Я сломаю тебя, Сано

      Дракен волок парнишку прямо по траве, отчего на легком спортивном костюме появлялись салатово-зеленые разводы. Казалось, второй даже не старается сопротивляться, отчего их скорость передвижения заметно увеличилась. Пачин, оставленный где-то в салоне дорогого авто, с тревогой глядел на небольшого Манджиро, которому, по его мнению, уже была уготована самая страшная смерть.       Протягивая Майки по ступенькам, Кен то и дело ловил недовольное шипение, вследствие чего ухмылка на лице становилась шире с каждой секундой. Безусловно, Дракен был садистом, хотя может, сам этого и не признавал. Однако отчего же тогда любая девушка не могла продержаться в особняке ни дня, а покидала это место со следами многочисленных порезов или побоев, которые уже совсем скоро обретут форму шрамов? Возможно, Рюгуджи был так жесток лишь в постели, что и позволяло его подчиненным оставаться все зоны досягаемости и спокойно радуясь жизни, получать огромные бабки. А может, он просто не успел проявить себя, ведь всегда имел при себе «грушу для битья».       Кен подхватил парнишку на руки, отмечая для себя его весьма хрупкое телосложение, в связи с чем Майки был будто невесомый. Подкидывая тело в воздух, Рюгуджи устроил его у себя на плече, и размашистым шагом направился в сторону второго этажа. Безвольно повиснув, Сано наблюдал перед собой лишь огромную спину босса, а затем благополучно перевел внимание на руку, которая болталась неподалеку.       Когда младшего, наконец, в буквальном смысле слова выкинули на широкую постель, Майки заинтересованно огляделся, будто не замечая разъярённого Дракена прямо перед собой. Комната была далеко не самой обычной, кажется, именно такие используют для того самого БДСМ, о котором Манджиро предусмотрительно прочитал, прежде чем соглашаться на предложение Такаши.       На многочисленных тумбочках были разбросаны различные игрушки, начиная от стандартных презервативов (в достаточно большом количестве, что позволило Майки сделать вывод о том, что спит Кен-чин преимущественно с девушками) до красных шариков-кляпов в комплекте с блестящими железными наручниками. Тут и там с потолка свисали различные цепи и веревки, а в крайнем углу стояла какая-то машина достаточно странного вида, от взгляда на которую аж передергивало. — Ты расскажешь мне все — строгий голос отвлек паренька от разглядывания и он наконец обратил внимание на парня перед собой. — Хорошо — послушно кивнул Майки. — Кто ты и кто тебя подослал сюда? — басистый голос подрагивал, что почему-то безумно забавляло второго паренька. — Мое имя Манджиро Сано. — Дальше — рычит Дракен. — Но это все — Майки удивленно захлопал глазками, всем своим видом показывая такую невинность, что тут бы ему позавидовала любая восьмиклассница. — Ты расскажешь мне все, Манджиро. Я заставлю тебя сделать это. — Мне нечего сказать — отрезал младший, демонстративно закидывая ногу на ногу и в упор уставившись в глаза напротив — Меня никто не подсылал, я здесь только по своей воле.       Дракен вскрикивает, и ухватившись за первый попавшийся предмет, тянется к крохотной руке, устроившейся на темной простыне. Хватает, отчего Майки, потерявшего точку опоры, слегка болтает на месте, а затем тянется к изголовью кровати, защелкивая вторую часть наручника именно там. Проделывает со второй рукой тоже самое, и выпрямившись во весь свой исполинский рост, с одобрением наблюдает результат своей работы — небольшой по телосложению Сано растянут в прямом смысле этого слова: руки разогнуты под максимальным углом, их не согнуть и не распрямить, а сам Майки может лишь слегка двигать тонкими ногами. — Мы продолжим, или ты наконец все выложишь? — удовлетворенно хмыкает Кен, наблюдаю за парнем сверху . — Хорошо, я скажу — шепчет Майки, опуская голову. — Вот так то — улыбается Дракен — Я жду. — Мое имя Манджиро Сано, и я тут по собственной воле — паренек вскидывает голову слишком резко, отчего второй, не успев толком испугаться, инстинктивно вскидывает руку, но тут же приходит в себя. — Ебать. — шипит Рюгуджи, и хватаясь уже за ноги, проделывает тоже самое, фиксируя их на небольшие столбики по бокам кровати, которые видимо находятся тут именно для таких целей.       Майки хмурится, слегка подергивает зафиксированными конечностями, но когда осознает, что кажется, сопротивление бесполезно, мирится со своим положением и вздыхая, поднимает глаза, глядя в бездонные океаны напротив. Манджиро всегда любит смотреть прямо в зеркало души — там он может прочитать человека насквозь. Однако, как он успел выяснить за 2 последних дня, прочитать Кен-чина невозможно. Или же, тот вовсе не человек, а некое человекоподобное, в которое Кен и превратился от огромного состояния, выделяемого ему отцом. Все же, паренек ближе склонялся ко второму, ведь своим возможностям и талантам Майки привык доверять.       