Возвращение домой

      Полночь не увидела, хотя и сидела с открытыми глазами, как Лапала опустилась рядом с ней, вглядываясь в лицо девушки напротив. На первый взгляд всё было как обычно, разве что заметное покраснение на левой стороне лба и щеке, где отсутствовала маска. Зрачки были сильно расширены и заполняли большую часть радужки. Девушка смотрела прямо перед собой пустым невидящим взглядом, изредка моргая. — Полночь, закрой глаза и не открывай их. Лучше вообще завяжи какой-нибудь тряпкой. — Пожалуйста, скажи, что я не ослепла на всю оставшуюся жизнь, — жалостным голосом попросила девушка, послушно ища в карманном измерении подходящую ткань. — Это точно временно, но я не знаю, насколько долго будет восстанавливаться сетчатка. Я не спец в медицине, поэтому сказать что-то ещё про диагноз и способы лечения не могу, — развела руками Лапала. — Однако в моей власти подсказать, как обходиться без зрения, и взять на себя обязанность в первое время следить за обстановкой, пока не освоишься. — Ты говоришь обо всём с такой лёгкостью, будто дело яйца выеденного не стоит. Ну или же ты каждый день в такие ситуации попадала, — Полночь наконец завязала на глазах серую потрёпанную полоску ткани. — Нормально? — Пока руки и мысли были заняты мелким действиями, времени на панику не оставалось. Да и абсолютное спокойствие призрака действовало весьма положительно. — Да, нормально. Вообще я ни разу не попадала в такие ситуации, но на фоне всего, что пережила я и наши предшественники, временная потеря зрения выглядит не особо страшно. Тем более, что дело не безвыходное. — Тогда как это исправить? — Может сначала отдохнёшь и придёшь в себя? — Я спрашиваю именно потому что беспокоюсь, что что-то пойдёт не так. Да и для долгой паники, как выяснилось, у меня слишком крепкие нервы. — Рада слышать. Тогда запоминай. Обычно ты пользовалась органами чувств для восприятия информации, теперь же одно из них отключилось, и ты должна заменить его каким-то аналогом. В твоём случае самым простым и быстрым решением, как ни странно, является магия. Ты уже пользовалась этим, когда проверяла местность перед телепортацией. Ты, я уверена, заметила, чем отличаются неживые объекты от живых и наполненные магией от пустых. Сейчас, чтобы восстановить картину мира, тебе нужно возвести сканирование местности при помощи магии в абсолют и использовать постоянно. Ты не сможешь «видеть» в привычном понимании этого слова, но будешь чувствовать окружающие объекты и создавать в голове картину окружения. Если вдаваться в теорию, то ты должна не воспринимать уже существующие магические потоки, как до этого, хотя это тоже важно, а создавать свои, чтобы они огибали предметы вокруг и давали чёткую картину. — Вроде бы не сложно. — Да, но нужна практика. С первого раза ни один гений не сможет в полной мере воспользоваться этим умением. На перестройку на новый метод и привыкание к нему нужно время.       Полночь хорошо запомнила всё сказанное, но в первую очередь её интересовало поддержание барьера, не позволяющего переместиться к ней. Желание не быть обнаруженной и страх оказаться беспомощной забили последний гвоздь в крышку гроба паники и отчаяния.       Первым делом девушка, сидя всё на том же месте под деревом, закрепила поддержание барьера на браслет, чтобы уже более спокойно заняться другими делами. Вот только даже встать в полной темноте было сложно, не говоря уже о свободном перемещении. Использовать магию на постоянной основе также не удавалось. Данный процесс требовал постоянной концентрации, из-за чего страдала способность передвигаться и ориентироваться. По этой причине приходилось сначала проверять местность, а потом двигаться, надеясь не врезаться куда-то.       После почти недели попыток освоиться, особого прогресса всё ещё не было. Хотя Полночь привыкла жить без света, пусть в первые дни периодически и стягивала повязку, чтобы проверить глаза. Когда прошла половина от второй недели, Полночь начала расспрашивать призрака о каком-то способе хотя бы временно обойти нужду с постоянным поддержанием магии. Нехотя, аргументируя это желанием заставить Полночь самостоятельно научиться достаточно важной способности, Лапала всё же рассказала об устройстве, способном двадцать четыре часа в сутки излучать определённую магию, но умолчала о способе создания или месте, где его можно было бы купить. Ещё и добавила, что Полночь должна самостоятельно освоиться без помощи чего-то извне.       Что вышло из затеи призрака? Ровно то, чего Лапала просила не делать. У Полночь ушло не много времени на поиск информации в воспоминаниях, к которым она обращалась при любом удобном случае. И, будто мало того, ещё и создала излучатель магии, сделав оформление максимально заметным. Его основа представляла маленький кубик, окружённый чем-то вроде полураскрытого бутона, составленного из тонких линий, выходящих из одной точки снизу и имеющих острые изогнутые концы сверху. Полная конструкция спокойно помещалась на раскрытой ладони. Создать такую замысловатую вещь было достаточно просто. Примерно так же, как и маску, с единственным отличием, что излучатель не был закрытой конструкцией из магии. За счёт этого он, собственно, и работал: кубик и лепестки вокруг него непрерывно вращались после запуска, выбрасывая во все стороны на определённое расстояние магическую энергию, из которой состояли. Самым точным сравнением для этого устройства стала бы свеча. Как она после зажжения фитилька источает свет и тепло, постепенно тая, так и излучатель истощался и прекращал работать, когда оба его элемента растворятся. Купить излучатель у кого-то, скорее всего, невозможно, потому что он будет транслировать исключительно ту энергию, из которой был сделан.       Хотя Полночь и не видела, что у неё получилось, она знала, что предмет сильно светится цветом её магии, поэтому она поместила его в узорчатый миниатюрный фонарик вместо свечи. Результат превзошёл все ожидания и значительно упростил всю процедуру по определению расстояния до цели и направления передвижений. Лапала, несмотря на всё своё недовольство, не могла ничего поделать, и в глубине души радовалась, что Полночь продолжает развиваться.       Все последующие дни Полночь тратила на полноценное освоение нового способа жизни, а через какое-то время даже начала пробовать отрабатывать техники боя и специально искать одиноких монстров или небольшие группы нежити. Параллельно с этим она старалась и самостоятельно поддерживать вокруг магическую энергию, ведь ходить с фонарём постоянно не получится, он однажды растает, а терять такое необычное и удобное обозрение мира не хотелось. Удобное во многом за счёт полноты восприятия, когда ощущалось абсолютно всё вокруг в радиусе чуть ли не до сотни метров, и угла обзора в триста шестьдесят градусов, позволявшего при должной сноровке уворачиваться от стрел и ударов, летящих сзади. Это было куда практичней обычного зрения и, как позже рассказывала Лапала, таким пользовались и пользуются многие известные воины и маги. А если полагаться на глаза и прикрывать слепые зоны магией... Это определённо открывает некоторые возможности.

