Хэллоуинские истории

Идея отмечать корпоративно хэллоуин Игорю не нравилась категорически с самого начала. Нет, ну взрослые же — кроме Дубина, конечно — люди! Что за глупая блажь? Детсад и цирк на выезде. Он бы за это время мог минимум одно дело раскрыть, разнять парочку драк или, если повезет, предотвратить ограбление. Но Прокопенко отдал прямой приказ, а после закрепил личной просьбой «от дяди Феди». Вообще-то Гром поначалу надеялся, что хоть Федора Ивановича не коснется это массовое помешательство, но начальник всерьез увлекся идеей сплочения коллектива. Поэтому на мероприятие были добровольно-принудительно — а один конкретный майор исключительно принудительно — отправлены все сотрудники отделения, кто не остался на дежурстве. Организация мероприятия как-то сама собой легла на плечи Дубина. У Игоря даже появилась мысль нарочно загонять напарника, чтобы у того не осталось времени на подготовку праздника, но Димка проболтался, что к процессу подключилась Юля. План провалился еще до начала его воплощения. Гром весь месяц был как на иголках. Фоновая болтовня в отделе раздражала — вместо того, чтобы работать, все обсуждали варианты костюмов и программу. Какой-то умник подбросил идею с творческими номерами, и полицейские сбившись в кучки составляли план репетиций. Вне отдела Дубин трещал не переставая. Поняв, что Игорь его игнорирует, он просто стал рассуждать вслух или переписываться голосовыми с Пчелкиной. Даже дома спокойно отдохнуть не получалось: прямо в окна настойчиво мерцала вывеска магазина, установленная специально к Хэллоуину. Нет, в целом Игорь был равнодушен к этому празднику. Как и ко многим другим. Он просто не видел в нем смысла и не понимал этого ажиотажа вокруг. Хэллоуин. Кто вообще додумался наряжаться во всяких уродцев? И зачем? В конце концов, зачем именно ему в этом участвовать?! Чтобы отвлечься от раздражающих мыслей, Гром все больше погружался в работу. Поэтому, когда под конец очередного рабочего дня к нему за стол приземлился весь перебинтованный Димка, первой реакцией было возмущение. Вот куда этот балбес мог влезть без него? И только после того, как Дубин принялся тянуть его в сторону выхода, до Игоря дошло, что настал день Х. Благодаря стараниям Пчелкиной, им удалось отхватить довольно неплохой банкетный зал в ресторане, да еще и недалеко от Центрального управления. Помещение было украшено в соответствующий антураж: искусственная паутина, на стенах устрашающие надписи «кровью» и черные силуэты монстров, на всех поверхностях электрические светильники в виде тыкв и прочие «прелести». Гром бы оценил, если бы вообще был ценителем подобного. На столах вперемешку с нормальной едой стояли тарелки с малоаппетитной дрянью. Есть из-за этого совершенно перехотелось. Вокруг сновали люди в разных костюмах: кто-то не напрягался, купив парик и накладные клыки в ближайшей бутафорке, кто-то явно заказывал с китайского сайта — настолько криво пошить одежду нужен особый талант, кто-то на самом деле заморачивался и готовил наряд сам. Тот же Дубин заявил, что он не просто какая-то безымянная мумия, а сам Нефериркара Какаи. А присутствовавшая на вечеринке в образе ушастой эльфийки Юля отказалась откликаться на какое-либо имя кроме Лутиен. Игорь честно даже не пытался это запомнить. Тем более, что вскоре его друзья так увлеклись спором о судьбе Средиземья, плавно переходя на политический строй Империи из Звездных войн, что свалить по-тихому от них не составило никакого труда. Было скучно. Размалеванные лица не вызывали ничего, кроме раздражения. Музыка настойчиво долбила в голову, мешая нормально думать, она не оглушала, но была слишком навязчивой, чтобы без труда игнорировать. Гром всеми фибрами души ощущал себя здесь чужим. Он единственный пришел без костюма, не принимался судорожно хлопать каждый раз, как кто-то из отдела вытворял очередной «интереснейший» номер на сцене и отказывался от мутных бокалов с коктейлями, в которых плавали бутафорские глаза и пальцы. Игорь надеялся отсидеть обещанный дяде Феде час в относительно тихом углу, а после сбежать домой. Вот только окружающие, словно сговорившись, ни на минуту не оставляли его одного. Сначала на него умудрился натолкнуться