Хватаясь за кожаную плеть, обнаруженную где-то под ногами, Дракен окончательно отключает голову. Размахнувшись, он с упоением нанес первый удар, чувствуя, как задрожало под ним небольшое тело. — Кто ты такой? — отчеканил Рюгуджи. — Меня зовут Манджиро Сано. — привычная фраза будто вгрызается в голову высокого, и ухватившись за близлежащий небольшое складной ножик, Кен тянет его прямо к горлу Майки. — Зачем ты тут, Сано? — ласково шепчет старший, слегка проводя лезвием по бархатной белоснежной коже.       Манджиро слегка подрагивает, однако совсем не от страха. Холодное лезвие, тянущееся прямо по нежной коже будоражит, открывает для парнишки новые ощущения. И абсолютно плевать на то, что прямо сейчас его этим лезвием и прирежут, ни на секунду не задумавшись. — По собственной воле. — отвечает ему Майки, слегка облизывая пересохшие губы.       И вновь ласки как не бывало. Дракен заносит нож и резко опускает его вниз, отчего младший жмурится, напрягшись всем телом. Железное лезвие рассекает тонкую футболку, а заодно и оставляет небольшой след на щеке, из которой уже выступают небольшие красные капельки. Майки недовольно шипит, смотря на безнадежно испорченный предмет гардероба и сверлит темными глазами парня напротив, который радостно ухмыляется, уставившись в никуда.       Следующий удар приходится прямо на суховатый живот, а от соприкосновения с грубой кожей плети остается красная полоска. Манджиро закатывает глаза, глухо стонет. Больно. А будет еще больнее, и он прекрасно осознает это. Сейчас перед ним лишь два варианта развития событий: либо Майки терпит, либо же сознается Дракену хуй знает в чём, за что скорее всего будет распят прямо тут, без суда и следствия. Безусловно, первый вариант звучит чуть заманчивее, потому паренек и сдерживается, экономя силы.       На лице Дракена — буря эмоций. Они мешаются, сливаются, порой образуя самые сложные объединения, а иногда лицо парня приобретает такое выражение, что смотреть на Рюгуджи можно вечно. Вот и сейчас — тень сомнения, сожаления и ярости пронеслась прямо в темных глазах, оставив за собой пару ярких искорок, отчего Майки невольно загляделся. Глаза у Дракена красивые, и что-ли, какие-то настоящие. А Сано тонет в них, а затем удовлетворенно вздыхает, когда наконец начинает понимать эмоции человека перед собой. Чуть сжимаясь, Манджиро готовится к следующему всплеску агрессии.       Удар у Рюгуджи поставлен отлично благодаря годам тренировок и паре уличных драк, чем он и не преминул воспользоваться. Дракен бьет наотмашь, резко и четко, и первую полосу перекрывает вторая. Разместившись прямо поверху, место соприкосновения нестерпимо жжет, из-за чего Майки слегка подрагивает и утробно рычит. — Я даю последний шанс, Сано. Последний. — нервы блондина на исходе: руки трясутся, грудь неравномерно вздымается, а сам ее обладатель дышит часто и рвано. Все тело колотит, будто в ознобе, отчего Кена слегка передергивает. — Меня зовут Манджиро Сано, и я тут по собственной воле… — дальше Кен не слушал.       Хлесткие удары раз за разом посыпались на фарфоровую бледную кожу. Спустя пять-семь таких по комнате разнеслось тихое «Кен-чин». Плеть чуть ли не соскочила с мокрой руки, и перехватив ее поудобнее, Дракен продолжил начатое. Он давно отключил голову, а сейчас выглядел совсем как в восьмом классе — использовал лишь голос сердца. А сердце велело убить этого мальчишку прямо сейчас, а затем снять элитную шлюху и укатить с ней куда подальше.       Однако, когда бессознательно тело обмякло, а голова Сано упала на плечо, Кен Рюгуджи не увидел на кровати Майки — там было нечто, похожее на огромный сгусток крови. «При таких не выживают» — сказал бы тут любой опытный врач, кинув мимолетный взгляд на Манджиро. — Блять… — орудие пытки выпадает из руки и катится вновь куда-то далеко-далеко, а сам Дракен бросается к изголовью кровати, расстегивая многочисленные замки на багровый наручниках — Не хватало только убить… — злиться он, осторожно приподнимая Майки над постелью.       Хаори, небрежно накинутое на плечи Кена тут же приобретает характерный оттенок, что достаточно сильно огорчает ее обладателя. "Не отстирается" - думает Кен, удобнее перехватывая Манджиро и прижимая чуть ближе к своему торсу. Спустя пару шагов Дракен осторожно приоткрывает внушительных размеров дверцу и заносит парнишку внутрь, аккуратно укладывая его на кровать. Быстрым шагом слетает на этаж ниже, находит таблетку весьма странного вида. Также быстро возвращается, чудом не скатившись с лестницы и не церемонясь пихает таблетку прямо во влажный рот. Не жалея, заливает воду внутрь, отчего младший заходится в приступе кашля. — Живой… Ну и хорошо — шепчет Дракен, и напоследок открыв окно, дабы впустить чуть больше свежего воздуха, покидает комнату, осторожно закрывая за собой дверь.