***

— Если у тебя есть какие-то планы по освоению новых приёмов, то советую закончить их поскорее, — Лапала, судя по голосу, была в немного приподнятом настроении и предвкушала что-то. — Мне это уже почему-то не нравится. В прошлый раз всё закончилось потерей зрения. Думаю, сейчас есть только две вещи, способные заставить меня уйти отсюда: твои дорогие друзья и какие-то новости из королевства Рубрум. — На твоё счастье второе. Даже Энтити и Наллу будет сложно найти тебя за месяц, учитывая количество барьеров, которые ты понаставила, и их мощность. Кстати, интересный факт, они позволяют телепортироваться только в ближайшую к ним точку на границе купола, находящуюся в нескольких километрах от тебя. Сверх того, им нужно прочесать местность во все стороны, чтобы понять, где ты находишься. Им должно крупно повезти, чтобы найти этот дом получилось быстрее чем за десяток попыток. — Буду знать. Но ты ведь что-то про Рубрум хотела сказать, не так ли. — Я просто люблю рассуждать. Так вот, по официальной версии предатели из королевства Рубрум под командованием принца Фури Твина заключили союз с королём Венетуса и в конце этой недели собираются устроить реванш. — Вот как. Тогда надеюсь, что увижу завершение этой истории. Вернее почувствую. И что в итогах не будет смерти Фури. — Неужели ты к нему прикипела? — Мне почему-то кажется, — не обращая внимания на вопрос Лапалы, продолжала говорить Полночь, — что у поддержавших первое восстание правящих кругов уже было тайное соглашение с Венетусом. Ибо почему они сразу направились туда? И нет, я не влюбилась в Фури, мне просто жаль его. Думаю, мы бы смогли стать хорошими друзьями, если бы не все эти обстоятельства. Он показался мне довольно надёжным человеком. — Смотри не обожгись с этим доверием. А то от моих друзей шарахаешься как от огня, а незнакомцу, которого один день знаешь, готова поверить. — Да знаю я, — нехотя согласилась Полночь, — постараюсь быть осторожной.       В назначенный час Полночь была у границы Рубрума и Венетуса, где планировало пройти первое столкновение. Сражения начались в первый же день, но атакующая сторона действовала куда агрессивней оппонента, жёстко прорываясь к столице. Рубрум по какой-то причине почти не посылал войск на их сдерживание, позволяя двигаться всё дальше и дальше. Только спустя несколько дней ленивых сражений, Полночь, наблюдая за ситуацией со стороны и отслеживая перемещения всех солдат, заметила, что, чем глубже проходят войска Венетуса, тем сильнее они становятся окружёнными своими противниками. Такими темпами, к приходу в Дорон, столицу Рубрума, они будут взяты в кольцо.       Полночь не знала, осознают ли сами нападавшие своё положение, или они просто слишком уверены в своих силах, но продвижение продолжалось ещё полторы недели. Могло бы гораздо дольше, но территория была не настолько огромной, а столица находилась близко к границе. За всё это время Фури почти не мелькал и всегда находился в лагере главнокомандующих. Так, наконец, подошло время генерального сражения за Дорон.

