только не оставляй меня

      очередной раз пасмурная погода. он так ненавидит эту бесконечную тоску. он ненавидит каждый день, ведь каждый день одно и тоже. но скоро он, похоже, не увидит и этого. нагито уже давно принял это решение – уйти из жизни. если подумать, он ничего не потеряет. сония? она справится, ведь она такая сильная. сильнее, чем комаэда. хаджиме? это даже смешно.       «да плевать он на меня хотел,» – думает комаэда, выкуривая очередную сигарету. сколько раз невермайнд говорила, что это вредит его здоровью? наверное, она уже устала повторять это. вот только нагито не сможет избавиться от пагубной привычки, потому что лишь она заставляет его все еще чувствовать себя живым.       правда ненадолго все это. снова дождь стучит по стеклу.       невероятно тоскливо.       нагито тушит сигарету и возвращается в свою комнату. полнейший беспорядок, но сил на уборку нет.       «а хватит ли у меня сил на это?...» – комаэда берет лезвие, рассматривая его со всех сторон. сомнений нет, есть разве что облегчение. все закончится? все правда закончится? больше... никакой боли?       он закатывает рукава, осматривая собственные порезы.       «не доставлю ли я неудобства другим жильцам? и стоит ли писать предсмертную записку? хотя, блять, это даже звучит ужасно. проще просто написать сонии, что она отличная подруга.»       и лишь он берет в руки телефон, как видит на его экране звонок. точно, он ведь поставил его на беззвучку. «сода? и что ему от меня вдруг понадобилось? я так–то занят».       – комаэда! наконец ты ответил! блять, тут случилось такое, – казуичи, как всегда, очень шумный и эмоциональный. – я хуею, чиаки тоже, сказала звонить тебе.       – что случилось–то?       – хината в аварию попал.       и сердце в этот момент будто останавливается.       «хината... попал в аварию?»       – это полный пиздец, знаю. поэтому и звоню тебе!       – он... жив?       – конечно, но возникла проблемка... нет, проблема, а не проблемка. серьезная такая!       – ...он очень сильно травмирован?       – это тоже, но суть в том, что он... в коме.       везунчик замирает, и лезвие из его рук падает прямо на холодный пол.       – комаэда, прекрати в молчанку играть! я, блять, не шучу! он сейчас в больнице. если захочешь его навестить, то адрес в смс скину через пару минут.       когда появляются противные гудки, к горлу нагито подступает тошнота. он кладет телефон на место, лицом падая в подушку и обдумывая все сказанное казуичи.       мысли с каждой секундой становятся все мрачнее, поэтому дрожащей рукой беловолосый поднимает лезвие с пола, начиная царапать левое запястье. порезы слабые, неглубокие, но это хотя бы немного отвлекает. засыпает комаэда все с тем же лезвием в руках, как будто это его единственное спасение.