Цветков, сбивающий всех вокруг своими ушами Дамбо, потом Зайцева вцепилась в него мертвой хваткой, пытаясь затащить на танцпол. Гром первый раз видел ее в подобном состоянии и еще больше уверился в том, что к коктейлям прикасаться не стоит. Едва он освободился от танцев, как его снова нашли Дима и Юля, твердо решившие, что только бравый майор полиции может рассудить их спор о том, кто из трансформеров круче: Оптимус Прайм или Родимус. Вырваться из этого ожившего кошмара Игорю удалось лишь за полчаса до полуночи. Но и на улице празднующих хватало. Некоторые особо умные додумались выпрыгнуть из-за угла в попытке напугать случайного прохожего. И только отменная реакция Грома, вовремя затормозившего свой кулак, спасла шутников от кабинета травматолога. Смачно отругав пранкеров и высказав им все, что думает о них, Игорь понизил градус своего раздражения до отметки «почти терпимо» и пошел домой уже не таким интенсивным шагом. Погода была достаточно приятная для этого времени года и суток, и когда центральные улицы, где проходила подавляющая масса праздничных мероприятий, остались позади, Гром даже позволил себе немного насладиться прогулкой. — Вам не нравится Хэллоуин? — Фраза раздалась так внезапно, что Игорь даже не сразу понял, что ему задали вопрос. Из темного прохода показалась причудливая тень, а подойдя ближе к фонарю она превратилась в странноватого парня. Весь его костюм был облеплен торчащими в стороны черными перьями, они же топорщились в волосах и частично покрывали лицо. Возможно, Гром проигнорировал бы и этого чудика, но тот заметно отличался от остальных нарядных. Почему-то он не был таким же раздражающе веселым, как другие, а сквозил меланхоличной печалью, что удивительным образом отзывалась в Игоре. — Не фанат. — Ответил он не сразу, парень как будто бы даже уже и перестал надеяться на диалог. Но оба стояли на месте, как вкопанные, и делать это в тишине казалось Грому еще более глупым. — Я тоже. — Под светом фонаря разглядеть было сложно, но майору показалось, что парнишка заметно младше, может даже студент. Что странно, ведь такие наоборот обожают всякие нелепые тусовки. — А чего нарядный тогда такой? Юноша оглядел свой костюм, словно только сейчас его заметил, подергал перо на рукаве, а после неловко пожал плечами. — Пришлось. Не то чтобы у меня был выбор. — Собеседник опустил взгляд на свои ладони, заметно выделяющиеся на фоне остальной черноты, а после обхватил сам себя руками, словно замерз или пытался спрятаться неизвестно от кого. Вновь повисла неловкая тишина. — Меня Игорь зовут. Игорь Гром. — Зачем он решил познакомиться, мужчина объяснить не мог даже себе, но парень словно немного расслабился и даже повеселел. — Сережа. — Он протянул руку, и Игорь поспешил пожать ее. Холодная. Похоже и правда замерз. Под всем этим оперением костюм мог быть довольно тонким. Гром вновь неожиданно для самого себя снял куртку и набросил на чужие плечи. Запоздалая мысль, что сначала стоило спросить, так же быстро исчезла — Сергей плотнее укутался в теплую ткань и благодарно кивнул. — Далеко живешь? В общаге поди, а уже комендантский час. — Игорь рассуждал скорее сам с собой, но его догадки подтвердились еще одним кивком. — Есть у кого переночевать? — Парень неуверенно мотнул головой в сторону. — Видимо, нет. Пойдем. — Куда? — Глаза Сережи резко округлились. Голубые, яркие. Еще и фонари так причудливо в них отражаются золотыми искорками. Игорь даже не сразу понял, что засмотрелся и молчит, заставляя пацана нервничать сильнее. — Переночуешь у меня, если хочешь. — Неверие все сильнее проявлялось у Сергея на лице, и Гром поспешил уточнить. — Не боись, солдат ребенка не обидит. Там в кармане корочки, можешь глянуть. В любом случае, насильно не потащу. Смотреть документы парень не стал, только снова кивнул, соглашаясь на предложение. До квартиры они добрались молча: Игорь не знал, о чем можно спросить у нового знакомого, сам Сережа тоже говорить не спешил. Лишь возле входной двери Гром вновь обратился к своему случайному спутнику. — Повернись, там в кармане ключи. — Пара оборотов в замке и проход открыт. — Заходи, располагайся. Сергей еще несколько секунд потоптался на пороге, но стоило Игорю обернуться и