрее, чем Катерина на четырёх. — Странный этот твой Чхве, — выдаёт Джисон, на что черноволосый хмыкает, а затем срывается с места. Что-то вспомнил. Парни терпеливо ждут, пока мальчик вернётся и тот не задерживается. Он появляется с небольшим мешком в руках, садиться на то же место, что и раньше. Засовывает руку в этот мешок и достаёт оттуда какой-то сухой кусок чего-то. Минхо сначала вообще показалось, что это какие-то сопли, что полежали денёк второй на солнце и затвердели. Чонин протягивает это нечто Джисону с улыбкой на лице и выдаёт: — Попробуй! Щекастый неуверенно принимает лакомство и зыркает на Мина, который сидит рядом и внимательно вглядывается в лицо Хана, чтобы понять его реакцию на это совсем не аппетитное угощение. Чонин замечает как тот сомневается и, цокнув, начал подгонять парня, махая рукой и шепча: — Давай-давай. Джисон решился и медленно поднёс ко рту засушенное и подозрительное что-то, откусывая кусочек. Он пытался медленно прожёвывать и не показывать то, насколько это отвратительно. Его глаз дёрнулся, но он лишь улыбнулся, ведь это никто не заметил. Хан был рад, что умеет так мастерски притворяться и всё ради того, чтобы подшутить над Минхо. Если бы темноволосый увидел, что это не вкусно, то не стал бы пробовать, но теперь он должен, чтобы не обидеть Чонина. Черноволосый поднял уголки губ, наблюдая за эмоциями Джисона, и потянулся за вторым куском, засовывая руку в мешочек, но Минхо, видимо, совсем не брезгливый. Хан с хитрой улыбкой на лице преподнёс ему свой кусок из которого раньше откусил часть и Мин, не сомневаюсь, принял его, не замечая, что ему хотели любезно предоставить новый. Чонин немного кривится, когда темноволосый смело откусывает из чужого куска, ибо сам бы так никогда не сделал. Он считает это мерзким и не гигиеничным. Чонин брезглив, хотя парни не обращают на такое внимание. Иногда ему кажется, что те знакомы не несколько дней, а всю свою жизнь. Им комфортно друг с другом, но они утверждают обратное и время от времени пуляются колкими фразами, стреляют молниями из глаз, но в следующую секунду принимают еду из рук и обнимаются. Со стороны всё видно, прям как на ладони. Попробовав то, чем их угостил Чонин, Минхо скривился и сразу выплюнул в свою ладонь. Прицокивая языком из-за непонятного и отвратительное вкуса, он обращается к улыбающемося парнише, что сидит напротив:  — М-м-м, — протянул, имитируя восторг, — что это за шедевр кулинарии? — Сушёный корень, — на радостях отвечает Чонин. — Сам сушил? — Да. — Это заслуживает пяти мишленовских звёзд! — Правда? — Чистая, — саркастично машет головой и не перестаёт кривить лицо, — вот, доешь, тебе же понравилось, — теперь Минхо обращается уже к Хану, протягивая ему этот несчастный и бедный засохший корень обратно. Щекастый на это криво лыбится, указывая пальцем на себя, — да-да, я наелся. Бери, не стесняйся! — Ха-ха-ха, — выдавливает из себя Джисон и начинает интенсивно махать руками перед лицами парней, которые сидят в ожидании его ответа, — я не думаю, что… — Да ладно тебе, у меня таких мешков полно! Разные корни есть, даже из сосны. Или ты привередлив? — демонстративно хмурит брови черноволосый. — Не знаю при какой температуре они сушились, не измерял, но одно могу сказать точно, в этом я уверен на сто и один процент. — И что же это? — Хан спросил осторожно. — Они очень полезны: поднимают гемоглобин и не только! Очень хорошо влияют на мужскую силу! — Чонин выделил последние два слова, будто специально, и сжал кулак прямо перед лицом смущённого щекастого. Его кончики ушей залились краской нежно розового оттенка. Он открывал и закрывал рот, словно рыба и не знал, что сказать. Зато у Минхо было немного подколов и он хотел их озвучить, чтобы отправить в нокаут и без того нелепого и неуклюжего напарника. Добить словами так сказать. — А у него разве есть, что поднимать, кроме гемоглобина? — фиркает Мин, оглядывая возмущённого Джисона с ног до головы оценивающим взглядом, а тот подскакивает на ноги и начинает огрызатся, нападать в ответ. «Это так в стиле Хан Джисона». Подметил темноволосый и поспешил