Сигаретный дым в его душе

"Фел, захвати меня с собой. Если ещё есть возможность, я пойду." Всё, обратной дороги не было. "Отправлено", "Прочитано", "Феликс набирает сообщение..." "Джисон-и, жди меня, я буду через минуту!!" Зная Ликса, эта минута спокойно растягивалась на целый час, поэтому у Хана была целая куча времени для самобичевания. Он определённо не хотел этим заниматься, и направился к шкафу с одеждой. Выбрав толстовку с большим карманом, в который точно можно будет, если что, спрятать трясущиеся руки, Джисон со вздохом опустился на пронзительно скрипящую в тишине кровать. Желания много думать у парня не было от слова совсем, он пролистывал все соцсети, которые только были у него в телефоне. Даже лайкнул фотографию Феликса с его парнем. Хёнджин, кажется, неплохо выглядит. "Вот бы с Минхо так". Джисон не был уверен, что Хо предпочитает такой отдых. В его духе, скорее, было сходить поесть дошика в подъезде, но Хан отдал бы всё, только бы побыть с этим неописуемой красоты парнем. "Сони, я жду внизу!" Сегодня как-то чересчур быстро для Феликса. Хан выглянул в окно и увидел своего друга рядом с высоким брюнетом, бережно поглаживающим его волосы. "Повезло же…" Быстро напялив тёплую куртку, Джисон выбежал из квартиры. – Хани, спасибо, что доверился мне! Знакомься, это мой Хёнджин, – Ликс буквально светился от счастья, улыбаясь от уха до уха. – Привет, Хёнджин, ты меня вроде как знаешь, я Джисон, – Хан ненавидел такого рода "официальные знакомства". Будто президента встретил, кошмар. Однако, Хван и правда был чем-то похож на важную шишку, не на президента, конечно, но на должность какого-нибудь министра он вполне тянул. – Да, я помню тебя, пойдём, – брюнет взял Феликса за руку, жестом приглашая Джисона пойти за ними, – Здесь недалеко идти, минут десять. Хан лишь слабо кивнул, смотря на искрящегося друга. Тот действительно был счастлив. Ни с одним парнем до этого не видел он такого Ли. Он размахивал руками, беспорядочно объясняя что-то Хвану. А тот слушал, следил за каждым движением Ликса с трепетным вниманием, заботливо укутывая парня в шарф, если вещь чуть падала. Джисон же напротив – всю дорогу молчал, смотря в пол. Шёл, изредка пиная попадающие под его ноги камушки. Его настроение стремительно катилось к нулю. – Да, Сынмин, это я, – Хёнджин, остановившись у подъезда, не особо отличающегося от всех остальных, набрал номер квартиры друга, – Да впусти уже, кретин. Из домофона послышалось раздражающее пикание, после чего, железная дверь была открыта. – Нам на шестой, – Хван непонятно зачем говорил это, будто был гидом по этому тусклому району. Выйдя из лифта, в котором Джисон чуть не задохнулся от плесневелого запаха сигарет, Хёнджин оперативно привёл парней к нужной двери. Открыл Сынмин. – Здарова, Хёнджи, это с тобой? – парень в свободной вязаной кофте взглядом указывал на стоящих позади юношей. Он выглядел довольно дружелюбно, и говорил спокойно, будто нараспев. Хван кивнул, ступая на порог квартиры, в которой слышался один единственный пьянящий голос, наполнявший помещение приятным теплом. Сынмин, встретивший гостей, унёсся куда-то по коридору, оставляя их самих на произвол судьбы. Джисон снял куртку и принялся внимательно изучать то место, где он проведёт сегодняшний вечер. Квартирка небольшая, отделанная в стиле прошлого века, что делало её невероятно уютной. Из коридора сразу можно было увидеть зал с гитарой и фортепиано, а если пройти вперед, то перед глазами представала кухня, в которой кто-то бормотал под нос... Минхо? Хан подкрался к приоткрытой двери и робко постучался. – Кто? – это был стопроцентный Ли Минхо. В лучшем его состоянии. – Я Джисон, можно? – А, это ты, малявка, что тут забыл? Джисон стоял в дверном проёме как вкопанный, не в силах говорить и пошевелиться. Просто стоял и долго смотрел на Минхо, отпивающего из сверкающей в тусклом свете банки. Его лицо порозовело, а хитрые глазки окосели от градуса, наполнявшего тело парня. – Опять застыл, ау? – Хо щёлкнул пальцами перед широко распахнутыми глазами младшего. В