Записки

(Записка под номером шесть не была найдена. Возможно, Тик перепутала цифры, хотя вряд-ли. Скорее всего, она спрятала ее куда-то, где трудно найти, потеряла, разорвала или оставила у себя. Так же, на всем листке были пятна крови). «Я всё-таки решила спуститься в подвал. Ступеньки очень сильно скрипели, перила были настолько пыльными, что уже спустя пару секунд моя рука была полностью черной. Я спускалась очень долго, словно в какой-то бункер. Я не понимаю, зачем делать подвал так глубоко. Может это не подвал вовсе? Чем ниже я спускалась, тем больше белый шум становился низким. Он перерос в тяжёлый бас, от которого все мои внутренности дрожали. В какой-то момент мне стало слишком страшно, но подниматься наверх было ещё страшнее. Я понятия не имела что находится внизу, что, если там есть что-то, что побежит за мной? Что если там есть Мила? Или Тик? (Здесь не совсем понятно о чем идёт речь. Какая Тик? Она сама? Кто-то другой? Что это значит? Скорее всего, информация была утеряна вместе с шестой запиской). Лестница была очень резкой. По такой страшно спускаться – нога рискует ступить мимо каждой ступеньки, и тогда я упаду. В какой-то момент я услышала странный шёпот. Я чертовски сильно испугалась. Я наконец увидела последние ступени, и у них, на цепи, сидело что-то. Оно не имело лица, руки и ноги вывернуты, единственное, что можно было четко различить, это отсутствие предполагаемой ноги. (Здесь снова рисунок, он похож на рисунок сумасшедших людей. Людей, больных шизофренией. У силуэта странная поза, словно и руки и нога были сломаны и скручены). Я стояла на предпоследних ступенях, смотря ему в глаза. Я чувствовала страх и.. вину, наверное. "Тик" – сказало оно, и я бросилась бежать. Бежать было трудно, я еле дышала. Ударялась коленями о лестницу, падала, но не смотрела назад. Я наткнулась на гвоздь своей рукой, теперь она болит. Мне тяжело писать. Спустя долгое время я выбежала, но сразу встретилась с ней. Там не было раньше зеркала. Она смотрела на меня, махая руками и улыбаясь:«Смотри, что у меня есть». Я закрыла уши и убежала в гостиную. Сейчас я сижу здесь, я слышу Тик, я слышу Тот силуэт, я слышу Милу. Я не знаю где мне быть, чтобы быть в безопасности. Мне страшно, мне больно. Я ненавижу себя. Почему я должна быть здесь? Почему я это терплю? Почему у меня так болит бок? Почему у меня нет руки? Уродливая Тик»