***

      Находясь всего в паре десятков километров от столицы, Фури радовался лишь тому, что всё скоро закончится. Во время финального сражения он будет командовать одной из дивизий и поведёт её в бой, которого так хотелось избежать. Ситуация, откровенно говоря, почти патовая: никакой свободы перемещений, постоянный контроль, да ещё и именем его пользуются для своих целей. В случае победы, его, скорее всего, убьют и посадят на трон кого-то своего, а в случае проигрыша снова захотят взять в плен и устроить ещё одну попытку захвата.       Исходя из всех обстоятельств, Фури был готов молиться на победу своего отца и за успех своего плана. В этот раз молодой человек хотел любыми способами остаться на территории Дорона и попасть в плен к своим землякам. Другого способа вырваться из этой порочной ситуации и выжить он не видел.       Зная привычки своего отца в ведении сражений, шансы осуществить план были весьма высокими. Судя по лёгкости вторжения, генеральное сражение с самого начала предполагалось в Дороге, а победной была выбрана одна из самых рискованных тактик.       Ранним утром, когда солнце только поднималось, армия Венетуса начала наступление. Однако, спустя всего час с небольшим, им пришлось всеми силами защищаться от атак, летевших со всех сторон. Основной лагерь, оставшийся позади, полыхал ярким пламенем, отдельные солдаты, а иногда и целые отряды, попадали в ловушки и засады. На основном фронте всё было не так однозначно, но преимущество было явно на стороне Рубрума.       Отряд Фури находился в смятении и неопределённости, ведь их командир не отдавал приказов и ничего не объяснял. Принц совершенно не реагировал на вопросы и попытки обратиться к нему. Он, также ни слова не сказав, в одиночку пошёл, как казалось со стороны, в атаку, на самом же деле надеясь подойти как можно ближе.       По пути попадались солдаты из войск отца, но они почти не обращали внимания на человека, облачённого в броню, лишь слегка отличающуюся нарядностью. Однако не всё шло так гладко, как хотелось бы. Попался на пути один отряд враждебно настроенных людей, желавших всем вторгавшимся смерти. Фури не составило особого труда вырубить почти всех, получив незначительные травмы. Жаль, что почти всех, а не всех, и жаль, что их командир был способнее подчинённых. Бой немного затянулся. Обмен ударами продолжался долго. Конец положил обманный финт одного из сражавшихся, обернувшийся для второго смертельной раной и окончанием поединка.       Командир, оставшийся всего с парой подчинённых, злобно фыркнул и побежал дальше, оставив умирающего врага валяться на земле. Фури, по собственным ощущениям, отключился на несколько секунд, хотя другая часть сознания твердила, что прошло куда больше времени. Сознание, как и глаза, медленно мутнело от потери крови, всё больше утаскивая парня в пустоту. Он не знал, сколько провёл в таком состоянии, но над ухом стали носиться обрывки фраз и громкие голоса. Фури так и не разобрал ни единого слова, прежде чем уснул окончательно.       «Жаль умирать, так и не сказав правды… — где-то далеко пронеслась обрывистая мысль. — Впрочем это, наверно, заслуженный конец для гордого труса вроде меня, — Фури даже захотелось посмеяться над собой, что было невозможно в его состоянии. — Мда… я действительно был дураком…»