гостиной слышался неразборчивый треск гитарных струн, видимо, настраивали инструмент, – Там Сынмин играть собирается, пойдём послушаем. Хан был в состоянии только послушаться и покорно следовать за расслабленным Ли. Войдя в небольшой зал, юноша увидел Феликса, сидящего рядом с брюнетом и жестом приглашающего его к себе. Только вот Минхо был ближе. – Садись, Хани, я не кусаюсь, – Хо усмехнулся, посмотрев Джисону прямо в глаза, насколько это было возможно в его состоянии. Мальчишка послушно опустился рядом со старшим, показав Ликсу в знак извинения сердечко пальцами. Ну не в силах он отказать опьяняющему Джисоново сердце и разум, парню. Комната наполнилась великолепной игрой на гитаре, а затем последовал мелодичный голос Сынмина. Он действительно был хорош в вокале, даже удивительно, что его не было в составе какой-нибудь группы, потому что певец из него вышел бы просто чудный. Хан осторожно изучал лица всех, кто сидел в своеобразном зале. Хёнджин, держась за руки с возлюбленным, что-то беспорядочно нашёптывал Феликсу, заставляя того смущённо улыбаться. А Минхо... Минхо сидел смирно, немного покачиваясь в такт музыке, постепенно закрывая глаза. Играла любимая песня Джисона. Дав волю чувствам, Хан тихонько стал напевать её вместе с Мином. – Красиво поёшь, Хани, – Минхо улыбнулся, открыв глаза и смотря на младшего, – Я так не умею. Джисон только покраснел от неловкости, спрятавшись в капюшоне. "Хо сказал, что я красиво пою". Спустя несколько песен, подтянулись ещё ребята. Были слышны шумные возгласы и приветствия, обращённые к хозяину квартиры. Хану стало не по себе: слишком много народу в тесной комнатке. Он, надеясь остаться незамеченным, прошмыгнул в коридор, а затем вышел на прохладную кухню. Здесь было намного лучше: тусклый свет, шёпот ветра и никого. Спокойная атмосфера будто пронизывала эту комнату, создавая бесконечное чувство комфорта. – Эй, ты чего убежал? – на пороге стоял Минхо, покачивающий пустую банку в руке, – Ей богу, как мышка. – Там не очень, – Хан спрятал тревожные руки в карман толстовки, – Иди пой с остальными, а мне и здесь хорошо. – А я не хочу с остальными, – Хо продвигался вглубь кухни, заставляя Джисона всем телом вжаться в гладкую поверхность холодильника, – Мне с тобой нравилось, у тебя такой голос... – Ну, значит не судьба, – Хан опустил голову, пряча наполнявшиеся слезами глаза. Он не хотел конфликтов, не хотел и точка. – Ну брось, Джисон-и, ты же такой лапочка, – Минхо поставил банку на столешницу и подошёл вплотную к младшему, подняв пальцами его подбородок. Его разум напрочь затмился градусом выпитого алкоголя. – Отпусти, придурок! – Джисон загнан в угол, словно несчастная овечка. Хо был горяч, и это факт, а ещё его этот тон голоса, сводящий Хана с ума. Острые линии скул и губа, с небольшим порезом на ней, чуть хмурые брови и уже не хмельная улыбка, а настоящий звериный оскал. Всё складывалось в пугающую парня картину – Минхо пьян. – Не отпущу, Хани, я же вижу, что ты тоже этого хочешь, – Ли наклонился к поджатым губам испуганного юноши, сокращая расстояние до считанных миллиметров. Хо был до ужаса расслаблен, а своим поведением только пугал, ничего больше. Джисон ничего не говорил, только стал белый, как мел. В это время, тёмноволосый, подтянув парня к себе, влажно начал поцелуй. От старшего чертовски несло перегаром, но целовался он правда неплохо. Джисону бы понравилось, если бы не тот факт, что он не был готов к такому, особенно сегодня. Минхо целовал напористо и очень резко, щупая маленького Хана, перемещаясь к его бёдрам и ремню на джинсах. Джисон не был готов. Для него всё происходящее было словно нереальным, замедленным. Ли находился слишком близко, чересчур наседал на чуть ли не плачущего юношу. Ему не хотелось ощутить всё именно так. – Отстань, кретин! – Джисон, набравшись сил и воздуха в лёгкие, оттолкнул от себя мерзкого парня, оставив красный след на его щеке. Хан дрожал всем телом, даже не пытаясь вытереть скатывающиеся по бледным щекам слёзы. Младший истошно кричал, не в силах