I ain't the One

Остаток вечера пролетел незаметно. Оказавшись у Чана дома, они с Минхо предавались страсти. Жаркие поцелуи, ласки, минет — парни наслаждались друг другом в своё удовольствие. Крис вышел из ванной. Он начал трезветь; усталость постепенно клонила его в сон. Пройдя в комнату, он обратился к Минхо, который лежал на диване, уткнувшись в телефон, и ждал своей очереди в душ: – Ванная свободна. Я оставил там чистое полотенце для тебя. – Угу, – тихо буркнул Минхо в ответ. Он нехотя привстал с дивана и, прежде чем отправиться в душ, несколько минут пространно смотрел в никуда. Ещё два часа назад парень страстно зажимал Кристофера в туалете бара, а сейчас уже заметно помрачнел. Впрочем, трезвея, люди часто становятся подавленными и вялыми. – Заварить тебе чаю? – предложил Чан Минхо. Тот перевёл на него взгляд, молча кивнул и ушёл в ванную комнату. Пока Чан возился с чайником, то осознал, что не помнит, сколько ложек сахара его партнёр кладёт себе в чай. Они неоднократно пили кофе и чай на перерыве или у Кристофера дома, но он так и не запомнил эту маленькую деталь. "Сейчас он выйдет, и я переспрошу, – подумал парень, – и больше не забуду". Когда Минхо вышел из душа, Крис доставал с верхней полки конфеты. Не оборачиваясь, он громко задал ему вопрос про сахар, однако тот промолчал в ответ. Кристофер обернулся: Минхо уже сидел за столом. Парень молчал, закрыв лицо руками — выглядело так, будто он был серьёзно огорчён чем-то. – Хо, что случилось? – забыв про чай, копирайтер обеспокоенно подошёл к своей пассии и присел на корточки рядом с ним. Минхо убрал руки с лица, закрыл глаза и вздохнул. – Ничего, – ответил он. Открыв глаза, он перевёл взгляд куда-то в другую сторону. На Чана он старался не смотреть. – Всё нормально, не переживай. – Скажи честно, я сделал что-то не так? Я сделал тебе неприятно? Минхо покачал головой: – Всё нормально, Чанни. Мне было хорошо с тобой сегодня. Забей, будь добр, – он наконец-то посмотрел на него. – Давай просто попьём чай. Мне две ложки сахара. Кристофер кивнул и вернулся к чайнику. Чай они пили молча. Крис то и дело взволнованно поглядывал на Минхо. Он не понимал, с чем была связана такая резкая перемена настроения. Списать это на проявление усталости и алкогольной интоксикации было уже сложнее. Минхо пространно смотрел то в кружку, то в окно; к конфетам он не притронулся. За всё время их знакомства Чан ещё ни разу не видел его таким. Он хотел ещё раз переспросить, не сделал ли он что-то не так, несмотря на то, что парень уже отвечал на этот вопрос. Собравшись с духом, он уже открыл было рот, как вдруг Минхо первым нарушил тишину: – Могу ли я остаться у тебя сегодня? Кристофер искренне удивился. Контент-менеджер уже приходил к нему в гости несколько раз, но никогда ещё не оставался у него на ночь. Минхо всегда говорил, что любит спать один, в своей постели, так что же побудило его остаться ночевать сегодня? – Конечно, можешь, – сказал он и, помолчав, добавил. – Минхо, пожалуйста, скажи, что случилось. Ты сам на себя не похож. – Просто одиноко, – ответил тот, – не бери в голову. Когда они ложились спать, Чан дал Минхо одну из своих старых футболок. Тот почти утонул в ней — хоть парень и был чуть выше Кристофера, последний был более широкоплечим и крепким. Футболка, которая свободно сидела на нём, на Минхо выглядела, как оверсайз. Впрочем, тот даже в огромной футболке выглядел красивым и сексуальным. Чан задумался об этом, глядя на него: вещь полностью обнажала его красивые бёдра, которые парень так любил покрывать поцелуями с внутренней стороны. Ему захотелось провести рукой по нежной коже Минхо, но тот, переодевшись, молниеносно лёг на расстеленную постель и скрутился калачиком под пледом. Вскоре Крис лёг рядом. Он давно не ощущал чьего-то присутствия в своей постели. Порой его партнёры оставались ночевать у него — он никогда не был против. Впустить кого-то в своё личное пространство не было для Кристофера большим делом. Вот только у него так давно не было никого, кроме Минхо. Никто, кроме его холодного и язвительного коллеги, в последние несколько месяцев больше не спал рядом и не пил с ним ночью чай. "Так странно", – промелькнуло у Чана в голове. Парень долго лежал в постели в попытках уснуть. Время от времени