разрулить ситуацию и угомонить обидчивого парня: — Мне тебя снова обнять, чтобы ты успокоился? — Давай, — орёт Джисон, выпучив глаза. Щекастый смотрит на супер мега мощного шутника сверху вниз, ведь тот по-прежнему сидит на полу, как и Чонин, который уже не может сдерживатся и начинает дико смеяться. Парень падает на бок, обхватывает живот обеими руками и судорожно вдыхает воздух, чтобы не помереть от смеха, пока остальные решают важные вопросы. Точнее, только один, тот, который задел гордость Джисона. — Давай, только попробуй, — ещё громче рявкает Хан и начинает на месте переступать с одной ноги на другую, а затем выставляет оба кулака перед собой, представляя, будто он на ринге и собирается навалять своему сопернику, — попробуй и я втащу тебе по яйцам, — он начинает бить воздух, свою воображаемую грушу. — Что-то лазаньи захотелось, щас приготовим! И тут Чонин взрывается, он валяется по полу и бьёт ни в чём не повинный пол ладонью, а затем шепчет тихое: — Хватит… Минхо же с покерфейсом поднимается на ноги и бесцеремонно стукает Джисона кулаком по лбу, пока тот напрягся и, казалось, был готов реально вступать в бой. А что? Сделали бы из Чонина рефери, который объявит красный угол и синий. Появились претенденты на звание «создай ссору из ничего», либо «раздуй из мухи слона». А самый лучший вариант, это «поссорься из-за пука пчелы». Идеально! Хан медленно прикасается к месту, на которое пришёлся удар. Мин сильно не бил, как и в прошлый раз, просто кто-то очень сильно любит драматизировать и строить из себя жертву. — Это же шутка, не бушуй, — произносит спокойный Минхо и садится обратно на пол, пока Чонин на фоне продолжает тихо хихикать и пытается перестать вспоминать эту нелепую ситуацию. Дешёвая сценка из погорелого театра, ей богу. — Дурацкие шутки у тебя, — зыркает щекастый в сторону темноволосого и тоже приземляется обратно, потирая лоб. Но затем, вспоминая, что обида ещё не прошла, немного отодвигается от Мина, буквально на несколько миллиметров, будто это его спасёт или что-то изменит. Минхо на это лишь фыркает. Чонин наконец-то успокоился и начал говорить, вытирая рукавом своей белой кофты выступившие из-за длительного смеха слёзы: — Вы такие смешные, прям до слёз, видите? — указывает на мокрое пятнышко на рукаве. — Не зря я притащил эти корни, такую комедию даже в телевизоре не посмотришь, — указывает за свою спину, где стоит и пылится большой чёрный электронный бумер, — тут только на жуков, да пингвинов гляди. Телепередачи про природу, будто я не смотрю на неё каждый день. — Что прям на пингвинов каждый день любуешься, они в сарае у тебя там? — язвит Минхо. — Ха-ха, да, хочешь он и тебе одного подарит, — до сих пор дуется щекастый, — усыновишь? — Удочерю. — Вот и славно, — хлопает в ладоши Чонин, — я тебе и все свои книги могу сплавить! — Книги? — оживляется Хан. — Да, у меня их куча, я на протяжении всей своей жизни коллекционировал. Что-то мне дарили, что-то бабушка отдала, а что-то дед. Когда я в город ездил, то заходил в маленькие ларьки и покупал понравившиеся. Много всего есть! — он так увлечённо тараторит, а Джисон весь во внимании. — Скука смертная, — страдальчески протягивает Минхо, наблюдая за ними, но это благополучно игнорируют. — Ты тоже читать любишь? — спрашивает черноволосый с искрами в глазах. — Я столько всего уже прочитал, разные жанры пробовал, но в моём окружении не было тех, кто зависим от книг так же, как и я, — рассказывает Хан. — Но, где они все, как ты их хранишь? – Он их маринует и на зиму в банки закатывает... — В спальне стоят, выстроены по цветам, — гордо заявляет мальчишка. Он на славу постарался, когда пыхтел над их сортировкой. — Прям так! Вот это да, ты такой крутой, молодец! — наигранно ахает Минхо, но затем резко меняет выражение лица на безразличное и басистым голосом произносит: — ей, книжные черви, завязывайте с этим, меняйте тему разговора. Куда-то вы не туда забрели. — Ладно, — сдаётся Чонин и обращается к Хану: — я тебе потом как-нибудь покажу, — тот просто кивает. — Другое дело, — победно лыбится Мин и ставит подбородок на