Чтобы ты не убежал.

"Встретимся завтра, верно?" - с улыбкой произнес я Вишни в моем сердце увядают быстрее, чем успевают расцвести Лепестки настигают своей цели Вишня цветет, чтобы дарить свое тепло Ее жизнь колеблется от цветения до увядания Когда она увянет? Мое сердце цветет под летящими вниз лепестками вишни Ураган из лепестков Я остановился и закрыл глаза Лепестки, словно лодочки, уплывают от меня прочь Вишня цветет, словно лелея исчезающую весну О, как бы хотелось прожить жизнь и умереть вместе с тобой...

      Глаза поднимаются на небо. Солнце ярко светит, но еще недостаточно греет. Недостаточно чтобы согреть. Чтобы согреть его чувства. Несмотря на то что они не увядают, они стуже льда. Он отчаялся в своих ощущениях к Хинате. Он уже не верит что что-то выйдет, но тем не менее он решился. Даже если ничего не изменится, он избавится от чувства мерзкого отчаяния. Ну он так думает.       Нагито нельзя назвать опытным в области "отношений и признаний". Конечно, даже если у него и был некий опыт, чаще признавались ему. Но Нагито то и дело отдавал приоритет отношениям на одну ночь. Не нашел он тогда еще принца, с которым можно было провести всю жизнь. Сейчас же его принц никак не замечает его.       В реальность его вернул лепесток, который пролетел возле его носа, пощекотав его. Он опять обратил внимание на окружение. Сакуры бросались своими лепестками, которые за шанс подольше остаться в воздухе выделывали разных родов повороты и круги, но в конечном итоге бессильно опускались на землю. Комаэда пытался не думать о том, что лепестки чем то напоминали ему людей, которые опускали руки и в конце оказывались кашей на асфальте.       Но ни его отвратительные мысли, ни его ничтожное тело не имело права портить настолько неимоверную картину цветущих вишен, даже несмотря на то, что под ними его сердце делало то же. Расцветает всеми знакомыми ему эмоциями, а внутри хорошеет. Но он не может долго наслаждаться этим. После такой удачи должно случится что-то неприятное, и он это понимал.       Еще несколько секунд посмотрев на сакуры, он направился куда-либо, только подальше от людей.

***

      - Какого черта ты здесь делаешь, Нагито. - Хаджимэ вздохнул, зайдя в комнату и закрыв дверь. Смерив раздраженным взглядом парня на его кровати он небрежно кинул. - Не припомню чтобы оставлял дверь открытой. - Ну знаешь, я свое сердце тоже не открывал.       В комнате плотной завесой повисло неловкое молчание. - Шутка, Хината-кун, шутка. Когда ты уже начнешь с них смеяться? - Хината еще раз посмотрел на Комаэду осуждающим взглядом, а потом облокотился об стену. - Так зачем ты здесь? Не шутить же пришел. - Подметил юноша. - Да, ты прав. Не знаю как правильно сказать... - Нагито встал, поравнявшись с парнем и глубоко вдохнул. - Вообщем, я устал. - Он подошел ближе. - Понимаешь, это все так утомительно. - Между их лицами осталось сантиметра четыре от силы. - Я хочу что-то изменить.       Везунчик накрыл своими губами губы напротив. Всего на секунду. Но как же долго он об этом мечтал. Даже о секундной близости. Просто забыть обо всем, наслаждаясь мимолетным моментом. Но в том и дело, что мимолетным, он не может продолжаться вечно.       Осуществив свою маленькую мечту, Комаэда отстранился, наблюдая за лицом Хаджимэ. Понять его было сложно. Такое ощущение, будто на нем смешалось все, что только можно: удивление, страх, раздражение, смущение и замешательство. Нагито удивило отсутствие отвращения или чего-то подобного. - Не самая хорошая идея, я понимаю. Такой мусор как я не имеет ни малейшего права даже касаться такого удивительного человека как ты. Надо было лучше подумать, прости. - Счастливчик опустил взгляд в пол, собираясь открыть двери и уйти, но его резко остановили.       Его прижали к стене, держа руки возле головы. Лицо напротив было все еще невозможно прочитать, но глаза смотрели по-холодному спокойно. Хината поцеловал его еще раз, как будто распробывая поцелуй, но все еще не углубляя. Разорвав, он отпустил юношу и сам отошел назад, садясь на кровать. - Нагито. Скажи мне. Ты меня любишь? - На лице Хаджимэ по прежнему ничего не отображалось, но в его глазах на секунду проскользнул интерес, немного разрушая его хладнокровный образ.       