Это сон?

      Уже совсем стемнело, когда брюнетка наконец нашла нужный ей дом. Вокруг ни души, лишь одинокая дворняжка пробежала рядом с девушкой, быстро скрывшись за углом. Вторая по счету сигарета уже догорала, а Алина все стояла за несколько метров от нужного подъезда. Она как-то глупо смотрела на окна, пытаясь разглядеть в них хоть одну фигуру. Девушка до сих пор не осознавала того, что она ушла из дома. Внезапные шаги за спиной заставили её покрыться мурашками. Та резко обернулась, но за спиной всего лишь прошла старушка, лишь мимолётно бросившая взгляд на брюнетку. По телу пробежал холодок. Решив, что уже слишком поздно, чтобы идти назад, Смирнова направилась к подъезду. Несколько минут она просто стояла, прокручивая в голове события этого дня. — Ну, что ты стоишь на проходе, как вкопанная? Ключи что-ли забыла? — послышался ворчливый голос за спиной.       Алина обернулась. Там стояла бабушка с ключами, недовольно посматривая на девушку. Она мигом отошла в сторону, давая возможность старушке открыть дверь. Брюнетка зашла следом за женщиной. Дверь громко хлопнула. Смирновой не очень хотелось ехать в лифте вместе со странной бабушкой, поэтому она предпочла довольно старую, в некоторых местах обвалившуюся, бетонную лестницу. Аккуратно поднимаясь вверх, девушка осматривала какого-то непонятного цвета стены, на которых краска уже выцвела и облупилась, грязные окна, цветы, завядшие, по всей видимости, уже давно. И вот Алина стоит у чёрной входной двери, поглядывая на звонок рядом. Палец неуверенно нажимает.

