Потерянная улыбка

ПОВ Фрэнк Тур ужасно вымотал меня. Концерт за концертом, день за днем, город за городом. Все менялось чертовски быстро, пролетая мимо меня. Выступление выматывали меня, и я валился с ног. Месяц в одном автобусе с человеком, при взгляде на которого внутри образовывалась жгучая боль и пустота - вымотал меня психологически и вымотал совсем. Меня наверное, можно сравнить с использованной батарейкой, которую запросто можно было выкинуть. Были в этом месяце и приятные моменты. Я был рад за Майка и Билли. У них все складывалось замечательно. Они такие милые, так заботятся друг о друге. Переживают, любят, берегут. Конечно Билли замешкался с признанием, но нужна ли в таком деле спешка? Жаль, у меня такого не будет. Но вот закончился этот месяц, но не мои мучения. Я снова вернулся к затворничеству. Не выходил из дома и не с кем не говорил. Майки уехал с Билли на несколько дней, но только с условием, что со мной ничего не случится. Я пообещал сделать все возможное, что бы не подвести его. Я совсем не разговаривал и даже забыл как звучит мой собственный голос. Все так же плохо ел, не буду же я впихивать в себя что-то, если не хочу. Наверное я бы и до появление Майки просидел дома, но сегодня я открыл глаза, встал с кровати и обнаружил, что у меня кончились сигареты и кофе. Я оделся тепло, небрежно намотав шарф на шею и вышел на улицу. Весь город побелел и искрился, снежинки легко кружились и бесшумно падали на землю. Дома были украшены к Рождеству. Детишки лепили снеговиков и катались на санках, весело смеясь. Ветки деревьев обледенели и побелели, превращаясь в сказочные растения. Дома покрытие толстым слоем снега, стали похожи на сказочные дворцы из сказок о Снежной Королеве, солнце ярко светило пробиваясь сквозь тучи. Но все это не радовало меня. Слишком ярко, слишком... Напоминает о нем. Я знал, Рождество - праздник и в этот день сбываются мечты, но только не мои. Я одел наушники и пошел по улицам. Вот знакомый перекресток. Если перейти его, окажешься прямо у входа в магазин. Множество машин сигналят и несутся с огромной скоростью, фары слепят, и трудно что то различить. Все смешивается в одно мерцающее пятно. Я вспоминаю, как года два назад закрывал глаза здесь, когда переходил этот перекресток в надежде, что меня размажет по асфальту. Тогда я чувствовал пустоту, сейчас ощущения точно такие же. Не знаю хорошо ли то, что это так и не произошло или было бы лучше. Я дожидаюсь зеленого света и ступаю на скользкую дорогу. Дохожу до середины и прикрываю глаза, как это было раньше. Открываю сначала один глаз, потом второй и вижу лица людей стоящих на тротуаре на противоположной стороне. Они испуганны, кто то кричит и машет руками, но я не слышу их . Вижу как какой то парень показывает мне, чтобы я повернулся. Я поворачиваю голову и вижу: на меня с огромной скоростью несется внедорожник, водитель не может справится с машиной. Вот и пришел конец. Я чувствую толчок, мое тело откидывает, и волна боли волной проноситься от ног к голове, я вскрикиваю и падаю, раздирая кожу об асфальт. Я вижу, как ко мне кто бежит. В глазах рябит от слез, я не чувствую своего тела. Человек приближается ко мне, и я вижу его красные волосы. Похоже у меня галлюцинации, в глазах темнеет, я проваливаюсь в темноту. Вот и конец для меня... Может, это к лучшему? ПОВ Джерард Я открыл глаза с нехорошим предчувствием. Что-то подсказывало мне, сегодня случиться нечто ужасное. Конечно, экстрасенс из меня так себе, но мерзкий голосок в голове не замолкал ни на минуту. На дворе был декабрь, совсем недавно закончился тур. Он был тяжелым, как и все остальные, но еще тяжелее он стал от моей борьбы с самим собой. К слову, я так и не победил себя. Но я отвлекся. Наступила сказочная зима точно такая, как ее описывают авторы детских сказок. Сильные морозы, множество сугробов искрящихся на ярком солнечном свете, украшения к Рождеству. Я все же вылез из теплой постели, и моя кожа порылась мурашками от холода. Даже с включенным отоплением в квартире было прохладно. Приняв водные процедуры, и накинув халат, я направился в кухню. Заварив кофе, и залпом осушив чашку, я решил выйти прогуляться. Солнце ярко светило, снежинки кружились, падая мне на одежду, и путаясь в волосах. Я вдохнул