Найти ответы. Последний вопрос

С рассветом я надеялась хотя бы на маленькую, но структуризацию полученной накануне информации. На деле же я ощущала себя ещё более потерянной, чем до этого. Проведение времени в одиночестве, с одной стороны, должно пойти мне на пользу, а с другой стороны, ощущение одиночества начинает давить на плечи, вперемешку со страхом, который после сна лишь усилился. Но понять, с чем это связано – не выходит. Словно какой-то кусочек пазла постоянно ускользает, стоит мне к нему приблизиться. И это начинает раздражать. - Что ж, Лин, давай попробуем проанализировать все, что творится в твоей голове, - сажусь на койке и беру смятую записку в руки. – Этот почерк не кажется мне знакомым. Пожалуй, если я где-то и могла его видеть, то либо очень давно, либо это был единичный случай… Но эта мысль сразу наталкивает на другую. Марк не мог бы написать это. Даже при всем желании, даже при особом старании у него почерк оставляет желать лучшего. А это уже маленький плюс к тому, чтобы не ненавидеть парня. К слову… Почему я цепляюсь за ненависть к нему? Разве он давал повод для этого? «В тот самый раз, когда допустил, чтобы ты была раздетая на улице. Или в тот раз, когда бросил тебя перед выступлением одну, разве тебе не было больно?» - проносится в моей голове, и я недоуменно хмурю брови. Откуда эти мысли? Да, у нас были разногласия, но таких ситуаций точно быть не могло. - Марк всегда следил, в каком виде я иду на улицу. Он не говорил напрямую, но мог невзначай нацепить свою шапку мне на голову, - рассуждаю вслух, словно это поможет мне избавиться от навязчивых и непонятных мыслей. – А по поводу выступления… Я ведь потеряла сознание за кулисами из-за волнения… И если я правильно помню, в больницу меня привез именно Марк. Так что, моя дорогая тьма, не вышло у тебя сбить меня с толку. Это доходит до абсурда, но, тем не менее, воспринимать и раскладывать так информацию значительно проще, чем просто позволять мыслям хаотично сменять друг друга. Но все же, легкое ощущение, что я двинулась головой, раз разговариваю с собой, а точнее, с «темной стороной»? Что могло быть последнее время между нами? Раз уж речь зашла об этом парне, то стоит перемыть ему косточки и напрячь свой мозг в поисках всех возможных воспоминаний. - Мы ругались? – задумываюсь, - да. Ругались, но эти ссоры были глупыми, по мелочи. Все же, в некоторых аспектах было сложно понять друг друга, но это не было чем-то за гранью, пара обидных слов, да, неприятно, но не критично, чтобы сказать, что он мог бы хотеть навредить мне. Да и в принципе парень никогда не был ко мне жесток. Пожалуй, только в одной ситуации… И то, меня даже не было во время той ситуации. Точнее как. Я была, но парни об этом не знали. Это было кафе. Они сидели за соседним столом, которое ограждалось от моего стола изгородью с пышной зеленью, благодаря которой они и представить не могли, что причина разговора находится так близко. Поначалу и разговор напоминал мне встречу двух друзей, но после того, как Марк ответил на моё сообщение, их общение приобрело другой характер. Карл буквально ненавидел меня, хотя я не понимала с чем это связано. - Ты все ещё общаешься с этой Лин? – Карл едва не выплюнул это имя в лицо Марка. - Слушай, это моё дело с кем общаться, ясно? – Марк отреагировал грубо, даже слишком, на мой взгляд, – И вообще, чего ты вспомнил про неё? - Видел её поздравление с днем рождения для тебя. Как ты вообще докатился до общения с ней? Я знаю, что типо ты был младше и все такое. Но, друг, она изначально не входила в круг людей, с которыми ты общаешься. Она ещё тогда была изгоем в нашей компании, зачем ты все ещё тащишь её за собой? - Какое тебе дело то