________

      Девушка бегает по квартире, удивляясь беспорядку. В одной комнате разбитые бокалы и лужа крови, в другой куча банок и запах табака, что уже и не скажешь о самой блондинке. Пытаясь успеть привести все в порядок, надеясь на то, что Алина придёт, Ира материт все на свете, проклиная себя и своё поведение. Быстро собрав банки в пакет, она старается выветрить ужасный запах из кухни. Девушка бросает все, как только слышит противный звонок в дверь, отдающийся эхом в ушах. Руки трясутся, голова не соображает. Совладав со своим телом, светловолосая наконец открывает дверь. На пороге стоит Алина. Её губа разбита, чёрная толстовка пропахла сигаретным дымом, под глазами синяки, а в самих глазах такая пустота. Пару минут девушки просто молчат, не находя слов, изучая друг друга. — Постыдилась бы гостей приглашать, посмотри на себя. — Тамара Васильевна, идите куда шли! — перебила блондинка.       Вечно она со своими упрёками, заебала уже. — А, проходи. — несколько растерянно произнесла Ирина, выдавливая улыбку. — Извини, у нас тут есть и такие соседи. — закрывая дверь, осведомила она. — У нас похуже будут… — тихо ответила та. — У меня тут беспорядок, извини, я просто… — блондинка запнулась, ища подходящие слова. — Поссорилась с подругой. — Я думаю, что вам не за что извиняться. — уткнувшись взглядом в пол, сказала брюнетка. — Я просто не думала, что… Ну… В общем, что сегодня хоть кто-то ко мне придёт. — призналась та, поправляя волосы. — Ванная комната здесь. — Спасибо. — коротко поблагодарила девушка.       Она провозилась там меньше минуту, выйдя уже в более свежем виде. Ирина Владимировна продолжила экскурсию по дому. Блондинка то и дело извинялась, а Смирнова лишь кивала, скромно улыбалась или просто молчала, осматриваясь. Квартира была неплохая, но Алину смущал и вид самой учительницы, и вид комнат. С каждой секундой она чувствовала, что пришла не в нужный момент. В одной из комнат девушка заметила что-то поблескивающие. Пытаясь рассмотреть предмет, который давал такой эффект, подросток пропустила мимо ушей несколько фраз учительницы. Из мыслей её вывел внезапный вопрос. — Ой, ты не голодна?       Мысль о еде неприятно отдавалась в области живота, от чего тот издал бурчащий звук. Девушка была бы не прочь поесть. — Нет, не очень… Да. — всё-таки ответила Смирнова, после нескольких секунд обдумий, ведь, возможно, сейчас она впервые нормально поест. — Рис с мясом будешь? Тут ещё лагман остался. — предложила Ирина Владимировна, открыв холодильник.       Алина представляла у себя в голове эти блюда, правда совсем не понимая, что такое этот лагман. Из-за дверцы холодильника высунулась светловолосая. Спросить что-то девушка не решалась, поэтому пришла в некий ступор, ведь ей очень хотелось попробовать неизвестное блюдо. — Не знаешь, что такое лагман, верно? — догадалась блондинка, тепло улыбнувшись. — Если честно, да. — смущённо ответила та. — В кратце, это слегка островатое, густое блюдо из мяса с овощами и лапшой. — пояснила девушка. — Так, что ты будешь? — Можно, пожалуйста, попробовать лагман. — брюнетка все ещё стояла в проходе, уткнувшись взглядом в пол. — Сейчас разогрею. А ты чего стоишь? Проходи, садись. — и снова сияющая улыбка скользнула по лицу Иры. — Спасибо.       Блондинка лишь усмехнулась, ставя тарелку в микроволновку. Брюнетка села за стол, поставив рюкзак рядом. Какое-то напряжение повисло в комнате. Молчание прервало пиликанье микроволновой печи. — Что случилось, Алин? — спросила девушка, ставя перед ней тарелку. — Почему тебе негде ночевать? — учительница в миг стала серьёзной. — Это все из-за отца, но и я сама виновата. — как-то спокойно ответила Смирнова, накручивая лапшу на вилку. — Извините, что я так не вовремя, я просто не знала уже куда идти и… — Алин. — блондинка накрыла руку девушки своей. — Тебе не за что извиняться, все хорошо.       Алина, заметив этот жест, попыталась аккуратно убрать руку. — Ой, прости. — резко сказала девушка, убирая руку. — Ты сказала, что тебе негде ночевать из-за отца. Что он сделал?       Брюнетка металась от мысли о том, что блондинка явно лезет не в своё дело, до той, что она бы рассказала этой девушке все. Решив, что ей все равно некому об этом рассказать, а тяжесть на душе никуда не исчезнет, она как-то тихо начала. — Он увидел бардовый след на моей шеи, когда был… Когда был пьян. Он начал меня избивать, но я ведь сама виновата, что не смогла за себя постоять, что не попыталась убрать это, что… — Смирнова растерянно приводила доводы, которые не делали её виноватой абсолютно, но она все равно внушала себе, что в этом есть и её вина. — Нет, что ты, нет конечно. Ты ни в чем не виновата. Порой не знаешь, как жизнь повернётся к тебе. — в глазах светловолосой промелькнула грусть. — Сильно? Он сильно тебя бил? — А можно не отвечать? — брюнетка поежилась.       И вновь это неловкое и тягостное молчание. Одна понимала, что этой юной девушке нужна помощь, которую та не принимала, вторая же старалась отбросить все мысли, наслаждаясь приятной остротой во рту. Это было лучше, чем металлический привкус крови. Потихоньку Смирнова даже начала осозновать, что это не сон, а вполне реально. — Очень вкусно. — прервала она повисшую паузу.       Блондинка лишь улыбнулась, вспоминая, что она делала его с Алёной. Алёна. Одно воспоминание заставило ту помрачнеть. — А можно задать возможно личный вопрос? — неуверенно начала Алина, ища глазами Ирину Владимировну. — Да, конечно. — Что у вас с рукой? — и она глазами указала на глубокие раны. — А, это… Я… Порезалась. — моментально спрятав руку, ответила та.       Подросток подозрительно посмотрела на неё, но влезать в чужую жизнь не хотела, поэтому перешла к более нейтральным темам, ведь томное молчание напрягало обстановку. — Вы уже проверили наши сочинения? — доедая, поинтересовалась брюнетка. — Нет, не успела, но могу с уверенностью сказать, что у тебя там все хорошо. — блондинка усмехнулась, ставя пустую тарелку в раковину. — Хочешь, прямо сейчас могу проверить? — Не знаю. Не хочется нагружать вас работой. — как-то сумбурно ответила Алина. — Это как раз то, чем я должна заниматься — работать, работать, работать. — последнее она сказала уже с какой-то грустью. — Будешь ещё что-нибудь? — Нет, спасибо. — казалось, что ещё одна порция и девушка не сможет даже встать.       Она такая худая и бледная. Её вообще дома кормят?! Это кошмар. — Если хочешь, можешь пойти в мою комнату… — блондинка запнулась, вспомнив про царивший там беспорядок. — Я заметила у вас балкон, можно мне выйти на него? — вопрос был на руку учительнице, поэтому она одобрительно кивнула, лишь сказав, чтобы та не задерживалась.       Смирнова моментально исчезла за дверью, ведущей на балкон. Ирина ещё пару секунд смотрела в никуда, после чего направилась в ванную комнату. Взяв швабру, совок, тряпку и небольшое ведро с водой, нацепив на руки жёлтые перчатки, девушка принялась убирать ужасный беспорядок, стараясь сделать это, как можно быстрее. Несколько осколков вновь впились ей в руку, даже через перчатку, но основную часть она убрала без проблем. Кровь так и осталась на полу бледным пятном, как напоминание о самом ужасном дне.