его мучила бессонница. Даже в те дни, когда он засыпал раньше трёх часов ночи, ему всё равно не удавалось уснуть сразу же после того, как он ложился. Сегодняшняя ночь не была исключением. Внезапно он ощутил лёгкое прикосновение к своей спине. Чан перевернулся на другой бок, чтобы очутиться лицом к Минхо. Тот спал — он всё также лежал калачиком, только теперь придвинулся ближе к Кристоферу и тихо посапывал. Всегда уверенный в себе, резкий и независимый, сейчас Минхо милым комочком неосознанно жался к Чану — ситуация, которую последний с трудом мог бы представить себе ещё месяц назад. Парень думал, что такие клише бывают только в кино. Минхо зашевелился. Крис подумал, что тот вот-вот проснётся, однако его партнёр наоборот лишь поудобнее устроился на подушке и по-хозяйски закинул на него ногу. Растерявшись, Чан не знал что делать. Это было так мило, но так неожиданно. Решив, что Минхо заслуживает использовать его в качестве подушки, парень не стал убирать с себя его ногу и тоже принял удобную позу, чтобы быстрее уснуть — осторожно, так, чтобы не разбудить свою пассию. Сегодня Кристофер впервые увидел проявление искренних эмоций Минхо — тех, что не были связаны с сексуальным вожделением. Он услышал его откровение, связанное с прошлыми чувствами. Учитывая то, насколько закрытым обычно был Минхо, это стоило многого. Парень открылся Чану, пусть и совсем немного, но это не могло не радовать его. У Минхо всё-таки была другая сторона — нежная и хрупкая — и ему хотелось узнать её. За этими размышлениями Кристофер незаметно уснул. Утром он проснулся от слабого шума. Приоткрыв глаза, парень увидел, как Минхо торопливо переодевается в свою одежду. Его волосы были взъерошены, а лицо было сонным — от вчерашнего марафета не осталось и следа. Сам Чан наверняка сейчас выглядел не лучше. Впрочем, заспанный вид был Минхо к лицу. Его красота никуда не исчезла; наоборот, она заиграла другими красками. Парень выглядел так уютно и естественно, что Чану захотелось заставить его сесть перед ним на стул, чтобы он мог просто лежать и любоваться ним. "И почему только некоторые люди спросонья выглядят так идеально, а я выгляжу, как будто меня пчёлы покусали", – подумал Чан и вздохнул. Всё ещё сонный, он, собравшись с силами, приподнялся с постели и громко спросил: – Уже убегаешь? Минхо обернулся и взглянул на него: – Ага. – Может, останешься на завтрак? – Не нужно, спасибо. Я и так принёс тебе неудобства. – Какие неудобства... – Крис нахмурился. – Ты вообще о чём? – Ну, остался у тебя на ночь. Я ещё проснулся и понял, что закинул на тебя ногу во сне. Пиздец. Кристофер хихикнул. Вообще-то, быть подушкой для ноги Минхо ему даже понравилось. – Это вообще не проблема. Оставайся, сколько хочешь, и спокойно закидывай на меня ноги, – он ласково улыбнулся, – можешь ещё и руки. Минхо хмыкнул. Он уже не выглядел таким расстроенным, каким был вчера, однако позитива тоже не излучал. Скорее, его лицо просто ничего не выражало. – Так что, позавтракаешь со мной? – переспросил Кристофер. – Спасибо, Чанни, – Минхо уже оделся и направился к входной двери, возле которой стояла его обувь, – но я побежал. Парень вздохнул и поднялся с постели. Вчерашний грустный и сонный комочек снова превратился в холодного и независимого Ли Минхо. Чего и следовало ожидать. Кристофер подошёл к нему, чтобы закрыть за ним входную дверь, и спросил: – Скажи честно, что случилось? Минхо закатил глаза: – Всё хорошо, я уже говорил. Просто вчера на меня что-то накатило. Стало грустно и одиноко. Забудь, проехали. Всё норм. Парни попрощались, и Чан снова остался в своей квартире один. На мгновение ему захотелось обнять Минхо перед его уходом, однако что-то остановило его. Контент-менеджер продолжал держать дистанцию между ними. Те колючки, что он выпускал, возмущали Кристофера и расстраивали его. "В чём вообще его проблема?", – рассерженно подумал он, направляясь в ванную. Умывшись прохладной водой, Чан взглянул на себя в зеркало. От вчерашнего макияжа не осталось и следа. В отражении на него смотрел всё тот же Кристофер Бан, что и каждое утро: кудрявый, с носом-картошкой и пухлыми щеками. Не то, что Минхо с его точёным лицом и прямыми волосами. "Да уж, – Чан поджал губы, – не удивительно, что он не остался со мной на завтрак".