stay with me

***

–Не могу поверить, что ты притащил меня сюда. Чонгук шепчет Чимину, рассматривая просторный зал со всех сторон. Это вечеринка (или как старики такое называют) в честь открытия филиала какой-то японской компании в Сеуле. Всем присутствующим не меньше сорока, никого, кому хотя бы примерно столько же, сколько им. Здесь были бы и родители Чонгука, но, к счастью, они уже вторую неделю отдыхают в Венеции – иначе у них появилась бы уйма вопросов. Они отличаются не только возрастом, но и одеждой. Все мужчины расхаживают в пиджаках и рубашках, женщины – в элегантных платьях: если бы Чонгук знал, куда они идут, то не стал бы надевать эти кожаные штаны в облипку, на которые все так упорно стараются не пялиться. Чимин хитро улыбается, перехватывая у проходящего мимо официанта два бокала с шампанским, и отдаёт один ему. Его очередной сорокалетний любовник достал им приглашения. – Ты же сам написал, что хочешь познакомиться с кем-нибудь и заняться хорошим сексом,– Пак несколькими глотками выпивает весь свой напиток. – Способ подцепить парня в ночном клубе перестал быть актуальным или что? Тут же все старые, мне такое не нравится,– Чонгук высказывает другу возмущения, а сам одними губами улыбается двум седоволосым женщинам, которые смотрят на них и так же, что-то активно обсуждая, улыбаются. –Трахаться хрен знает где попало с пьяными старшекурсниками – это прошедший уровень, мой сладкий, пора уже его перешагнуть,– отвечает тот, вертя в руках пустой бокал – Хватит быть таким категоричным. Больше лет, больше опыта, если уж тебе хочется качественного секса. – Со своим Суеном ты тоже так познакомился? –Ну примерно да… Слушай, они все взрослые, серьёзные и обходительные. Умеют держать себя, знают, как хорошо провести время. И еще они богачи и будут делать прикольные сюрпризы. И им тоже не нужны обязательства. Будет круто, если ты подцепишь кого-то и вы договоритесь встречаться в определённые дни, и никакого траханья мозгов, иметь будут только твою… –Перестань, Чим,– Чонгук вновь перебивает увлекшегося друга – Это глупо. Как вообще можно в такой обстановке кого-то цеплять? Да они все с парами! –Ты как маленький,–Пак хватает его за ладонь и поворачивает в другую сторону – Смотри. Видишь высокого брюнета? –взглядом указывает на мужчину в черном костюме. Тот разговаривает с двумя другими, – Это Чхве Чонен, он владеет фармацевтической фирмой. Ему сорок три, выглядит вполне себе неплохо. – Он пришёл не один. – Нет же, я бы заметил… Не успевает Пак договорить, как к мужчине подходит девушка с длинными блондинистыми волосами, в черном облегающем платье до колен и перехватывает его руку. Чонгук пронзает друга острючим «я же говорил» взглядом. –Ладно, этот пролетает, но есть много других… – он немного щурится, сосредотачиваясь, когда продолжает изучать людей в зале, кажется, выполняя в своей голове сложнейшие расчёты. И в один момент его глаза резко округляются от удивления – Черт возьми, это же Ким Тэхен! Я не знал, что он тоже будет. Смотри! – шепчет и тянет за руку, заставляя повернуться в нужное направление. Если это кто-то видел, то он уже давно раскусил их – Ким Тэхен. Это джек-пот! Поверить не могу! – Чимину все труднее сдерживать свои эмоции – У него успешный автомобильный бизнес, он, блять, в несколько раз богаче наших родителей. Но самое главное – сексуальный, будто только сошел с обложки Луи Виттон, просто нереальный красавчик. Чимин не указывает на конкретного человека, потому что в этом нет необходимости. Из нескольких мужчин Ким Тэхена Чонгук узнает сразу. Все сомнения в словах любящего преувеличивать друга мигом испаряются. Пак прав на сто процентов: этот Ким Тэхен и вправду очень сексуальный. Реально сексуальный. Как вообще настолько красивый человек может тратить свою жизнь на какой-то бизнес? –И еще он самый молодой из основных предпринимателей Южной Кореи: всего тридцать два года,– Чимин показывает открытую вкладку гугла, на которой показывается дата рождения Кима и полный возраст. «Тридцать два – это совсем не страшно» – сразу проносится в голове у Чонгука. Всего девять лет разницы, подумаешь, у его родителей такая же. Честно говоря, под этого мужчину он бы лег, даже будь тому намного больше. Парень сглатывает собравшуюся во рту слюну и по хитро улыбающемуся другу понимает, что засмотрелся. Он спешит прогнать все поспешные мысли прочь. – Он