вопросительно вскинуть бровь, как парень огорченно вздохнул и вошел. Прихожая встретила их горстью потолочной известки, Гром привычным жестом стряхнул ее с кепки и плеч, краем уха замечая шуршание перьев. Видимо, Сережа успел снять куртку до побелочной атаки и теперь отчищал свой костюм. Может, это и не его костюм вовсе, не зря же он сказал, что ему пришлось? Майор прошел вглубь своей квартиры, попутно рассказывая положение разных комнат. Уже будучи в гостиной он обернулся и вновь наткнулся на любопытный взгляд. Парень с интересом рассматривал обстановку, и Грому бы хоть немного смутиться из-за разбросанных как попало вещей или обшарпанных стен, но Игорь снова залип на этих глазах. Даже здесь они умудрялись ловить переливающиеся огни с улицы, превращаясь в нечто совершенно необыкновенное. — Тут… уютно. — Наверное, это было бы предпоследним словом, которым бы сам Игорь мог охарактеризовать свою квартиру. Сразу после «красиво». Но слова Сергея привели его в чувство. — Сейчас нормальную одежду тебе найду. — Бросать Сережу одного в чужой для него квартире было одновременно комфортно и неправильно. Как-то не по-хозяйски оставлять гостя без присмотра, но странное чувство доверия возникло словно бы из ниоткуда и не вызывало сопротивления, как это было поначалу с Дубиным и Пчелкиной. Игорь разворошил половину шкафа, прежде чем нашел относительно теплые и удобные спортивки и старую, но еще прилично выглядящую толстовку. Это ж надо парню было так замерзнуть. Последним он прихватил чистое полотенце. Вернувшись в гостиную, Гром застал Сергея на том же месте, словно тот боялся без разрешения даже пошевелиться. Только крутился вокруг своей оси, шурша перьями и пытаясь рассмотреть все доступное пространство. — Иди в ванную, умойся, если хочешь, прими душ. Шампунь найдешь, он там один на полке стоит. — Игорь задумчиво почесал бровь, вспоминая, какие еще ценные указания можно дать. — А там краны перепутаны — из красного холодная течет. В общем, разберешься. Я пока чай согрею. Вещи упали в руки Сережи. Он в очередной раз недоуменно посмотрел на хозяина квартиры, потом на одежду, снова на Игоря. А после бережно прижал их к груди и робко улыбнулся. Гром, посчитав свою первую задачу выполненной отправился на кухню. Перья зашуршали в сторону ванной комнаты. Неладное Игорь почуял не сразу, только после того, как чайник закончил кипятиться, он понял, что не слышит шума воды. Для верности мужчина выждал еще несколько минут, но ничего не изменилось. Лишь подойдя ближе к двери Гром уловил тихие всхлипы. Однако стоило раздаться стуку, как и они исчезли. Игорь вошел. Сережа сидел в совершенно сухой ванне, все еще в костюме, прижимал к груди толстовку и плакал. Буквально рыдал. Гром замер на пороге, не представляя, что надо делать. По части утешений он был, мягко говоря, не очень. — Э-э-э, что-то случилось? — Ну, уже хоть что-то, хотя бы не молчание. Мозг Игоря судорожно пытался придумать хоть какой-нибудь план действий. Ноги сами понесли его ближе к парню. — Ты… — Сергей икнул, прерывая свою же фразу. — Ты хоро-оший. — Слезы блестели на его лице, как-то даже слишком при тусклом освещении единственной лампочки. — Ты очень хороший. А я — плохо-ой… — Че? — Такого заявления Гром точно не ожидал. Он присел на чугунный бортик и недоуменно почесав затылок попытался найти проблему. — Если ты что-то сломал — не страшно. Мне давно пора было тут все подкрутить. Его рука легла на плечо, в попытке приободрить, но от случившегося дальше Игорь чуть не свалился на пол. Холодные перья под ладонью внезапно зашевелились. Гром поднял руку, и перышки сами собой начали расправляться, словно были живые. Мужчина молча наблюдал, отказываясь верить собственным глазам. Как только они прекратили свое движение, он снова потянулся и сунул пальцы против роста оперения. Подушечки коснулись прохладной кожи, никакой ткани и в помине не было. Сережа весь взъерошился, реагируя на прикосновение. А после зарыдал во весь голос. Игорь вновь отдернул руку, испугавшись, что сделал больно. — Эй, ты чего? Ты это… прости, я так больше не буду. — Он попытался заглянуть в чужое лицо, но парень — или правильнее сказать существо? — уткнулся в выданную ему толстовку и