сдерживаться, – Идиот, ты чёртов идиот! Хан выбежал с этими возгласами из кухни, надевая трясущимися руками кеды. Ему было плевать, что буквально все в этой квартире его слышали и видели в таком отвратительном состоянии. Чуть не сломав дверной замок, юноша в панике пробежал лифт. Он плакал, так сильно и горько, как никогда раньше. Не может быть, что его просто хотели использовать, Джисон не хотел в это верить. Этаж за этажом, парень бежал сломя голову, спотыкаясь и падая, вытирая руки о светлые джинсы и оставляя на них еле заметные пятнышки крови. В его голове крутились мысли, одна за другой. "Нет, Минхо не может быть таким, это не так". Вылетев на улицу, Хан зашёлся в ещё большем приступе. Он рыдал, дрожал от холода и страха, ведь впопыхах даже не заметил, что его куртка осталась у Мина. Плевать. Всё, что хотелось Джисону сейчас – исчезнуть из этого мира, не оставив после себя ничего. Парень безысходно забрался с ногами на холодную скамейку, закрыв заплаканное лицо руками. По щекам бежали целые ручейки, а в ушах пронзительно шипел звук тишины. – Хани? – Джисон слышал сквозь всхлипы тихий, спокойный голос его друга, – Хани, ты в порядке? Парень лишь поднял красные глаза на Феликса, стоявшего около скамьи с курткой в руках. Его волосы смешались со слезами, прилепившись ко лбу и вискам, а руки хаотично дрожали, сотрясая всего Хана целиком и полностью. Он был потерян и слаб. – Что случилось, Джисон-и? Ты так громко кричал, – Ликс опустился рядом с другом и накрыл его пуховиком, пытаясь успокоить и согреть, – Тот парень тебе навредил? – Оставь меня, прошу, – Хан еле выдавил из себя эти слова, захлебываясь в своей бесконечной грусти. – Джис, я оставлю тебя только в том случае, если буду убеждён в твоей безопасности и вменяемости, – Ликс выглядел так серьезно, что на миг Хан замолчал, испугавшись и заглядывая другу в глаза, – Тебя проводить домой? Всхлипывающий юноша слабо кивнул, поднимаясь со скамейки и напяливая куртку. Всё тело будто сломало, он не мог идти в одиночку. Феликс всегда спасал его, и этот раз не стал исключением. Минхо стоял на промозглом кафеле застеклённого кухонного балкона, смотря на пару друзей, стремительно удаляющихся в сторону дома Хана. Он в который раз достал привычную пачку мятных сигарет, чтобы заглушить себя и свою боль. Ту боль, которая поселилась в нём вместе с крошечным мальчуганом. "Я конченый мудак, что вообще было в моей голове?" Ли не знал, почему так получилось. Возможно из-за того, что он перепил, узнав о сегодняшнем приходе Джисона, а возможно из-за того, что думать нужно головой, а не чем-то ещё. Ему объективно не хотелось, чтобы всё закончилось вот так, даже не начавшись. Наслушавшись рассказов Хёнджина о его прекрасном времяпрепровождении с Ликсом, Хо грезил о свиданиях с младшим. Минхо так жаждал провести время с этим глуповатым, но безмерно невинным Джисоном. Парню хотелось прижать к себе мальчишку, похожего на белку, и бесконечно просить прощения. "Теперь-то он точно на меня даже не посмотрит". Минхо не плакал, он лишь затянулся сильнее обычного, ощущая неприятную боль в лёгких. Казалось, скоро парень выкурит свои лёгкие до такой степени, что сам превратится в облако сигаретного дыма с мятным послевкусием. Чья-то рука внезапно, но бережно коснулась его плеча. – Доигрался? Я говорил, что не надо было пить, и вообще, завязывай с алкоголем, – Хёнджин говорил размеренно и чётко, стало быть его не меньше задело данное происшествие, ведь их так хорошо начинавшийся вечер с Феликсом был грубо прерван. – Завяжу, Хван. Только сейчас мне что делать? Хан меня за километр обходить будет, как самого опасного преступника, – Хо выдохнул, пуская дым в форточку, – Правда, если так подумать, то я ещё хуже. – Я подумаю над этим, а сейчас, прошу, не дыми, в глазах туманно, – Хёнджин демонстративно помахал перед собой руками, – Всё будет хорошо, Ли. Сам Хо не был в этом так уверен. Он привычно закатил глаза, потушив сигарету о запястье, не испытывая уже никакой боли, и направился в коридор, – Я пройдусь, Хёнджи, если что – звони.