неё? Не ты же с ней общаешься, - я почти физически ощутила через эту ограду, что Марк начинал злиться. Не то чтобы мне было приятно это слушать, но мной завладел интерес, почему он так недолюбливает меня. – Мне нравится, как она готовит. Иногда пилит мозг, но как-то все равно на это. - Все равно ничего не понимаю, ладно бы поиграл с ней, как с другими, и до свидания, но дружить? Она не богата, у неё нет связей, максимум, что она может, это приготовить поесть. - Ладно, не хочу больше говорить о ней, - Марк кивнул, но было чувство, будто он где-то вне разговора. – Настроение сразу портится. Терпеть не могу проявлять жалость, но с ней по-другому нельзя. Была б моя воля, отмотал бы время назад и лучше бы вовсе не знал её. В тот момент мне показалось, что у меня мир с ног на голову перевернулся. Я не верила, что Марк произнес это все всерьез. Просто не могла принять этого. И к счастью. Их разговор не длился слишком долго, пожалуй, почти сразу после этой темы, они перебросились ещё парой фраз и разошлись. А я, не желая быть замеченной, оставалась сидеть за столом, спрятав лицо в капюшоне. И в этот момент получила сообщение: «Прости, с некоторыми людьми, в силу обстоятельств, приходится вести себя именно так. Не воспринимай мои слова буквально, ведь ты знаешь, что на самом деле, все с точностью наоборот»… Не знаю, до сих пор, знал ли Марк изначально, что я сидела за той изгородью, либо же он заметил меня, уходя, потому что прекрасно знал, как выглядит его толстовка. Это остается загадкой, но факт остается фактом. Он расстроил меня, сказав все это, но я понимала, что это лишь игра на публику. Для чего? Наверное, вопрос останется без ответа, потому что спрашивать об этом спустя столько времени, как минимум, глупо. Было и было. Ещё одной, похожей ситуацией была поездка на берег, во время небольших каникул. Изначально мы поехали туда вдвоем, Марк хотел показать мне это место, потому что для него оно было значимым в тот период. Но стоило нам приехать туда и разместиться, прежде чем отправиться ближе к воде, как приехали его друзья. Я помню, как он сыпал проклятия на их счет себе под нос, и натягивал на лицо улыбку. Помню, что он извинился за их поведение и испорченный отдых, но куда интереснее было узнать, откуда они знали, где мы. А ответ на этот вопрос оказался простым. Просто посмотрели метку контакта Марка и поехали следом. Его укромное место перестало быть таковым, и я видела, как сильно его это расстроило. - Что ещё можно вспомнить… - смотрю на интерьер вокруг и замечаю на столике около кровати книгу. – Книга… Её обложка кажется мне смутно знакомой, поэтому, я подхожу ближе и беру её в руки. Ошибки быть не может. Это она. Я дарила Марку книгу на день рождения несколько лет назад. «И он вернул тебе её, потому что ты выбрала полную фигню, которую он ни разу не открыл» - снова грубо пытается сбить меня с толку моё второе Я. Долго смотрю на обложку, вспоминая, почему книга была в моих руках прежде. Открываю её и сразу на глаза бросаются слова, оставшиеся на корешке. Поздравление с днем рождения. Я написала их уже после самого праздника, когда захотела почитать произведение, которым так восторгался друг. Когда он отдавал мне её, то попросил подписать, чтобы у него остались воспоминания об этом подарке и о том, кто его подарил. - Но тогда что она делает здесь? Марк читал её, сидя рядом с моей койкой? Недоуменно пролистываю несколько страниц, словно на них могут быть ответы. Но все же, я понимаю, что Марка стоит вычеркнуть из тех людей, на которых могло пасть моё подозрение. - Значит, ты снова убедила себя, что это не мог быть Марк. Браво, Лин, - негромко произношу себе под нос. – Но тогда кто, а главное… Почему?