отказывался идти на контакт. — Нет, ну, правда, прости, я это… не хотел. — Я же говорю, хоро-оший. — Слышно было плохо из-за перекрывающей звук ткани, однако Гром и так понял. План возник в голове сам собой. — Так, а ну-ка, отставить слезы. — Суровый тон мгновенно сработал — Сергей поднял голову и недоуменно уставился на майора. Только сейчас до того дошло, что голубые глаза и правда переливаются золотыми всполохами, что крупинками вытекают вместе со слезами. — Вот, уже лучше. А теперь говори, что тут происходит? — Хэллоуин. — Что? — Хэллоуин. Праздник всех Святых. Ночь, когда такие как я должны охотиться на таких, как ты. — Сережа снова едва не сорвался в плач, но Гром посильнее нахмурился, и тот поспешил продолжить. — Это мой первый раз. Меня наставник долго учил, а я не хочу охотиться. Я хотел отсидеться в темноте. Люди прячутся от нас, а ты вот не спрятался. И мне пришлось. Меня заставили. Но ты слишком хороший. — То есть, если бы ты не встретил меня, то тебе бы не пришлось нападать? — Угу. — Но меня видят все остальные? Поэтому ты не мог сделать вид, что меня не заметил? — Да. — Получается, из-за тебя на меня не напали другие. — Игорь усиленно пытался уложить в голову мысль, что все происходящее — правда. — Ну… да. — То есть, ты меня спас. Получается, что ты тоже хороший. Глаза существа шокировано распахнулись, а слезы мгновенно остановились. Повисла тишина. Оба задумались. — Мне нельзя без добычи возвращаться. Сильно ругать будут. Я же, получается, экзамен провалю. — Сергей был вот-вот готов расплакаться опять. — А ты можешь не возвращаться? — Не знаю. Говорят, тот, кто до восхода солнца не вернулся — не вернется уже никогда. Мой друг Олег, он был оборотнем, он однажды не успел. Я его больше никогда не видел. — Парень еще сильнее сжался, превращаясь в перьевой комок. Игорь машинально вновь потянул руку, но остановился так и не коснувшись. В прошлый раз он не понял, было ли Сереже дискомфортно физически или просто страшно. Родная мантра «думай-думай» не переставая крутилась в голове. Сергей сам уткнулся в протянутую ладонь макушкой. — Погоди-ка, — мысль словно витала в воздухе, дразнясь, но не позволяя себя ухватить. — Оборотень, в смысле волк? — Ага, черный-черный такой. Его даже все наши боялись, потому что он взгляд жуткий делать умел. А я не боялся. Я с ним дружил. Игорь подорвался из ванны так резко, что Сережа почти испугался. Через несколько минут он вернулся, неся в руках тонкую папку. На первой и единственной странице было вклеено небольшое фото. Пернатый неверяще уставился на картинку. — Это он. Но… как? — В прошлом году он пришел к нам в отделение первого ноября. Я поэтому сейчас и вспомнил. — Игорь пожал плечами, он не знал, зачем забрал это дело домой, просто почувствовал, что так нужно. Как видно, интуиция его не подвела. — Сказал, что не помнит ничего, кроме имени. Я еще тогда подумал, что глаза у него и правда жуть. Оформили ему документы. Он теперь Олег Волков. — Забавно. — Сережа улыбнулся фантазии своего друга, а после поднял глаза на Грома. — А я тоже так могу? Игорь кивнул и тут же едва не улетел второй раз на пол, потому что это в прямом смысле чудо в перьях кинулось обниматься. И мужчина неожиданно для себя понял, что совсем не против. Проснувшись утром, Гром первым делом отправился на проверку своего гостя. Сережа ночевал в гостиной на диване, наотрез отказавшись от предложенной постели в пользу хозяина. На месте Игорь его не обнаружил. Только большая кучка черных перышек свидетельствовала о том, что ночью тут кто-то был. Пропажа обнаружилась в ванной комнате. Парень — теперь уже в полной мере — крутился обнаженным перед зеркалом, пытаясь рассмотреть свой новый облик со всех сторон. Игорь тактично отвел глаза. Самое главное было убедиться, что Сергей не исчез так же внезапно, как и появился в его жизни. — Доброе утро. А я себе фамилию придумал. Разумовский. Нравится? — Сережа подошел ближе, словно и не замечая неловкости ситуации. Его придется многому научить. Но… — Мне нравится. Мне все нравится. — Гром довольно ухмыльнулся. — Пошли завтракать. Я тут посмотрел, у меня и контакты Олега остались. Хочешь навестить своего друга? Чудо без перьев вновь чуть не уронило его.