морозный воздух, чтобы хоть немного унять неприятное предчувствие, от которого скручивало живот. Я направился к перекрестку, что бы перейти улицу и увидел Фрэнка. Он уже начал свой путь через проезжаю часть, плечи опущены, голова вжата в них, в ушах наушники, взгляд пустой и печальный и словно стеклянный. Где же твоя улыбка, Фрэнки? Она исчезла... Надеюсь, не навсегда. Вдруг он остановился на самой середине и прикрыл глаза. Я заметил внедорожник, несущейся с огромной скоростью прямо на Фрэнка. Он успевает только открыть глаза и повернуться, как в него врезается машина. Его хрупкое худое тело откидывает ударной волной на пару метров, и он падает на асфальт. Автомобиль останавливается. Я срываюсь с места, и расталкивая людей, бегу к нему. Господи, нет, нет, только не это. Он лежит на асфальте в луже крови, его ноги неестественно вывернуты, из левой руки торчит кость, на голове огромная рана, кожа на всем теле содрана. Я вскрикиваю и падаю на колени возле него. Дрожащей рукой нащупываю пульс. Он есть. Он есть - это все что есть в моей голове. - Вызовите скорую кто-нибудь!!! - я ору во всю глотку, срывая голос. Кто-то плачет, кто-то застыл в недоумении, я слышу чей-то голос, называющий адрес. Неважно. Укладываю голову Фрэнка себе на колени. Из его виска сочится кровь, оставляя бордовые пятна на моих джинсах, мои слезы капали на его бледное лицо. А снежинки все кружились в непонятном мне танце... *** Скорая приехала быстро. Сначала погрузили Фрэнка, а потом врач втащил меня ссылаясь на то, что у меня шок и возможная психологическая травма. Как только скорая остановилась у дверей больницы, Фрэнка вытащили из машины и отвезли в другую сторону. Я хотел пойти с ним, но меня же отправили к психологу. Пока я шел по коридорам в направление к кабинету, мной овладел необъяснимый ужас. Казалось белые стены давили на меня, резкий запах спирта заставляла морщится, угрюмые лица врачей и медсестер пугали. Я шел по этим коридорам с одной лишь мыслью: "Господи, пусть с ним все будет хорошо, пусть он останется жив, я умоляю!" Я толкнул дверь и оказался в просторном кабинете с ярко зелеными стенами. Яркий цвет среди общей белизны немного успокоил меня, за небольшим столом сидела девушка лет двадцати пяти с большими зелеными глазами и коричневыми волосами, концы которых, были выкрашены в синий. На табличке стоявшей, на столе значилось - Джулия Ким. Она улыбнулась и предложила мне присесть. Я уселся, и она поинтересовалась, что случилось. Я описал ей все до мельчайших подробностей, под конец уже рыдая навзрыд. Как ни странно, узнав о том, что я гей, да и Фрэнк тоже, и о всех моих проступках, она не скривилась от омерзения, а лишь сказала: - Джерард, твое психическое состояние для такой ситуации нормально. Скажу не как врач, а как человек. Ты мудак, и если Фрэнк останется жив, это будет подарком тебе. Сдувай с него пылинки, - ее голос был спокоен, но тверд. Я попрощался с девушкой и вышел. Спросив у медсестры, где находиться операционная, в которой находится Фрэнк, я пошел туда. Я сел на скамью напротив операционной и стал ждать. Утерев ладонью глаза, я позвонил Майки. Едва я рассказал мне о случившемся, он бросил трубку. Я продолжил ждать. Мои ладони вспотели, меня немного потряхивало, мне было страшно. Я молил Бога, чтобы с Фрэнком все было хорошо. Иногда я вскакивал со скамьи и начинал наворачивать круги по коридору. На меня напала ужасная паника. Я кусал губы в кровь, теребил одежду на себе. Прошло уже четыре часа. Я начал метаться, меня трясло все сильнее. Я был на пределе. Вдруг я услышал как щелкнул замок на двери, прикрыв глаза, я глубоко вдохнул стараясь подготовить себя к худшему. Ко мне вышел врач, он отвел меня в сторону и сказал: - Молодой человек, сохраняйте спокойствия, - от этой фразы во мне что то оборвалось, ужас нахлынул на меня, руки похолодели, - И не перебивайте... Операция прошла успешно,-из груди вырвался облегченный вздох, я почувствовал, как все напряжение спало, я почувствовал , как устал за это время, - но он в коме. Его организм слаб. Скорее всего парень изводил себя. Инвалидом он не будет, если очнется. И да, позвольте дать совет: если он не придет в себя через семь дней, лучше отпустить его,- я тяжело вздохнул и поник. Фрэнки, малыш...