не может быть одинок,– огрызается на Пака. Чонгук же ясно написал, что ему жутко одиноко в последнее время, а тот будто специально показывает охуительного мужчину, который ну никак не может быть без пары. – Ну ты и проверь. Котёнок, будешь тупить, всю жизнь так и проведёшь, кончая только от собственной руки. Пофлиртуй с ним. Довольно убедительно. Чонгуку не хочется, чтобы лучший друг был единственным, кто называет его милыми прозвищами. Ладно, флиртовать он умеет. Нужно выпрямить спину, принять изящную позу и смотреть прямо на него до тех пор, пока он не заметит на себе твой взгляд. Он посмотрит в ответ – в этот момент нужно изобразить на лице заинтересованность и улыбаться глазами, а чуть погодя, если объект все еще не отвернулся, приподнять и уголки губ. Он улыбнулся в ответ или, по крайней мере, не выразил негодование или недовольство – считай дело в шляпе, тебя точно запомнят. Когда Чонгук шел к нему, идея познакомиться с каждым шагом казалась все более отстойной, а вся уверенность испарилась в воздухе. Он знает, что хорош собой, что нравится и девушкам, и парням, но он ясно ощущал, что для привлечения именно этого одной внешности будет мало. Раз сто на своем пути в несколько метров Чон хотел повернуть обратно. Однако, все же дошёл. –Чон Чонгук,– произнес он, подавая руку мужчине, который вблизи еще даже прекраснее, а дальше все пошло как-то даже очень легко. Через пять минут он уже был готов благодарить Чимина, потому что по взгляду, которым Тэхен его осмотрел, стало понятно, что у них точно будет секс. Они почти сразу перешли на ты. Чонгук начал рассказывать о себе, будто его кто-то спросил: о своей учёбе, о том, чем занимается, о родителях, которых Ким непременно должен был знать. Расспросил о его бизнесе, но не увлекался, потому что хотел дать понять, что на данный момент интересует его совсем другое. Он не был намерен заходить издалека. И ему удалось. –Признай, тебе здесь скучно, это мероприятие не для студентов. Даже я умирал от скуки, пока не подошёл ты, конечно,– Тэхен был весьма конкретен и красноречив. Чонгук решил не терять больше ни секунды: –Да, вечеринка так себе. Я было успел пожалеть, что пришёл, но теперь рад, что мы познакомились. Правда, тут так шумно,– Чон понизил голос и встал к нему ближе – Мы бы могли пойти в более тихое место. Ну или дождаться окончания и пойти потом. Ждать они не стали. Квартира Тэхена большая и комфортабельная, в тёмных тонах, с красивым видом из окон. В ней стоит идеальный порядок, пахнет чем-то непонятным, но очень приятным, прохладно и абсолютно тихо. Ким сам предложил пойти к нему. Просто идеально. Чонгук пищит про себя, когда мужчина включает приглушённый свет; он шагает за ним, кажется, в гостиную, любуясь широкой накаченной спиной в белоснежной рубашке с закатанными рукавами. Нереальное тело – на Тэхена хочется запрыгнуть и никогда не слезать. Чон вполне осознанно сокращает расстояние между ними – ему просто необходимо быть ближе, чувствовать исходящее от него тепло. У него уже давно никого не было, поэтому его способность думать сейчас только о сексе вполне оправдана. Чонгук наблюдает за каждым движением Кима и витает в своем мире, где они оба уже раздеты. –Хочешь выпить? – глубокий голос Тэхена возвращает его в реальность. Блять, от одного его голоса можно кончить. –Да,– отвечает он, улыбнувшись. Чонгук совсем немного нервничает. Все-таки в такой ситуации он оказывается впервые. А вот Ким выглядит уверенным и спокойным. Наверное, Чим прав, и такие мужчины любят менять партнёров каждую ночь. –Мне нравится красное вино. Ты как к нему относишься? – спрашивает тот снова, доставая бокалы на длинных ножках. –Красное мое любимое,– Чонгук сам не знает, почему врет. Он вообще вино не особо предпочитает. Ему нравятся сладкие коктейли, но вряд ли у Тэхена подобное имеется. И это совсем не по-взрослому. Ким подаёт ему напиток, на большом кожаном диване они садятся совсем рядом. Такое расстояние позволяет разглядывать чужие скулы, прекрасный открытый лоб с густыми бровями, сексуальную шею. Кажется, Чонгук забывает моргать и уже раз в пятый облизывает губы. Честно, он мог бы просидеть, просто наблюдая, еще минут двадцать, но Тэхен снова заговаривает. –На чем мы остановились? –Эмм…– Чонгук полностью запутывается в своих мыслях. Он, правда, пытается заставить свой мозг работать, но Ким смотрит так пристально и