Сам Нагито сейчас пребывал в состоянии шока. Хаджимэ. Хаджимэ Хината. Парень без таланта. Парень от которого Комаэде крышу сносит. Только что не только не засмеял его, не избил его, и не выгнал из комнаты, а поцеловал еще раз. Единственное что смущало юношу еще больше - его выражения лица. Такое чувство что он абсолютно ничего не чувствовал. Игрался с ним. - Х-Хината-кун... - Он смотрел себе под ноги, не зная куда себя деть, но пытаясь собраться, вернуть себе прежнюю уверенность. - Да. - Хорошо. - Хаджимэ ухмыльнулся, мысленно что-то отметив у себя в голове. - Насколько сильно ты меня любишь? - Люблю. Не знаю как правильно измерить, но я точно знаю что готов на многое для тебя. - Нагито понимал, что с ним играются, но не так жестоко и бесчувственно как он привык. - Покажи что ты можешь для меня сделать. - С каждым словом улыбка на его лице ставала все шире и шире. - Многое. - Нагито взглотнул, немного нервничая. - Ну так приступай. - Томно, промурлыкал Хината.       Везунчик подошел к парню, присев на пол между стройных ног и кладя руки на колени второго, не отрывая уверенного взгляда от его лица. Конечно, он нервничал. Это можно было увидеть по тому как трясутся его руки, и как он слегка кусает свои губы, но даже так не терял решимости. Он покажет ему его любовь. "Не важно, ответит ли тот" повторял он себе, пытаясь поверить в это. Нет, важно, очень важно. Он хочет чтобы его любили. До сих пор, его единственной мечтой, его самой заветной мечтой, было чтобы его полюбили. Чтобы его полюбили, прожили с ним всю жизнь и умерли в один день. Он понимал, что не заслуживал мечтать, особенно о чем-то таком грандиозном.       В реальность его вернула рука, которая с напором нажимала на его затылок, побуждая действовать. Комаэда медленно, дразня, положил руку на бугорок перед ним, еле сжимая. Эти действия вызвали сверху тихий вдох. Через какое-то время, полностью сняв с Резервника джинсы, Нагито принялся активно массировать орган первого через ткань. - Знаешь, Хината-кун, я мечтал об этом еще с того момента как мы с тобой расследовали дело Бьякуи... Даже не верится, что это не сон. - Везунчик приспустил белье парня, захватывающе охая. - Или может я просто с ума сошел.       Комаэда провел языком по стволу, обхватив пальцами головку, тем самым вызывая судорожные вздохи. Если говорить честно, он выглядел так, словно он сейчас заплачет, только не понятно от чего, от осознания чего-то своего, или же от безысходности его ситуации. Но не обращая внимания ни на что, он взял в рот с ясно видным наслаждением.       Иногда брюнет просто задумывался про то, насколько на самом деле парень под ним извращенный и психованный. За то время, что они проводили вместе, он уже понял, что с Нагито явно что-то не так. То, как он не ручается за то, что делает, то, как странно он себя ведет. То, как он одержим надежной.. Интересно, был ли сероглазый так же одержим Хаджимэ..? Был ли он всегда таким? Каким он был до поступления в Академию "Пик Надежды"? Ладно, сейчас не наилучшее время думать об этом. Да и разум понемногу начал затуманиваться, становилось жарко и душно.       Хаджимэ не хотелось знать откуда Нагито имеет весь тот опыт и сноровку, который использует сейчас, а ведь делает он это на самом деле умело. И что ему на самом деле нужно делать, так это пытаться не кончить прямо сейчас, чисто от чувства тепла рта светловолосого. Даже если ему не особо хотелось это признавать, Комаэда до ужаса возбуждал его, но в этом и дело. Он его только возбуждал. После никаких романтических чувств не следовало. То, как Нагито признавался ему в любви и верности, приносило лишь отчаяние.       Ему на самом деле не хотелось делать Везунчику больно, как никак он не является плохим человеком, и даже во многом помог Хинате. Но он понимал, что если тот обнадёжит его, то сделает еще хуже. Может, возможно будет выйти на компромисс? Надеюсь...       За пределами мыслей Хаджимэ, он вплел пальцы в волосы Комаэды, и сейчас грубо брал его рот. По его щекам неконтролируемо текли рефлекторные слезы, а сам он не мог дышать. Тем не менее, даже это не мешало ему наслаждаться процессом. Нагито на самом деле был очень странным, еще и мазохистом. Но не мне судить...       