I ain't the One

Минхо вышел на улицу, покидая дом, в котором жил Кристофер. Он не стал вызывать такси — решил отправиться на метро. Вообще-то, ехать на метро ему было не очень удобно — до ближайшей станции нужно было идти пешком минут пятнадцать; до своего дома потом ещё столько же. Но парню просто необходимо было прогуляться и побыть наедине со своими мыслями. В его голове вился целый рой болезненных мыслей. Над Минхо словно нависла чугунно-серая туча, отбрасывающая чёрную тень на мир вокруг него и готовая вот-вот прорваться холодным ливнем. Ночью он был не в состоянии скрывать печаль и смятение: настолько, что даже Чан заметил перемену его настроения. Минхо вообще не любил показывать кому-либо свои истинные чувства — или же попросту боялся — и тот факт, что Чан увидел его расстроенным, лишь ещё больше приводил его в отчаяние. Впрочем, может быть, Минхо сам позволил ему подобраться к нему чуть ближе, чем обычно? Объяснить, что именно заставило парня ощутить прилив грусти, было несложно. Воспоминания о Джисоне внезапно нахлынули на него волной. Будучи в гостях у Чана, он принимал душ и размышлял, когда горячие слезы вдруг покатились по его щекам. "Что я вообще делаю со своей жизнью? – думал он. – Всё это как-то неправильно". Чужая ванная комната, горячий душ, косметические средства на полках и запотевшее зеркало — Минхо смотрел на всё будто бы со стороны, как в кино. Его тело слегка саднило после грубых прикосновений Чана. Парни провели вместе очередной вечер, взлетая до небес у Кристофера в постели, но для Минхо уже не имело значения то, насколько хорошо ему было полчаса назад. В тот момент ему было плохо. Всё вокруг казалось чужим, а его интрижка с Крисом казалась ему предательством: предательством своих прошлых чувств и предательством самого себя, который однажды пообещал никогда не доверять другим и никогда не влюбляться. Минхо сокрушался — ну и зачем он рассказал Чану о своей прошлой любви? Зачем ему это знать? Алкоголь в крови парня заставил его разболтать Кристоферу всё, и сейчас он уже жалел об этом. Однажды Минхо уже открыл своё сердце одному человеку и делился с ним всеми своими тайнами и мечтами, и что в итоге? Парень вспомнил Джисона. Вспомнил его квартиру, его комнату, его взгляд и улыбку. Это всё было таким родным, таким уютным и тёплым, как и всё остальное, что касалось Джисона. Сейчас всё было иначе. Новый человек, другая квартира — Минхо было неуютно. "Это неправильно", – думал он. Все мысли и тревоги смешались в кучу, и он уже не мог различить, что именно заставляет его плакать. Более менее успокоившись, Минхо заставил себя выйти из ванной, в которой ему хотелось просидеть целую вечность, и понял, что просто не может отправиться домой. Окажись он наедине с собой в своей комнате, он бы прорыдал до самого утра. Смятение, злость на себя и чувство одиночества просто съедали его. Поддавшись своей слабости, он остался у Чана, чтобы ощутить в ночи чьё-то спасительное тепло рядом — пусть это и не было тепло того человека, который был ему необходим больше всего в жизни. Впрочем, он легко уснул рядом с Чаном. Тот грел Минхо, как печка, и его присутствие немного успокаивало парня. Проснувшись утром, он уже не ощущал желания разреветься, хоть и продолжал чувствовать стыд и печаль. Прокручивая в голове все события прошедшей ночи, Минхо добрался до метро. Монотонный шум в вагоне заставил его расслабиться, впрочем, его мысли и чувства всё ещё путались и звучали примерно также громко, как и гул метро. Минхо не мог скрывать тот факт, что время от времени он невероятно сильно скучал по Джисону. Никто не мог заменить ему его. Неловкий, стеснительный и похожий на белку парень несколько лет был для него центром вселенной. Минхо сам не понял, как так вышло. Что ему в нём нравилось? Внешне Джисон был милашкой — но не более того. Он не обладал сногсшибательной внешностью