…

      Брюнетка смотрит куда-то вдаль, закуря. По телу разливается приятное ощущение, но этому виной не сигареты, а чувство того, что о ней никто так не заботился, как это светловолосая девушка. Алина понимает, что у Ирины Владимировны тоже есть свои проблемы, и она ужасно не хочет лезть в её жизнь, но что-то в голове говорит о том, что, кроме неё, подростку никто не поможет. Во рту до сих пор остался островатый привкус лагмана, который очень понравился девушке, ведь она прилично устала от подгоревшей яичницы. Смирнова старалась не думать ни о матери, ни об отце, ни о доме в целом. Ей было плевать, что сейчас там происходит. Постепенно толстовка перестала согревать тело, поэтому девушка зашла внутрь квартиры.       К тому времени, блондинка уже привела комнату в порядок, по крайней мере она не выглядела настолько плохо. Увидя Алину, Ира позвала ту жестом в когда-то их с Алёной спальню. — Будешь спать здесь. — она улыбнулась, указывая на большую кровать. — Красивая комната. — подметила девушка. — Может тебе что-то нужно? — У вас не будет обезболивающего? — Да, конечно, но позволь спросить, могу я осмотреть тебя, если ты не возражаешь? — с осторожностью спросила блондинка.       Нет, не разрешай ей трогать себя. А, если там все серьёзно, ведь у меня ужасно болит живот и спина. Ты никому не нужна, и ей тоже, пойми уже это. Но… — Хорошо. — тихо одобрила та, снимая рюкзак с плеча, садясь на кровать. — Только аккуратно, пожалуйста. — Конечно, не волнуйся. — она присела рядом, поправляя волосы.       Лёгкими и осторожными движениями Ира приподняла толстовку, открывая вид на спину девушки. На ней расплылся огромный синяк, а примерно посередине виднелась рана. В целом ничего особенного, но обработать не мешало бы. Такая же история повторилась с животом. На девушке не было живого места.             Боже, что у неё происходит в жизни, какой кошмар. — Нужно обработать раны, я скоро вернусь. — и светловолосая убежала в ванную комнату, вернувшись через минуту. — Будет немного больно, потерпи.       Вы даже не знаете, милая Ирина Владимировна, что я терпела за всю свою жизнь. Это покажется мне лишь покалыванием. Стоп, что? Милая? Алина, угомонись, не нужно подпускать её слишком близко, но… Я уже это делаю. — Спасибо вам за все. — и брюнетка обняла учительницу, придя в шок от себя самой.       Повисло слегка неловкое молчание.