Толкался он грубо, а там вскоре и до разрядки не далеко. Забыв предупредить парня, он спустил тому в рот с протяжным стоном, правда, тут же закусив тыльную сторону руки. Их не могли услышать, нет нет нет, не могли, исключено. Обратив внимание на Везунчика, он хотел было что-то сказать, но увидев, как тот проглотил все семя до последней капли, потерял дар речи. Он...       Пытаясь полностью избавиться от этих навязчивых мыслей и подаваясь вперед, чистой похоти и желанию, он навис над парнем. Тяжело дыша, начал снимать с него одежду. Когда с футболкой было покончено - начал где только мог целовать и легонько кусать его. Нагито иногда постанывал, выгибаясь. Его чувствительность на самом деле поражала. В скором времени обоим стало мало, хотелось больше, горячее. Но перед тем как Хината смог что-либо сделать, светловолосый подал голос: - Не могли бы мы, пожалуйста, перебраться на кровать? Я сомневаюсь, что на полу будет очень удобно...       Согласившись, зеленоглазый поднялся вместе с парнем, устроившись на кровати и разобрался с остатками одежды. Но тут что-то внутри подсказало ему, что Комаэду нужно сначала растянуть, и не придумав ничего лучше, он взял свой крем для рук с комода. Вставив в сероглазого один палец, Резервник удивился с того насколько был узким первый. Понемногу растягивая светловолосого, Хаджимэ добавлял еще пальцы, разводя их "ножницами", сгибая их внутри и все в таком духе.       Оба просто сгорали изнутри от нетерпения, поэтому они не заставили друг друга ждать. За долю секунды головка уже упиралась во вход Нагито, а тот в свою очередь смотрел на брюнета с безумным вожделением, умоляя о большем. Им было сложно дышать, их тела превратились в раскалённую сталь, они плавились от прикосновений, текли, были мокрыми и до предела возбужденными. Вставив наполовину, Хината дал им немного времени для того, чтобы привыкнуть к ощущению заполненности. Это было до жути приятно. То, как стенки обволакивали, затягивали еще глубже внутрь, доставляя уйму удовольствия.       Сначала толчки были медленными и размеренными, ведь остатки рассудка зеленоглазого пытались сдержать его от того, чтобы сразу же вбиваться в бедного парня под ним с безумной скоростью. Но со временем наслаждение полностью застелило его и так мутный взгляд, и фрикции стали более быстрыми, беспорядочными и беспощадными. Стоны Счастливчика в свою очередь стали слишком громкими, и Хаджимэ пришлось затолкать тому в рот свои пальцы, чтобы приглушить их. Горячо облизывая их, Комаэде теперь оставалось лишь мычать.       Как бы хорошо этим двум не было, хорошее всегда кончается. И брюнет, положив руку на ствол Нагито и двигаясь в ритм своим движениям, еще несколько раз особенно грубо и глубоко толкнувшись, излился прямо внутрь. От распирающего чувства заполненности несколько секунд спустя кончил и светловолосый. Теперь, когда они оба лежат на кровати, пытаясь перевести дыхание, Хаджимэ еще на немного остается в Комаэде.       Нагито, после столь яркого оргазма, все еще пытаясь отдышаться, посмотрел на изящное лицо возле него. Оно.. обнадёживает. Успокаивает и само по себе заставляет веки сомкнуться. Еще когда его сознание не полностью угасло, он интуитивно подвинулся вплотную к зеленоглазому, приобняв. - Я люблю тебя... - И похоже что тот наконец заснул. Хорошо, что он уснул, если бы он услышал ту угнетающую тишину, которая повисла после его слов, он бы скорее всего впал в отчаяние. Ожидаемо. Как бы Хината не старался, он не мог подумать про парня в романтическом плане. Да, он просто без ума от его тела. От его вздохов, стонов, эластичного тела, того как тот запинаясь кричит его имя. Но... он не мог ответить на чувства взаимностью. Он слишком черств для этого, не понимал смысла. Но видя острую спину, ключицы, запястья... Ему хотелось тут же жестко его отыметь. Возможно, в будущем Нагито найдет того кто сможет показать ему все прелести любви и отношений, но брюнет никак не был этим человеком. Перед тем как полностью провалиться в сон, в голове Нагито проскользнула мысль, полная надежды Я понимаю что он не чувствует ко мне всего того, что к нему чувствую я. Но, возможно, когда-нибудь, я смогу добиться его любви.