так нежно, что слова и разговоры теряют всякий смысл – Мы обсуждали…– он проглатывает собравшуюся во рту слюну и хмурит брови, делая вид, что вспоминает – Я не помню… – двигается ближе, уменьшает между ними расстояние – Я не хочу разговаривать,– шепчет. Подходит ближе, осторожно наблюдает за чужим выражением лица, которое остается предельно спокойным. Чонгук понимает, что от него ждут этого, и целует. Мягко касается его губ своими, совсем немного разводит их и обсасывает. Тэхен отвечает сразу же, тянется ближе, удобнее расположившись на диване. Не один только Гук тут думал о сексе. Бокалы откладываются на подлокотники, Чонгук хватается руками за воротник мужчины и самым наглым образом залезает на его колени. Он не помнит, чтобы когда-либо возбуждался так быстро. Он прижимается к чужому торсу, прекрасно чувствует бёдрами чужой стояк, ухмыляется и охает, когда большие ладони Тэхена ложатся на его ягодицы. Они целуются, перетягивая друг друга к себе, жарко, вкусно, глубоко. Губы Кима мягкие, а язык творит во рту Гука просто немыслимые вещи. Чон снимает с себя джинсовку, не прекращая целоваться, и, когда кидает ее в сторону, задевает те несчастные бокалы, которые с треском приземляются на паркете. Пугается, услышав, как бьётся стекло. Красное вино, должно быть, растекается по всему полу. Чонгук выпрямляется, оторвавшись от губ Тэхена, смотрит на него, округлив глаза, выжидает реакцию и не может понять, что тот чувствует: то ли расстроился, то ли злится, то ли посчитал его неуклюжим и передумал заниматься сексом. А потом губы мужчины трогает лёгкая улыбка. –Не смейся,– возмущается Чонгук, до которого, наконец, доходит, что тот так долго тянул, потому что это его веселило. –Ты такой милый,– произносит Ким, все еще расплываясь в улыбке, а возмущение младшего доходит до предела. Кто называет милым человека, с которым почти трахается?! – И трусишка. –Перестань! – просит Чонгук, надув губы, и специально резко тянет к себе, закинув руки на его плечи. И целует. Он не намерен ждать. Тэхен отвечает, исследуя пальцами бедра и живот парня, несколько раз через ткань брюк касается его члена, заставляя вздрагивать. Чонгук медленно расстегивает пуговицы на белоснежной рубашке Кима, кладёт ладони на накаченную грудь, ощущает мышцы, задыхается, желая попробовать смуглую кожу на вкус. Но ему не дают это сделать. Тэхен опрокидывает его на спину и становится между его разведёнными ногами. Чонгук ойкает, когда его положение меняют так резко. И снова не в его пользу. –Как ты можешь выглядеть таким развратным, но вести себя так мило? – шепчет он в ухо парня своим бархатным голосом и вновь тихо смеётся – Был таким смелым на приёме, когда подошёл познакомиться, а теперь боишься каждого шороха... Трусливый заяц,– проводит пальцами по волосам, перебирает пряди. Чонгук уверен, что от этих слов и незатейливых действий, у него покраснели щеки – Скажи еще раз, с какой целью ты пришёл на этот вечер? Чон держится в своем неудобном положении, только потому что Тэхен не дает ему упасть, обнимая одной рукой под талией. Он тяжело дышит, думая над ответом, хотя ему все еще хочется далеко не разговоров. Но Ким ждёт и, кажется, не сдвинется дальше, если не получит своего. – Как и говорил: я пришёл, чтобы узнать последние новости в сфере бизнеса, начать заводить знакомства с партнёрами моих родителей, ведь… –И поэтому ушел со мной, спустя час после начала?.. Ты не умеешь врать. Совсем не умеешь,– перебивает Тэхен и проводит подушечкой большого пальцами по его щеке. Чонгук снова теряется. Он где-то пару секунд пытается подобрать какой-нибудь аргумент в защиту, но сдаётся. –Меня привел мой друг… утром я написал ему, что хочу потрахаться сегодня, – потому что он реально не умеет врать. Ему невероятно трудно держать что-то в себе, думать о своей лжи все время: он лучше все выскажет, и пусть будет, что будет. Почти всегда такое хреново заканчивается, но Чонгука это не меняет. Тэхен застывает, переваривая услышанное, а потом его губы трогает лёгкая улыбка. Он все смотрит и молчит. Но терпение Чона подходит к концу. – Так… мы будем?