или невероятной харизмой. Впрочем, в нём было что-то такое, что всегда выделяло его из толпы других людей. Искренний и хрупкий, он нуждался в опеке и поддержке, но при этом сам всегда стоял за Минхо горой, помогая ему во всех его делах. Раньше они называли себя соулмейтами — родственными душами. Джисон и правда понимал парня с полуслова. Им нравились одинаковые фильмы, одинаковая еда, их юмор и жизненные ценности совпадали. Они дополняли друг друга, как два кусочка пазла — во всяком случае, так казалось Минхо. Порой он думал о том, что даже их губы были идеально созданы друг для друга: нижняя губа Джисона была чуть больше верхней, в то время как у Минхо наоборот верхняя была больше, чем нижняя. Чан во многом отличался от Джисона. Он был уверенным, обаятельным, невероятно красивым и сексуальным. Парень приковывал к себе взгляды всех девушек вокруг и с лёгкостью притягивал новых друзей. Удержаться от его чар было сложно — Минхо не был исключением. Чан нравился ему, и сегодня утром он уже окончательно это понял. Ну и что с того? Никто и никогда не заменит ему Джисона. По-хорошему, ему вообще стоило держаться подальше от такого парня, как Крис. По мнению Минхо, тот был легкомысленным и слишком любвеобильным. Эмоции и внимание переполняли Кристофера через край — копирайтер готов был раздать своё сердце всему миру. То, что Минхо изначально принял за неискренность и желание понравиться всем вокруг, на самом деле было настоящим проявлением открытости Чана. Но Минхо был уверен, что такие люди никогда не смогут преданно и честно любить одного человека. Такие люди отдают себя другим и принадлежат миру, а не своей единственной родственной душе. Чан и сам говорил, что никогда не был влюблён. Вряд ли он стал бы серьёзнее ради кого-то. Впрочем, даже если бы и стал, Минхо бы всё равно постоянно ревновал. Когда недавно он увидел, как копирайтер набрасывается с объятиями на Тэёна, что-то внутри больно кольнуло его сердце. Минхо, конечно же, попытался проигнорировать эти ощущения, но долго врать себе он не мог — в тот момент ему стало неприятно. Нет-нет, от этого мальчика ему точно нужно держаться подальше. Ничего хорошего с ним его не ждёт. У них может быть только секс — ничего кроме. Дальше уже будет больно. Минхо вышел из метро. Он шёл по улице, проходя мимо знакомых домов. Он знал, чей дом встретится ему по пути. В школьные годы они с Джисоном жили по соседству. Это доставляло им много радости: они могли возвращаться с уроков вместе или быстро приходить друг к другу домой (в гости или за помощью). Когда они перестали общаться, Минхо уже не был так рад их соседству. Он встречал Джисона на улице или возле метро, и ему становилось невероятно больно. Кроме того, в такие моменты он чувствовал себя странно. После того, насколько близки они были годами, внезапно они начали вести себя как незнакомцы. Минхо всегда притворялся, что не видит его или же, увидев заранее, шёл другой дорогой. Тот, в свою очередь, поступал также. Парень остановился возле его дома и посмотрел наверх. В последний год Минхо перестал встречать Джисона. "Видимо, ты здесь уже не живёшь", – подумал он. Годами тот жил на этой улице, а сейчас куда-то исчез. Минхо догадывался, что его бывший лучший друг, скорее всего, съехал жить вместе со своей девушкой, однако ему не хотелось об этом думать. Поэтому он просто говорил себе: "Может, ты решил найти место получше и улетел в космос". Посмотрев немного в его окно, и ничего там не увидев, парень направился к себе домой. Он уже не помнил, кто из них первым однажды назвал их соулмейтами. Очевидно, всю эту фигню выдумал Минхо, а Джисон лишь просто поддержал его за компанию, ради веселья — иначе, он бы не исчез из его жизни так просто. Добравшись домой, Минхо целый день пролежал в постели. Завтра предстоял новый рабочий день, поэтому ему просто необходимо было взять себя в руки.