свою подогнутую коленку. — Ты поиздевался над нами, подсунув корни. Веселуха и всё такое, но я по-прежнему голоден. Есть что-то кроме этих…– брезгливо поглядывает на мешок, –… деликатесов? — Если бы было, то я бы вас накормил, — обиженно отпускает нижнюю губу. — Сейчас уже бабушка должна подойти, она что-то приготовит к ужину и ягоды принесёт. Обожаю её стрепню. — Это потому, что ты привык есть её еду, — поясняет Минхо, — я тоже любил блюда, которые мне отец готовил. — Отец? — парниша немного склоняет голову на бок. — У вас в семье он готовил? Мин немного помялся прежде, чем кивнуть. — Минхо, завтрак готов! — кричит мужчина на весь дом. Вниз по светлой деревянной лестнице со всех ног несётся девятилетний мальчик, попутно продевая вторую руку в рукав тёмно-серого свитера, который носили поголовно все дети в его школе. — Папа, я опаздываю? — спрашивает темноволосий, приземляясь на пол, возле стола, на которой уже стоял сэндвич. — Аккуратно, — предупреждает отец, замечая, как метушится его сын. Он несёт тарелку с яичными рулетами, а вокруг его живота завязан голубой фартук с довольно необычным, сладким принтом: цветные конфеты разных форм. Тут  квадратные, круглые, треугольные, как тот тёплый сендвич на тарелке перед мальчиком, овальные. Каждая конфетка прорисована, завёрнута в красные, зелёные, оранжевые фантики, даже коричневые есть и фиолетовые. Когда Минхо видел отца с этой стороны, то был безумно счастлив. Так уютно и по-домашнему. Хочется навсегда остаться дома и пробовать до безумия вкусную, приготовленную им, еду. Хочется сидеть в тёплой квартире вместе и играть целый день в различные игры, смеяться, дурачиться. — Ешь быстрее и пулей в школу, — командует мужчина, присаживаясь напротив, — и зонтик прихвати, на улице ливень. — Тогда, твой отец поваром работает или просто умеет готовить? — Чонин вырывает Мина из мыслей, продолжая любопытничать. — Минхо, сколько раз повторять, чтобы ты к однокласснику не цеплялся? Я уже устал постоянно в твою школу бегать, — мужчина протыкает воздух измазанными в красном соусе палочками для еды и отчитывает сидящего напротив Минхо, который мирно ест острую лапшу и не реагирует на слова отца. — Я ему ничего не делал, он постоянно ходит и ноет, — мямлит парень с набитым ртом, — жалуется учителю и своей мамочке. — Просто избегай таких, чтобы мне не трезвонили. Я же не могу постоянно игнорировать твоего классного руководителя, иначе меня плохим отцом нарекут. Мужчина знает этого ребёнка и знаком с его родителями. Легенды о том, какое это дитя разработанное ходят по школе уже давно. Родительский комитет частенько обсуждает мать мальчишки за чрезмерную опеку. Та трясётся над своим сыном, да пылинки сдувает. Считает, что её ребёнок особенный, избранный. Именно поэтому отец не кричит на сына, а просто спокойно просит игнорировать того мальца, чтобы его не дёргали и не мешали спокойно работать. Ведь в компании, в которой мужчина работает, сейчас завал. Она специализируется на рекламе, поэтому постоянно проходят проверки и сроки поджимают. — Пап, твоя лапша отменная, — довольно лыбится Минхо. — Правда! Я же говорил, что это моё фирменное блюдо. — Не расспрашивай о семье, он не ответит, — полушёпотом произносит Джисон после того, как Мин промолчал на вопрос Чонина, погружаясь в воспоминания. — Он всегда такой вредный, когда дело касается этого. — Может, больная тема? — предполагает, но тоже шёпотом. — У меня жизнь так же далеко не сахар. — Я вас слышу, сосунки! — Да? — нервно улыбнулся щекастый, а черноволосый почесал затылок. — Та да. — Чонин-а! — послышался громкий женский голос со двора и звон металлический вёдер. — Мигом тащи сюда свою жопу и корзину прихвати! — О, — подпригнул мальчишка, — бабуля вернулась. Вы пока тут подождите, я выйду к ней и всё расскажу, а потом вас познакомлю. Парни одновременно махнули головами в знак согласия и как-то занервничали, не зная чего ожидать от встречи с хозяйкой этого дома. — Шустрее! — ещё сильнее рявкнула бабушка, пока Чонин со всех ног вылетает из кухни с плетёной корзиной в руках. Голосная. С характером.