– спрашивает он, еле шевеля губами, смущается настолько, что под землю провалиться можно, но не жалеет. Сколько можно над ним издеваться? Вместо ответа его целуют. В губы, а потом в шею – Тэхен облизывает ее, прикусывает и засасывает кожу, поднимается к уху. Чонгук от этих то действий плавится, а когда Ким расстегивает ширинку на его брюках и залезает под белье, чтобы охватить член – стонет в голос, дёргается вперёд. Мужчина проводит по головке два-три раза, размазывает выделившуюся смазку и убирает руку. Чон чуть не сходит с ума в этот момент. Еле сдерживается, чтобы не вскрикнуть от разочарования. Сколько можно над ним издеваться? –Пойдем в спальню,– подаёт ему ладонь, чтобы помочь встать. Чонгук в эту спальню чуть ли не бежит. Сразу запрыгивает на большую кровать, садится, откинувшись назад и опираясь на руки, раздвигает ноги в стороны. Когда ты пьяный в туалете ночного клуба или на заднем сидении машины собираешься заняться сексом с таким же пьяным парнем, совсем не до подготовки: на это не хватит ни терпения, ни мозгов. Поэтому Чонгук потратил почти час, растягивая себя, когда собирался на эту «вечеринку». Палец Тэхена проскальзывает в него без препятствий, на что тот ухмыляется и целует в ухо, прошептав при этом невинное «ангел». Из Чонгука вырывается первый приглушённый стон – он не понимает – от ощущений это или от нетерпеливого предвкушения. А может, все дело в сексуальном низком голосе Тэхена, от которого чуть глаза не закатываются. Он подготавливает Чонгука быстро, двумя пальцами, своими блядскими длинными пальцами, лучше которых, должно быть, только его член. Такой же красивый и идеальный, как все в нем. Ким берет его сзади, сначала медленно: входит с одним плавным толчком, придерживает за ягодицы, мнёт их и поглаживает, ритмично выходя наполовину и снова проникая под основание. Чонгук держится на локтях, мычит и постанывает, чувствуя, как член Кима растягивает его стенки, снова и снова. –Можно быстрее? Ты готов? – спрашивает Тэхен, наклонившись к нему –Да,– Чон отвечает в ту же секунду, кивнув два раза головой. Он уже хотел просить об этом. Ким ускоряется в два раза, трахает, не сбиваясь с ритма, перемещает руки на живот Чонгука, который перестаёт опираться на руки и оказывается прижатым лицом к матрасу. Тяжелые вдохи и мычание заменяются стонами. Он не может контролировать их громкость да и не старается – его простату, наконец-то, задевают, и перед глазами начинаются появляться те самые вспышки. Чонгук несвязно просит не останавливаться, несколько раз упоминает Бога, в которого не верит. Удовольствие, собравшееся в низу живота, медленно растекается к ногам, заставляет выгибаться в спине. Его бьёт мелкой дрожью, когда он оказывается на спине: обвивает ногами его торс, цепляется пальцами за простыни, откидывает голову назад – перед глазами все плывёт; Чонгук видит белый потолок и встроенные в него люминесцентные лампы, хватается за них взглядом, как за опору, когда сам двигается навстречу, чтобы насадиться до конца, почувствовать Тэхена в себе как можно глубже. Ким ставит руки по стороны от его головы и опускается к нему ниже, и Чонгук теперь не может смотреть куда-либо, помимо него. Его член оказывается зажатым между их животами, доставляет новую порцию удовольствия. Напряжение и тепло достигают кончиков пальцев, лёгкие забиваются от слишком глубоких вдохов – он совсем близко, почти на пике, который растягивается невероятным образом, полностью обездвиживая, словно останавливая время. Чон не сдерживает слезы и сосредотачивается на чужом лице: у Тэхена чуть приоткрыт рот, опущены брови и напряжен лоб. Гук кончает быстро, прикусив нижнюю губу, еще сильнее выгнувшись в спине и округлив губы в немом крике. Обмякает, распластав конечности по сторонам, но не перестаёт стонать, потому что его все ещё размашисто трахают, попадая каждый раз по простате. Удовольствие переворачивает все ощущения вверх дном. Надо будет поблагодарить Чимина. Определённо надо. –Это было… охуенно,– произносит Гук, восстанавливая дыхание, когда Тэхен, кончив в презерватив, ложится рядом – Я бы позвал тебя на свидание, если бы не знал, что ты откажешься. –Откажусь?.. – мужчина поворачивает голову и смотрит удивлённо, и тем самым удивляет и Гука – Вообще, я собирался пригласить тебя завтра, на кофе… как ты смотришь на это? –Я приду… – Чонгук отвечает почти сразу же. – Еще раз? – смотрит немногозначно на чужое лицо, переводит взгляд вниз, на член. Смотрит с нетерпением, даже с надеждой. У него слишком долго не было хорошего секса, теперь ему нужно много. Он чуть ли не визжит, когда Тэхен самодовольно улыбается, подкинув бедра вверх: –Запрыгивай.